Глава 8. Романтика любой ценой

Олеся сдала дочь в садик и сейчас просто шла по улице в никуда. Погода стояла по-весеннему отличная. На газонах вовсю зеленела трава, на деревьях распускались почки, утреннее солнышко золотило крыши домов. Но на душе у Олеси была осенняя тоска, а на сердце — зимняя стужа.

Все в ее жизни шло не так. Ни денег, ни личной жизни, ни развлечений. Подруги и мама остались в родном городе. В этом мегаполисе Олеся чувствовала себя совершенно одинокой. Нет, конечно, у нее была Злата. Но даже при мысли о девочке сводило скулы. Олеся ненавидела дочь. Она не понимала, как можно любить это вечно хнычущее существо. К тому же, безнадежно тупое. Ее языка она не понимала, ее желаний тоже.

Олеся искренне недоумевала, зачем нужно растить этого ребенка в семье. Ведь существуют детские дома, куда сдают нежеланных отпрысков. А уж Злата точно не была желанной. Олесе и в голову не приходило, что она может забеременеть от жениха сестры. Думала, Игорь как-то предохраняется. А он, гад, ей всю жизнь испортил. О том, что она сама залезла к нему в постель, когда тот был нетрезв, она предпочитала не вспоминать. Не смог устоять, значит, виноват. А теперь она рассчитывается за его грехи. Несправедливо.

Она уже сто раз пожалела, что забрала дочь к себе. Но это был единственный шанс улучшить свою жизнь. Она видела, что сестра Елена привязалась к племяннице и считала ее чуть ли не собственной дочерью. И Олеся очень надеялась сыграть на этом. Она была уверена, что Елена раскошелится на крупную сумму, чтобы вернуть Злату. Но почему-то ничего не вышло. Сволочная сестрица еще и спасибо сказала, что ее избавили от обузы. Это полностью выбило Олесю из колеи.

Она не знала, что теперь делать. Возвращать дочь сестре просто так она не хотела. Это означало слабость, как будто она признает, что была неправа. Видеть торжество в глазах старшей сестры будет невыносимо. Но жить с дочерью еще хуже. Постоянно думать о кормежке, одежде, стирке, уборке, а ведь еще и попу вытирать приходится иногда! Фу. Хорошо хоть, что есть садик и тетя Маша, которая иногда может посидеть с ребенком по доброте душевной.

Деньги заканчивались. За квартиру платить нечем. Тупик.

В раздумьях Олеся не заметила, как сзади подкатила машина и обдала ее водой из лужи на асфальте. Почувствовав воду на ногах, девушка вздрогнула и обернулась. Ахнула — белые брюки промокли насквозь, голубой плащ был безнадежно испорчен, замшевые туфли придется выбрасывать. Ну что за невезение! Она уже хотела наорать на хозяина автомобиля, но увидев, кто за рулем, примолкла.

Виновник происшествия остановил свой шикарнейший джип и вышел. Это был высокий крепко сложенный мужчина лет пятидесяти. Возраст его нисколько не портил. Наоборот, придавал серьезности и солидности. А еле заметная седина на висках добавляла очарования.

— Простите, милая девушка, мне так неловко! — он искренне и весело улыбнулся, подходя к Олесе. Его выразительные карие глаза внимательно осматривали Олесю. — Ой, как же я вас обидел, — он поцокал языком, увидев масштаб трагедии.

— Да уж, — нашла в себе силы ответить девушка. — Всю одежду испортили! Как я теперь пойду?

— Никак! Конечно, никак, — быстро закивал он. — Прошу вас, позвольте загладить вину!

— Хм, — Олеся уже прикинула в уме сумму, которую сейчас стрясет с этого хама. Но тот повел себя неожиданно.

— Садитесь в машину, — он взял ее под руку, осторожно, как принцессу, — Мы немедленно едем в самые лучшие магазины города. Я куплю вам все, что вы пожелаете! И не спорьте! — он увидел, что Олеся немного растерялась. — Я не привык быть кому-то должным.

Они сели в машину и покатились по городу.

— Меня зовут Василий, — представился незнакомец. — А как имя моей прекрасной дамы?

— Олеся, — девушка покраснела от удовольствия. Раньше с ней никто не обращался так уважительно. Она почувствовала себя женщиной. Красивой и, возможно, даже желанной, судя по красноречивым взглядам мужчины.

— Олеся, какое прекрасное имя! — воскликнул он. — Как в песне! Неудивительно, что в моем сердце сейчас как будто музыка играет!

Они действительно подъехали к дорогому магазину, и Василий отвел девушку в примерочную. Сам выбрал ей брючный костюм. А заодно платье, блузку и юбку. Олеся наряжалась и выходила, а мужчина только аплодировал красоте новой знакомой. Потом они зашли за туфлями и сапожками. Потом за верхней одеждой. Олеся чувствовала себя как в раю. С Василием было весело и очень приятно общаться. Он сыпал шутками и комплиментами, у Олеси кружилась голова от счастья. Она шла по магазину в новой одежде, старую без сожаления выбросили.

Она, конечно, пыталась сложить испорченные брюки в пакет. Но Василий немедленно остановил ее.

— Что ты делаешь? — ужаснулся он. — Эти вещи тебя недостойны!

— Их же можно постирать…

— Девочка моя, былой лоск им уже не вернуть. Такая красавица должна носить только новые, изящные вещи из новейших коллекций!

— Такие вещи стоят денег, — вздохнула девушка, выбрасывая пакет в урну. — А у меня их нет.

— У тебя и не должно быть, — авторитетно ответил Василий, чуть приобнимая Олесю. — Они должны быть у твоего мужчины. Позволь поинтересоваться — ты замужем?

— Нет, — Олеся скромно опустила глазки.

— А молодой человек имеется? Прости, что я лезу не в свое дело…

— Нет, не имеется.

— Да ты что? — обрадовался мужчина. — Прости мою радость, но я понял, что у меня, возможно есть некий шанс… Если ты позволишь… Впрочем, об этом пока рано, да?

— Да, — Олеся постаралась ответить как можно строже, чтобы этот мужчина не подумал, что она доступна. Хотя мысленно она кричала — ну предложи уже, предложи!

Тем не менее, Василий просто довез девушку до дома, помог донести вещи до квартиры, но заходить не стал.

— Я не смею переступать порог дома, где живет моя богиня, — он поцеловал ей руку. — Но я смею надеяться, что мы увидимся вновь. Ты позволишь?

Они обменялись номерами телефонов, и мужчина уехал. Олеся была на седьмом небе от счастья. Дома она принялась примерять вещи и крутиться перед зеркалом. Действительно, красавица! Неудивительно, что на нее запали с первого взгляда.

Тут ожил мессенджер. Олеся со стучащим сердцем бросилась к телефону. Он! Попался. Теперь она своего не упустит.

Переписка с Василием шла довольно активно. Мужчина пел дифирамбы своей новой знакомой, Олеся отсылала ему фотографии себя, любимой, в разных позах. Пока приличных. Перерыв сделали только вечером, когда пришлось забирать Злату из садика.

Дома Олеся все так же не отрывалась от телефона. Хнычущая дочь только раздражала. Леся закрыла девочку в комнате, сделав ей бутерброды. Там дочь и уснула, в обнимку с какой-то игрушкой.

Второе свидание состоялось уже на следующий вечер. Василий повел ее в шикарный ресторан. Леся легко бросила дочь на тетю Машу, а сама отправилась проводить время с мужчиной своей мечты. Сегодня они знакомились ближе, и Олеся узнала кое-что неприятное о своем новом знакомом.

— Да, я женат, — грустно ответил Василий на прямой вопрос Олеси. — Мой брак уже давно ненастоящий, если ты понимаешь, о чем я, — он многозначительно смотрел на девушку. — Жена — больная женщина, ей нельзя заниматься сексом.

— Но вы такой видный, эффектный мужчина, как же вы можете обходиться без этого? — недоумевала Олеся.

— Поверь, я не обхожусь, — усмехнулся он. — В мире достаточно женщин, которым я нравлюсь. А еще больше нравятся мои деньги. Но это все не то, понимаешь? — он грустно улыбнулся. — Я очень хотел бы найти свою вторую половинку, девушку, которая будет понимать меня, красивую и умную, с которой можно пройти всю жизнь рука об руку.

— А как же жена?

— Если я встречу свою судьбу, я обязательно разведусь, — твердо ответил Василий. — Конечно, я буду ее поддерживать материально, для меня это не проблема. Она — мать моих детей, их у меня двое. Это наследники огромного состояния. Поэтому их мать для меня много значит. Но не как женщина, к сожалению. Впрочем, она у меня умная, не думаю, что с разводом будут какие-то проблемы. Просто сейчас в этом нет необходимости.

— А еще детей вы хотите? — осторожно спросила Олеся.

— Как тебе сказать, — медленно проговорил мужчина. — Честно говоря, нет. Я вообще прохладно отношусь к детям. Разве что свои мне нужны, конечно. Но чужие мне безразличны. Не понимаю, как можно любить и тем более воспитывать чужих детей.

Олеся призадумалась. Ей отчаянно не хотелось терять этого мужчину, она уже была влюблена в него по уши.

А скоро случился и романтический вечер с продолжением, когда Василий привел ее в шикарную квартиру в центре города. Олеся ходила по огромным комнатам, обставленным модной мебелью под чутким руководством профессионального дизайнера, и понимала, что вот так она бы всегда и жила.

— Это твоя квартира? — восторженно спросила она, потрясенная видом с балкона на центральную площадь города.

— Одна из, — согласился Василий. — Это мое городское гнездышко, личное и очень любимое. Я долго искал женщину, которую смогу привести сюда, — он обнял ее сзади и нежно поцеловал в шею. Нежный запах девушки кружил ему голову, а его дыхание обжигало ее.

— Хочешь сказать, теперь ты ее нашел? — промурлыкала Олеся, прислушиваясь к волнующим ощущениям внизу живота.

— О, да, — смелые руки Василия гладили ее грудь, нежно сжимая твердые полушария. — Как же долго я тебя ждал! — шептал он ей на ушко, — Так долго… Сладкая моя, сладкая девочка… — он застонал, и этот стон отозвался музыкой в ее сердце. Мужчина, о котором она мечтает, сейчас с ней! И его руки опускаются все ниже, приподнимают короткую юбочку и уже гладят кружево трусиков, заставляя ее увлажняться. А потом и проникают под них, осторожно касаясь самого сокровенного. Олеся подалась навстречу его ласковым пальцам, и он понял, что она уже готова. Василий резко развернул ее к себе и впился поцелуем в полураскрытые губы, даря наслаждение до головокружения.

Олеся только вздохнула, когда сильные мужские руки подняли ее и понесли вглубь комнаты, на огромную белоснежную кровать с балдахином. Одежда слетела с нее одним махом, а белье еще долго прикрывало самые интимные места. Василий целовал шелковую кожу вокруг белья, иногда запуская пальцы под нежную ткань. Олеся стонала и извивалась от страсти. Ей уже давно хотелось большего, но мужчина лишь дразнил ее, доводя до исступления. Наконец, он стянул с нее бюстгальтер и поймал ртом мгновенно сжавшийся сосок. Его пальцы теперь хозяйничали везде, поникая так глубоко в девушку, что она забывала дышать.

Только один раз он остановился на секунду, когда снял с себя одежду. И сразу сильное мужское тело прижало Олесю к кровати. Она с радостью впустила в себя твердое мужское естество, сжав его нежными мышцами. Он застонал от сладкой пытки и начал двигаться сначала медленно, а потом все наращивая темп, пока она не стала всхлипывать под ним, приближаясь к концу. Он закричал от наслаждения одновременно с ней.

Позже они лежали в сумрачной комнате, прижавшись друг к другу и смотрели на яркую луну в панорамном окне.

— У меня никогда такого не было, — шептала Олеся. — Никогда!

— Ну что ты, что ты, девочка моя любимая, у меня это тоже впервые, не представляешь, как я счастлив рядом с тобой, — отвечал он ей, и у девушки стремительно билось сердце: она любима! С ней рядом потрясающий и щедрый мужчина, который ласкает ее и заботится, что еще нужно в жизни?

Потом они снова любили друг друга, медленно и со вкусом растягивая удовольствие. Олеся порадовалась, что телефон на беззвучке. Наверняка тетя Маша звонит ей каждую минуту. Ведь сегодня Злата осталась с ней. Правда, на пару часиков, а не на всю ночь. Но уйти отсюда Олеся не могла. Теть Маша ее поймет, она же тоже была молодой, наверняка любила.

Утром Василий встал рано и попрощался с девушкой нежным поцелуем. Сразу же после его ухода Олеся начала быстро собираться. Так и есть — на телефоне несколько десятков пропущенных! Ох уж, эта тетя Маша!.

Олеся ураганом ворвалась в бывшую квартиру. Тетя Маша встретила ее неласково.

— Ты где была? — сердито говорила она, уперев руки в бока. — Почему не отвечала?

— Ой, тетечка Машенька! — сладко потянулась Олеся. — Ну, простите, ну пожалуйста! У меня такое было! Такое! Я просто не могла уйти! Вы поймете меня, как женщина.

— А ты пойми, что так не поступают, — тетя Маша не смягчалась. — У тебя ребенок есть! Ты об этом думать должна!

— Да думаю я, думаю, — скривилась Олеся, направляясь в комнату Златы. Так и знала, что эта тетка ничего не поймет. Может, у нее что-то и было когда-то на личном фронте, но к сорока годам эта старушка уже наверняка все забыла. В коридоре хлопнула дверь. Наконец-то, свалила. Теперь надо разбудить Злату, отправить в садик, потом хоть немножко поспать.

Олеся все время вспоминала о прошедшей ночи. Хныканье ребенка не могло омрачить ее радости.

— Тетя Еся, колино, колино, — Злата всю дорогу на что-то жаловалась, но Олеся не вникала, на что. — Тетя Еся, замёла, колино…

— Ой, Златка, заткнись, а? — наконец, заметила ее мать. — Ничего не понять, что ты там бормочешь. Либо учись говорить, как следует, либо молчи уже. А то выглядишь, как идиотка.

В садике она передала дочь воспитателям.

— Мы капризничаем чего-то, повнимательнее с ней, — бросила она женщинам.

— Да? А что случилось? — обратилась пожилая женщина к девочке.

— Колино…

— Холодно? Ты замерзла? — сразу поняла та. А Олеся только сейчас заметила, что забыла надеть дочери шапку.

— Это мы так закаляемся, — тут же нашлась она. Все-таки конец мая уже! Почти все ходят без шапок.

— Вы все же принесите ей шапочку, пожалуйста, — твердо ответила воспитательница. — Маленьким детям еще рано гулять без головного убора при такой погоде, она может застудить ушки.

— Вечером занесу, — отмахнулась Олеся, направляясь на выход и тут же забыв про проблему.

Воспитательницы переглянулись.

— Златочке немедленно горячий чай и звони Елене. Она точно принесет шапку к прогулке. А на эту надеяться нечего.

На следующую ночь Олеся снова была в той же квартире. Тетя Маша еле согласилась посидеть со Златой еще раз. Олеся искренне благодарила ее, не зная, что ее сестра щедро платит бывшей соседке, чтобы та присматривала за девочкой, пока ее непутевая мать гуляет.

Василий устроил девушке романтический ужин при свечах, с красивой музыкой и танцами. А потом они снова наслаждались друг другом в постели. На этот раз, уходя, Василий не стал скрывать, что хотел бы видеть свою девушку в этой квартире как можно чаще.

— Не вздумай уходить сегодня, — поцеловал он ее на прощание. — Теперь ты живешь тут, поняла? Я не могу без тебя. Поэтому сегодня ты собираешь свои вещи и переезжаешь. Хорошо?

— Да, любимый, — растаяла Олеся. Он предложил ей жить вместе! Наверняка скоро сделает ей предложение. Наконец-то у нее будет своя шикарная семья.

Она побежала домой. Надо теперь что-то делать со Златой. Но что? Не может быть, чтобы Василий не принял ее дочь. Если любит, то полюбит и ребенка. Вон Максим у Ленки спокойно относился к Злате, даже играл с ней иногда. А Василий станет еще лучшим отцом! В радужных мыслях она вернулась в старую квартиру, ожидая очередных нотаций от тети Маши. Но та выглядела всего лишь обеспокоенно.

— У Златочки сопли, — огорошила она Олесю. — Она не заболевает часом?

— Ой, ну что вы, вряд ли, — отмахнулась та. — Злата здоровый ребенок. Кто ж болеет в такую чудесную погоду?

Тетя Маша ушла, а Олеся разбудила дочь и стала одевать ее в садик. Девочка на этот раз не капризничала, а была вялой и тихой. Мать списала это на то, что дочь не выспалась. Вытерла ей сопли, скривившись от брезгливости. Надо же, вздумала болеть в такое романтичное время!

В садике ее ждал неприятный сюрприз. Воспитательница сразу заметила неладное и остановила готовую убежать Олесю.

— Злата выглядит нездоровой! — авторитетно сказала она, потрогав лобик. — У нее сопли. Мы не можем ее принять сегодня, извините.

— Как это не можете? — опешила девушка. — Вам же платят! Мне некуда ее деть, у меня дела.

— Остальные тоже платят, — спокойно ответила воспитательница. — И не хотят, чтобы в садике с их детьми находился источник заразы. Забирайте дочь домой, подлечите. Через три-четыре дня, если все будет хорошо и не будет температуры, приводите.

Олеся оказалась на улице со Златой. Девушка была в бешенстве.

— Вот ведь угораздило тебя, убогая, — шипела она на дочь, а та сжималась от страха, не понимая, в чем ее вина. — Ладно, поехали.

Они вернулись домой, и Олеся начала собирать вещи. Но переехать к Василию в этот же день не решилась. У Златы поднялась температура, пришлось остаться дома. Олеся в ярости ходила по квартире, пиная почти собранный чемодан и покрикивая на хнычущую дочь.

Олеся не рассказала любимому о проблеме. Просто сказала, что переедет через пару дней. Или сколько там болеют дети? Надо хотя бы дать ей порошок от простуды. Сама Олеся болела крайне редко, но лекарства от простуды где-то валялись. Она начала поить малышку растворимыми порошками. Правда, от них дочь рвало, но Леся надеялась, что хоть что-то все-таки попадало внутрь. На третий день температура у дочери вроде бы упала. И Олеся немедленно взялась за сумки. Скоро такси везло их в центр города, в роскошную квартиру Василия.

Олеся весь день не находила себе места — как любимый воспримет дочь? Жаль, что Злата приболела, тут и здоровым-то детям не все рады, а уж больным и подавно. Вечером самые худшие ее ожидания оправдались. Василий, увидев девочку в квартире, нахмурился.

— Это еще что такое? — сердито спросил он. — Что за ребенок? Надеюсь, не твой? Или ты меня обманывала? — его губы были поджаты, Олеся оторопела.

— Нет, это дочь сестры, мне ее как назло отдали сегодня, девать некуда. У нее какие-то дела…

— Ясно. Что ж за сестра такая? Ты разве не сказала, что у тебя планы на вечер? Я тебя уже несколько дней не видел! Не представляешь, как я соскучился!

— Я тоже, — просияла Олеся. — Я все сестре рассказала, но Злату и правда некуда девать, извини.

— Ладно, — он подошел к Олесе вплотную и заглянул ей в глаза. — Девочка моя, как же я рад тебя видеть…

— Я тоже, — потянулась она к нему. Но он только погладил ее по лицу.

— Придется нам поскучать еще денек, да?

— Почему?

— Потому что, — он указал на стоявшую в дверях молчаливую Злату. — Я не смогу расслабиться в присутствии ребенка. Как ты себе это представляешь? Я буду всю ночь лежать рядом с тобой, не смея дотронуться? Я слишком сильно тебя хочу и не выдержу такой пытки.

— Понимаю, — грустно вздохнула Олеся.

— А еще у нее сопли, фу. Какая уж тут романтика, согласна?

— Да, — окончательно поникла девушка.

— Вези ее завтра к сестре, пусть сама как-нибудь справляется. А мы перенесем нашу встречу на следующий вечер. И наконец-то будем вместе!

— Хорошо, — убито согласилась Олеся.

— Я буду все время думать о тебе, — и Василий покинул квартиру.

Олеся со злобой посмотрела на дочь. Да, эту проблему надо было решать окончательно.

Всю ночь она вертелась в кровати, прислушиваясь к хриплому дыханию дочери. Надо бы показать ее врачу. Или сама выздоровеет? Температуры же больше нет, значит, все нормально. В любом случае, заниматься больным ребенком Леся отчаянно не хотела.

Наутро она собрала вещи и документы девочки и вызвала такси. И уже через час была абсолютна свободна. Душа пела и радовалась весне. А вечером ее ждало замечательное свидание, безо всяких оглядок на нежеланную дочь.

Василий вошел в квартиру, напряженно оглядываясь.

— Ты решила проблему?

— Конечно, дорогой, — промурлыкала девушка, обнимая любимого. — Больше ты никогда не увидишь этого ребенка.

— Хм… Отлично! — он как-то странно посмотрел на Олесю, но не стал отвлекаться от зовущих губ и нежной кожи юной нимфы.

Ночь прошла чудесно. Только наутро, выйдя из квартиры, Василий позвонил двоюродному брату.

— Привет, Макс, ну что, план удался?

— В каком смысле? — не понял тот.

— Олеся сказала, что отвезла Злату к сестре, то есть к вам, как я понимаю.

— Это не так, — сонный голос Максима тут же стал напряженным. — Девочки у нас нет.

— Не понял. Куда же она ее тогда дела?