Глава 12

Последствия необдуманного согласия нагрянули в ту же ночь.

— Это что? — обомлела я, застыв на пороге.

— Наконец-то! — Мисталь с готовностью приподнял одеяло, предлагая перелезть через него, чтобы забраться на середину. — Как ты долго!

— Ты что тут делаешь?!

— То есть тебя только я смущаю? А ничего, что Наян на половине кровати развалился? Он, вообще-то, ещё и храпит!

— Неправда.

— Храпит! А если во сне ты случайно попробуешь его обнять, то он может подумать, что это нападение, и попытается вывернуть тебе руки!

— Если ты отсюда не уйдёшь, Мисталь, я буду спать в кабинете.

— Попробуй. Сразу предупреждаю, что, как только ты там уснёшь, я перенесу тебя сюда. Хотя, нет! Не сюда. К себе в спальню!

Невероятно, но Ян молчал и брата не выгонял!

— Ну уж нет! Возвращайтесь в свои комнаты. Оба.

— Да ладно тебе, Лэри! Тут же полно места!

— Я буду спать одна!

Несмотря на ворчание и угрозы, отстоять независимость всё-таки получилось. Однако на следующий день произошло сразу несколько событий, и всё изменилось.

Утро началось с того, что близнецы изъявили желание позавтракать в моей гостиной. Они обсуждали какого-то общего знакомого, бодро уминали пирог с вишней — мой, вообще-то, пирог! — и запивали его ваором. Оценив скорость, с которой исчезали продукты, я сообразила, что, если не поспешу, то останусь голодной, и стащила у Мисталя из-под носа последний кусочек.

Амулет на шее тут же нагрелся и засветился!

— Положи-ка обратно, Эри, — Наян подхватил тарелку с остатком завтрака и подозрительно к нему присмотрелся. — Тут что-то не так. Никак не пойму, что именно. Леди Касс-Касс точно разберётся.

Бедная Нарлин, почувствовав на себе два острых, изучающих взгляда, побледнела.

— Я всего лишь принесла его из кухни! Клянусь!

— Мы с тобой ещё об этом побеседуем, — пообещал Мисталь и исчез.

— Ян…

— Тем, кто не причастен, волноваться не о чём. Ты же знаешь.

Вновь появившийся охотник гордо сгрузил на стол два уставленных едой подноса и щедро разрешил:

— Завтракай!

Аппетит после случившегося пропал. Это и не удивительно. Я без всяких проверок знала, что в пироге был яд. Иначе амулет бы не отреагировал. То, что тёмные ели спокойно, — ровным счётом ничего не значит. Есть целый перечень веществ, которые опасны исключительно для людей. Кто-то снова пытался меня убить, и я даже не знала, что пугает больше: сам факт или то, что я почти привыкла и перестала этому ужасаться.

— Кушай, — слишком уж ласково посоветовал Мисталь. — Не искушай меня идеей покормить тебя самому.

— Поговори пока с Нарлин, — посоветовал ему Ян. — Вряд ли, конечно, кто-то что-то заметил, но все эти происшествия мне уже порядком надоели.

— Не пугай её, пожалуйста, — попросила я. — И большое спасибо, что принёс завтрак.

Не то чтобы я боялась за Нарлин, но решила на всякий случай смягчить его резкий нрав проявлением благодарности. Мисталь, впрочем, не был бы самим собой, если б не разбавил наметившуюся серьёзность момента:

— Ладно, так уж и быть! Если пообещаешь питаться, как следует, и сменить, наконец, свои выпирающие рёбрышки на приятные глазу округлости, то я не стану сильно стращать твою служанку!

— Уж будь любезен! — процедила сердито и просто не сумела промолчать: — Между прочим, ничего у меня не выпирает!

— Да? А по виду не скажешь! — и он протянул руки, явно намереваясь меня ощупать.

— Ты что это собрался делать?

— Разве не ясно? Проверять, конечно! Раз уж у нас возник спор, есть только один способ…

— Ни за что! Никаких проверок! Тебе придётся поверить на слово!

Наян тихо рассмеялся, но вмешиваться не захотел.

— Почему бы немного не пообниматься? Я же всё равно всё увижу, когда ты, наконец, соберёшься танцевать! Когда, кстати, это будет? Я уже заждался!

— Сколько можно за мной подсматривать?!

— Всё для твоей же безопасности, дорогая!

Я ничуть не сомневалась, что, подглядывая, о «безопасности» он думает в самую последнюю очередь, но решила не продолжать спор и ограничилась сердитым:

— Можно мне, наконец, позавтракать?

— Эх ты, — широко усмехнулся Мист, — совсем не умеешь добиваться своего! Учить ещё и учить!.. Ладно. Ешь. Может, и правда немного поправишься, а то тебя даже обнять страшно: вдруг что-то нечаянно сломаю?

Дождавшись возмущённого взгляда, он удовлетворённо хмыкнул и направился к Нарлин:

— Идём-ка, покажешь, где именно ты брала еду.

Испуганно оглянувшись, она покорно последовала в портал.

Когда в обед я закончила перезаряжать амулеты имперских магов и от нечего делать вернулась в покои, то сначала решила, что снова заблудилась и очутилась не там, где нужно.

Посереди гостиной, нелепо раскинув тонкие руки, неподвижно лежала девушка. Знакомое лиловое платье, светлые разметавшиеся волосы, бурое пятно на груди и широко распахнутые глаза. Мои глаза. Замерев на пороге, я понимала, конечно, что это всего лишь иллюзия, однако не могла отвести взгляд. В груди горело, комната немного «плыла», а я всё смотрела на свою мёртвую копию, на её изумлённое, застывшее лицо.

— Фу, какая мерзость! — брезгливо поморщился появившийся из портала Мисталь и обернулся к вышедшему следом брату: — И как только Беарил до сих пор у тебя тут не помер, а? На весь дворец ни одного нормального телохранителя!

Иллюзия развеялась в тот же миг.

Наян с ненавистью покосился на ковёр, а затем обернулся ко мне:

— Ты в порядке?

Отвести взгляд от того места, где было тело, получилось не сразу, но он подошёл ближе и заглянул в глаза:

— Эри?

— Да. Да, я в порядке.

— Я его найду. Обещаю. Тебе нечего бояться.

— Знаю.

Он всё ещё хмурился, так что я ободряюще улыбнулась и, встав на носочки, коротко его поцеловала.

— Всё будет хорошо.

Наян, наконец, немного расслабился, хотел было что-то сказать, но тут со стороны дивана донеслось:

— А меня поцелуешь?

— Нет!

— А если я скажу, что нашёл, кто устроил это представление?

— Всё равно не буду.

Холодный взгляд Яна обещал провинившемуся магу бесконечные мучения.

— Кто это?

— Пока вы там обнимались, я, вообще-то, работал! И заслужил хотя бы скромную благодарность! Целуй, иначе этот пакостник останется на свободе. Дело принципа.

— Не хочу!

— А ведь он наверняка причастен к беспорядку во дворце, — продолжал убеждать Мисталь. — Зачем бы постороннему такое подстраивать?

Не зная, что на это возразить, беспомощно взглянула на Яна.

— Шантажировать не слишком-то честно, — попробовал он пристыдить брата. — Вряд ли таким образом ты чего-то добьёшься.

— Тут все средства хороши, — насмешливо развёл руками Мист, а потом оценил моё упрямое выражение лица и примирительно вздохнул: — Ну, хорошо. Вместо поцелуя можешь станцевать что-нибудь в том костюме. Не зря же я так долго его выбирал.

Вообще-то, мне не хотелось, чтобы не в меру настырный охотник портил наш особенный вечер, но узнать очередного заговорщика было действительно важно.

«Можно?»

«Я не против, — отозвался Наян, подумав. — В конце концов, он очень постарался, чтобы отыскать след: это почти невозможно. Я, например, даже намёка на чужое присутствие не вижу. Так что пусть смотрит, сколько хочет. Главное, чтобы не трогал».

— Не знаю, когда это будет, но я сразу тебя позову.

— Обещаешь?

— Угу.

— Тогда идём!

Портал вывел нас в комнату, заставленную дорогой массивной мебелью. Тяжёлые тёмные портьеры были раздвинуты, из окон открывался потрясающий вид на дворец. Хозяин дома — молодой мужчина с ярко-рыжими, чуть вьющимися кудрями, никак не ожидал нашего визита. Вскочив с мягкого бордового дивана, на котором изволил отдыхать, он приготовился зарядить в Мисталя огнём. Его лицо искажала такая ошеломляющая, ничем не прикрытая ненависть, направленная на близнецов, что я даже попятилась. Это, несомненно, было что-то давнее и очень личное, но выплеснуть свой гнев маг так и не сумел: осел на пол, получив сразу два удара — по затылку и шее.

— Да это же тот самый, с бала, — припомнил Наян. — Я только имени его не знаю.

— В любом случае, с ним стоит об этом поговорить, — пожал плечами Мист и открыл новый портал, чтобы пинком отправить туда слабо дышащее бессознательное тело. — А сюда я кого-нибудь пришлю. Пусть поищут следы старых переходов.

— Подождите! — воскликнула я, всматриваясь в жёлтое свечение, сосредоточенное у груди неизвестного. — У него на шее какой-то сильный амулет.

Охотник без лишних церемоний вытащил из-под воротника мужчины золотую цепочку и легко сорвал талисман. Присвистнул:

— Посмотрите-ка на его ауру!

— Что там?

— Императорская кровь. Бастард.

Это многое объясняло. Пусть, он и незаконнорождённый, но всё-таки способен без всяких разрешений ходить по тайным, закрытым ото всех, уголкам дворца и пользоваться семейной печаткой.

Мог ли именно этот тёмный быть тем, кто пробрался ночью в мою спальню? Или тем, кто пытался убить принца?

— Значит, предателя среди нас нет?

— Скорее всего, — согласился Наян. — Я лично подбирал и проверял тех, с кем буду работать.

— Лично или нет, я всё равно их всех перепроверил, — сообщил Мисталь и вынес своё заключение: — Скучные, но преданные.

— Никто не просил тебя вмешиваться! — огрызнулся Ян. — Проверяй своих охотников. С моими подчинёнными я справлюсь сам.

— Ага. Справишься ты, как же!

— Не смей лезть!

Поразительно! По отдельности они вполне нормальные, но, как только оказываются рядом, превращаются в настоящих упрямых баранов!

Пока близнецы выясняли, кто из них больше дурак, мне в голову пришла одна простая, но крайне неприятная мысль. Если этот бастард мог находиться в запрещённых переходах, не выдал ли он приглашения и другим участникам заговора? У скольких был доступ к той подпольной мастерской?

— … никогда не умел! Будь благодарен, что я тебе помогаю!

— Да от такой помощи…

Раньше подобный накал страстей показался бы мне пугающим, но теперь-то я чувствовала, что ругаются они не всерьёз. По привычке, наверное. И поэтому смело перебила:

— Как думаете, сколько ещё людей знает о спрятанной в переходах мастерской? На количество разрешений ограничения есть?

Про меня вновь вспомнили.

— Выясню, — кивнул Мисталь.

— Даже не надейся! Он мой!

Снова.

Покачав головой, огляделась. То, что ничего, достойного внимания, тут нет, стало понятно с первого взгляда. Может, конечно, самое ценное хранится в других комнатах, но проверять их у меня не было никакого желания. В спальне ждала книга, в которой, наконец, отыскался секрет незаметных артефактов. И это было по-настоящему интересно.

— Почему бы вам не допросить его вместе? Начните прямо сейчас, а меня верните, пожалуйста, во дворец.

Они переглянулись. Мисталь сориентировался первым:

— Даже Лэри со мной согласна!

— Но я не…

— Забудь! — победно усмехнулся он и открыл портал. — Увидимся за ужином!

Наян при этих словах чуть поморщился, но кивнул:

— Читай, а вечером поговорим. Я расскажу тебе всё, что удастся из него выжать.

В спальне обнаружилась очередная коробка. На этот раз бархатная и без украшений. Настороженно прислушавшись, никакой угрозы я не ощутила. Разве что в углу, на грани видимости что-то шевельнулось, но, стоило обернуться и стало ясно, что это просто тень от шторы. Показалось. Снаружи теперь всегда дежурили маги, так что никакой неизвестный злодей проникнуть в покои был не в состоянии.

Выходит, очередной подарок? От кого на этот раз? Наян бы, наверняка, предупредил или хотя бы намекнул, а значит, снова проделки Мисталя. Он что, пытается купить себе расположение? Что бы там ни было, принимать его подношения я не собиралась, а потому даже не стала никого звать. Усевшись на кровать, поправила под спиной подушку и, на всякий случай громко объявив, что ничего от него брать не буду, погрузилась в чтение.

Но любопытство сгубило не одну кошку. Я с самого начала подозревала, что внутри — какое-то ювелирное украшение и через некоторое время убедила себя, что, если просто взглянуть, то не случится ничего плохого. Даже не примерять — всего лишь посмотреть. Вдруг, это что-то необычное?

Ожерелье. Несомненно, артефакт, но такой незнакомый, что сложно сказать, в чём его предназначение. Три ряда коротких, плотно обхватывающих шею, цепочек, навевающих мысли о южных странах: в Империи никогда не делали ничего подобного. Тонкие звенья покрывала едва различимая вязь непонятных, узловатых символов. Две нижние соединялись искрящимся, бездонным изумрудом. Тёмным, как лесная зелень. Казалось, в глубине дивного камня таится живой огонь. Он сиял, манил и околдовывал. Я впервые видела такой насыщенный оттенок, такую пронзительную красоту и, очарованная, с восхищением потянулась к нему прикоснуться — благоговейно, одними лишь кончиками пальцев, как к настоящему чуду.

Это случилось быстро. Камень вспыхнул, я зажмурилась, запоздало отдёрнула руку — а в следующий миг с ужасом ощутила, как нечто холодное, обвивая запястье, стремительно ползёт к локтю. Вскрикнув, попыталась скинуть с себя взбесившийся амулет, но тот с неожиданной резвостью пролез под рукав и возмущённо ожог кожу.

Раздался вскрик. То ли злой, то ли изумлённый. Стоящая в углу ваза вдруг упала, усыпав пол осколками и цветами.

Резко обернувшись на звук, я увидела уже знакомую фигуру в плаще с капюшоном, но тут как раз из порталов одновременно выскочили встревоженные тёмные, и неизвестный поспешил скрыться.

Щелчок застёгивающегося на шее ожерелья прочистил мне память, и я, наконец, вспомнила, где раньше его видела, — в библиотеке отца, когда изучала старинные артефакты. Сегодняшний «подарок» родом из Илроса, бывшей столицы дроу. У него даже имя своё есть — Элре.

— Что это на тебе? — нахмурился Наян.

Разжать пальцы, судорожно стискивавшие цепочки, удалось не сразу.

— Оно было в комнате, когда я вернулась.

— Я ничего не оставлял, — произнёс Мисталь, отвечая на укоризненный взгляд брата, и потянулся к ожерелью. — Не туго?.. Чего это он так угрожающе светится?

Агрессия только подтвердила мои опасения.

— Не трогай. Это артефакт.

— Мне, конечно, надоело постоянно спасать тебя в последний момент, но не настолько, чтобы позволить задушить!

Молния, с треском вырвавшаяся из глубины изумруда, угодила Мисту прямо в протянутую руку.

— Ах ты мелкая, наглая побрякушка!

— Ожерелье теперь не опасно. Гораздо важнее выяснить, кто его подложил. Не мог же тот рыжий и это успеть, правда?

— «Теперь не опасно»? — прицепился к словам Ян. — На нём что-то было?

— Оно известно тем, что избавлялось от своих владельцев, если те ему не нравились. Но! — пришлось повысить голос, чтобы Мисталь не перебил. — Но тех, кто ему приглянулся, оно защищает. Мне ничего не грозит.

— И ты, зная всё это, рискнула его примерить?!

— Его нужно немедленно снять, Эри.

— Не получится, — повернувшись к ним спиной, я приподняла волосы. — Видите? Застёжки нет.

Мисталь, бормоча под нос какие-то ругательства, отошёл к окну, а Наян, наоборот, приблизился.

— Ты уверена, что всё в порядке? Если есть хоть малейшая вероятность…

— Уверена, — кивнула я и с усталым вздохом прижалась к Яну.

— Испугалась? — шёпотом спросил он, гладя по волосам.

Очень! Сердце до сих пор колотилось в груди так сильно, что он, наверное, чувствовал.

— Надо было сразу сказать, но я подумала, что это снова Мисталь оставил. А потом оно вползло по руке, представляешь? Как змея!.. Человек, подложивший его, тоже был здесь. Я видела. Он прятался вон там, в углу, и ждал, пока я открою футляр, чтобы потом забрать артефакт и уничтожить все следы.

— Но ты так их любишь, что амулет решил сменить владельца, — нервно усмехнулся тёмный и крепко-крепко обнял. — Какую бы охрану я ни ставил, кто-то раз за разом ухитряется найти способ до тебя добраться! Он будто смеётся над нами!

— Веселье начнётся, когда он попадет ко мне в подземелье, — мрачно изрёк охотник.

Они обменялись непонятными, но многозначительными взглядами.

— С сегодняшнего дня ты не должна оставаться одна, — серьёзно заглядывая в глаза, сообщил Наян. — Ни на минуту, поняла? С тобой всегда будет кто-нибудь из нас.

Я кивнула, и только потом сообразила:

— Всегда? Даже ночью?!

Мисталь растянул губы в предвкушающей ухмылке, но Ян был непоколебим.

— Даже ночью.

Против его присутствия я ничего не имела, но, представив, как уже сегодня буду спать в компании Миста, попятилась:

— Нам вовсе не обязательно впадать в такие крайности! У меня теперь есть Элре! Вряд ли бывший хозяин когда-нибудь заявит на него права!

— Не спорь. Я и сам не в восторге, но кому ещё, кроме меня, можно доверить твою безопасность?

— Давайте это отпразднуем!

Мы с Яном одинаково хмуро посмотрели на пребывающего в отличном настроении охотника. Ведь знает же, что мешает, но всё равно лезет! И не выгонишь же! Какой толк от него избавляться, если его ревность и грусть будут ощущаться, как свои собственные? Пусть уж лучше ошивается рядом, раз уж так хочет. Остаётся только ждать и надеяться, что Мисталь вскоре сам во мне разочаруется. Иначе боюсь даже думать, какой станет наша совместная семейная жизнь. Всякие извращения — не моё.

— Открывай, — махнул рукой Наян. — Ужин — первая хорошая мысль за весь этот день.

По-видимому, ресторан господина Тильта был любимым заведением не только Миста, но и Яна тоже. Их тут все знали. Судя по округлившимся глазам посетителей, явление сразу обоих лордов Алер, мирно прошествовавших к одному столику, уже сегодня станет главной темой для сплетен.

Я собиралась сесть справа, рядом с ним, но Наян любезно отодвинул стул посередине. Это уже начинало беспокоить: сидеть между ними, спать с ними в одной кровати, проводить сутки напролёт то с одним, то с другим. Они как будто заключили негласное соглашение, где составили расписание и поделили меня между собой! Я, разумеется, хотела, чтобы близнецы нашли что-то общее и помирились, но не так же! Все знают, что ревнивее тёмных только драконы и оборотни. После появления знака, я боялась, что Ян будет ревновать ко всем подряд, а он ведёт себя слишком уж странно! Не говоря уже о его брате, поступки которого вообще порой не поддаются логике.

Оба мужчины заказали мясо, а я попросила рыбу, которую пробовала в прошлый раз.

— А что, если перевезти Эри к охотникам? — задумчиво протянул Наян.

Первым желанием было как можно громче крикнуть: «Нет!», но вместо этого я с надеждой спросила:

— И тогда мне можно будет спать одной?

— Нет, — синхронно раздалось в ответ.

На этот раз они даже друг на друга не смотрели: просто думали об одном и том же, вредители!

— Я не хочу оставаться в его логове! Мне нравится во дворце!

— Логове?! — оскорбился Мисталь. — Я живу в особняке!

— Во дворце всегда было опасно, а теперь и вовсе шага ступить нельзя, чтобы не угодить в неприятности.

— Как думаете, что им от меня нужно? Снова амулет?

— Вариантов множество.

— Доступ в мастерскую.

— Возможность шантажировать нас.

— Ваши семейные секреты работы.

— Ты можешь мешать им действовать.

— Да что угодно.

— Вы что, помирились? — осведомилась подозрительно. — Уж очень слаженно у вас получается.

— Я?! С ним?! — поморщился Мисталь. — Никогда!

— Ни за что, — сжал губы Наян.

«Ну-ну», — подумала я и улыбнулась. Они вдруг снова напомнили мне подростков-племянников. Такие же мальчишки.

— Разреши мне остаться во дворце, Ян. Пожалуйста.

Украдкой погладив перстень, подумала: «Хочу быть рядом с тобой».

Он знакомо полуприкрыл заблестевшие глаза:

— Хорошо.

Так, а теперь, когда соглашение достигнуто, нужно быстренько сменить тему!

— Вы уже поговорили с тем, кого мы поймали?

— Угу. Поговорили. Он сознался в том, что проделал дырку в твоей спальне и в том, что был в сговоре с артефактором.

— Императорская кровь позволяла посещать запрещённые комнаты, проникать в покои и пользоваться фамильным перстнем с печаткой.

— Он ещё и амулеты принцев хотел подменить, а потом — избавиться от обоих. Считал, что они недостойны.

— И в этом я с парнем полностью согласен, — вставил Мисталь, попивая вино. — Но он, к сожалению, не лучше.

— Взрывы — тоже его затея.

Вдвоём у них здорово получалось засыпать меня информацией!

— Это он, значит, пытался взломать мастерскую?

— Нет, к сожалению. Есть кто-то ещё.

— Ага. Некто в плаще.

— Ну, теперь хотя бы не нужно опасаться взрывов.

— Мы не можем знать наверняка.

— Охрана всё равно останется усиленной. Ты разобралась с артефактами?

— Да. Там одно неприятное заклинание. Придётся сделать дополнительный артефакт для обнаружения скрытых зачарованных камней.

— И на магов с два десятка таких же приготовь. Будут патрулировать и проверять. Материала хватит?

— Ещё и останется!

— Кстати говоря, Лэри, — прищурился Мисталь, — а почему у меня всё ещё нет амулета от того таинственного парализующего артефакта? И почему Яну ты талисман для мысленной болтовни сделала, а мне — нет?

— Может, не надо? — начала было я, косясь на Наяна. — Если так и дальше пойдёт, я же вся буду в амулетах!

— Разве девушки не любят украшения?

— Но не в таких же количествах!

— Сделай их, — подумав, попросил Ян, чем окончательно разрушил мои надежды. — Вдруг что-то случится, и ты не сможешь до меня дозваться?

Никак не пойму, что с ним случилось. То ли Наян ради моей безопасности готов пойти на какие угодно жертвы, то ли он почему-то не ревнует. Быть объектом ревности, конечно, не очень приятно, но и чувствовать, что мной по-родственному делятся тоже странно. Я, вроде, не делала ничего, что могло бы его рассердить, так почему тогда Ян сам подталкивает меня к брату, зная, в каком мы все положении? Я ему надоела? Разонравилась?

— Ты чего, родная?

Даже если б мне хватило смелости спросить у него об этом, то не при Мистале же это делать! Понимаю, что они с детства все секреты делили, но должно ведь у нас с Яном быть хоть что-то, куда его вездесущий братец не сунул свой любопытный нос!

— Ой, дура-а-ак, — пробормотал Мист и, подперев щёку, отвернулся к окну, не желая вмешиваться.

«Лэри?»

Обидно всё-таки, что все мои эмоции для них обоих как на ладони!

— Понимаю, у вас сейчас много дел, но прошло уже несколько дней. Есть что-то новенькое по поводу моего отца?

Вместо Мисталя неожиданно ответил Ян:

— Я этим занимаюсь.

Мне хотелось подробностей, но маг был отстранён и задумчив, так что пришлось удовлетвориться хотя бы тем, что о нашем уговоре вообще не забыли.

Интересно, можно ли потом попросить его отвести меня к папе?

— Наян, Мисталь, — послышался рядом чей-то грудной, вкрадчивый голос, — как неожиданно вас здесь видеть…

«…обоих» мысленно дополнила я и обернулась, чтобы взглянуть на говорившую.

Подошедшая к нам молодая женщина была одета в дорогое малиновое платье, украшенное кружевом и лентами. Насыщенно-чёрные волосы крупными кудрями рассыпались по её плечам, а на груди красовалось рубиновое ожерелье. Незнакомая вязь заклинания выглядела заманчиво, но я не рискнула её рассматривать, побоявшись показаться невоспитанной.

— Вечера, Тиен, — Наян отложил приборы и поднялся. — Познакомься, Эри, это леди Тиен Гаррос. Наша давняя приятельница.

— А это Илэрия Марр — моя будущая невеста! — сверкнул улыбкой охотник.

Тонкие брови леди Гаррос изумлённо приподнялись.

— О…

— Всё не так! — вспыхнула я, зло глянув на Мисталя.

— Правда?

— Мы просто вместе работаем!

Судя по мимолётной хитрой улыбке, она не поверила.

— Позволите присоединиться? Я только сегодня вернулась в На’Ар’Рин и была удивлена, услышав, что на балу чуть не произошёл взрыв. Как это вышло?

Откуда она знает об угрозе взрыва? Об этом было известно только нам и службе безопасности!

Ян, будто и не заметив оговорки, как ни в чём не бывало, забрал стул из-за соседнего пустующего столика и любезно придвинул его для леди, пожелавшей сесть рядом с ним.

— Благодарю, — произнесла она, словно невзначай скользнув тонкой рукой по его пальцам.

Тиен Гаррос уже решительно мне не нравилась! Не то чтобы я сомневалась в Наяне, но с её появлением в душе неожиданно проснулась неведомая прежде ревность. И этим дело не кончилось! Я с раздражением поняла, что ревную не только Яна! Проводить время втроём стало так привычно, что попытки тёмной флиртовать с Мисталем злили ничуть не меньше! Это было нечестно и неправильно, я не могла — не имела права! — требовать исключительного внимания обоих мужчин, но смотреть, как Тиен улыбается, было отчего-то противно. Как, оказывается, я недооценивала силу этого гадкого чувства! У нас благословение, да, но вся уверенность в себе внезапно куда-то исчезла, а на её место пришли тяжёлые сомнения. Даже перед балом, когда половина собравшихся леди глазела на Наяна, было не так скверно. Тогда это лишь слегка раздражало, ведь он не выказывал симпатии никому из них. В отличие от Тиен. С ней всё по-другому.

Без аппетита ковыряясь в рыбе, я избегала смотреть в их сторону, но не слушать оживлённого щебетания не могла. Как назло, новая знакомая то и дело пыталась что-нибудь у меня выспросить:

— Леди Илэрия, у вас такая светлая кожа! Совсем как у северных народов! Откуда вы к нам приехали?

Ещё никто не сравнивал мою иллюзорную полупрозрачную бледность с молочной белизной северных женщин! И ведь это не издёвка! Неужели ей действительно такое нравится?

— Илэрия, я слышала, вы занимаетесь артефактами? Это ожерелье — чудо! Вы не против, если я как-нибудь к вам зайду? Скажем, завтра? Давно хотела заказать себе браслет, но…

— Лэри… Могу я так тебя называть? Прекрасно! Тогда и ты зови меня Тиен!

Несносная кокетка успевала всё: стрелять томными взглядами то в одного мужчину, то в другого, выпытывать у них о делах во дворце, прихватывать ложечкой какой-то кремовый десерт, навязывать мне беседу и время от времени шутить о том, что бросать такую милую юную леди с двумя коварными лордами просто нечестно. Пока я что-то цедила ей в ответ, изо всех сил стараясь быть вежливой, тёмные делали вид, что ничего особенного не происходит.

Окончание ужина стало настоящим облегчением. Леди Гаррос пыталась соблазнить нас приглашением к ней домой, но Мисталь отказался, сославшись на дела, и я в очередной раз ощутила признательность. Не огорчившись, тёмная заявила, что в таком случае завтра же навестит нас сама, символически расцеловала обоих лордов в щёки, а затем ни с того, ни сего проделала то же самое и со мной. Аромат её духов оказался сладким, а прикосновение гладкой, бархатистой щеки не было неприятным, но я всё же испытала некоторое отвращение.

— Ну-с, — потянулся Мисталь, шагнув в мою тихую спальню. — Я за пижамой! Скоро вернусь!

Его энтузиазм наводил на нерадостные мысли.

— Может… — начала робко.

— Нет, Эри. Мне нужно вернуться на работу и проверить кое-что из того, что рассказала Тиен, так что он останется тут.

— Ясно.

Придушив зарождающееся в груди разочарование, направилась в гардеробную, но Ян неожиданно поймал за руку:

— Что не так?

И он ещё спрашивает?!

Раньше я бы не решилась, но после ужина слова слетели с языка сами:

— Ты хочешь отдать меня Мисталю?

— Отдать тебя?! — переспросил он растеряно, а потом с мучительным стоном обнял, прижимая к себе почти до боли. — Нет! Разумеется, нет! Как ты до такого додумалась? Из-за того, что я попросил сделать ему амулеты, да?

Сердце в его груди билось тяжело и часто. Во взволнованном голосе слышалось неподдельное, искреннее удивление и даже раскаяние. Мне оставалось только долго, прерывисто вздохнуть и покрепче вцепиться в ткань рубашки, чтобы он не надумал отстраниться и не заметил, как горят щёки и предательски блестят глаза. Никогда не была плаксой, но всё, что связано с Наяном, почему-то ранит так, что не хватает сил сдержаться.

— Не только из-за них. Помнишь, Мисталь пытался свести нас? Ты, по-моему, сейчас делаешь то же самое! Переезд, совместные ночевки — зачем это всё?! Неужели ты не понимаешь, что…

Неужели он действительно не понимает, что мне от этого плохо?

— Я не хочу, чтобы Мист мог обмениваться с тобой мыслями или вертелся по ночам возле твоей спальни! Но это — самый верный способ обеспечить безопасность. Ничего другое не помогает, ты же видишь. Мне вовсе не всё равно, но приходится смириться с его присутствием. Иначе я могу вообще тебя потерять.

— О, Мрак! — взмолился потолку некстати вернувшийся охотник. — Хватит над ней трястись! Лэри не ребёнок!

— Да, не ребёнок. Всего лишь человек.

— Это прозвучало почти как оскорбление! — возмутилась я, отодвигаясь.

— Ты сам-то помнишь, как ненавидел телохранителей, которых подсылал отец? — присоединился Мисталь. — И, раз уж мы обсуждаем твои ошибки, то я, пожалуй, всё же выскажусь! Каким нужно быть идиотом, чтобы разрешить Тиен с нами ужинать? Если она ещё раз позволит себе флиртовать с Лэри, ей придётся надолго забыть о столице!

— Ты преувеличиваешь. Она со всеми так себя ведёт.

— Флиртовать? — повторила ошарашено. — Со мной?

— Только не притворяйся, что тоже ничего не заметила! Это Наян у нас безнадёжный простофиля и вечно только меня во всём подозревает, но ты-то точно догадалась!

— Мы же обе женщины!

— Невинный и беззащитный вид, знаешь ли, вызывает в некоторых непреодолимое желание затащить тебя в постель и долго, с удовольствием, утешать, — едко сообщил он. — Надо с этим что-то делать. Кончай уже притворяться бледным цветочком.

— Значит, мне можно завтра с ней не встречаться?

— Видел? — обернулся он к брату. — Ты порой как только что с небес сверзься, честное слово! Как можно было ничего не заметить? Конечно, ты не станешь снова с ней встречаться! Наян это заварил, так что пусть он от своей сплетницы и отделывается, а тебя я заберу к себе. Будешь делать мне амулеты.

Ян молчал, впервые не отвечая на упрёки. Надо же, похоже, и впрямь только теперь понял, что что-то не так! Может, он всегда слушает очень внимательно именно потому, что плохо разбирается в чужих эмоциях?

— Извини, Эри, — от того, как просто он произнёс невозможные для гордых темных слова, перехватило дыхание.

И как-то сразу стало неважно, что из-за него у меня ужасно испортилось настроение, что за ужином с нами сидела болтливая любительница постельных развлечений, и что спать мне, похоже, предстоит в одно кровати с мужчиной, которого я в некотором смысле опасаюсь. Это всё ерунда. Да, иногда Наян делает мне больно. Но только он один всегда может всё исправить.

Я уже начала улыбаться, собираясь сказать, что не сержусь, но чудеса ещё не закончились.

— Пойдёшь со мной? — спросил он, протянув руку. — Ты, конечно, не выспишься, но…

— Пойду!

— Эй, а как же я?!

— А ты можешь спать здесь, — широко ухмыльнулся Ян. — Будешь изображать Эри. Не скучай.

Даже очутившись в темноте запертого кабинета, он не выпустил мою ладонь.

— Брат прав, — бравада вдруг слетела, и его голос снова стал глухим и виноватым. — Я сразу пойму, если кто-то мне лжёт или недоговаривает, но во всём остальном… По этой части у нас всегда был он.

— Разве с появлением благословения тебе не должно было стать легче?

— Сложно сказать. Нас трое, и всё постоянно меняется. Это словно вглядываться в бурный, пёстрый поток. Трудно, но я правда стараюсь разобраться. Так что не закрывай, пожалуйста, свои эмоции. Без них у меня будто половина чувств пропадает.