47
Негон развалился в кресле, потягивает золотистый напиток.
– Отбивал у него нашу невесту, – прохладно хмыкает Райнар.
– Она уже не наша, – презрительно бросает Тодор. – Но я всё равно расспрошу её версию.
– Бесполезно, – отвечает Райнар. – На ней огненная печать молчания. Ты за этим меня звал?
Как ни удивительно, мальчишка вообще забыт. Я-то думала, Тодор хотя бы в общих чертах спросит – нашли ли? Но ему никакого дела до чужого ребёнка.
– Нет, – разворачивается, смотрит на Райнара испепеляющим, пристальным взглядом. – Меня срочно вызывают на внеплановое заседание Драконьего Союза. Дали день, чтобы всё завершить.
Ого! Быстро драконюки сработали! Не могу понять, знает ли Тодор о разоблачении Девлина, или ещё нет.
– Поэтому завтра бала не будет. Будут парбаджи. И завершение.
Не нравится мне это! Что значит «парбаджи»?!
Райнару, похоже, тоже не нравится – но он молча подходит, занимает второе из кресел. Складывает руки на груди, показывая, что слушает.
– Сначала сразишься с Негоном. Потом – со мной.
– Его тоже срочно вызывают? – приподнимает бровь мой воздушный.
– Нет, но мне необходимо закрыть отбор. А ваш спор касается невесты. Да, я помню, что очерёдность вызова была иной. Но по закону старшинства сначала сражаются более слабые противники.
Райнар молча смотрит на него, скрипнув зубами.
– У тебя всё? – спрашивает прохладно.
– Прилетит представитель Драконьего Союза. Если кому-нибудь покажется, что в бою использовалась какая-нибудь тёмная сила, – он выделяет слово с очень нехорошим намёком, – то результаты будут аннулированы, а бой перенесён на другое время.
Угу. Читай: на то время, когда Тёмная отправится в свой стазис.
– Парбадж защищён магически, третьи силы не могут вмешиваться в него, – мрачно напоминает Райнар.
Вот-вот! Иначе ты не амулеты с накопителями искал бы, а магов помощнее!
– Всем известны коварство и безжалостность Тёмной. Не знаю, по каким причинам вы явились в купальни вместе. Она ли на тебя воздействовала, чтобы подчинить, или ты нашёл способ призвать и устранить конкурентов. С этим пусть разбирается Драконий Союз. Моё дело уведомить всех об изменениях в регламенте.
– Считай, что уведомил, – д'лорд Скайлер поднимается, направляется к двери.
Лицо мрачное, зубы стиснуты. Надеюсь, хоть от меня скрывать не решит?
Вот ведь Вошь паршивая! Как же мне это не нравится! Всё равно нашёл способ ослабить Райнара перед сражением, старшинством прикрылся! Ничего бы не случилось, если бы перенесли парбадж на после разбирательства! А то, может, и сражаться не пришлось бы – если бы кое-кого уличили в использовании «огненного вихря»!
Получается, это отбор завершится уже завтра?!
Отлично, конечно, что Тодора вызывают. Это означает, что свадьба затянется и у нас будет время... если два парбаджа закончатся хорошо. Потому что все мои чувствительные места вопят: жди подвоха.
Райнар выходит, и я тоже спешу покинуть стену: душно в ней.
Передвигаюсь потайным ходом – Скайлер, воспользовавшись ближайшим выходом, ныряет туда же. Иду за ним бесшумно какое-то время. Куда направится? К Аалзу? Или решит отдохнуть и набраться сил перед битвой? Тогда лучше ему не мешать...
Дракон вдруг приостанавливается. Спрашивает тихо:
– Слышала?
Ого! Он почувствовал меня там?!
Нагоняю его.
– Трусливые поганцы, – выдыхаю сквозь зубы. – Боятся драться с тобой поодиночке, вот и объединились.
Райнар оборачивается ко мне. Замирает на миг:
– Ты почему в этом платье? Хотела вмешаться? Не надо, я и сам могу...
– Да нет, – уверяю, – я вовсе не собиралась тебя компрометировать. Просто... так удобнее ходить сквозь стены. Материальная одежда мешает.
Лицо принца приобретает совершенно непередаваемое выражение. Глаза едва сощуриваются, в них мелькают уже привычные огненные искры.
– То есть ты хочешь сказать, – произносит вкрадчиво, – что кроме этого платья на тебе больше ничего нет?
Если быть точнее, на мне вообще ничего нет. Молчу, только губы вдруг пересыхают – и я непроизвольно облизываю их.
Но Райнар как-то слишком уж хорошо успел меня изучить. Понимает без слов, прямо вижу, ощущаю его реакцию – очень даже бурную. В определённых местах.
– Хочу сказать, что это платье так просто не снять, – не могу не ответить, ну не показывать же, как мне нравится его реакция!
– Я справлюсь, – уверяет дракон.
Делает шаг, вдруг подхватывает меня на руки и резко меняет направление.
От неожиданности обнимаю его за шею – за последнюю тысячу лет я если на ком-то и ездила, то исключительно оседлав. А не так, чтобы меня по доброй воле носили. Да ещё и с такой частотой. И до чего же это, оказывается, приятно!
Уже вижу, куда он нацелился: не снижая темпа заходит всё тем же тайным ходом в свои лазурные покои. Осторожно укладывает меня на кровать.
Оглядывается на официальную дверь, будто думает, приказать ли не беспокоить, или вообще не обозначать собственное присутствие. Похоже, останавливается на последнем.
Поднимает руку, пускает мощный магический импульс – вижу, как сила пробегает по полу, стенам, потолку, сплетаясь плотными замыкающими узорами. И захочешь – с первого раза не разорвёшь.
Для закрепления эффекта добавляю в его энергию немного Тёмной. Ибо от всяких непрошенных гостей нет сильнее неё пока оружия в мире.
Райнар замечает. Оборачивается. Улыбается.
Возвращается ко мне.
Ощущаю его на себе, над собой. Запускаю пальцы в волосы.
– Я столько раз представлял этот момент, – шепчет. – По-всякому. А уж в последние дни, с тех пор, как увидел тебя настоящую... Столько воспоминаний хотел бы разделить с тобой. Но на первый раз приготовил нечто особенное.
– Долго готовил? – улыбаюсь, провожу рукой по его щеке.
– Долго, – шепчет в губы.
Мне не нужно ничего особенного. Потому что мне просто хорошо! А это само по себе редкость.
Но так приятно, что он думал об этом, волновался. Что никак не может оторвать от меня взгляд.
И платье действительно снять невозможно – его давным-давно уже нет, а энергетический слепок вплетён в моё проклятие навечно. Но руки Райнара каким-то образом проникают сквозь него, касаются меня, и я уступаю. Отпускаю одеяние Тёмной, позволяя дракону любоваться моим нестареющим телом – одним из немногих преимуществ.
Скайлер проводит кончиками пальцев по моей шее, опускается к груди. Чуть приоткрываю губы, и он тут же касается их своими. Осторожно, будто перед ним нечто хрупкое, бесконечно ценное, единственное. Никогда не предполагала, что можно передать всё это в одном поцелуе, но ему удаётся!
Волосы по-прежнему едва развеваются. Разглядываю их – и внезапно ощущаю прилив драконьей силы. Тёмные пряди взметаются, смешиваясь с моими, и нас подхватывает клубок воздушной магии, возносит в центр спальни. Этакий прозрачный сгусток, внутри которого мы буквально парим.
– Ох! – выдыхаю от неожиданности. – Что это?
– Если уж от рождения отмеряно столько воздушной силы, глупо не применять её для удовольствия, – мне так нравится, что в его голосе проскальзывают ироничные нотки.
– Точно особенное, – выдыхаю, не в силах скрыть восторг. – Никогда даже не слышала...
– Очень на это рассчитывал, – шепчет он, а в глазах столько радости! – Специально для тебя берёг.
Вдруг замечаю: там, где его руки касаются меня, между нами вспыхивают искры огненной магии. Она будто дополняет удовольствие, делает кожу ещё чувствительнее. Волосы сплетаются в порыве невидимого ветерка.
А мы парим, не чувствуя веса. Понимаю, как это сложно воплотить, но Райнара будто и вовсе не отвлекает необходимость поддерживать нас в воздухе.
Его глаза, руки, весь он занят исключительно мной. Касается. Разглядывает. Целует.
Тянусь к нему, в этом странном коконе, и каждое прикосновение высекает искры. И чем настойчивей его руки, тем ярче огонь между нашей кожей, который словно спаивает нас ещё сильнее.
Берусь за его рубаху, пытаюсь скинуть с плеч, провести по рельефу спины и груди. Не помню, когда испытывала такое удовольствие! Мало того, что драконы физически совершенны, так ещё и Райнар успел сделаться для меня тем самым особенным. Единственным.
Он быстро избавляется от одежды – хм, кто-то не носит белья! И вещи падают сквозь поддерживающее поле, оседают где-то далеко внизу на пол.
Скайлер касается ладонью моей ладони, соединяя. Переплетает пальцы. Наклоняется сверху.
Искры в глазах разрастаются огнями. Предвкушение, ожидание, волнение.
Переворачивает меня, мазнув волосами. И сила под нами становится плотной, повторяет формы моего тела.
Начинаю ощущать мужскую тяжесть, и обнимаю крепче, хочу вжать в себя ещё глубже!
Дракон вдыхает мой запах, прокладывает горячие дорожки поцелуев по телу. И постоянно смотрит, словно боится закрыть глаза.
Он не спешит, наслаждаясь каждой секундой. Давая мне насладиться. Тягучее удовольствие разливается по телу, от груди к низу живота. Я подаюсь навстречу, выгибаюсь, отдаваясь ласкам. Мягким, настойчивым, всё более и более горячим.
Райнар осторожно раздвигает бёдрами мои ноги, и я тянусь к нему, закусив губу. Мечтаю ощутить его в себе.
Под прикосновениями вспыхивают и вспыхивают огненные искры, разлетаются в разные стороны.
Мелькает мысль, что творящуюся здесь магию могут засечь, но Райнар оказывается внутри. С моих губ срывается стон, и дракон накрывает их своими.
И я не успеваю ничего обдумать, оставляю заботу о защите на нём.
Он приподнимает меня, ускоряется, и воздушный сгусток, который у нас сейчас вместо кровати, подстраивается, меняет форму, оказывается самым удобным из всех возможных лож.
Чем сильнее, быстрее, ненасытнее наши движения – тем больше искр загорается вокруг. Везде – на теле, на волосах, внутри и снаружи.
За окнами темнеет, но лазурная комната озаряется яркими огнями. Они разлетаются по стенам, мебели, падают в камин и не гаснут, пока мы приближаемся к вершине наслаждения.
Райнар провожает некоторые из них взглядом – и я понимаю, что эта незапланированная иллюминация и для него неожиданна. Но, похоже, нравится ему не меньше, чем мне.
Руки продолжают крепко сжимать меня, губы ласкают губы, в нём совмещается столько эмоций, что я получаю удовольствие, просто впитывая их.
А потом нас накрывает фейерверк, и в прямом и в переносном смыслах: огненная магия полностью отражает всё, что выплёскивается, бушует в наших телах, сердцах и душах.
Тяжело дыша, Райнар укладывается рядом, крепко прижимает меня к себе.
Огни в комнате утихают, замирают, исчезают. Но там, где руки принца продолжают гладить моё тело, вспыхивают новые искры.
И он не прерывает ласк, будто и вовсе не планирует выпускать меня с кровати, и я с радостью осталась бы в этом сладком плену. Всё то время, что мне отмеряно.
Немного передохнув, принц переходит на следующий виток, и ещё, как будто хочет наверстать потерянное время и заполниться наслаждением на несколько лет вперёд.
Наш сгусток меняет форму, структуру, то давая нам снова парить, то разворачиваться по-всякому, и постепенно понемногу снижается.
За окнами давно уже властвует ночь, и я хочу напомнить, что у принца завтра целых два важных боя. Но что может быть лучшей подготовкой, чем полная ночь удовольствий?
И я с радостью разделяю с ним её, ощущая себя до неприличия счастливой.