Глава 12

Душ был огромным. Стеклянная кабинка, две лейки, полочка с гелями и шампунями, которые пахли так же, как он, цитрусом и деревом.

Я стояла под горячей водой и чувствовала, как напряжение уходит из мышц. Вода стекала по лицу, плечам и груди, а я смотрела на своё тело, то самое, которое я ненавидела последний год. То самое, которое, как мне казалось, никому не нужно.

Но он хотел его. Он смотрел на него и говорил, что я прекрасна.

Я провела руками по животу, по шраму от кесарева, который он целовал прошлой ночью. Я помнила его губы на этой отметине. Его слова: «Ты родила дочь. Это так красиво».

Никто никогда не говорил мне ничего подобного. Сергей делал вид, что шрама не существует. Он никогда не касался его. Никогда. Как будто это было что-то постыдное, что нужно скрывать.

А Максим целовал.

Я закрыла глаза и позволила себе просто чувствовать тепло воды, запах геля и своё тело, которое, оказывается, ещё может чувствовать, хотеть и наслаждаться.

Я вышла из душа, закуталась в пушистый халат, который висел на двери и посмотрела на себя в зеркало.

Волосы мокрые, лицо без косметики, под глазами круги — я почти не спала. Но в глазах было что-то, чего я не видела уже очень давно. Это было похоже на светлое начало жизни.

Я улыбнулась своему отражению настоящей улыбкой.

Когда я вышла из ванной, в комнате пахло кофе и выпечкой. Максим стоял у окна в джинсах и футболке, с телефоном в руке. Услышав, что я вышла, обернулся.

— Завтрак принесут через пять минут. Ты как?

— Лучше. — Я села в кресло, поджав под себя ноги. — Ты уже звонил кому-то?

— Да, я заказал завтрак.

— Нет, я про… про Олега? Про Алину?

Он помолчал секунду.

— Олег звонил в шесть утра.

У меня внутри всё оборвалось.

— Что он сказал?

— Алина в истерике. Она не понимает, куда ты делась и чо её подружки видели, как мы уходили вместе.

Я закрыла лицо руками.

— Боже.

— Вера, посмотри на меня.

Я подняла голову.

— Я сказал Олегу, что ты в порядке. Что мы поговорим сегодня и что ты свяжешься с Алиной. Он… он отнёсся с пониманием.

— С пониманием? — Я не поверила своим ушам. — Как можно отнестись с пониманием к тому, что мать его невесты сбежала с его другом?

— Олег знает меня. Он знает, что я не из тех, кто пользуется ситуацией. И он видел, как на тебя смотрели вчера. Все видели.

— Как смотрели?

— Как на прокажённую. Твоя дочь, твой бывший муж, мать Олега… Они смотрели на тебя, как будто ты сделала что-то ужасное, а ты просто танцевала и просто улыбалась.

Я молчала потому что он говорил правду. Я чувствовала эти взгляды. Они жгли мне спину весь вечер.

— Вера, — сказал он. — Я не жалею о том, что случилось. Ни о чём. Если бы я мог повернуть время назад, я сделал бы то же самое. Снова и снова.

— А я? — спросила я тихо.

— А что ты?

— Я не знаю, жалею ли я. Я не знаю, имела ли я право.

— На что?

— На это. На тебя. На счастье.

Он подошёл ко мне, опустился на корточки перед креслом и взял мои руки в свои.

— Слушай меня, — сказал он твёрдо. — Ты имеешь право на всё. На счастье, на любовь, на желание, на ошибки. Ты имеешь право быть живой. Ты имеешь право быть счастливой. И никто — слышишь? — никто не имеет права говорить тебе обратное.

— Даже дочь?

— Даже дочь. Она тебя родила? Нет. Ты родила её и вырастила. Ты дала ей всё, а теперь ты имеешь право на свою жизнь.

Я смотрела на него и чувствовала, как слёзы снова подступают к глазам.

— Почему ты так со мной? — спросила я. — Почему ты так добр? Я же ничего для тебя не сделала.

— Ты сделала, — сказал он. — Ты посмотрела на меня настоящими глазами. Не так, как смотрят на успешного ресторатора, на друга жениха, на молодого парня, который «может себе позволить». Ты посмотрела на меня так, будто я человек, а не функция, понимаешь?

Я понимала. Потому что чувствовала то же самое.

В дверь постучали.

— Завтрак, — сказал Максим, поднимаясь. — Давай поедим, а потом ты позвонишь Алине.

Я кивнула.

Он открыл дверь, и официант вкатил столик, уставленный тарелками. Кофе, свежевыжатый сок, круассаны, фрукты, йогурт, омлет. Столько всего, будто накрывали на троих.

— Ты заказал всё это? — удивилась я.

— Я не знал, что ты любишь. Заказал понемногу всего.

— Это… очень мило.

Он улыбнулся и пододвинул мне стул.

— Садись. Завтрак самый важный приём пищи.

Я села, взяла чашку с кофе, сделала глоток. Чёрный с одним кусочком сахара. Просто идеально.

— Ты запомнил, — сказала я.

— Я говорил: я запоминаю важное.

Мы ели молча. Не неловко молчали, а спокойно сидели и поглощали свой завтрак. Как будто это было самым обычным делом, сидеть вдвоём в гостиничном номере, пить кофе и смотреть в окно на сосны.

Я чувствовала себя… странно и спокойно. Впервые за год я не пыталась контролировать каждую секунду, слово, каждый взгляд. Я просто жила в свое удовольствие.

— Максим, — сказала я, отставив чашку.

— Да?

— Я позвоню ей, сейчас.

Он кивнул и протянул мне телефон. Мой телефон. Он успел его забрать.

— Я сходил в зал, пока ты была в душе, — пояснил он. — Твоя сумочка была на стуле и я забрал ее.

Я взяла телефон. На экране было сорок семь пропущенных. Тридцать два от Алины, остальные от Ирки, от неизвестных номеров, один раз звонил Сергей.

Я смотрела на экран и чувствовала, как руки начинают дрожать.

— Не бойся, — сказал Максим.

— Я боюсь.

— Я рядом с тобой.

Я глубоко вздохнула и нажала на вызов.