18

Меня уже час как отпустило. Руки, ноги двигаются, онемение позади, а тело снова в моей полной власти. И готово к новым подвигам. Как раз на них и собираюсь. Но отец все не унимается. Поэтому делаю глубокий вдох-выдох и принимаю очередной вызов.

— Привет, папулечка, — ласково урчу в трубку.

Но оттуда вполне ожидаемо в ответ раздается лишь грозный рык.

— Не папулькай мне! Ты знаешь, зачем я звоню!

— Пожелать мне доброго утра и хорошего дня? — продолжаю излучать невинность и позитив.

— Ксения, твою!.. Ты какого хрена не выполняешь моих приказов? Тебе что было велено?

— Хм-м-м. Папуль, у меня сегодня была очень бурная и долгая ночь с одним неуемным мужчиной. Ещё толком не отошла от нее. Туго соображаю. Можешь уточнить, где и когда я тебя ослушалась?

И ведь не соврала ни разу. Все именно так и было.

— Везде и во всем! Заканчивай комедию ломать! Знаю я, где и с кем ты была. О нем и речь. Потому спрашиваю по-хорошему и в последний раз. Какое отношение ты имеешь к Бурову?

— Кроме того, что он мой бывший одноклассник? — продолжаю тянуть резину.

— Да!

— Ну-у-у, мы, вроде как снова встречаемся.

— Он же женат!

— Ой, да? Не знала. Но даже если так... Считаешь, это проблема?

— Ты кто такая? И куда дела мою дочь? — раздается уже не так уверенно после короткой паузы.

— Пап, ну в самом деле. Кто бы говорил. И тем более меня отчитывал. Сам развел гарем на рабочем месте. У мамы пар обуви меньше, чем у тебя — любовниц.

— Значит так, Ксения Викторовна, я жду вас у себя в кабинете на крайне серьезный выговор. Твоего нерадивого типа бывшего напарника — тоже. Да, не забудь захватить личные вещи, которые по состоянию здоровья больше не имеешь права носить. Все ясно?

— Виктор Дмитриевич, я ж вроде в бессрочном отпуске, — пытаюсь увильнуть.

— Но всё ещё в моем штате подчинённых. Крош уже в пути. Прыгаешь к нему в машину и живо сюда! Все ясно?

Не выдерживаю и, оставив отца без ответа, сбрасываю вызов. Ну нет, так не пойдет. У меня план. И папе меня не остановить. Либо сейчас, либо никогда.

Ещё утром списалась с секретаршей Бурова. Она же наш с Мишкой информатор-конспиратор.

Оказывается, тесть Кости регулярно устраивает себе плотный полдник в кафе на первом этаже здания собственной стеклянной империи. К нему я как раз собралась, когда папа позвонил. И намерена осуществить задуманное во что бы то ни стало. И чего бы мне это не стоило. Но уже катастрофически опаздывала.

— На работу к Косте! — объявляю, запрыгивая к Мишке в тачку.

— Совушкина, жить надоело? Отец звонил?

— Звонил. И да, я в курсе, что он там уже топор точит. Ничего, подождёт. У нас есть дела поважнее.

— Если я сегодня из-за тебя лишусь работы...

— Доверься мне, и, возможно, к концу дня будешь с медалькой. Минимум — премией. Максимум — повышением. Как не крути, ты в шоколаде. Но сейчас нам срочно нужно в офисный центр к Шварцу.

— Не хочешь ничего мне объяснить?

— Потерпи и сам все узнаешь. А теперь гони! Мы опаздываем.

— Пф! Ксю, я с тобой скоро на антидепрессанты подсяду, — бурчит Мишка, выруливая на главную дорогу и тут же, ударив по газу, принимается обгонять другие тачки.

— На пенсии посидишь. Сейчас некогда! — отзываюсь и инстинктивно крепче вцепляюсь в сиденье.

— Ага! До нее ещё дожить надо. А с такой напарницей, эта перспектива чем дальше, тем туманнее.

— Зато не скучно.

— Сказал бы я сейчас. Да ты обидишься. Поэтому лучше промолчу.

Пять минут, и мы на месте. Но, уже вбегая в главный холл офисного центра, понимаю — опоздала.

Но я буду не я, если сейчас сдамся и упущу шанс поговорить с большой шишкой. Потому срываюсь с места и, что мочи, кричу вдогонку удаляющейся к лифтам группе лиц.

— Валерий Хаимович! Подождите, пожалуйста! У меня к вам разговор!

Окликаемый мной мужчина не сразу, медленно, явно нехотя, но все же оборачивается на зов. Одновременно с этим два амбала из его охраны выходят вперёд и преграждают мне дорогу. Только это меня не останавливает. Я готова к подобному. Главное, привлечь внимание. Этот пункт выполнен. А теперь надо быть максимально убедительной.

— Я — Ксения Совушкина. Вы знаете моего отца. Он прямо сейчас занимается одним вашим делом.

Реакция — ноль на массу. Шварц лишь пренебрежительно закатывает глаза и, отвернувшись, идёт дальше.

Ладно. План «Б».

— Я та, из-за кого ваша дочь вернулась вчера домой.

Так, останавливается и о чем-то ненадолго задумывается. Значит, в курсе ситуации. Хорошо. Но этого опять оказывается недостаточно. Черт! Ладно, иду ва-банк и, что сил, выкрикиваю:

— Мордов!

Да, наш общий с Костей знакомый тоже здесь. Держится ближе всех к руке, что его кормит, и, как в прошлый раз, не оставляет меня без своего пристального внимания.

— А вы, Владимир? Неужели совсем нечего мне сказать?

— Разберись! — рыкает помощнику Шварц и отправляется вместе со своей командой в открывшийся перед ними лифт.

Ура! У меня получилось. Но радоваться рано. Впереди довольно непростой разговор. Пусть немного не тот, на который я рассчитывала изначально. Но тоже сойдёт.