Глава 10. Путь к победе

Елена.

На следующий день, ближе к обеду, мы с Максимом стояли перед известным всему городу красным зданием ЗАГСа. У меня голова шла кругом. Сегодня был чрезвычайно насыщенный день. Я встала с утра пораньше, сварила любимые Златой макароны с мясом, сделала салатик, отвезла в больницу. Проследила, чтобы дочь все съела и легла в постель. Сегодня она выглядела намного лучше. Сказала, что очень старается поскорее выздороветь. Она очень удивилась, увидев на мне красивое белое платье с блестками, а на лице непривычный в это время макияж. Я сказала, что просто очень рада встрече с ней, и хочу поднять ей настроение.

Не говорить же, в самом деле, что сейчас за мной заедет Максим, и мы отправимся в ЗАГС на собственную свадьбу! Даже я не могла до конца поверить в эту глупость. После неудачной попытки выйти замуж в первый раз я поклялась, что следующий будет только после хотя бы года совместной жизни. Чтобы как следует узнать будущего мужа. Но Максим настаивал, что сделать это надо как можно быстрее. Железным аргументом был тот факт, что Злату охотнее отпустят в полную семью. Макс успокоил меня, что этот брак меня ни к чему не обязывает, и мы разведемся сразу после усыновления. Я поверила, хотя на душе после его слов остался неожиданный осадок.

Покупать специальное платье я не стала, взяла один из многочисленных танцевальных костюмов — белое платье до колена с пышкой бахромой, усыпанное стразами. Обычное платье для выступлений, сколько раз я в нем блистала на сцене! Теперь пришло время сыграть еще одну роль.

— Так и будем стоять? — спросил меня, наконец, Максим.

— Извини, я все еще не осознаю до конца происходящее, — пробормотала я.

— Мы же все вчера обсудили. Брак фиктивный, тебя ни к чему не обязывает.

— Да нет, ты прав, конечно. Я не возражаю. Документы на усыновление быстрее рассмотрят, если мы будем официально женаты. И хорошо, что в ЗАГСе нас смогут зарегистрировать так быстро. Буду заполнять анкету на усыновление уже как Левицкая, — я вдруг подумала, что фамилия Максима мне очень нравится. Может, оставить ее после развода? Вряд ли он будет против.

— Если бы мы собирались на торжественную церемонию, пришлось бы ждать. А просто расписаться можно гораздо быстрее. Я попросил администрацию, чтобы нам ускорили процесс. Они и нашли нам время.

— Удачно получилось, — согласилась я. — Но как-то все это странно. Тебя ведь тоже напишут усыновителем. Да и твое наследство… Мы ведь ничего не продумали, все так быстро.

— У нас каждый день на счету, — возразил Максим.

— Это понятно. Но надо было все же составить брачный договор, наверное…

— Тебе есть, что терять?

— Перестань! — я начала сердиться. — Мне-то нечего, а тебе есть. И если у тебя мозг почему-то не на месте, то о таких вещах буду думать я. Понятно, что мы разведемся сразу, как только Злата окажется у меня, тут я тебя не подведу, обещаю. Но было бы разумнее все зафиксировать на бумаге. Мне приятно, конечно, что ты мне так доверяешь. Но ведь без брачного договора я могу на многое претендовать после развода. Нет, я не собираюсь, конечно, но…

— Ты правильно сказала, — он развернул меня к себе, и я утонула в его глазах, столько в них было любви! — Я тебе доверяю, понимаешь? Полностью. Я не боюсь за свое состояние. Только за свое сердце, — он коснулся моих губ своими и отстранился. — Все будет хорошо. Идем?

Я смогла только кивнуть. Ну, какие тут могут быть возражения? Эх, если бы все происходило взаправду!

Я с любопытством осматривалась внутри здания. Как я хотела сюда попасть когда-то! Только с другим человеком. Вот глупая! Если бы тогда я вышла замуж, никогда бы не встретила Максима. Я посмотрела на своего «жениха» с нежностью. Красивый. Добрый, порядочный. В элегантном сером костюме. Куда до него моему бывшему! Я взяла его за руку, заметив, что он почему-то сильно взволнован. И мы направились в нужный кабинет.

Улыбчивая молодая женщина в элегантном бежевом костюме усадила нас перед собой и подала бланки для подписи. Мы не договаривались о торжественной церемонии, но администратор все равно как-то так обставила процесс, что на душе ощущался небывалый подъем. Она говорила медленно и красиво.

— А теперь, дорогие молодожены, можете поставить свои подписи. Сначала вы, Левицкий Максим Владимирович. Теперь вы, Воронова Елена Викторовна. Теперь, если у вас есть… Хм… — она немного растерялась.

— Есть, — твердо ответил Максим, доставая кольца. Интересно, когда он успел их купить? И, главное, зачем? Впрочем, так лучше — в детдоме должны видеть, что мы женаты. Я успокаивала себя, что все только понарошку, но сердце все равно стучало как сумасшедшее.

— Тогда обменяйтесь кольцами в знак вашей любви и долгой совместной жизни, — радостно произнесла женщина.

Не долгой! Совсем не долгой! Это я понимала. Но сердце подскочило к горлу, когда Максим надел мне кольцо. Тоненькое, изящное, с бриллиантовой дорожкой по кругу. Я тут же поняла, что не сниму его ни при каких обстоятельствах. Вот даже после развода не сниму!

— А теперь завершите таинство бракосочетания торжественным поцелуем! — возвестила администратор. Ну, тут никто не возражал. Поцелуй был не похож на наши обычные поцелуи. Не такой страстный, но гораздо более важный. Уверенный, подчеркивающий обладание друг другом на совсем другом уровне. Да, развестись с Максимом после этого мне будет нелегко.

Наконец, мы оторвались друг от друга.

— Объявляю вас мужем и женой! Поздравляю! — женщина светилась от радости.

— Спасибо вам, — взволнованно сказал Максим. — Вы замечательно провели церемонию!

— Да, — подтвердила я. — Как будто по-настоящему, в торжественной обстановке, не ожидала такого.

— Конечно! — всплеснула руками администратор. — Это ведь свадьба. Вы не просто так сюда пришли. Неважно, почему вы хотели просто расписаться, поверьте, вы не одни такие, и у всех разные причины. Но все пары в этом кабинете были близкими людьми, кто-то любил, кто-то преследовал другие цели. Но однозначно они были рады, что находятся тут. И вы тоже рады, я же вижу. Так что живите долго и счастливо!

— Спасибо, — в один голос ответили мы и покинули кабинет. Что ж, эта мудрая женщина была права. Кто бы сюда ни приходил, у них были хотя бы общие цели и хорошее отношение друг к другу. А у нас еще и любовь есть. Так что сегодня я, пожалуй, все-таки вышла замуж по-настощему. Хоть и ненадолго.

— А теперь отмечать! — весело воскликнул Максим.

— Что отмечать-то? — затормозила я его. — Макс, не придавай этому так много значения!

— Как это не придавай? — возмутился он. — Это моя первая свадьба! И, возможно, последняя…. Так что у нас с тобой столик в ресторане заказан.

— Но это ведь все понарошку, только для того, чтобы…

— Да знаю я, — отмахнулся он. — Но давай хотя бы сегодня побудем нормальной семьей? Мы любим друг друга, и мы женаты. Поехали, отметим! Неужели мы это не заслужили?

— Поехали, — вздохнула я. Что ж, поиграем немного в настоящую семью. Как бы потом не было мучительно больно расставаться с иллюзиями. Впрочем, мне тоже хотелось, чтобы эта свадьба была настоящей, что уж тут скрывать. Так что я легко поддалась на уговоры Максима. И остаток дня прошел чудесно.

Вечером в больницу к дочери мы заехали вместе. Я несла ей вкусняшки из ресторана, шампанское до сих пор приятно кружило голову.

— Мама! — сегодня Злата встречала меня, сидя на постели. В руках был планшет — универсальная игрушка современного поколения. — Дядя Масим!

— Привет, Злата, как дела? — спросил он.

— Хаясо. А у тия?

— Тоже отлично! Смотрю, ты выздоравливаешь?

— Да.

— Поедешь с нами домой, когда поправишься?

— К кьоликам?

— К ним.

— Едуть, едуть! — обрадовалась Злата. — Мама касивая, ты касивый. Так?

— Да, мы сегодня красивые, потому что… — Он взглянул на меня, но я едва заметно покачала головой. Нечего дочери об этом знать. Все равно же разведемся, зачем ее травмировать лишний раз. — Потому что очень рады тебя видеть!

— Я тое, — улыбнулась дочь.

Ох, вы мои зайки. Я умилилась.

Дома муж набросился на меня сразу с порога.

— Макс, подожди, — смеялась я, тая под его поцелуями. — Ты как будто год меня не видел…

— Знаешь, дорогая жена, — он не останавливался, и я уже чувствовала его твердое намерение продолжать здесь и сейчас, — не знаю, как долго мы с тобой пробудем в этом интересном статусе, поэтому я хочу заниматься любовью со своей женой как можно чаще и как можно дольше!

— Согласна, дорогой муж, — прошептала я ему на ушко.

— Скажи это еще раз, — застонал он.

— Мой дорогой и любимый муж, — я тоже целовала его, теряя остатки разума вместе с одеждой.

***

Олеся.

Утром в роскошную квартиру в центре города постучали. Олеся прервала идеальный завтрак и открыла. Удивленно застыла на пороге. Двое мужчин представительного вида важно прошли мимо и остановились в прихожей.

— Воронова Олеся Васильевна? — сухо и официально спросил один из мужчин.

— Да…

— Мы — судебные приставы. Вот бумаги на взыскание алиментов в пользу вашей дочери Вороновой Златы Игоревны. Ознакомьтесь. — Он протянул девушке кипу бумаг с печатями.

— Алименты? — удивилась Олеся. — Какие еще алименты? Она ведь в детдоме!

— Это ограничивает вас в правах, но не снимает с вас обязанность содержать дочь, — так же сухо и официально подтвердил слова коллеги второй мужчина.

— Как же так? — растерялась Олеся, бессмысленно таращась в решение суда.

— Закон РФ, статьи 83 и 84 Семейного кодекса. Несмотря на то, что вы сдали ребенка в детдом, вы обязаны платить ей алименты. Суд принял решение…

— Какой суд? — запаниковала Олеся. — Когда? Я там не была!

— Исковые заявления на алименты рассматриваются очень быстро. Решение по алиментам может выноситься судом без присутствия ответчика. В этом нет необходимости, какие-либо отводы тут невозможны, алиментное законодательство в нашей стране строго регламентировано. Итак, суд принял решение взыскивать с вас на содержание ребенка твердую сумму в размере прожиточного минимума по нашей области. Ввиду отсутствия у вас рабочего контракта. Так что вы теперь должны ежемесячно перечислять вот эту сумму на вот этот счет, — мужчина ткнул многочисленными бумагами в лицо девушки.

— Но у меня нет денег! — покривила душой Олеся. Деньги, конечно же, были, благодаря Виссариону, но вот отдавать их она решительно не хотела. Чертова Злата! Опять она появляется в ее жизни без приглашения! А она-то думала, что избавилась от нее раз и навсегда.

— Если у вас остались вопросы, можете проконсультироваться с юристами, — спокойно сказал посетитель. — У меня есть несколько визиток. Вот, посмотрите, хорошая контора. Первая консультация по телефону у них бесплатная, — он вручил девушке визитку, оставил реквизиты детдома, взял подпись Олеси на документах и развернулся к двери. — Второй экземпляр судебного решения вам придет по почте в течение месяца. До свидания.

Олеся закрыла дверь квартиры в полном шоке. Да не может такого быть! В детдом как раз сдают из-за сложной жизненной ситуации, когда не могут содержать ребенка. Какие еще алименты?

Двое мужчин вышли из подъезда.

— Ну что, поверила? — спросил один.

— Скорее всего. По лицу же видно, что дура. Впрочем, мы почти не соврали. Пусть хоть весь интернет перероет — алименты она платить обязана. А вот процедура и сроки назначения алиментов вряд ли ее заинтересуют. Так что, думаю, прокатит. Лишь бы она позвонила по нужному номеру.

Олеся и не думала самостоятельно искать информацию в интернете, а сразу же позвонила по номеру визитки. И попала в контору Максима, где уже все были о ней предупреждены.

— Да, девушка, конечно, вы должны платить, — сочувствующим голосом ответила одна из сотрудниц. — Да, даже если дочь в детдоме. Вы, конечно, можете обжаловать решение через суд. Но алименты с вас не снимут. Разве что уменьшат, если у вас трудная жизненная ситуация. Или дадут время устроиться на работу. В любом случае, это ваша обязанность.

— Разве ничего нельзя сделать? — дрожащим от обиды голосом спросила Олеся.

— Вы не будете платить лишь в одном случае — если напишете полный отказ от ребенка. Вы, видимо, этого не сделали, так?

— Да. Но понятно же, что я отказалась! Я отдала все вещи и документы!

— Вы что, не знаете наших бюрократов? — усмехнулась юрист. — Пишите официальный отказ, полный. Сейчас вашу дочь могут только взять под опеку, и вы будете платить алименты уже опекунам. А с полным отказом девочку могут по-настоящему удочерить. Тогда вы не будете платить ни копейки.

— Да кому она нужна, — буркнула Олеся.

— Ну, мало ли…

— Хорошо, я поняла. А как пишется отказ?

— Идите в детдом, там вам все расскажут.

— Спасибо, до свидания.

Олесю раздражало, что ей приходится снова связываться со своим прошлым. Но если уж ей это посоветовали профессионалы, то так и следовало сделать. Она пришла к знакомому зданию. В приемной у директора ее никто не стал ни о чем спрашивать — директриса лично подала ей все необходимые документы на подпись. Олеся даже порадовалась — в глубине души она ожидала, что ее будут укорять за предыдущий сумбурный визит, да и за то, что оставила дочь. Но нет, все были с ней исключительно вежливы и немного безразличны.

— А где сейчас Злата? — неловко спросила Олеся, подписывая бумаги.

— В больнице, у нее пневмония, — спокойно ответила директриса. — Но вы не переживайте, она уже поправляется. Вы хотели увидеться?

— Наверное, лучше не стоит? — скомкано ответила девушка.

— Наверное, — легко согласилась Наталья Александровна. Ей не составляло особого труда скрывать свое возмущение от поведения этой бестолковой девицы. Надо же, не хочет даже увидеть дочь в последний раз! Что ж, чем быстрее напишет отказ, тем лучше. И для Златы, и для директора лично. — Ее скоро удочерят, для нее лучше, если она сразу войдет в новую семью, не вспоминая о прошлом. Да вы не переживайте. В жизни все бывает, понятно же, что просто так от детей не отказываются, видимо, у вас действительно все очень сложно. Никто вас не осуждает.

— Ага, хорошо. — Олеся испытывала какой-то дискомфорт. На сердце ощущалась неожиданная тяжесть. Что-то она явно делала не так. Но она гнала от себя эти мысли. Ее впереди ждет только светлое будущее, которое Злата запросто могла разрушить ненужными сожалениями.

Олеся вышла из кабинета и медленно пошла прочь.

— Интересно, кто ее собрался удочерить? — задумавшись, вслух спросила она.

— Женщина тут приходит все время, Еленой зовут, — неожиданно ответила одна из сотрудниц, проходя мимо.

— Елена? — встрепенулась Олеся. — А фамилия?

— Ну, нам как бы нельзя разглашать…

— Да ладно, она же еще не удочерила. А я вдруг ее знаю, — Олесю бросило в жар.

— Вроде Левицкая. Знаете такую?

— Нет, — облегченно вздохнула Олеся. Фух, показалось. Нет, это точно не сестра. И Олеся быстро вышла из здания.

На улице стояло начало лета. Деревья цвели вовсю. Белые, красные, розовые цветы радовали глаз. Но не сердце Олеси. На душе было пусто, какое-то нелогичное ощущение потери. Что ж, теперь у нее нет дочери. С этим фактом из прошлого окончательно покончено. Теперь смыслом ее жизни станет Василий. Она выйдет за него замуж, родит парочку нормальных детей и будет хорошей и верной женой до конца его жизни. А потом станет богатой молодой вдовой, что тоже неплохо. Но настроение почему-то не поднималось.

Теперь Олеся посвятила свою жизнь себе, любимой, и Василию. Каждая их встреча превращалась в праздник для обоих. Единственное, что омрачало мысли девушки — с предложением о свадьбе любимый не торопился. На ее намеки отшучивался, на прямой вопрос ответил, что пока не готов к таким переменам. Олеся злилась, и не знала, что делать.

Наконец она решила ускорить события. Пока Василий спал, посмотрела его паспорт, и на следующий день отправилась по нужному адресу. Дом, который она увидела, впечатлял: огромный двухэтажный коттедж с интересной планировкой утопал в яркой зелени. Массивные ворота ограждали его жителей от ненужных посетителей. Олеся позвонила.

— Здравствуйте. Вы к кому? — раздался мягкий голос из домофона.

— Я к Элеоноре Викторовне.

Дверь пиликнула и открылась. Олеся осторожно вошла во двор. Тут было на что посмотреть — идеально ухоженная территория, с декоративными кустиками вдоль забора, с несколькими беседками, клумбами и альпийскими горками. Олеся сразу же представила, как здорово будет тут жить.

По дорожке навстречу гостье шла невысокая хрупкая на вид брюнетка в элегантном брючном костюме синего цвета.

— Здравствуйте, я Элеонора Викторовна, — улыбнулась женщина Олесе.

— Здравствуйте, — не ответила на ее улыбку девушка. — Меня зовут Олеся, мы с Василием любим друг друга! — она гордо посмотрела на хозяйку дома. Но реакция последней немного удивила.

— Хм… Да вы что? — спокойно спросила та. — Вы имеете в виду Виссариона?

— Да, я видела в паспорте, что это его настоящее имя. Но для меня он — Василий.

— Он всегда так представляется своим любовницам, — с пониманием кивнула женщина, ничуть не выходя из себя.

– Я не любовница! — резко вскинулась Олеся. — Я — его невеста. Мы давно вместе и планируем пожениться.

— А от меня-то вы чего хотите? — ласково усмехнулась Элеонора.

— Как что? — искренне удивилась девушка. — Отпустите его! Не стоит удерживать его всеми силами, вы же понимаете, это должно было случиться рано или поздно. Он нашел любимую покрасивее и помоложе чем вы, это норма для мужчин его положения, — Олеся высокомерно смерила женщину взглядом сверху вниз. — Вам стоило учитывать это, когда вы выходили за него. Теперь вам придется отдать его мне.

— Какая же ты глупенькая, — вздохнула Элеонора, доставая маленький черный предмет из кармана и нажимая на кнопку. Тут же из-за дома вышел огромный детина в форме охранника и направился к беседующим. — Прошу тебя, покинь мой дом.

— А, может, это вам лучше уйти? — от неожиданности повысила голос Олеся. Почему-то разговор шел совсем не по ее плану. Эта невозмутимая женщина должна была расплакаться, забиться в истерике, потом собрать вещи и покинуть неверного мужа, освободив Олесе дорогу. А оказалось, что эта дорога не только не свободна, но еще и заперта намертво.

— Игорек, — обратилась Элеонора к громиле. — Вышвырни отсюда, пожалуйста, эту наглую девочку. Она мне надоела, — хозяйка дома равнодушно отвернулась и неторопливо пошла по дорожке в дом. Охранник грубо схватил Олесю за руку и потащил в сторону ворот.

— Что вы делаете! — визжала Олеся. — Отпустите меня! Вы не имеете права! Я вызову полицию! — но мужчина не произнес в ответ ни слова, выставив посетительницу за ворота и лязгнув щеколдой.

Олеся стояла за забором, тяжело дыша. Она хотела пнуть ворота, или снова позвонить в домофон, или бросить камень во двор, или сделать что-то не менее ужасное. Но по улице ходили люди, совсем уж позориться не хотелось. Девушка подумала, что она все-таки сделала, что хотела. И теперь жена Василия обо всем знает. Может, она теперь отступится. И Олеся поплелась прочь.

Виссарион вернулся домой сразу после работы, нигде не задерживаясь. Сегодня он планировал провести вечер с женой и детьми. Но всегда приветливая Элеонора встретила его неласково.

— Элечка, что случилось? — мгновенно заподозрил неладное муж.

— Недавно сюда приходила твоя любовница, — сухо ответила жена. — Прямо в наш дом! Как это понимать? — женщина сурово сложила на груди руки.

— Какая именно любовница? — нахмурился Виссарион.

— Олеся.

— А, эта, — понимающе кивнул он. — Ну да, у нее мозгов совсем нет. Надо же, сюда приперлась! Прости, дорогая, я проведу с ней разъяснительную работу, — он подошел к жене, намереваясь ее обнять, но та отстранилась.

— Мне это было неприятно, — поджала она губы.

— Ну, Элечка, солнышко, ну, прости! Я сам никогда не выбрал бы ее в любовницы. Но это Максим попросил. Чтобы решить проблему с дочерью. Помнишь, я рассказывал?

— Помню. Но ведь все давно решилось. А ты до сих пор с ней? Нашей семье точно ничего не угрожает?

— Конечно, нет! — ужаснулся Виссарион. — Ты же знаешь, что она отдала собственную дочь в детдом! По-твоему, я могу жить с такой женщиной?

— Но ведь ты ее не бросил, — возразила Элеонора. — Тебе с ней так хорошо?

— Мне с тобой хорошо, — Виссарион, наконец, обнял жену. — А с ней у нас просто секс. Ты же видела ее… Хм…

— Сиськи пятого размера? — уже по-доброму усмехнулась Элеонора, тоже обнимая мужа, отчего у него посветлело на душе. Вот ради таких моментов он и приходит домой. И всегда будет приходить, многочисленные любовницы этому не помешают.

— Да! Не буду вдаваться в подробности, но там и еще есть, за что подержаться, — он гладил жену по спине, в который раз удивляясь ее нежности и хрупкости. — Так. Ты сегодня ела? Ну-ка пойдем в столовую, буду тебя кормить. И зови детей, я по вам чертовски соскучился!

На следующий день Виссарион отправился к одной из своих пассий, Олесе. Без обычных цветов и подарков. Девушка встретила его в полной красе и с широкой улыбкой на лице. Мужчина не ответил на ее приветствие, молча прошел в комнату и отвернулся к окну.

— Васечка, что случилось? — пролепетала Олеся, догадываясь, что его настроение как-то связано с ее вчерашним визитом к нему домой.

— Знаешь, я даже считать не буду, сколько у меня было женщин, — тихо сказал он ей, не поворачиваясь. — Но ни одна из них не была такой дурой, чтобы припереться в мой дом, к жене.

— Я просто хотела как-то разрулить ситуацию…

— Все ситуации тут разруливаю я! — яростно крикнул он, резко разворачиваясь. Олеся от неожиданности сжалась. Василий никогда прежде не поднимал на нее голос. — Запомни это, глупая ты девчонка! — он подошел к ней и взял за подбородок цепкими пальцами, заглянул в испуганные глаза. Ей было больно, но она не посмела вырываться под его жестким взглядом. — Запомни, детка, — процедил он сквозь зубы, — у меня есть семья. Жена и дети. Любимые жена и дети, черт возьми! Я прожил с этой женщиной тридцать лет. Элеонора — моя первая и единственная любовь. Я влюбился в нее в восьмом классе и добивался несколько лет! Она прошла со мной и радость, и горе, и нищету, и богатство, поддерживала всегда и во всем. Благодаря ей я всего достиг в жизни. — Он оттолкнул Олесю и снова вернулся к окну. — У нее больное сердце, уже давно, — тихо продолжал говорить он. — Врачи запретили ей рожать. Но она рискнула. И у меня есть дочь. Я не смел ее просить о втором ребенке. Но она рискнула второй раз. Обманула меня, что пьет таблетки, а сама… Я думал, прибью ее за это! — он со всех сил ударил кулаком по подоконнику. Тот жалобно хрустнул, а Олеся перепугалась еще больше, увидев, насколько этот мужчина силен и опасен. — Девять месяцев кошмара, ждать каждый день, что она… А она ни в какую не соглашалась на аборт! Тем более, что УЗИ показало мальчика. Чуть не умерла в родах. Эклампсия, остановка сердца, она три месяца лежала в коме… Но сын абсолютно здоров. Когда она вышла из комы, я думал придушить ее своими руками, так она меня напугала! Потом сделал себе вазэктомию. Чтобы больше точно никогда не иметь детей. А то с нее станется снова меня обмануть! Ты думаешь, я могу бросить такую женщину? Ради кого? Тебя? — он презрительно усмехнулся.

— Но ты говорил, что любишь меня, — всхлипнула Олеся.

— Конечно, люблю. Каждую ночь, когда мы вместе, люблю. У тебя красивое молодое тело, им невозможно насладиться. И я планирую делать это еще долго.

— А почему бы тебе тогда не наслаждаться телом жены, раз ты ее так любишь? — разозлилась Олеся.

— Так ей нельзя, — пожал плечами Виссарион. — Я безумно хочу ее, каждый раз, как вижу. Но у нее стоит сердечный стимулятор. Врачи запретили любые физические нагрузки. И секс в том числе. Она, конечно, предлагала, и я иногда не мог устоять. Но она задыхалась потом, и это страшно. Я долго терпел. Это было сложно, но предать ее я не мог. А она не хотела, чтобы я мучился, и сама предложила выход. Сказала, что не будет ревновать. Для нее главное, чтобы мне было хорошо. Она знает всех моих любовниц. Те, с которыми я встречаюсь годами, уже хорошо знают ее. Уважают. И уж точно не претендуют на ее место!

— А как же я? Я ведь думала, что мы будем вместе! — всхлипнула Олеся.

— Кому я все это рассказываю? — вздохнул Виссарион, устало потирая виски. — Девочка моя, ну должна же ты хоть что-то понимать? Ты молода, красива, чертовски сексуальна. Я старше тебя в два раза, богат, у меня хорошая крепкая семья. Я пользуюсь твоим прекрасным телом. Ты пользуешься моими деньгами. Мы любим друг друга три раза в неделю. Все! Я сейчас тебя оставлю, а ты подумай хорошенько над моими словами. И когда я приду, ты должна четко все понимать. Если ты согласна с таким раскладом, ты встречаешь меня как обычно, в красивом белье и с улыбкой на личике. Если ты с чем-то не согласна, я тебя тут не держу. Все, пока, — Виссарион стремительно прошел мимо нее на выход.

Олеся сползла по стеночке на пол. Вот так. Все ее мечты рухнули. Какие же эти мужчины сволочи! Как он мог! Она отдала ему свое сердце! А он растоптал его. Вот за что ей такое?

Она прорыдала всю ночь. А через день встречала Василия в красном кружевном белье и с улыбкой на лице. Отныне ее сердце заперто на ключ. Она будет жить в роскоши, хоть и без любви. А потом, кто знает, может, Василий все-таки полюбит ее и откажется от своей несчастненькой мымры.