Глава 12

После неудачной атаки через старый подземный ход церковники больше не пытались проникнуть в храм небольшими группами. В нижних галереях стало тихо, но эфиристы почти сразу предупредили Ардора, что тишина обманчива.

Армейские эфиристы работали в подвалах храма Восходящей Радости с самого утра. На каменные плиты ставили приёмные рамки, соединяли их тонкими линиями с приборами и по нескольку раз проверяли один и тот же участок. Подземелья уходили далеко за пределы храмовых стен, пронизывая ходами весь Святой Остров. Часть переходов значилась на старых планах, однако многие галереи перестраивались, соединялись со складами и расходились к другим храмовым комплексам.

Служители, оставленные в храме, знали только хозяйственные ходы. На вопросы о дальних переходах они отвечали осторожно и каждый раз добавляли, что подземная система принадлежит Церкви и никогда не предназначалась для посторонних.

Ардор не пытался заставить их вспомнить больше, чем они хотели. Эфиристы справлялись без помощи служителей.

Старший группы грандмастер Эрис Валт провёл ладонью над приёмной рамкой, дождался, пока колебания на пластинах успокоятся, и указал на рабочую карту.

— Здесь движение усилилось ещё до рассвета, господин генерал, — сказал командир подразделения эфиристов Валт. — Люди подходят из трёх направлений и собираются примерно в шестистах метрах от наших подвалов. Дальше приборы разделяют только крупные группы, но их уже несколько сотен.

— Призванные среди них есть? — спросил Ардор.

— По меньшей мере четыре аномально крупных источника, — ответил мастер Валт. — Возможно, больше. Они находятся глубже обычных людей и почти не двигаются. Кроме того, ниже прохода идёт сильная нагрузка на защитные контуры. Церковники укрепляют место, где собираются нас остановить.

Капитан Карсо стоял у карты рядом с Ардором. После первых попыток прорыва через подвалы он подготовил три варианта продвижения егерей. Все начинались одинаково: сапёры разбирают завал, штурмовая группа входит в узкую галерею, после чего противник заставляет её сражаться там, где нельзя развернуть пушки, вызвать авиацию или обойти оборону.

— Если они собирают людей внизу, значит, ждут нашего наступления по старому ходу, — сказал Карсо. — Скорее всего, первую линию поставят у складов, а призванных оставят за ней. Когда мы втянемся в бой, они ударят по голове колонны.

— Именно так я бы и сделал на их месте, — ответил Ардор и чему-то улыбнулся. — Поэтому в подземелья мы не пойдём.

Карсо посмотрел на него, затем на карту.

— Обходного входа пока нет, господин генерал, — сказал капитан. — Ещё два старых хода сапёры нашли, но оба завалены. На расчистку уйдёт не меньше суток.

— Расчищать их для наступления не нужно, — ответил Ардор. — Достаточно открыть один проход для жидкости.

Мастер Валт понял первым.

— Вы собираетесь залить нижние галереи? — спросил эфирист.

— Не водой, — ответил Ардор. — Транспорт уже вылетел из Марсаны.

Тяжёлая машина появилась над храмом после полудня. Из-за размеров она не могла сесть на площадку у восточной стены и зависла над хозяйственным двором, удерживаясь на подъёмных антигравах. Весь грузовой отсек занимал один бак. В него вошло больше ста тонн пирогеля, приготовленного на химическом заводе концерна Зальт ещё во время подготовки операции.

Ардор запросил этот груз до высадки на остров, хотя в Генеральном штабе не понимали, зачем десантной бригаде такое количество горючего вещества. В документах пирогель проходил как средство дезинфекции высокой температурой. Он мог гореть без доступа воздуха, растекался по камню проникая в трещины, куда не проходили обычные зажигательные составы.

Теперь назначение груза стало понятно всем, хотя в эффективность практически никто не верил.

Из нижней части транспортного бака вывели толстую трубу, сапёры протащили через подвалы и опустили в старый ход, по которому ночью пытались прорваться призванные. Повреждённую галерею предварительно расчистили и усилили у самого входа, чтобы первые обрушения не перекрыли сток раньше времени.

Начальник сапёрной службы майор Хорс Ведар проверил крепления, после чего подошёл к Ардору.

— Всё готово, господин генерал, — доложил майор Ведар. — До первого разветвления уклон достаточный. Дальше пирогель растечётся по нижним галереям. Точно определить глубину распространения мы не сможем, но эфиристы увидят движение массы.

— Давление держите небольшое, — приказал Ардор. — Мне нужно, чтобы он растекался по боковым проходам, а не пробил дыру до первого завала.

— Понял, господин генерал, — ответил майор Ведар. — Тогда полный слив займёт около часа.

Карсо ещё раз посмотрел на схему подземелий.

— Внизу могут оставаться паломники и служители, не связанные с войсками, — сказал капитан. — Мы не знаем, кого они успели вывести после захвата храма.

— Мы передали предупреждение по их внутренней линии два часа назад, — ответил Ардор. — Всем, кто не участвует в обороне, приказано покинуть подземелья через западные выходы. Церковники линию приняли и не ответили. Больше времени я им не дам.

Майор Ведар подал знак расчёту.

Клапан на баке открыли постепенно. Тяжёлый транспорт изменил положение, когда масса внутри начала уходить, и пилотам пришлось постоянно выравнивать машину над двором. Труба дрогнула, затем по ней пошел поток пирогеля.

В подземелье ничего не было видно. Только эфирные приборы показывали, как масса спускается по галерее, достигает развилки и начинает расходиться по боковым ходам.

— Первый уровень заполнен, — сказал мастер Валт через двадцать минут. — Часть массы ушла ниже. Там есть лестница или провал, которого нет на плане.

— Люди двигаются? — спросил Ардор.

— Да, господин генерал, — ответил эфирист. — Передние группы отходят от места сбора. Похоже, они уже поняли, что происходит.

— Выходы наружу? — спросил Карсо.

— Два западных выхода открылись, — ответил мастер Валт. — Оттуда выходят небольшие группы. Наши наблюдатели их видят, но огня не открывают.

— Пусть уходят, если бросили оружие, — приказал Ардор. — Вооружённых задерживать после выхода.

Через полчаса пирогель достиг дальних складов. Эфиристы определили это по изменению потока. Жидкость начала задерживаться в больших помещениях и медленнее уходить дальше. На карте появились новые отметки так как под храмом находилось гораздо больше сооружений, чем предполагала разведка.

— Тут большой объём, — сказал мастер Валт, указывая на участок к западу от старого прохода. — Возможно, склад или резервуар. Поток заполняет помещение и уходит через несколько нижних щелей.

— Продолжайте слив, — приказал Ардор.

Из западных выходов подземной системы стали появляться люди. Сначала вышли несколько десятков служителей и рабочих, затем две группы церковных солдат без тяжёлого оружия. Егеря разоружали их и отводили к дороге, где уже работала фильтрационная группа контрразведки. Но основные силы оставались внизу.

Когда бак опустел, транспорт заметно поднялся над двором. Сапёры закрыли клапан и отсоединили трубу. Её нижний конец оставили в галерее, а верхний оттащили от машины, чтобы огонь не добрался до остатков вещества, понатёкшего сквозь щели.

Майор Ведар подошёл к Ардору с докладом.

— Слив закончен, господин генерал, — сказал он. — По расчётам в подземелье ушло сто восемь тонн. Часть осталась в нижних складских помещениях, остальное распределилось по галереям. Можем поджигать.

— Люди ещё выходят? — спросил Ардор.

Мастер Валт проверил приборы.

— У западных выходов движения больше нет, — ответил он. — В месте сосредоточения остаётся крупная группа. Призванные тоже там.

Ардор вытащил из подсумка зажигательную гранату и спустился к люку, через который трубу вводили в старый ход. Карсо пошёл следом, хотя его присутствие там уже ничего не меняло.

У люка оставались двое сапёров. Они сняли временное крепление и подняли тяжёлую крышку. Снизу тянулся сырой каменный проход, на стенах которого блестели следы пирогеля.

— После броска закрываете сразу, — приказал Ардор. — Замок зафиксировать, сверху положить мешки с грунтом. Никому не открывать до разрешения эфиристов.

— Будет исполнено, господин генерал, — ответил старший сапёр.

Ардор выдернул чеку, подождал секунду и бросил гранату в люк.

Она ударилась о ступени и исчезла внизу.

— Закрыть, — приказал Ардор.

Сапёры опустили крышку. Едва замок встал на место, из глубины донёсся глухой удар. Каменная кладка под ногами дрогнула, но выдержала.

Эфиристы заметили распространение огня раньше, чем в подвалах стало слышно горение. По приборам волна двигалась вдоль заполненных галерей и почти одновременно уходила вниз, в склады и боковые помещения. Пирогель не вспыхнул одним взрывом. Он загорелся по всей протяжённости разливов и продолжал распространять огонь туда, куда успел просочиться.

Через несколько минут из западных выходов выбросило факела тугого алого огня. Егеря отошли от них заранее, оставив наблюдение с дистанции. Потом загорелись вентиляционные шахты на склоне, о которых никто не знал до начала операции.

— Температура растёт по всему нижнему уровню, — доложил мастер Валт. — Движение людей почти прекратилось. Несколько крупных источников ещё сохраняются у западного склада.

— Призванные? — спросил Карсо.

— Скорее всего, — ответил мастер Валт. — Они двигаются, но не могут выйти из помещения.

В нижних галереях пирогель горел без воздуха, постепенно нагревая камень, кирпич и опорные конструкции. Сначала начали лопаться старые перегородки. Потом огонь добрался до деревянных подпорных балок, которыми церковники укрепляли перестроенные участки.

Первое серьёзное обрушение произошло через двадцать минут после поджога. Земля под хозяйственным двором просела на несколько сантиметров, а в западной части храмового комплекса треснула стена одной из старых построек.

— Людей отвести от подвалов, — приказал Ардор. — В главный корпус никого не пускать ниже первого этажа. Сапёры проверяют основание стены и отмечают опасные участки.

Из глубины донеслось ещё несколько ударов. Один оказался сильнее остальных. На эфирной карте исчезла часть подземной галереи, соединявшей храм со складами.

— Обрушился центральный переход, — сказал мастер Валт. — Горенние сохраняется с обеих сторон. Судя по амплитуде волн, там начали рушиться перекрытия больших помещений.

На в километре от храма, в небо поднялся столб чёрного дыма. Через несколько минут второй появился ближе к внутренней части острова. Пожар распространялся по подземной системе, уничтожая не только собранные войска. Вместе с ними горели склады, мастерские и сооружения, которые Церковь готовила для обороны восточного направления.

Аврел получил первый доклад ещё во время слива пирогеля. Наблюдатели сообщали о тяжёлом транспорте над храмом и трубе, уходившей в подвалы, но никто не смог сразу определить назначение груза.

Когда загорелись вентиляционные шахты, сомнений уже не осталось.

— Они залили подземелья горючим составом, Предвестник, — сказал офицер церковной охраны. — Огонь идёт через склады восточного сектора. Связь с отрядами потеряна.

— Призванные? — спросил Аврел.

— Два эха исчезли почти сразу, ещё три сохранялись дольше, но теперь приборы их тоже не видят.

Аврел подошёл к карте подземной системы. Именно там он рассчитывал остановить шардальцев. В узких ходах не работали их воздушные крейсеры, бронетехника и тяжёлая артиллерия. Церковные солдаты знали переходы, а призванные могли атаковать из боковых галерей и возвращаться через ходы, недоступные обычному человеку.

Но Ардор не принял навязанные условия. Он уничтожил поле боя вместе с теми, кто собирался на нём сражаться.

— Что со складами? — спросил Аврел.

— Восточные склады боеприпасов и продуктов потеряны, — ответил офицер. — Сейчас горит хранилище продовольствия и два помещения с деталями для эфирных щитов. Нижние мастерские отрезаны обрушением. Точное состояние выяснить невозможно.

— Подземные выходы к храму Радости ещё существуют?

Офицер сверился с донесением.

— Один проход обрушился полностью. Второй перекрыт пожаром. Третий, возможно, сохранился, но находится ниже основного уровня.

— Не отправляйте туда людей, — приказал Аврел. — Пусть пожар выгорит. После этого оценим, какие участки можно восстановить.

Он не стал говорить, сколько времени займёт восстановление и останется ли после пожара сама возможность использовать восточную систему. Война развивалась не так, как её готовили в Ларнасе. Шардальцы не штурмовали укрепления по очереди и не входили в подземелья, где их ждали. Они уничтожали те участки обороны, которые не собирались использовать сами.

Пока под храмом продолжался пожар, Ардор начал следующий этап операции.

Комплекс гостевых зданий для паломников находился примерно в километре западнее храма. Несколько больших корпусов окружали внутренний двор, рядом стояли кухни и помещения для храмовой стражи. После высадки десанта Церковь разместила там подкрепление, рассчитывая использовать комплекс как передовую позицию на дороге к внутренним районам.

Днём атаковать его Ардор не стал. С наблюдательных башен просматривались подходы, а церковники поставили пулемёты в верхних окнах. Но пожар в подземельях отвлёк людей и нарушил связь между гостевым комплексом и ближайшими храмами. Что ослабляло их позицию.

Егеря выступили тремя группами. Две обошли здания по склонам, третья осталась у дороги и должна была начать атаку только после того, как боковые группы займут позиции.

Капитан Карсо командовал атакой из передового пункта, развёрнутого у подножия холма.

— Левая группа на месте, — доложил лейтенант по радио. — Видим караул у кухни и два пулемёта на втором этаже главного корпуса.

— Не трогайте их до сигнала, — приказал Карсо. — Правая группа должна закрыть западный выход.

Через минуту пришло второе подтверждение.

— Западный выход перекрыт, господин капитан, — доложил командир правой группы. — У ворот стоит грузовая машина, рядом около двадцати человек.

— Начинайте, — приказал Карсо. — Пулемёты давите первыми. Людей из жилых корпусов принимать, если складывают оружие.

Выстрелы из тяжёлых винтовок пробили пулемётные щиты, уничтожив расчёты. Почти одновременно левая группа открыла огонь по караулу у кухни, а егеря у дороги ударили по главному входу и заставили защитников укрыться внутри зданий.

Церковники попытались отойти через западные ворота, но наткнулись на заслон. После короткой перестрелки часть вернулась во двор, остальные бросили оружие и легли на землю.

В главном корпусе бой продолжался дольше. Храмовая стража закрыла лестницы и пыталась удерживать второй этаж, пока офицеры уничтожали документы. Егеря вошли через два боковых окна, поднялись по служебной лестнице и обошли защитников.

Через двадцать минут Карсо доложил Ардору о захвате комплекса.

— Сопротивление прекращено, господин генерал, — сказал капитан. — У нас трое раненых. Противник потерял около сорока человек убитыми, больше сотни сдались. В подвалах нашли продовольствие и запас боеприпасов.

— Людей разместите за каменными стенами, — приказал Ардор. — Открытые дворы не занимать, пока сапёры не проверят подземные помещения. Сразу ставьте бронемашины и пушки. Дорогу между храмом и комплексом держать под постоянным наблюдением.

— Понял, господин генерал, — ответил Карсо. — Передовые посты выставим ещё ночью.

К рассвету линия боевого соприкосновения продвинулась на километр в глубь острова. Егеря закрепились в гостевых зданиях, сапёры проверяли подвалы, а бронемашины уже выезжали из храмового двора к новым позициям.

А под землёй продолжались обрушения. Ардор запретил входить в подвалы до окончания пожара и приказал эфиристам отмечать на карте каждый участок, где исчезали опоры или менялось направление галерей.

К утру ветер начал слабеть. Сначала стихли самые сильные порывы, мешавшие работать на стенах храма Восходящей Радости, затем облачность поднялась над морем и открыла восточный берег острова. Дождь продолжался ещё несколько часов, но воздухолёты уже могли подходить к плацдарму без риска потерять управление на последних километрах.

Егеря удерживали храм и комплекс гостевых зданий, соединённые дорогой длиной около километра. За ночь сапёры проверили подвалы новых корпусов, закрыли два старых хода и установили наблюдение за третьим. К утру туда перебросили бронетехнику. Машины разместили за каменными зданиями, чтобы не показывать их наблюдателям из внутренних районов острова, но с возможностью быстро открыть огонь.

Ардор не отдавал приказа двигаться дальше. После пожара в подземельях церковное командование лишилось части резервов, но основные укрепления Ларнаса оставались впереди. Пока плацдарм принимал подкрепления, флот должен был завершить окружение острова и перекрыть оставшиеся пути снабжения.

Первое флотское соединение Шардала появилось у Винтраллы через сутки после окончания шторма. Воздушные крейсеры прошли над побережьем, пополнили запасы в воздушных портах Эндории и направились к Ларнасу вместе с кораблями прикрытия. Морские силы вышли позже, когда погодники подтвердили, что нового шторма в ближайшие дни не ожидается.

Через трое суток остров оказался в блокаде.

Шардальские корабли заняли восточный и южный участки. С севера подошли союзные эскадры, чьи правительства ещё неделю назад не желали участвовать в прямой операции против Святого Острова. Теперь их флаги и вымпелы развевались рядом с шардальскими, а патрульные воздухолёты проверяли каждое судно, пытавшееся приблизиться к Ларнасу.

Записи нападения призванных уже показали по всем крупным сетям эфирного вещания. Шардальская канцелярия внутренней безопасности передала не только кадры с наблюдательных приборов, но и полную запись переговоров у западных ворот. На ней было видно, как люди после предупреждения меняют форму и бросаются на егерей. Отдельно показывали гибель солдата, которого одно из существ разорвало у стены, а затем работу авиационных пушек.

Церковь попыталась объявить запись подделкой, но это объяснение продержалось меньше суток. Паломники, выведенные из храма, подтвердили нападение, а несколько видных специалистов по эфирной записи публично заявили, что вмешательства в изображение не обнаружено. После этого даже владетели, долго говорившие об особом положении Ларнаса, начали менять заявления.

В газетах уже спорили не о праве Шардала высаживаться на Святом Острове, а теперь обсуждали, сколько призванных существ находится в распоряжении Церкви и где ещё она могла разместить их под видом людей. Правители, не желавшие посылать войска, соглашались предоставить корабли, наблюдателей или базы снабжения. Никому не хотелось оказаться государством, защищавшим Ларнас после того, как призванных им демонов показали всему материку.

Патриарх получил сводку о блокаде вместе с докладом о потере подземного восточного сектора. В пожаре погибли собранные там войска, сгорели несколько призванных, а обрушения уничтожили склады, закрыли проходы к храму Восходящей Радости и восстановить их во время боевых действий уже не представлялось возможным.

Он прочёл доклад в своём кабинете и велел вызвать членов Церковного совета. Аврела он пригласил отдельно.

За последние дни Патриарх почти не покидал главного храмового комплекса. Связь с внешним миром ещё работала, но каждое новое сообщение подтверждало одно и то же. Ларнас терял не только позиции. Он терял право говорить от имени всех богов, потому что теперь любое заявление Церкви сопровождалось видеозаписью существ, созданных Машиной призыва.

Раньше Патриарх считал, что главное испытание начнётся при штурме храмов. Он рассчитывал на подземелья, защитные контуры и знание острова. Шардальцы не стали играть по этим правилам. Они высадились до окончания шторма, закрепились в первом храме, а затем выжгли подземный район вместе с войсками, собранными для их уничтожения.

Патриарх всё чаще возвращался к мысли, возникшей после падения Винтраллы. Возможно, ошибкой оказался не отдельный запуск, не выбор носителя и не недостаточный контроль. Ошибкой могла стать сама попытка призвать бога и подчинить его Церкви.

Бога Машина так и не привела. В тело Аврела вошла сущность, быстро перестроившая его под себя и подчинив остальных призванных. Патриарх понял это почти сразу, но не вмешивался, пока считал новую силу полезной для Ларнаса.

Теперь рассчитывать на неё уже не приходилось. Церковных войск оказалось меньше, чем предполагали в Шардале, а призванные легко гибли от артиллерийского огня и сапёрных мин, так и не показав себя как супероружие. Тем временем, флот противника замкнул блокаду, на восточном плацдарме продолжалась разгрузка бронетехники, и с каждым днём положение острова становилось хуже.

Если сопротивление продолжится, под удар попадут храмы, библиотеки и архивы, которые Церковь собирала столетиями. Машина их не защитит, зато потребует новых людей для очередных запусков.

Члены Совета собрались в малом зале рядом с кабинетом Патриарха. О блокаде знали все, но первым предложить капитуляцию не решался никто. Епископы обсуждали, какие гарнизоны ещё можно перебросить к главному храму и хватит ли оставшихся сил для нового удара по восточному плацдарму.

Аврел вошёл последним. Он остановился у противоположного края стола и не стал занимать место, прежде принадлежавшее сыну Патриарха.

— Восточный участок потерян, — сказал Патриарх, обращаясь к Совету. — Флот Шардала и его союзников блокировал остров. Плацдарм продолжает получать войска, а наши попытки уничтожить его провалились. Я считаю необходимым начать переговоры с Логрисом.

Несколько епископов заговорили одновременно, однако Патриарх поднял руку и заставил их замолчать.

— Переговоры не означают безусловного отказа от Церкви, — продолжил Патриарх. — Мы предложим прекращение сопротивления, выдачу лиц, участвовавших в военных действиях, и допуск наблюдателей в главные храмы. Машину призыва уничтожим сами до прибытия шардальских войск.

Аврел посмотрел на него без заметной реакции.

— Уничтожение Машины не остановит наступление, — сказал Аврел. — Оно лишит Ларнас единственного средства, способного изменить соотношение сил.

— Соотношение уже изменилось, — ответил Патриарх. — Ты отправлял призванных к храму. Сначала двоих, потом пятерых, затем через подземный ход. Все уничтожены. Одновременно мы потеряли людей и склады, которые могли поддерживать обычную оборону.

— Потери допустимы, — сказал Аврел. — Новые оболочки уже готовятся. После следующего цикла мы получим существ другого порядка.

Патриарх несколько секунд смотрел на лицо, принадлежавшее его сыну. В нём уже не осталось ни тревоги за Ларнас, ни отношения к людям, которых Машина превращала в оболочки. Для сущности Церковь являлась не наследием и не служением. Она стала устройством, обеспечивавшим доступ к телам, помещениям и энергии.

— Следующего цикла не будет, — сказал Патриарх. — Совет остановит запуски. Я отдам приказ разобрать питающие контуры и уничтожить центральную камеру.

— Совет больше не способен принимать решения, соответствующие обстановке, — ответил Аврел. — Вы предлагаете сдаться после первой потери территории и добровольно уничтожить оружие.

— Мы потеряли Винтраллу, материковое снабжение и восточную часть подземной системы, — сказал Патриарх. — Остров окружён. Продолжение войны уничтожит всё, что Церковь создавала многие поколения. Лучше потерять Машину, чем Ларнас целиком.

— Ларнас не имеет самостоятельной ценности, — сказал Аврел. — Его храмы, архивы и Совет существуют потому, что обеспечивали работу призыва. Если они больше не способны выполнять эту задачу, их сохранение не требуется.

В зале стало тихо.

Несколько епископов посмотрели на Патриарха. До этого дня они могли убеждать себя, что Предвестник защищает Церковь собственными средствами. Теперь Аврел сказал прямо, что сама Церковь для него ничего не значит.

— Ты находишься здесь по решению Совета и под властью Патриарха, — сказал старший епископ Восем Мерид. — Ни один призванный не имеет права определять судьбу Святого Острова.

Аврел повернулся к нему.

— Ваши права основаны на соглашениях между людьми, — сказал он. — Они не распространяются на меня.

Патриарх положил ладонь на управляющий амулет, встроенный в край стола. Отсюда можно было перекрыть доступ к Машине, запереть нижний комплекс и поднять храмовую охрану. Он понимал, что приказ может не сработать. Аврел уже подчинил часть систем и нескольких призванных, но другого способа остановить его не оставалось.

— Я, Патриарх Церкви всех богов, приказываю немедленно прекратить работу Машины призыва, — сказал Патриарх. — Нижний комплекс закрыть. Охране задержать Аврела Лаорна до решения Совета.

Он нажал на амулет.

Сигнал прошёл. На стене загорелась отметка вызова охраны, однако двери зала остались закрытыми. Из нижнего комплекса не пришло подтверждение остановки.

Аврел подошёл к столу.

— Машина больше не подчиняется вашим приказам, — сказал он. — Я изменил их после первого запуска.

Патриарх поднялся.

— Тогда я уничтожу её без контуров, — сказал он. — В нижних хранилищах достаточно зарядов, чтобы обрушить главный зал вместе со всеми механизмами.

Аврел остановился в двух шагах от него.

— Вы не успеете передать приказ, — сказал он.

Патриарх потянулся к личному амулету связи, но Аврел поднял руку, и удар тонким лучом пламени пришёлся в грудь. Патриарха отбросило на стол. Он попытался вдохнуть, но тело уже не слушалось. Второй удар не понадобился.

Восем Мерид вскочил с места.

— Вы убили Патриарха, — сказал епископ, отступая от стола. — Ни Совет, ни храмовая охрана не признают вашу власть.

— Охрана уже получила новые приказы, — ответил Аврел. — Совет продолжит работу под моим управлением. Те, кто не согласен, будут заменены.

Двери открылись. В зал вошли двое призванных в человеческом облике и отделение храмовой охраны. Командир охраны не смотрел на тело Патриарха.

— Нижний комплекс закрыт, Предвестник, — доложил командир. — Заряды в хранилищах обезврежены.

Аврел указал на членов Совета.

— Никто не покидает главный храм до окончания совещания, — приказал он. — Подготовьте сообщение о смерти Патриарха во время нападения на нижний комплекс. Все распоряжения от его имени отменить. Главам храмов передать, что управление обороной переходит ко мне.

Командир охраны отдал приказ подчинённым. Тело Патриарха накрыли плащом и вынесли из зала.

Аврел занял его место во главе стола и оглядел присутствующих. Большинство прятало взгляд, но были и те, что явно соглашались со сменой власти.

— Принесите мне карту восточной части острова.