Глава 31

Чаннатунг пристально смотрел на меня. А я на него. Пусть даже заняла место на специально отведённом резном сиденье. Зараза какая! Нарочно ведь принимает меня в зале, чтобы задавить авторитетом. Мне же ничего не остаётся, как делать вид, что так всё и задумано. И ещё сохранить невозмутимость, словно это не за ним стоит целая земля демонов, а за мной. – Итак, кхун-ачани, – начал Чаннатунг. Голос был низким и задумчивым. – Какая выгода мне от союза с тобой? Что ты можешь предложить, чтобы убедить меня? Я глубоко вдохнула, собираясь с мыслями. Ответ должен быть точным и веским. Потому что мои аргументы он уже и так должен знать, но, видимо, хочет услышать лично. – Владыка Чаннатунг, – начала я, стараясь говорить уверенно, заодно показывая, что в отличие от него не пытаюсь юлить. Не обращается ко мне по титулу императрицы, используя более обтекаемое обращение. С одной стороны, я его понимаю, кто знает, как оно обернётся… С другой – Танхва ему не особо приятен, иначе бы меня тут не было. – Я не стремлюсь отобрать твои земли. Всё, чего я хочу, – это мира и процветания в наших государствах. Чаннатунг приподнял бровь. Его интерес стал более явным. – И почему я должен тебе верить? Известно, что у женщин язык как змея – обвивает незаметно, кусает смертельно. Батенька, с женщинами у вас тут явно как-то не очень. Видимо, не встречалось ни одной порядочной фемины. – Танхва рассчитывает на внезапность и стратегическое преимущество, – невозмутимо продолжила я. – Но если вы будете знать его шаги наперёд, то сможете подготовиться и ответить ударом. Я поддержу. У меня есть союзники. Чаннатунг задумчиво кивнул, его взгляд стал более сосредоточенным. – Это, безусловно, полезная информация, – сказал он. – Но что ещё? Почему я должен доверять тебе, кхун-ачани? Почему ты решила обратиться за помощью к своим врагам? Я понимала, что этот вопрос будет ключевым. Доверие демонов сложно заслужить, и я должна быть максимально честной. – Потому что предателей не прощают. К тому же его действия – прямая угроза для всех без исключения, – ответила я и прищурилась: – Не думаешь ли ты, владыка, что сохранишь свою жизнь и место? – Что мне может помешать договориться с ним? – Может, то, что ты ещё ни разу не сумел договориться ни с кем из клановых мужчин? После моего вопроса в зале повисла тишина. Я стреляла наугад. Вполне вероятно, что сейчас этот пассаж отобьют. Но Чаннатунг ничего не ответил. Только посмотрел так, будто я сейчас сказала нечто важное, пусть и неприятное. Надеюсь, неприятное в целом, а не для него конкретно. – Что ж, тут ты права, кхун-ачани. Думаешь, это единственная причина? Я сложила руки на коленях ладонями вверх, словно показывая, что не имею дурных намерений. – Разумеется, нет. Но одна из них. Я не стремлюсь отобрать чужое. Мне важно сохранить своё. – И почему же не сохранили? – поинтересовался Чаннатунг. Вроде бы невинно, но подтекст читается прекрасно. Мол, как же ты, императрица, в тюрьме оказалась? – Потому что не ждала удара в спину от того, кому доверяла, – ослепительно улыбнулась я. – А вы, владыка, тоже всё время ждёте, когда предаст кто-то из близких? Чаннатунг не ответил, однако по лицу всё было понятно. Не ждёт. Пусть и, я уверена, осторожен в своих словах и действиях. Некоторое время он молчал. Я тоже не стремилась задавать вопросы. Уж как есть. Не будем спешить. Прекрасно понимала, что он должен ещё раз всё взвесить. Поэтому наш дальнейший разговор был похож на прощупывание почвы, очень аккуратный, в постоянном напряжении, что вот сейчас кто-то из нас провалится. В итоге Чаннатунг дал распоряжение слугам позаботиться обо мне и проводить в покои. Я не возражала, только попросила передать весточку пхи о моём местонахождении. Весть должен был доставить зверь, похожий на цуйхи, только больше и манёвреннее. После ужина я села на кровать в позу лотоса, прокручивая в голове все события. Вот как всё складывается. Ждать – это, конечно, отвратительно. Вся как на иголках. Появление демонического цуйхи снова вернуло к воспоминаниям о свитках во дворе Алачи. В этом мире намного больше тайн, чем может показаться. Самое гадкое то, что, как и везде, ты не можешь определить: поможет тебе это в жизни или нет. Ла-гуа устроился рядом. Некоторое время он помалкивал, явно что-то соображая. В комнате царил полумрак. Внезапно Ла-гуа окутал мистический свет. Возникло ощущение, что на лепестках дрожат капельки росы, в которых спряталось солнечное сияние. – Нам нужно быть в курсе всех его планов, – вдруг сказал он, тихо скользя по полу, будто паря над ним. – Есть предложения? – мрачно поинтересовалась я. – Да, проверну одну штуку. Знаешь ли, подслушивание ещё никто не отменял. Я уставилась на него во все глаза. Ла-гуа вытянул свои тонкие корневые отростки, которые сейчас заменяли ему руки, и начал выкладывать на коврик небольшие магические амулеты. Они светились мягким зелёным светом, когда Ла-гуа касался их. – Откуда это? – озадачилась я. – Пхланг, принявшая форму. Надолго не хватит, но будем работать с тем, что есть. Сядь напротив меня, – велел Ла-гуа, указывая на место на коврике. – Мы будем держаться, чтобы соединить нашу пхланг и создать устойчивый магический канал. Я села и осторожно взяла его корневые отростки в руки. Тепло и энергия, исходившие от него, были ощутимыми и успокаивающими. Сияние стало сильнее, пхланг начала покалывать подушечки пальцев. – Сосредоточься на владыке Чаннатунге, – прошептал он. Голос звучал, как шелест лотосовых лепестков на ветру. – Представь лицо, голос, присутствие. Я закрыла глаза и сосредоточилась, производя его облик перед внутренним взором. Почти сразу почувствовала, как наша с Ла-гуа магия начинает соединяться с энергией. Воздух вокруг нас задрожал, и я услышала приглушённые голоса, доносящиеся издалека. – Они обсуждают нынешнее положение, – пробормотал Ла-гуа. Голос теперь звучал будто издалека. – Слушай внимательно. Я вслушивалась в разговор. Голос Чаннатунга был отчётливым и властным: – Мы должны укрепить наши позиции на границе, – говорил он. – Танхва не остановится, его армия уже выдвинулась. Мы должны быть на шаг впереди. – Наш человек всё подготовил, но он не может прыгнуть выше головы, – громыхнул Чомрат. – Надо иметь больше шпионов во дворце, – задумчиво сказал Чаннатунг. – Но это на будущее. Сейчас уж как есть. – И резко сменил тему: – Как думаешь, насколько она искренна? – Сойлинг? – уточнил Чомрат. – Вполне. На игру не похоже. Танхву она не переваривает. Уж не знаю, как у них там было раньше, но после его поступка, да ещё и направленного нам предложения стать источниками силы, уж точно не питает тёплых чувств. Некоторое время царила тишина. – Чаннатунг? – Я думаю. Тихий смешок. Не разобрать, чей именно. Голоса у них похожи. – Пока она тут, вряд ли будет возможность перейти снова на сторону клановых. Это нам в плюс. – Ну так женись на ней, и дело с концом. Замечательный союз. Чаннатунг закашлялся. А Чомрат тот ещё тролль, оказывается. Пожалуй, это было бы хорошим решением, только есть нюанс… – Она замужем, – озвучил он мои мысли. – И что? – рассмеялся Чомрат. – Я видел её в крепости с Нгратом. Она его не узнала. Понимаю, почему он так себя ведёт, но к ней были вопросы. – Договорные браки, брат мой. А у Нграта имелась фаворитка, насколько я помню. О… нет, это как же… В этот момент связь оборвалась, и меня чуть не отшвырнуло в сторону. Ла-гуа пискнул и взлетел вверх. – А-а-а! Сойлинг! Что ты творишь? Я не слушала его. Мысли метались как сумасшедшие. Нграт… всё же это он. Мой муж. Надо же, как я знатно влетела. То-то Чомрат всё на меня поглядывал и ждал, что скажу хоть что-то про Вонграта, но я молчала как рыба. И теперь я в глубокой заднице. Но что произошло с Вонгратом? Неужто после того, как его победили, добровольно пошёл в командующие крепостью? Отправлять его в место к камням, которыми он хотел завладеть, крайне неосмотрительно. «Если только ему полностью не стёрли личность», – подсказал внутренний голос. Но это больше похоже на фильмы из моей прошлой жизни. Правда, кто знает, что умеют демоны? Заложив руки за спину, я ходила туда-сюда, понимая, что надо срочно придумать, как себя вести. Вряд ли владыка решит об этом спросить при следующей встрече, но нужно быть готовой, что однажды воспользуется случаем. – Всё, поспала, называется, – выдохнула я и плюхнулась на кровать. – Ла-гуа, придумай что-нибудь. – А что сразу Ла-гуа? – А кто? Впрочем, продолжить не получилось, потому что с внутреннего двора послышался какой-то шум и звон скрещивающихся мечей. Я подбежала к окну. Во внутреннем дворе разгорелась настоящая схватка. Стражники сражались с одним воином, который, несмотря на численное превосходство противников, умело отбивался. Кровь покрывала его лицо и доспехи, но он двигался с невероятной грацией и силой. Хоть и было видно, что устал до чаррая. – Ла-гуа, – прошептала я, не отрывая глаз от происходящего. – Это же человек. Он в одиночку сражается против стражников. Пленник, что ли? – Дай посмотрю, – отозвался лотос, подлетая ко мне. Мы оба всматривались в происходящее. Где-то я его уже видела… Но он не стоит на месте! Как тут оказался? Решительные удары и молниеносные движения не оставляли сомнений, что это умелый воин. – Кто же ты… – прошептала я, чувствуя, как невольно сердце начинает биться быстрее. – Что он здесь делает? И почему сражается? – Кто знает, какие ветры занесли его сюда, – пробубнил Ла-гуа. – Но, похоже, он не очень хочет проходить во дворец. Я кивнула, наблюдая, как он уклоняется от очередного удара и контратакует, сбивая стражника с ног. Его меч сверкал в свете факелов, разрезая воздух с пугающей точностью. Но вот один из демонов сумел сбить его с ног. Остриё меча оказалось возле беззащитного горла. О боги… Этого ещё не хватало. А в следующую секунду я его узнала. Действовала на рефлексах, выскочив из окна, и буквально пронеслась по воздуху к сражавшимся. Голубая волна вырвавшейся пхланг снесла демонов. Я оказалась возле воина и закрыла его собой. – Прекратить. Стражники озадачились. Но пхланг, вихрившаяся спиралью вокруг меня, была нехилым аргументом. – Ваше величество, – донеслось сзади хриплое. – Встань и опусти меч. Тишина. Но потом выдох: – Да, ваше величество. Я обернулась. На меня внимательно и немного неверяще смотрел Атхит из клана Алых молний.