Глава 9

— Ну что там дальше, Талис? — Король слушал доклад первого помощника сидя в рабочем кабинете, самым первым и только за ним уже всех остальных силовых министров, глав ведомств и прочих, пробившихся на доклад. Но радовал только Талис, чьи сообщения отличались краткостью, законченностью, и никогда не страдали от субъективизма. Хотя в последнее время также радовал командир Корпуса Егерей, и новый глава Сыска. Тоже подтянулись.

— Ваше решение по маркизату, подтвердилось, ваша милость. — Ингро склонил голову. — Маркизу потребовалось полсуток чтобы разобраться в ситуации, остановить фабрику смерти и вызвать сыскарей. Сейчас там работают оперативные бригады безопасности и Сыска, и могу уверенно сказать, что место герцога Кунара, займёт кто-то другой.

— Брал? — Отрывисто спросил Логрис.

— Если бы только брал, ваша милость. — Генерал Талис вздохнул. Он оказался главным выгодополучателем от всей схемы, и продавал изменённые материалы контрабандой.

— Да, этот Ардор реально как лом против любого затора. Сносит всё на своём пути.

— Да, ваша милость, и тут сразу вчерашний скандал.

— Да, мне что-то доложили, но министр Двора доложил так, что я понял плохо. Поясните?

— Охотно, ваша милость. На гонки Воздухолётного клуба неожиданно заявилась команда мастеров Чёрной Протоки Синяя Ласточка. Они там у себя гоняли чего-то и приняли решение поучаствовать в главном призе сезона. Ну а владельцы и распорядители клуба, решили, что это слишком, и воткнули на машину мастеров техномагический манипулятор.

Но видимо машина оказалась прочнее чем они надеялись, и тот смог повредить тягу только уже перед самой трибуной. Машина начала падать на людей, когда в дело вмешался майор Таргор — Увир. Он громким голосом предупредил людей, а после успел добежать до самой трибуны, и сначала сбил магическим ударом траекторию падения, а вот после… — Талис усмехнулся. А после, ваша милость он словно прикрыл людей щитом, и воздухолёт, ударившись об него упал на траву. Единственным пострадавшим оказался сам пилот, но им уже занимаются лучшие врачи, оплаченные вон Зальтом.

— А что там за история с избиением графа Орвиса? Неужели Ардор не мог себя сдержать?

— О, нет, ваша милость. Это не майор. Это его жена. Ну, та которая Лиара. Это она разбила ему лицо и сломала пару рёбер.

— Боевая, однако девчонка. — Логрис усмехнулся.

— А ведь могла и лезвием полоснуть. — Уточнил Талис. — У неё складной кинжал лежал в сумочке.

— И граф не вызвал Ардора на дуэль? — Удивился Логрис.

— Нет, ваша милость. У майора весьма серьёзная репутация.

— Тогда какой же он дворянин? — Удивлённо спросил король. — Для дворянина честь должна быть дороже жизни.

— Подать документы на лишение титула?

— Не титула, генерал. Сословия. Мне такие дворяне без надобности. — Логрис вздохнул. — Но ведь теперь, никто не поверит, что это была инициатива Эльги. Все станут думать, что это я такой могучий и прозорливый, свёл их с Таргор — Увиром,

— Так и не беда. — Талис усмехнулся. — Но самое главное, что теперь мы уже совершенно определённо знаем, что майор и есть сорок третий.

— Да, и мы ему об этом конечно же не скажем. Он сейчас делает всё от души, а захотим мы его прижать, да боги милосердные знают, что там вылезет! Пусть уж идёт как идёт. Да и мысль пристроить к нему Эльгушу, третьей женой не так плоха. Она станет править, он получит генерала, а то и генерал-фельдмаршала, его жёны займутся финансами и народными делами… Не конструкция — сказка.

— Лишь бы по дороге не сломался, ваша милость.

— Ну вот ты и проследишь. Пусть пока побудет на батальоне, получит подполковника, и вытащим его сюда в Академию. Здесь поучится два года и получит полк. Дальше посмотрим.

— А принцесса?

— Эльга, да. — Логрис помрачнел. — Конечно, её герой голыми руками оттолкнул трёхтонную машину… Весь альбом уже в его фотографиях. Но ей всего четырнадцать!

— Уже четырнадцать. — Напомнил генерал. — Брачный возраст. К нам поступают десятки предложений, со всего мира.

— Не терпится им. — Ворчливо произнёс Логрис.

— Это понятно. После того как мы надрали Гилларцев отняв у них четверть территории, число желающих породниться выросло втрое.

— Так. Давай, всех гони в лабиринт с согласованиями. Пусть ей будет хотя бы шестнадцать. А там и с Ардором ситуация стабилизируется, да и семья его тоже встанет крепче.

Военные люди вообще а в Генеральном штабе, особенно не любят сюрпризы.

Точнее, любят, но только те, что уже лежат в папке, согласованные с профильными управлениями, завизированы оперативным отделом, обложены приложениями и имеют в конце справку с анализом последствий.

Майор Ардор Таргор-Увир к таким сюрпризам не относился.

Он вообще в последнее время всё чаще напоминал Генеральному штабу мину, по ошибке зачисленную в личный состав, которой выдали мундир, женили, наградили и теперь не очень понимали, как именно хранить, чтобы она продолжала взрываться исключительно в нужную сторону.

В комнате отдыха начальника Генштаба сидели трое. Командующий Корпусом Егерей генерал Зендо Корвос, широкий, тяжёлый, с лицом человека, способного одним взглядом решить вопрос, если офицеры слишком долго думают, военный министр Элтор Ирталь, сухой и мрачный настолько, что рядом с ним даже настенные часы тикали дисциплинированнее и собственно начальник Генерального штаба генерал первого ранга[4] Дальгор Сайрин — высокий, седой, с аккуратными усами и взглядом математика, которому в формулу опять занесли живых людей, кровь, политику и одного егерского майора, плюющего на все правила с высоты собственного полезного безумия.

На столе между ними лежали три папки. Первая — рапорт Сыска о происшествии на территории Воздухолётного клуба, вторая — выжимка Королевской охраны о том же, и третья — уже достаточно толстенькая, хотя была заведена была только утром: «Майор Ардор Таргор-Увир. Вероятное позднее проявление дара. Предварительная оценка».

Сайрин постучал пальцем по третьей папке.

— Я, конечно, за свою жизнь видел многое. Видел, как капитан кавалерии пытался объяснить потерю батареи «недостаточной моральной готовностью лошадей». Видел, как генерал снабжения списал полтысячи сапог на «естественную усушку кожи». Но чтобы боевой офицер внезапно, на глазах у половины столицы, магическим ударом сдвинул падающий трёхтонный аппарат… Такого не припомню.

— Ну… не так уж внезапно, — сказал Корвос.

Ирталь повернул к нему голову.

— Вы… знали?!!

— Нет. Но у меня на таких людей нюх. Таргор-Увир давно слишком живуч даже для егеря. Слишком быстр, слишком резок и иногда делал такие вещи, что в рапортах проще списывать на «исключительную подготовку». Например, в одиночку зачистил весь «Цирк Нио» битком набитый наёмными убийцами и диверсантами, а там любителей не держали.

— Значит, вы что, закрывали глаза?!! — Удивился Элтор Ирталь.

— Я берег хорошего офицера, господин министр. Не мне вам объяснять, как следует беречь хорошие боевые кадры.

Сайрин чуть улыбнулся.

— Господа, не начинайте. У нас нет времени выяснять, кто раньше должен был понять, что майор не просто отморозок с отличной подготовкой, а отморозок одарённый. Вопрос в другом. Теперь-то что делать?

Ирталь открыл папку, пролистал первую страницу.

— По утверждённому порядку, следует уведомить Министерство эфиристики, назначить официальное обследование, включить представителя Академии, военного мага, медицинскую комиссию, правовой отдел и…

— И через два часа об этом будет знать последняя собака на задворках Марсаны, — перебил Корвос.

Через полчаса, — поправил Сайрин. — Через час уже выйдут специальные выпуски, а через два, в кафешантанах будут шутить по этому поводу и петь куплеты.

Ирталь поморщился, но не возразил.

— Да. И главное, обер-маршал Гарладо Корнрас явится лично или пришлёт одного из своих людей с полномочиями шириной в крепостные ворота, и весом в сухогруз.

При имени министра эфиристики мужчины чуть заметно скривились.

Гарладо Корнрас представлял собой тип человека умного, терпеливого, но хищного. Из тех, кто не ломает дверь ногой, если можно сначала купить дом, потом улицу, потом городскую управу, а уже после объявить дверь своей личной исторической собственностью. За последние пятнадцать лет он подмял под себя почти всех значимых магов королевства. Академия, сохраняла формальную независимость, частные дома — личных магистров, армия — штатных эфиристов, но любая серьёзная карьера, лицензия, доступ к источникам, редким реактивам, учебным контурам и высокоуровневым наставникам так или иначе проходили через Министерство эфиристики.

Корнрас не владел магическим обществом полностью, но всего лишь сделал так, чтобы без его подписи оно начинало задыхаться.

— Если Корнрас захапает майора официально, — сказал Сайрин, — он превратит его в свой ведомственный актив.

— В любом случае он, для начала, попробует наложить кураторство, — уточнил Ирталь. — Обследование, режим занятий, ограничения на применение силы, обязательные отчёты, допуск наставников только из министерского списка. Формально всё будет выглядеть безупречно. Забота о безопасности государства, поздно проявившийся сильный дар, нестабильный офицер, публичный инцидент.

— Нестабильный? — Корвос поднял бровь.

— Для обоснования — да. Для официального отчёта вообще любой человек, способный без разрешения изменить траекторию падающей машины, нестабилен.

Корвос откинулся на спинку кресла.

— Вот поэтому я и не люблю бумаги. Они слишком часто пытаются командовать теми, кто умеет работать.

Ирталь ответил не сразу.

Он посмотрел на схему падения «Синей ласточки», на пометку о трибуне, на фамилию пилота, затем на приложенный список журналистов, замеченных возле места аварии.

— Для прессы подготовим сообщение, что майор Таргор-Увир действовал в рамках чрезвычайной ситуации, используя личную подготовку, решительность и неоглашаемые средства стабилизации. Без слова «магия».

Сайрин усмехнулся.

— Неоглашаемые средства стабилизации? Это красиво. Бессмысленно, но красиво.

— Именно поэтому пресса это съест. Одни решат, что речь об армейском амулете, другие — что о секретной егерской технике, третьи напишут, что Корпус опять что-то скрывает, и будут правы, но к делу этого не пришьёшь, без нарушения закона о военной тайне.

— А Корнрас?

Ирталь закрыл папку.

— Корнрасу уйдёт краткое уведомление. Без оценки уровня дара, и без допуска к майору. «Предварительная проверка военной медицинской службой — „Возможный спонтанный эфирный выброс в условиях непосредственной угрозы жизни гражданских лиц“». Всё.

Корвос коротко хмыкнул.

— Он взбесится.

— Разумеется. Поэтому уведомление уйдёт не сегодня утром, а после того, как королю доложат нашу позицию.

Сайрин кивнул.

— Хорошо. А делать-то что будем?

Корвос подался вперёд.

— Его надо учить. Срочно и серьёзно. Но не в столице и не в Академии и уж точно не руками Корнраса. Если майор начнёт разбираться в себе самостоятельно, он или угробит кого-то рядом, или однажды сгорит изнутри, или, что хуже, решит, будто всё контролирует.

— А он решит именно так, — сухо сказал Сайрин. — Судя по досье, это у него любимый вид спорта.

— Поэтому нам нужен реальный боевой маг. Не кабинетный эфирист, что начнёт объяснять ему пять видов дыхания над свечой и не академический павлин. Нужен человек, понимающий цену крови, страха, усталости и работы силы под огнём.

Ирталь задумчиво постучал пальцами по папке.

— У нас таких, прямо скажем, немного.

— Поэтому не «у нас», — сказал Корвос. — А у меня.

Военный министр прищурился.

— Да ладно! В Корпусе Егерей нет штатных магов высокого уровня.

— Есть. Только мы о них не орём на каждом перекрёстке.

— Генерал, вы сейчас предлагаете послать боевого мага куда? По месту дислокации батальона?

— Нет. Я предлагаю направить специалиста для проверки комплексной системы безопасности в район, где будет служить батальон майора Таргор-Увира. А если этот специалист заодно научит майора не убиваться собственной силой, так это уже вопрос инициативы на местах.

Сайрин тихо рассмеялся.

— Какое изящное безобразие.

— Нормальная полевая работа, — возразил Корвос. — Просто без лишнего фейерверка.

Ирталь посмотрел на него внимательно.

— Кого вы хотите отправить?

— Дарну Нургос.

Министр даже не сразу ответил.

— Начальника офицерского училища?

— И бывшего боевого мага корпуса прорыва, полковника, прошедшего две войны, женщину, которая умеет разговаривать с Ардором так, чтобы он слушал, а не искал ближайшее окно для побега. Да, её.

Сайрин поднял глаза от бумаги.

— Она маг⁈

— Не любит это афишировать, но-да. Боевой магистр второго ранга по старой армейской градации. Практически — одна из немногих, кто может объяснить силовую работу человеку, привыкшему решать задачи телом, оружием и наглой мордой.

Ирталь нахмурился.

— Она же начальник училища. Её отсутствие заметят.

— Не отсутствие. — Командующий Корпусом поднял палец. — Инспекционная поездка. Проверка качества выпускников на боевых должностях, оценка ускоренных программ, рекогносцировка учебных крепостей. Бумагу напишем так, что её подпишут с радостью.

— И она согласится?

Корвос усмехнулся.

— Если скажем, что майор Таргор-Увир проявил сильный дар, но при этом уверен, что это «просто тело так работает», она прилетит быстрее курьерского аппарата. Из чистой педагогической ненависти. Ну и конечно подкинем ей. И финансово, и чего-нибудь для души. Например, тот же Стальной Легион. Честно говоря, давно заслужила.

Министр посмотрел куда-то совсем далеко, словно видя там грядущее.

— У Нургос есть ещё одно и очень важное преимущество. Её невозможно прижать через Министерство эфиристики. Она чисто армейская. У Корнраса на таких зубы скрипят, но рычаги короткие.

— Именно, — сказал Корвос. — Она не станет делать из него мага. Она сделает так, чтобы офицер Корпуса мог использовать дар как ещё один инструмент. Без молитв танцев с бубнами и соплей.

Ирталь помолчал.

— А если дар окажется выше второго ранга?

— Тогда тем более нельзя отдавать его Корнрасу, — сказал Сайрин. — Сильный одарённый офицер, связанный с Корпусом, Зальтами, Королём и теперь ещё с народным восторгом после гонок, — это не ученик. Это политический рычаг. Если Министерство эфиристики поставит на него печать первым, мы потом будем выковыривать эту печать из всей системы лет десять.

— И наживём врага в лице Корнраса.

— Он и без того нам не друг и другом не станет, — сказал Корвос. — Просто пока вежливый, а начнёт хамить, так укоротим.

Ирталь потер переносицу.

— Ещё принцесса…

В кабинете опять стало тихо.

Сайрин отложил листы.

— Принцесса — не наша забота.

— Неправда, — сказал Ирталь. — После вчерашнего, когда она стояла рядом с ним публично и подтвердила статус Лиары, отдала распоряжение именем Короны. Теперь любая работа с майором автоматически задевает и дворцовую линию.

— Тем более нужна тишина, — сказал Корвос. — Чем громче мы сейчас будем двигать бумаги, тем быстрее всё превратится в сватовство, ведомственную драку и магическую комиссию. А мне нужен офицер, который через две недели примет батальон, а не жених государственного значения, таскаемого между дворцом и Академией.

— Если я всё правильно понимаю, он уже жених государственного значения, — заметил Сайрин.

— Значит, тем более надо дать ему работу, пока его окончательно не сожрали.

Ирталь задумался.

За окном Генерального штаба Марсана жила обычным днём. Где-то шли трамваи, шумели рынки, дворники ругались с извозчиками, чиновники спешили в министерства, а газетчики уже наверняка торговали свежими выпусками с заголовками про кровь, небо, принцессу и майора, который махнул рукой так, что воздухолёт передумал падать на людей.

— Хорошо, — сказал военный министр. — Решение такое. Публично, без признания магического статуса. Формулировка: чрезвычайная ситуация, личная инициатива, действия по спасению гражданских лиц. Наградные материалы пока не подаём, чтобы не выглядеть торопливо. Отдельное представление подготовим позже, когда чуть уляжется шум.

Сайрин кивнул.

— По линии Генштаба — закрытая справка королю. Копия Талису. В справке прямо указать: что вовлечение Министерства эфиристики создаёт риск ведомственного перехвата ценного офицера и политического осложнения с Корпусом. По Корпусу, — продолжил министр, — подготовить назначение полковника Дарны Нургос в инспекционную группу по линии контроля боевой подготовки и системы обороны, с заходом в крепость, где будет размещён батальон майора Таргор-Увира.

— Да пропишем в официальные задачи, проверку подготовки командного состава, оценку оборонных сооружений и инженерных систем, с выдачей рекомендаций по усилению обороноспособности. — Добавил Корвос.

Ирталь впервые за всё совещание почти улыбнулся.

— У вас удивительно тёплое отношение к подчинённым, генерал.

— Приходится. — Он развёл руками. — Каждый егерь — боевая единица сам по себе, и часто — уникальное сочетание навыков и рефлексов. Приходится беречь каждого.

Сайрин поднял взгляд.

— Ещё один вопрос. Если Корнрас потребует доступа?

— Пусть требует, — сказал Ирталь. — Ответим, что майор, во-первых секретоноситель уровня А, во-вторых входит в структуру Внуренней безопасности, и что на работу с ним ему требуется получить разрешение Короля, и то, что он находится в действующей части, задействован в мероприятиях боевой подготовки, а первичный медицинский и эфирный контроль проводится военными специалистами. После завершения, материалы будут переданы в установленном порядке.

— То есть никогда? — Сарйрин усмехнулся.

Некоторое время трое молчали.

Потом Сайрин закрыл папку с аварией и положил ладонь поверх.

— И всё-таки занятный человек этот ваш Таргор-Увир. За сутки, публичное проявление дара, спасение толпы, арест графа, вмешательство принцессы и теперь ведомственная игра с Министерством Эфиристики. Обычно для такого нужен маленький мятеж или хотя бы проваленная операция корпуса.

— Он экономит ресурсы государства, — сказал Корвос. — Делает всё один.

Ирталь сухо посмотрел на него.

— Вот именно это меня и тревожит.

— Меня тоже, — признал командующий Корпусом. — Но чем эффективнее офицер, тем он опаснее. И всё же я предпочитаю их не ломать и не делать воспитателями в детском саду. Они у меня все, отморозки и головорезы, и именно поэтому попали в егеря.

— Поэтому учим.

— Поэтому учим, — подтвердил Корвос. — Тихо. Быстро. И руками человека, которого он не пошлёт сразу.

— Вы уверены насчёт Нургос?

— Абсолютно.

— Почему?

Корвос на секунду улыбнулся уголком рта.

— Потому что она однажды уже заставила его бежать быстрее, чем он собирался. Для Таргор-Увира это почти семейная связь. Ну и то, что она таки прыгнула к нему в постель.

Ирталь покачал головой.

— Боги, храни Шардал от егерского понимания семьи.

— Поздно, — сказал Сайрин, вставая. — После вчерашнего у нас оно уже вошло в большую политику.