10

— Ничего, — посмотрела я на тёмные окна своей новой обители.

Машины Марка давно не было, мальчишки с площадки тоже разошлись по домам.

«Ты, наверное, ещё больше удивишься, Дим, — зазвучало у меня в голове, — но у меня наверняка и фамилия как у твоей жены, и дата рождения. И, если я спрошу, не теряла ли она паспорт, окажется, что теряла».

Но до того, как я успела вообще хоть что-то спросить, Дмитрий рассказал и остальное.

— Потом она переехала ко мне. Затем мы поженились. А затем уехали в Бэйдайхэ. Маше был показан морской климат и там находился лечебный центр, где ей обещали помочь. Когда я похоронил жену и вернулся к себе, эта квартира всё время стояла закрытой. Но теперь вдруг приехала ты…

Он никак не мог собрать все кусочки пазла, ведь не знал того, что знаю я, для него всё это было удивительно: загадочные совпадения, мистика, вопросы без ответов. Тема реинкарнации, что буквально просилась на язык.

На самом деле не было никакой тайны и мистики. Именно так и делают фальшивые паспорта. Те, что подешевле — просто откатывают на принтере, а подороже — из настоящих. Вклеивают другую фотографию — и всё. Можно, конечно, заказать и совсем новый паспорт, но там уже совсем другой уровень цен и другой «уровень связей».

Но твою же мать! Мне продали старый паспорт его жены, можно сказать, её личность и всучили ключи от квартиры, даже не предупредив, что эта женщина когда-то здесь жила.

Человек, который сдавал квартиру и человек, что продал паспорт — конечно, были связаны, это было понятно и так, как и то, что я ничего не могу с этим сделать.

Да я и не собиралась. В конце концов, я сама виновата. Сама выбрала её имя, справедливо решив, что Мария и Марианна похожи, не придётся привыкать. И от квартиры могла бы отказаться — никто меня не заставлял её снимать, но я согласилась. И теперь всё так.

Что со всем этим делать, я понятия не имела, но точно знала, решать придётся не прямо сегодня и прямо сейчас, а там, может, как-нибудь само рассосётся.

— Можно, откровенность на откровенность? — спросил Дима, и я кивнула. — Этот парень, Марк… твой бывший?

— Хороший вопрос, — усмехнулась я, — но на самом деле он мой брат. Сводный. Сын моей мачехи от первого брака. А что-то не так?

— Ну-у-у, во-первых, ты испугалась, когда его увидела. Ты стояла у окна и вдруг отступила в комнату.

Справедливо. Раз я видела и слышала его перепалку с соседкой, не удивительно, что и он видел меня.

— Во-вторых, я слышал, как он говорит по телефону. Я парковал машину, когда ему позвонили. Он сидел?

— Да, два года. Только освободился.

— Так я и подумал. Судя по тому, что он сказал о тюрьме. Ему звонила мать, но разговор ему не нравился.

— Чего она от него хотела?

— Не знаю. Он сказал, что уже занимается этим. Чем — я, конечно, не в курсе, но потом он пошёл к тебе, и я подумал, что ты и есть его проблема, которой он занимается. Возможно, я ошибся. Ну а в-третьих, у вас с ним были отношения?

— Сводный брат — не родственник, — пожала я плечами. — У нас могли быть отношения.

— Просто он так на тебя смотрит…

— Как? — резко развернулась я.

— Словно потерял, но не оставил надежду вернуть.

— Серьёзно? Вернуть? — я натужно засмеялась. — И ты всё это понял, разок увидев нас рядом?

— Я довольно долго за вами наблюдал. Потом решил, что, наверное, делаю что-то неправильное и не должен подсматривать, пробежался вокруг пруда и уже собирался домой, но не смог — решил подойти. Прости, если лезу не в своё дело, но что между вами сейчас?

— Ничего. Он просто мой сводный брат, — развела я руками.

— Звучит… обречённо. Он тебя предал?

— Это долгая история, и я сама её до конца не знаю, только свою версию.

— А есть ещё альтернативная? Его?

— Есть, и я надеюсь её однажды услышать, но вернуть меня у Марка вряд ли получится.

— Почему?

— Потому что…

Здесь я должна бы сказать, потому что я замужем и умерла, причём не только для Марка — и даже не знаю, что из этого хуже, — но, конечно, не сказала.

— Потому что я должна идти дальше, и он тоже. Каждый своим путём.

— Наверное, это то, что я хотел услышать, если, конечно, ты не ответила так по той же причине.

Выразился он путанно, но я поняла.

— Нет, я так ответила не потому, что именно это ты хочешь услышать. Я не ввожу тебя в заблуждение, всё именно так и есть. Прошло два года. А это долгий срок. Мы оба стали другими.

— И ты пряталась здесь не от него?

— Ну сейчас в этом всё равно нет никакого смысла, раз он меня нашёл, но нет, я не пряталась. Я просто… взяла паузу. Знаешь это состояние, когда уже уволился со старой работы, но ещё не нашёл новую. И не торопишься искать, потому что хочешь насладиться летом, отдыхом, свободой, пока есть такая возможность. Вот я сейчас в таком… творческом отпуске. Но ты прав, я действительно не хотела видеть Марка, потому что он напоминает мне о старой работе, а я хочу о ней забыть, — развела я руками.

— Убедительно, — кивнул Дима. — Значит, мне можно не волноваться?

— О чём?

— Тебе ничего не грозит, и с Марком всё кончено.

— Я в безопасности, свободна и открыта новому, — улыбнулась я. И чтобы мы не шли дальше по этой скользкой дорожке, где он осторожно выясняет, есть ли у него шанс, а я не могу ответить ни да ни нет, решила сменить тему. — Мне показалось, или тебя здесь не особо любят?

— О, это из-за Дуси. Но это тоже долгая история, а ты замёрзла, — обратил он внимание, что я грею себя руками. — Предлагаю продолжить разговор у меня. Правда, у меня ремонт. Второй год, как начал и всё не могу закончить, но не обращай внимания. Любишь персиковый ликёр?

— Я люблю ремонт. Запах краски, ободранные стены, предвкушение перемен. А ликёр — вишнёвый. Мой дед ставил такой из собственной вишни, — ответила я.

Не поняла, Дмитрий вздохнул с облегчением или всё же с разочарованием.

— А моя жена любила персиковый, — ответил он и открыл для нас с Дусей дверь подъезда.