Глава 47

— Там ошибка, — шутя, показываю на вывеску над главным входом.

— Какая? Где? — не открывая глаз, спрашивает Лена.

— Клиника доктора Плеховой. Нужно исправить, — обнимая любимую, шепчу ей на ушко. А у самого внутри все кипит от гнева.

Какого хрена? Кто стоит за похищением Лены? И если бы не ее решимость бить по трубам всю ночь, мы бы ее точно не нашли.

— Кстати, а чем ты по батареям колотила? — целую жену в висок.

— Вот, смотри, — показывает мне болт на двенадцать. — Это теперь мой талисман, — улыбается устало, прикрывает глаза и сникает.

— Леночка, не спать, — слегка щекочу под ребра. И жена морщится как от боли.

Меня подрывает от бешенства. Просто крышу сносит.

Какая сука посмела дотронуться до моей женщины? Ударить ее?

Всех найду.

Дилижанса и этого отморозка с битой уже взяли и допрашивают. Но умом понимаю, это не они. А тогда кто?

Сдав Лену в заботливые руки ее коллег, прохожу в ее кабинет. Плюхаюсь на диван. И сразу же звоню своим.

— Квартира кому принадлежит? Пробили?

— Обе хаты на одно лицо записаны, — откашливается Егор. — Хозяйка — некто Ольга Федоровна Ушицкая, тысяча девятьсот двадцать второго года рождения. Померла три года назад. А вторая квартира… Ну, с ней все плохо, Иваныч. Тут ребята сейчас работают. Нашли специальные контейнеры с человеческими органами. Похоже, мы имеем дело с черными трансплантологами, — вздыхает мой боец.

Слушаю, прикрыв глаза.

Откуда? Какого хера? Лена моя тут каким боком?

— Соседи что говорят?

— Ничего. Все боятся. Это нам еще повезло. На первом этаже новые квартиранты с ребенком поселились. Вот они и позвонили в полицию.

— Жесть какая-то, — выдыхаю я. — Пробей по телефонам. По симкам. Мы должны найти организаторов.

— Да, проверяем. Исполнителей тоже допрашиваем. Странно, почему именно вашу жену украли? Кому она помешала? Или на вас таким образом хотели оказать давление?

— Я еще никаких серьезных действий не предпринимал. Только в курс дела вхожу. Да и должность у меня сугубо гражданская.

— А раньше?

— Ну, раньше много чего было, — вздыхаю я. — Там копать, не перекопать. Но нет… Не думаю… Личных врагов у меня точно нет.

Закончив разговор, меряю Ленкин кабинет нервными шагами. Подойдя к окну, смотрю на большой больничный двор, по которому прогуливаются беременные женщины. И снова возвращаюсь на диван.

Ленка столько делает для людей. Стольким помогает. Почему украли именно ее? И кому было бы выгодно ее исчезновение?

— Ну кому? — усмехаюсь криво. И снова звоню Егору. — Поставь на контроль телефон Оксаны Петровны, — велю коротко, а сам в ужасе прикрываю глаза.

Неужели Оксана? Только ей одной выгодно. Ленка пропадет, а эта змея подколодная опять вползет в мою жизнь.

— Ты где сейчас? — звоню бывшей.

— Дома. С мамой, — весело отзывается она. И голос такой счастливый, такой веселый, что у меня еще сильнее крепнут подозрения. И звонила она вчера. Пыталась скандал устроить.

— Хорошо, — рычу в трубку и добавляю, стараясь сдержаться. — Что ты хотела?

— Мальчиков повидать. Я соскучилась.

— Будут тебе мальчики, — обещаю предельно честно и звоню Соколову. — Вадим, у меня бывшая под подозрением. Если есть хоть малейшее соприкосновение с похитителями, закрывайте.

— Боюсь, ты прав, — вздыхает тот. — Проверили за вчерашние сутки симки, находящиеся рядом с похитителями, показало одно место. Кафе «Причал».

— То есть после похищения исполнители встречались с Оксаной? — бросаю яростно и добавляю поспешно. — Берите. Ко мне эта женщина не имеет никакого отношения.

Да даже если бы и имела! Сжимаю кулаки и чуть не вою от бессилия.

Как Оксана вышла на бандитов и террористов? Как?

— Олег Иванович, диагностика закончена. Елена Васильевна уже отдыхает, — заглядывает в кабинет Гавриловна. Выдергивает меня из размышлений.

— Где она? Проводите, — подрываюсь с места.

Вслед за полной женщиной в белом халате иду по пустым коридорам. Спускаюсь по лестнице и попадаю в Ленкин флигель.

Твою ж мать! По улице было бы быстрее обойти.

— Как ты? — сажусь рядом с женой, лежащей на разобранном диване. — Почему в палате не осталась?

— Вот еще! Мне тут спокойнее. Не хочу рожениц пугать, — фыркает Лена. — Голова поболит и перестанет, — недовольно морщит нос.

— Что там? — беру с журнального столика результаты исследований. — Сотрясение мозга. Ушиб мягких тканей.

— Ничего особенного, — слабо улыбается жена и словно тает у меня на глазах.

— Что с ней? Помогите! — кричу в панике.

— Все под контролем, Олег Иванович, — успокаивает меня Гавриловна. — Невролог уже осмотрел. Сильное сотрясение мозга. Нужен покой, — выговаривает она мягко и неожиданно хватает меня за руку. — Пожалуйста, найдите этих уродов! Они не должны ходить по земле!

— Ищем. Не беспокойтесь. Всех найдем, — легонько хлопаю по плечу старую медсестру. И поворачиваюсь к Лене. — Я сейчас уеду в контору. С тобой кто останется? Надо сиделку какую-то…

И уже жду отповеди в стиле «Мне ничего не надо».

— По просьбе Елены Васильевны я позвонила Кате. Она уже едет, — докладывает Гавриловна.

«Катя, твою мать! Снова Катя!» — сжимаю кулаки в ярости.

— Лен, может, зря? Катя с детьми осталась, вроде, — опускаюсь перед любимой на колени. И пофиг, что смотрят. Мне все равно.

— Катя вызвала наших мам. Дождется их и приедет сюда. Мне с ней спокойней, Олег, — тихо тянет Лена. Кладет мне на темечко слабую руку. Пальцы бегут по ежику волос. Потом опускаются вниз, к шее.

Перехватываю ладонь. Целую каждый пальчик и шепчу порывисто.

— Ты у меня боец, Ленка. Самый настоящий боец.

— Я тебя ждала, — хватает мою ладонь обеими руками и целует порывисто. — Слава богу, ты успел! — всхлипывает жалостно. И меня снова пробирает до костей.

А если бы опоздал? Как бы я жил тогда?