8
Не успеваю больше ничего спросить: предмет нашего разговора сам приближается, словно почуяв, что о речь о нём.
– Шогара, – едва улыбается уголком рта, касается губами руки.
Нагайна прямо на глазах меняется, становится бесконечно обворожительной, даже зелёное платье выглядит больше не чешуёй – а самым что ни на есть изысканным нарядом.
Ох, заболталась, уже и следующий танец на носу. Тория с Оливи меня сгрызут и не подавятся!
Не успеваю откланяться, как обладательница пышного красного платья сама появляется в дверях. Метает в меня разъярённый взгляд – ну не решит же, будто Оливи тайно сговорилась со мной всех трёх принцев к себе в гарем собрать? Хотя, кто её знает.
Спешу исправить положение:
– Идёмте, познакомлю вас со своей лучшей подругой, – предлагаю Райнару. – Может, хоть она окажется в вашем вкусе?
Тот приподнимает удивлённо бровь. Нагайна же одаривает почти ощутимо ядовитым взглядом. Ничего, тут мы невесты, а ты дожидайся своей очереди, коль уж дракон ввязался в этот отбор! А вот по каким причинам – хотелось бы знать.
– Она опоздала на бал? – похоже, это его всерьёз заинтересовывает. Неужели даже больше, чем наглость служанки? И отлично.
– Ммм... наверное, – сказанула бы, где невеста провела первые два танца, да пусть сама изворачивается.
Самым беспардонным образом беру его под руку и увлекаю к подружке Оливи. Сообщаю, сияя ослепительной улыбкой:
– Тория Малюш.
Будет оценивать ваш слог. Как же не вовремя мне нужно язык-то попридержать!
Райнар кивает, может, действительно запомнил, всё же нас уже дважды драконам представляли.
Так, добраться до выхода поскорее, дальше пусть Оливи сама...
Да что ж за непруха-то!
– Вы позволите?
Чёрт, похоже, Оливи удостоилась первых трёх танцев с каждым из принцев! И смертельной ненависти от остальных неоцененных невест.
Разворачиваюсь к Негону Буллу. А взгляд-то расфокусированный, мечтательно-влюблённый! Давай, дорогой, будешь запасным вариантом. Хоть один принц, да достанется Оливи!
Кажется, водный тоже пытается не отстать от собратьев. Понадобилась та же самая невеста. Зато понятно, почему не к Джайне побежал.
Только вот не понятно, почему же на Райнара эликсирчик не действует... Лягух-то вполне ммм... качественный попался.
– Как же я раньше не замечал, что вы самая милая из невест! – растекается водный принц, глазки как у крабика, так и моргают, и всё смотрит, смотрит на моё хорошенькое личико. Точнее, конечно, личико Оливи. Похоже, рыбьи губки ему как раз по вкусу.
– Спасибо, – смущаюсь, невольно сравнивая кавалеров.
Если первые два вели свою партию почти одинаково безупречно, то этот сбивается с ритма и время от времени норовит оттоптать ногу. Хотя водники обычно грациознее земляных. А ручками так и гладит мою спинку сквозь тонкую ткань платья.
Но после прикосновений главного бабника, как-то даже не пронимает. Может, силу за прошедшие века они и увеличили, но чёртову драконью харизму явно подрастеряли. Не все, конечно... стараюсь не покоситься в сторону воздушного.
– Скажите, милая... а вы любите стихи?
Эм? Закашливаюсь, но вдохновлённый эликсиром дракон не замечает, продолжает сбивчиво вещать:
– Мы могли бы... при луне... стихи... серенады... Это так романтично! Не находите?
– Романтично, – соглашаюсь осторожно. Боюсь, ехидства над ещё одним принцем Оливи мне не простит. Особенно учитывая, что он ею в данный момент очарован.
– Так может мы с вами... вечером посмотрим на звёзды?
– Мы с подругой с радостью оценим ваш слог! – соглашаюсь, вспомнив про любительницу рифмоплётов. А то если воздушник жениться не планирует, Тория и вовсе без жениха останется.
Уславливаюсь с активно млеющим драконом о вечерней прогулке и сразу после танца спешу, наконец, к Оливи. Бедная уже сколько времени в уборной отсидела. Пусть и шикарной.
Но на выходе подкарауливает неожиданный сюрприз! Джейк и Яккоруб, патрулирующие коридор.
– О... – начинает последний, взгляд загорается – сначала восторгом, после недоумением. Осекается, хлопает пару раз глазами, в которых явно проносятся рифмы.
Познакомить его с Негоном, что ли? Они определённо друг друга поймут.
Впрочем, знакомы. Увы и ах.
– Надо же, каких невест нам дали охранять, – склоняется к напарнику.
Фух, пронесло... Почти. С тоской слышу:
– Красивые безумно – глаз не оторвать.
Глаз Джейка – тот самый не оторванный – косит подозрительно то на меня, то на дружка. Ну, хоть не будет его страсть к рифмам соотносить с Ани.
– Уф, там так жарко! – бросаюсь к проходящей мимо невесте, чтобы избежать близкого контакта с парочкой. – Юлли, да? – вспоминаю девушку, сидевшую напротив за столом.
– Скучно скорее, – пожимает плечами та.
– Оливи, – представляюсь на всякий случай.
– Я помню, – улыбается.
– А вы уже насовсем уходите? – интересуюсь, заметив, что она собирается пройти мимо туалетной.
– А что там делать? – снова пожимает плечами.
– Принцы же!
– Там нет никого, кто меня заинтересовал бы. Я вообще сюда не стремилась: драконы выбрали, родители настояли. Если вылечу – не расстроюсь. А если я какому принцу приглянусь – пусть приходит, поговорим.
Улыбается, тоже посмеиваюсь. Нравится она мне, но сейчас спешу попрощаться и ворваться к Оливи.
Та действительно недовольна, едва дожидается окончания моего рассказа. Разговор с Шогарой тоже приходится передать. Пусть вместе с Торией головы ломают.
Ага, как же.
– Узнай, почему он не хочет жениться и для чего на отборе! – требует капризно.
– Попробую, – соглашаюсь.
О том, что в условия призыва это не входит – не напоминаю пока. Самой интересно.
В соседнем зале накрывают обеденные столы: грядёт великая трапеза на полсотни персон. А после – продолжение бала до самой ночи.
И это означает, что весь вечер всякие драконы и прочие надоеды будут здесь, друг друга развлекать.
А у меня там виверна не кормлена, а ведь я обещала малышке еды принести. И вообще тысячелетние наслоения Мерсоля не исследованы...
Кстати о еде. Забегаю на кухню, откуда тянется поток служанок с подносами. Там такая суматоха, что на меня никто не обращает внимания. Вильгелинна что-то выговаривает Эрлен – а вот нечего было вставать, когда могла спокойно поболеть, никто и не заметил бы. Стараюсь мелькнуть в поле зрения распорядительницы – ну, чтобы потом не пристала, мол, где весь бал провела.
Так, чем бы нам виверночку угостить? Ага, вон блюдо с запечённой птицей. Присматриваю, как бы так её стащить.
У столика, где утром завтракали служанки, сейчас никого. Лишь одинокая кем-то забытая тарелка с грушей и россыпью орешков. Ссыпаю их себе в карман, благо, карманы в служанкином платье большие. Будет чем подкрепиться.
Вроде бы всё спокойно. Пока мою птицу не увели, беру блюдо на специальном полотенце и спешу на выход, ещё раз проскользнув мимо Вильгелинны. И уже в коридорах – хорошо, что даже новое крыло полнится всякими ответвлениями и закоулочками, – оставляю блюдо в тёмной нише за картиной. Птицу заворачиваю в полотенце и аккуратненько, помогая себе пологом невидимости, ухожу в стороночку, в коридорчик и дальше, дальше, к пустынным заброшенным нагромождениям.
Вот до чего же тут славно, тихо! Ни музыки, ни стихов, ни назойливых кавалеров. Ни даже бессовестных принцев.
Как бы виверну-то найти?
– Аалз! – зову, но паук не спешит принимать меня в свои сети.
Вокруг полумрак. Из редких проёмов, бывших некогда окнами или дверями комнат, пробиваются яркие лучи солнца, но до коридоров света доходит немного.
Правда, чем дальше, тем света меньше, а завалов больше.
Какое-то время иду, внимательно оглядываюсь. Раскрываю птицу на полотенце, в надежде, что хоть запах еды привлечёт животинку.
Вдруг со стороны соседнего перехода доносится странный, настораживающий звук. Останавливаюсь, прислушиваюсь. Вроде шаги, и голос... женский. Будто жалуется кому-то.
Положив угощение на горке из камней, неслышно продвигаюсь в ту сторону. Шаги всё ближе, как и бормотание.
Осторожно выглядываю из-за поваленной, но не до конца упавшей колонны.
– Эрлен?! – восклицаю не сдержавшись.
Девушка вздрагивает, зеленеет, роняет из рук какой-то свёрток.
– Ани? Ты что тут делаешь? – поднимает быстро, прижимает к себе и воровато оглядывается.
– А ты?
– Мне... надо.
Угу, и мне.
– Что-нибудь случилось? – спрашиваю осторожно.
– Воры! – возмущается Эрлен. – Ничего оставить нельзя! То платье пропадёт, то орешки со стола!
Э-э-э... стараюсь не схватиться за карман. Предупреждать надо!
– Может, тебе показалось? Поспала бы.
– А и посплю! – решительно останавливается Эрлен, вцепившись в свой свёрток. – Тут страшно, темно, ещё этот принц намекал, что будет ждать меня ночью, как будто я похожа на такую... такую... доступную!
А вот надо было лежать, как Тёмная Анабель советовала... Ну что за люди?
Эрлен разворачивается, бормоча под нос:
– Пусть сама ищет! И подумаешь!
Делаю шаг за ней, подбирая слова, как бы так незаметно расспросить.
Но сзади долетает вскрик, шипение и следом громкое, смачное чавканье.
– Уив! – взвизгнув на высокой ноте, Эрлен подхватывает юбки и мчит куда-то вдаль, с неожиданной для её комплекции скоростью.
Дичь! Моя птица!
Развернувшись, бросаюсь обратно, потому что насколько я успела заметить, жевать в тех коридорах нечего. Кроме моей птицы.
И застываю, обнаружив неожиданное зрелище.
Упираясь всеми лапами и хвостом, растопырив крылья, сомкнув зубы на поджаристом окорочке, виверна что есть силы вырывает законную курицу у какого-то оборванного, босоногого мальчишки.
– А ну отдай сюда! – требует тот, не менее отчаянно вцепившись в угощение.
– Ты кто такой? – бросаюсь к ним. – И зачем отбираешь еду у животного?
– Бель! – с ужасом взглянув на меня, он начинает трясти тушку ещё сильнее. – Бежим! Отпусти же! Брось каку!
Несколько секунд соображаю, как он меня узнал и что теперь делать. Пока не доходит...
Бель? То есть это не ко мне, а к виверне?!
В неравной борьбе побеждает зубастое и клыкастое, и, взмахнув птицей словно трофеем, подбрасывает вверх. Вытягивает голову на длинной шее и заглатывает тушку целиком.
– Дурочка! – возмущается мальчишка.
– Эй, погоди, рассказывай! – приближаюсь требовательно. – Ты тоже голодный?
– А вдруг яд? – выпаливает, засветив мне в глаз мелким магическим фонариком. – Явно же не просто так тут разложили, ещё и на скатёрке. Нас и без того один дракон почти выследил! А теперь и ты доложишь! Как будто мало...
– Стоп, погоди, – перебиваю, пытаясь проморгаться.
Хм, а ведь очень даже хорошая идея. Возьму на вооружение. К мальчишке ни один принц не станет приставать, и служанки наверняка внимания не обратят особо. Правда, я тут вообще детей не видела.
– Чего тебе? – буркает сердито.
Разглядываю: тёмные всклокоченные волосы, под следами грязи можно рассмотреть правильные черты лица и тёмные глаза с явной примесью не совсем людской расы. Но не дракона, вроде бы.
– Так ты голодный?
Виверна, которая Бель, похоже, очень даже. Переступает на задних лапах, размазывая пыль хвостом, и смотрит просительно, заискивающе. И птица молодому растущему организму явно на половинку зубика пришлась.
– Нет, – отворачивается. – Иди, доноси.
– Да погоди ты! Никому я доносить не буду. У меня тут орешков немного. Грушу схомячила, прости, не знала.
Засовываю руку в карман, протягиваю горсть мальчишке.
– А за птицу не бойся, я её из центральной кухни притащила. Вчера обещала малышке, – делаю ещё пару осторожных шагов, поглаживаю виверну по мордочке, которую та с удовольствием подставляет.
– Почему Бель-то?
– Не почему! Иди себе, куда шла.
– А ты куда же? – вообще, мне за предыдущую тысячу лет стать мамой как-то не довелось. Но видеть голодных и оборванных детей не могу.
Беру его руку, пересыпаю орешки в ладонь.
Мальчишка очень насторожен. Вряд ли удастся разговорить. Лучше потом поищу его, приняв вид сверстника. А сейчас мне бы до своих прежних комнат добраться...
– Спасибо, – буркает. – Ты это, будь осторожнее.
– В каком смысле? – не понимаю.
– Тут ловушки везде, древние, но иногда срабатывают.
Ого! Когда-то ещё королевские маги ставили ловушки, но то в самой старой части. А более поздние владельцы, наверное, традиции придерживались.
Мне-то они не страшны, но искренне благодарю мальчишку.
Бель вдруг вздрагивает, оборачивается к одному из коридоров. В глазах вспыхивают огоньки.
А после срывается с места, подтолкнув носом своего приятеля. Тот на диво быстро реагирует, миг – и сверкнув напоследок пятками, загадочная парочка исчезает где-то в темноте.
Так и хочется догнать! Но когда ещё представится такая возможность, что все принцы заняты. Разве только на следующем балу, который пройдёт после второго испытания.
И что-то же спугнуло виверну...
Оборачиваюсь в ту сторону, куда она вглядывалась. Издали доносятся звуки движения. Вроде даже голоса.
Нет, ну бал же! Чего вам всем не сидится среди гостей?!
Бесшумно ступая, перемещаюсь навстречу.
Ну конечно! Главный бабник!