Глава 8

Проклятые тёмные! Никогда не думала, что перестану радоваться работе, но вот уже два дня как необходимость мастерить амулеты вызывала не восторг, а лишь желание поморщиться. Наян будто забыл, что у него, вообще-то, имеется отдельный кабинет и чуть ли не целыми днями просиживал в общем зале. Я всеми силами старалась выглядеть спокойно, но давалось это тяжело. Каждое его появление, каждый взгляд и даже просто голос вызывали внутри настоящую бурю. Я чувствовала себя обманутой, использованной, пойманной, но к своему стыду всё равно скучала.

Хорошо хоть, что, получив однажды отказ, лорд Алер больше ни на чём не настаивал. Приходил, смотрел, но не трогал. Реши он иначе, всё кончилось бы плохо, ведь здесь, во дворце, мне было не у кого искать помощи,

Но вот прошёл день, затем второй, а ничего не происходило. Я даже начала думать, что справлюсь — смогу продержаться до тех пор, пока договор не будет исполнен, однако вечером, вернувшись к себе в покои, вдруг обнаружила лежащее на столе мамино письмо.

Торопливо приложив кулон к мерцающему на конверте символу, я вытащила исписанный, сложенный пополам лист, пробежалась по нему глазами, и радостная улыбка сползла сама собой.

Разве такое возможно?

Надеясь, что неправильно всё поняла, нахмурилась и перечитала письмо ещё раз. Пальцы заметно дрожали, буквы немного расплывались, но ошибки быть не могло.

— И что ты плачешь?

В тишине комнаты, нарушаемой лишь моим обрывающимся дыханием, эти слова прозвучали громче башенного колокола.

Пытаясь одновременно спрятать письмо и обтереть лицо, я обернулась и обнаружила невозмутимо сидящего на кровати лорда Алера.

Как долго он уже тут находится? Сколько успел увидеть?

— Ваше воспитание позволяет даже подглядывать за женщинами в спальне?

— Что в письме?

— Уйдите, пожалуйста, из моей комнаты.

Как он вообще сюда попал?

Мужчина поднялся и медленно двинулся ко мне. В его жестах и выражении фальшивого лица не было ничего угрожающего — только решимость. Её-то я и испугалась: если он узнает о маминой просьбе, может всё испортить.

Легко вытащив бумагу из моих стиснутых пальцев, маг вчитался в письмо и взбешённо процедил:

— Замуж?! За Виона?!

Предложение «подумать» о браке с тёмным, обещавшим вызволить отца из тюрьмы и помочь нам встать на ноги, для меня тоже стало сюрпризом. Я всем сердцем ненавидела отвратительного, жестокого лорда Виона, но родители ничего об этом не знали. И никогда не узнают. Маме и без того нелегко далось это письмо. Как он вообще заставил её на него решиться? Она же всегда опасалась имперцев и ни за что бы не согласилась! Угрожал? Запугивал? Даже думать об этом было страшно. Каково ей будет, если я откажусь помочь отцу, не объясняя причин? Что за это сделает с нами лорд Вион? Зачем я ему понадобилась?

— Это наше семейное дело, — сообщила, разглядывая сложенные на коленях руки. — Вас оно не касается.

— Держись от него подальше, Лэри!

— Лорд Вион ничем не хуже других тёмных, так какая разница?

— По-твоему, я такой же, как этот подонок?!

Поёжившись, всё же не отступила:

— Он хотя бы не обманывал меня, не притворялся хорошим.

— Я не обманывал тебя! — рыкнул маг, резко наклонившись к самому моему лицу. Умолкнув, он некоторое время просто смотрел, становясь всё более и более спокойным, а потом вдруг улыбнулся: — Боишься?

— Очень, — выдохнула честно.

Я будто наяву видела его пугающий настоящий облик. Такое просто так не забывается.

— Ладно, — миролюбиво кивнул лорд Алер, усаживаясь рядом. — Я подожду, пока тебе надоест дрожать, а потом мы продолжим.

Надоест? Можно подумать, я притворяюсь!

Возмущение оказалось сильнее осторожности:

— Я не хочу ни о чём с ами разговаривать.

— «С тобой».

— С вами!

— Ну, подумай сама, — вздохнул он. — Я не говорил правды, потому что хотел посмотреть, что из этого получится. Ты, между прочим, ничего и не спрашивала, предпочтя делать выводы из того, что видела. А видела ты всегда только иллюзию.

Очень хотелось забыть о гордости и осторожности и простить, чтобы всё стало, как раньше. Я скучала по дням, когда искренне радовалась его приходу. Мне не хватало Наяна, это правда. Но не такого, как сейчас, а такого, каким он был тогда. Надёжного, спокойного и тёплого оборотня.

— Вы обманывали. И продолжаете обманывать до сих пор, несмотря на то, что обещали этого не делать. Уйдите, пожалуйста. Я сегодня устала.

— Что ж, хорошо, — протянул он, прищурившись, и человеческое лицо обрело резкие, рубленые черты тёмного. — Больше никаких иллюзий. Довольна? Нравится?

Молча затрясла головой, торопливо перебираясь от него подальше.

Мужчина тихо рассмеялся.

— Дело привычки. Так когда это ты успела настолько близко познакомиться с Вионом, что тот даже отправил твоей матери предложение о браке? Он же только два дня во дворце.

Внезапно внешность лорда Алера перестал иметь хоть какое-то значение.

— Лорд Вион тут?! — прошептала я с ужасом.

— Прибыл на Бал Равноденствия вместе с другими лордами приграничья, — кивнул он, а в следующую секунду что-то понял и даже подался вперёд: — Подожди-ка! Ваша семья ведь переехала именно в его город!

Судорожно перебирая в памяти всех попадавшихся навстречу придворных, я пыталась вспомнить, был ли среди них лорд Вион. Его длинные, пепельно-белые волосы, холодные голубые глаза и долговязую фигуру сложно не заметить, но беда в том, что когда шла по коридору, я обычно смотрела исключительно под ноги.

Лорд Алер между тем пересел ко мне и взволнованно сжал руку:

— Это он, да? Что именно он сделал?

Я настолько испугалась, что в любой момент могу ещё раз столкнуться с самым большим в жизни страхом, что даже не пыталась отобрать у тёмного свою ладонь. Что бы между нами ни случилось, его прикосновение и поддержка успокаивали и обнадёживали.

— Ты должна сказать мне, — прошептал Наян. — Я не вправе без причины забирать аристократа на допрос. Нужен повод, чтобы начать, а уж там-то мы сумеем заставить его признаться. Ни с тобой, ни с госпожой Ясмин ничего не случится, обещаю. Даю слово, слышишь?

Слово тёмного лорда стоит дорого, но я просто не могла рисковать. Что, если он как-нибудь вывернется? Его уже несколько раз обвиняли, но дело всегда заканчивалось оправданием. Мама там одна. Ей будет не справиться с наёмниками. И отец. Если начальник тюрьмы или кто-нибудь из охранников окажется знакомым лорда Виона, всё кончится трагедией.

Поняв, что ответа не дождётся, лорд Алер мрачно поднялся:

— Будь здесь. Я скоро вернусь.

Отсутствовал он и правда недолго, но появился не один. Шагнувший из портала лорд Мисталь окинул меня взглядом и весело хмыкнул:

— Совсем он тебя запугал, да? Что тут у вас случилось?

— Мне нечего сказать.

Они переглянулись с одинаково упрямым выражением на лицах.

— Я лично пересмотрю дело твоего отца и, если это возможно, ему смягчат наказание, — пообещал Наян.

— Он ни в чём не виноват. Никакого наказания вообще не должно было быть.

— Чтобы его освободить, потребуются новые улики. Сделаю всё, что смогу.

Надежда мешала нормально думать, но терять голову и соглашаться я не торопилась. Один раз на радостях уже подписала договор, и вот теперь сижу здесь, в самом кошмарном месте во всей Империи, даже не зная, когда смогу освободиться. Можно ли после этого ему верить? Вдруг снова обманет? Для тёмных ведь в обмане нет ничего зазорного.

— Бестолочь! — бросил Мисталь брату, явно наслаждаясь возможностью безнаказанно высказаться. — Как можно не помириться за целых два дня?

— Я не для этого тебя позвал! — тут же вспылил Наян.

— Ты меня вообще не звал. Я сам пришёл. Мне было любопытно, — заявил он и обернулся ко мне: — Хочешь, я его выгоню? Ты всё расскажешь, а этот тупица ничего не узнает. Обещаю, ему это очень не понравится. Будет знать, как обманывать хорошеньких доверчивых девушек.

Вообще-то, предложение показалось мне заманчивым. И не только потому, что позлит Наяна. Гораздо важнее, что он не узнает этой отвратительной истории. Охотники могут предъявлять обвинения и вести расследования от собственного имени, так что, теоретически, я не сомневалась, что Мисталь из чистой вредности брату ничего не расскажет.

— Я не могу, лорд Алер.

— Что ещё за «лорд Алер»?! Ты на Наяна сердишься, вот его так и обзывай! Нечего меня оскорблять! Мы с тобой договаривались, помнишь?

Необъяснимым образом я больше его не боялась. Да, было не по себе, но Мисталь, даже сердитый, даже в таком облике, не вызывал желания сбежать в другую комнату. Пусть внешность несколько изменилась, он был всё тот же.

— Из-за родителей?

— Если лорд Вион сумеет доказать свою невиновность, им будет плохо.

— Нашла проблему! — отмахнулся он. — Дело твоего отца я и сам могу для проверки затребовать, а матери устрою переезд. И охрану на первое время выделю. Никто её не найдёт. Соглашайся, Лэри.

— Ладно, — решилась, не веря, что всё происходит на самом деле. — Только дайте слово, что защитите мою семью.

— Видел? — Мисталь укоризненно покосился на брата. — Это всё твоё дурное влияние! Нельзя было тебе девочку доверять! Проваливай из комнаты, братец. Нам надо посекретничать.

Наян не отреагировал. Его взгляд был каким-то растерянным и обиженным, будто тёмный до последнего надеялся, что просто ослышался.

— Проваливай, проваливай! — поторопил Мисталь, но поняв, что его вряд ли услышали, просто открыл нам портал: — Давай ко мне в комнату. Там точно никто не подслушает. И конечно, я обещаю, что обо всём позабочусь.

Портал вывел в гостиную. Тёмный зажёг приглушённый свет, уселся в кресло напротив и очень знакомым тоном произнёс:

— Я слушаю.

От стыда и волнения мысли разбегались, а язык отказывался подчиняться. Как начать? С чего?

— Рассказывай, — вздохнул Мисталь. — Просто говори, не думай.

Но я лишь бездумно рассматривала комнату. Охотник терпеть не мог порядок. Всюду валялась одежда, полки едва справлялись с тяжестью разномастных странностей. На разделявшем нас столике громоздилось множество вещей: фрукты, бутылка вина, связка амулетов, ваза с пёстрыми стеклянными шариками, пара кинжалов, две раскрытые книги, конфеты, россыпь золотых монет и даже какой-то старинный, заржавевший прибор. К нему-то я и обратилась:

— Мы познакомились два месяца назад в его особняке, — проговорила медленно. — Тогда у меня не было средств, чтобы заниматься амулетами, поэтому я выступала на вечерах, которые устраивали аристократы, и обучала танцам двух девочек.

— Ты танцевала? — недоверчиво протянул Мисталь. — Что именно?

— Ничего неприличного. Мама выросла в Валесии и научили меня принятым там танцам.

— Тогда первый танец на балу будет мой!

— Мне обязательно туда идти?

— Обязательно. После всех этих взрывов безопасностью пренебрегать нельзя.

— Хорошо. Закажу у Нирсиса платье.

— Давай дальше.

— После выступления лорд Вион сказал, что хочет обсудить работу и предложил пройти в более тихую комнату, — чуть слышно пробормотала я, пряча глаза. — В гостиной громко играли музыканты, поэтому, когда он набросился и повалил на пол, никто ничего не услышал. Он сорвал мой амулет, порвал костюм и уже начал снимать с себя штаны, когда я нащупала каминную кочергу… Я так испугалась, что не понимала, что делаю.

— Ты его ударила?

Взгляд Мисталя стал острее, но выражение лица не изменилось, оставшись всё таким же спокойным.

— По затылку. Он схватился за голову и ненадолго меня выпустил. Я вырвалась и убежала домой. Успела даже амулет забрать. Лорд кричал, что обязательно найдёт и отомстит, поэтому я убедила маму отпустить меня в Ильмарин.

— Ты ей ничего не говорила?

— Не хотела попусту волновать. Она бы всё равно не смогла помочь.

— А стража?

— Начальник стражи был в числе приглашённых гостей. Они с лордом Вионом приятели.

— Понятно, — вздохнул тёмный. — Я со всем разберусь. Суда не будет.

— Этого не достаточно?

— Суда не будет, — повторил он глухо. — Я сам всё сделаю. Сегодня же.

Переспрашивать я не стала. Лорд Вион заслужил. Мне повезло убежать, а сколько тех, кто оказался менее удачлив? Наверняка, я была не первой и не последней, кого он решил облагодетельствовать своим вниманием.

— Можно присутствовать?

— Нет, Лэри. Не хочу, чтобы ты потом и от меня шарахалась.

— Это так жутко?

— Давно собирался показать младшим охотникам один интересный метод допроса, но нужный преступник всё никак не попадался. Вион подойдёт. Ты его больше никогда не увидишь.

Я была очень ему благодарна — за помощь, за то, что сохранит всё в секрете и, особенно, за то, что даже после столь неприятной истории, он смотрел на меня, как обычно. Без жалости. Я так долго молчала, раз за разом переживая ту жуткую ночь в кошмарах, и боялась даже представить, что кто-нибудь обо всём узнает, но только рассказав обо всём смогла, наконец, почувствовать себя лучше. Свободнее.

— Спасибо, лорд Алер.

— Будешь так звать — накажу, — пригрозил с улыбкой.

— Мисталь.

— То-то же! Ну всё, иди, отдыхай, — он открыл портал и на секунду задумался. — С Наяном всё-таки поговори, ладно? Можешь ничего ему не рассказывать, но было бы отлично, если б вы помирились. Ты ему очень дорога. Сама же понимаешь: он всего лишь хотел тебе понравиться.

Придумывать ответ не пришлось: серебристое марево пропало, оставив меня стоять посреди тёмной и тихой спальни.

С облегчением переведя дыхание, принялась расстёгивать ловко спрятанные крючки платья и уже дошла до середины спины, когда со стороны кровати услышала задумчивый голос Наяна:

— Чем они лучше?

Рывком обернувшись, я не сразу, но различила в темноте его силуэт.

— Что?

— Чем Мисталь и Фалар лучше меня? Почему ты всегда выбираешь их?

Мысленно простонав от досады, подхватила расползающийся в стороны ворот платья и неуверенно села рядом с нежданным гостем. Обижать его мне всё-таки не хотелось. Похоже, придётся поговорить.

— Помочь?

Расстегнуть крючки можно было и вслепую, а вот застегнуть их мне всегда помогала Нарлин. Но не сидеть же полуодетой.

— Да, пожалуйста.

Разговор с Мисталем принёс спокойствие и удивительную лёгкость. Ожидая, пока тёмный ловко и осторожно справится с застёжками, я поймала себя на том, что мне больше не противно и не страшно. Как бы он ни выглядел, как бы ни отличался от людей, Наян всё ещё был тем, кто мне дорог.

— Эри, — шёпотом, не глядя на меня, — я тебе нравлюсь или нет? Такой, как сейчас. Настоящий.

Что ответить?

Когда внезапно выяснилась правда, привычный мир, кажется, покрылся трещинами, как битое стекло. То, что Ян — тёмный, было для меня непреодолимым препятствием, тупиком, единственный выход из которого — развернуться и изо всех сил бежать назад.

Я и сама ещё не определилась, нравится ли мне то, что он мне нравится. Как-то так. И эти перепады уже надоели. Хотелось надёжности и постоянства.

В конце концов, если забыть о притворстве, Наян хороший, близкий и заботливый. Родной. Пусть и тёмный.

— Нравишься, — прошептала, прислоняясь спиной к его груди, и сама замерла, прислушиваясь к ощущениям. — Очень.

Тёплые ладони ласково легли на плечи, согревая даже сквозь ткань.

— Я тебя люблю, Эри. Люблю, несмотря на то, что это больно и иногда превращает меня в безумца.

Признание не стало неожиданностью. Тишина и темнота сгладили слова, сделав их правильными, уместными и уютно-мягкими. Я давно чувствовала, что тоже стала для Наяна особенной: по взглядам, по интонации, по постоянному желанию прикасаться. Просто теперь то, что мы оба и так знали, было сказано вслух.

Он — совсем не то, о чём я мечтала. Более того, он — прямая противоположность образа доброго и тихого мужчины, которого я себе представляла. Его не назвать ослепительно красивым, как, например, Нирсиса. Но всё это ничего не значило, ведь для меня в целом мире нет никого лучше. Мне нравилось это серьёзное спокойствие, нравилась бессознательная, врождённая гордость. Но самое главное — он действительно, на самом деле, любит. По-своему, как умеет, но любит. Пусть порой от такой любви и хочется сбежать на другой конец света.

— Я тебя люблю, — снова повторил он, прижимаясь горячими губами к моим холодным плечам. — И никогда не оставлю.

Мне обрадоваться или испугаться?

Кое-что вспомнив, высвободилась из его объятий и, не зажигая свет, нашарила на столе перстни.

— Вот. Это тебе.

В отличие от меня, тёмный отлично всё видел и с интересом разглядывал слабо сверкающий в неверном лунном свете амулет.

— Тот самый камешек? Ни за что бы не подумал. Он синий, как океан. И такой же сияющий.

На мизинце у него уже был другой перстень, поэтому мой Наян надел на безымянный палец правой руки.

— Они же парные, да? Где твой?

Я показала гораздо более скромное кольцо и, пробуя работу амулета, мысленно спросила:

«Хорошо слышно?»

— Отлично. Так мне будет спокойнее. Если что случится, сразу зови.

— Да, — кивнула и, помявшись, взглянула в его блестящие глаза. — Ты не станешь спрашивать?

Он ответил не сразу, а когда всё же заговорил, тщательно, почти на ощупь, подбирал слова.

— Мисталь несдержан и чересчур тяготеет к театральности, но в одном он прав. Отношения действительно даются мне нелегко. Раньше это было неважно, но в этот раз я очень, очень сильно не хочу всё испортить. Поэтому не буду заставлять. Если решишь, что это важно, расскажешь сама, — и напряжённо улыбнулся. — Я всегда тебя выслушаю.

— Спасибо.

Ненавязчиво потянув за руку, он усадил меня к себе на колени, уткнулся носом в волосы и выдохнул:

— Я скучал по тебе.

Наверняка, Наян специально повторил фразу, которую совсем недавно, перед ссорой, говорила я. Теперь, из его уст, она прозвучала как символ нашего окончательного примирения.

— Я тоже скучала. Мне тебя не хватало.

Его сухие губы коснулись моего лба, невесомыми прикосновениями спустились к щекам, и я невольно замерла от волнения.

— Дыши, милая, — едва слышно, чтобы не спугнуть волшебство, рассмеялся тёмный и чуть сжал мою талию, заскользил ладонями по бокам. — Дыши… Хотя твоя реакция, конечно, льстит.

— Зажги, пожалуйста, огонёк. Хочу тебя видеть.

Тишина.

— Наян?

За его плечом вспыхнул маленький матовый шарик света, и стала ясна причина задержки. Наян всё ещё сомневался. Опасался, что я снова отшатнусь.

Надо признать, эти опасения имели под собой некоторые основания.

Осторожно протянув руку, я пропустила сквозь пальцы его густые прохладные волосы, провела по высокому, умному лбу с тонкой обеспокоенной морщинкой на переносице. Проследив её пальцем, нахмурилась. Мне вдруг пришло на ум, что я до сих пор понятия не имею, сколько вообще Яну лет или когда у него день рождения. Мы никогда не говорили об этом. Не то, чтобы возраст имел хоть какое-нибудь значение, но пропустить такой праздник будет жаль. Задумчиво очертив решительно выступающую скулу, спустилась к надменной линии подбородка и бледно-розовым губам.

Ян замер. Даже дыхание, кажется, затаил, внимательно следя за каждым моим движением из-под полуприкрытых век. Мнимая сонность этого взгляда ничуть меня не обманывала. Тёмные ресницы не могли скрыть настолько жадный блеск. Я всей кожей ощущала его взгляд. От него становилось жарко.

Всё ещё обнимая его лицо ладонями, медленно наклонилась и, едва намечая поцелуй, коснулась плотно сомкнутых уст.

— Я не боюсь. По крайней мере, теперь не боюсь… У тебя ведь нет ещё каких-нибудь больших секретов, правда?

Он, улыбаясь, покачал головой:

— Только маленькие.

Мне нравилось, что так искренне и открыто Наян улыбается только со мной. Совсем не похоже на его обычную вежливую отстранённость.

— Потанцуем на балу?

— С радостью! — и опасливо покосилась: — Только первый танец я уже пообещала Мисталю.

— Обойдётся!

— Я обещала, — повторила виновато.

— Нет! Ты его не знаешь, Эри! Он только притворяется твоим другом!

— Но обещания для меня — не просто пустой звук, поэтому…

Наян нахмурился, посопел, но всё же неохотно уступил:

— Все остальные — мои. Ты себе и не представляешь, что творит со мной ревность. В такие моменты хочется придушить Миста!

— Между прочим, он просил меня с тобой помириться.

— Всё равно.

— Внешнее сходство вовсе не означает взаимозаменяемость, Наян. У вас разные характеры. С Мисталем легко, но мне нравишься именно ты, а не твой брат. И я точно никогда не захочу стать причиной очередной вашей ссоры. Наоборот, было бы замечательно, если вы помирились. Уверена, ты скучаешь.

— Не хочу о нём говорить, — поморщился тёмный. — Не сейчас.

Сердце вдруг сжалось от какого-то беспокойного, тревожного чувства.

— Эри?

— Подожди, — пробормотала, пытаясь разобраться. — Что-то не так.

На миг он прикрыл глаза, а потом покачал головой:

— Тут никого нет. Мы одни.

Разумеется, одни! Я столько заклинаний тогда накрутила, что теперь, наверное, и сама не развяжу. Без моего ведома в комнату никому не проникнуть. Откуда тогда это волнение?

— Показалось, наверное.

Наян хотел было согласиться, но тут и сам насторожился:

— Кто-то пытается взломать защиту мастерской.

Точно же! Это неприятное, зудящее ощущение вызвано чьим-то копошением в моём охранном заклинании!

— Давай посмотрим!

— Тебе лучше…

— Пожалуйста! Я просто постою в сторонке.

— Держись позади меня, — без энтузиазма произнёс Наян.

Ясно, что он не хотел соглашаться, но, похоже, опасался, что в таком взвинченном состоянии на месте я не усижу. И определённо был прав.

У высоких резных дверей стояли две тёмные фигуры в плащах с капюшонами. При нашем появлении одна из них тут же отступила назад, растворившись в тенях, а вторая атаковала молнией.

Как и обещала, я отступила чуть назад и прикрыла глаза, проверяя, нет ли у воров сильных артефактов. Рядом кого-то били, осыпался камень, что-то трещало, но моя вера в то, что тёмный справится с кем угодно, была непоколебима.

Изумрудный амулет на шее задрожал, и только поэтому я успела отпрыгнуть. Потерпев неудачу, мужчина неразборчиво выругался и снова потянулся к моей шее. Всё ещё сжимая камень в руке, я попятилась к Наяну.

— Дай сюда! — прорычал вор. — Живо!

— Это вряд ли, — злорадно сообщил Мисталь, появляясь прямо за ним, и, поймав за шкирку, без каких-либо усилий швырнул преступника в сторону. Проследив за тем, как несчастный сползает на пол, пачкая стену кровью, он ни к кому конкретно не обращаясь, пожаловался: — Я спал, вообще-то! Ненавижу дворец!

Вспыхнул серебристый свет, и второй вор исчез в коридоре.

Мужчины подозрительно синхронно помрачнели.

— А разве для открытия порталов во дворце не нужно иметь разрешение? — вслух удивилась я и осеклась, сообразив, что это означает.

— Среди нас может быть предатель, — кивнул Наян.

— Или это последствия того, что Гакелв служил дворцовым артефактором, — предположил Мисталь. — Крайне деятельный тип. Много чего успел натворить.

Он с любопытством покрутился возле места открытия портала и резюмировал:

— В город ведёт. На площадь. Бесполезно преследовать.

Наян подошёл проверить неподвижное тело у стены и укоризненно проговорил:

— Зачем было убивать?

— Меня разбудили, — пожал Мисталь плечами. — Я был не в настроении. Мог бы, вообще-то, и спасибо сказать, братец.

— Я тебя сюда не звал.

— Ничего подобного! Не успел я лечь, как почувствовал…

Он вдруг мрачно умолк. Наян почему-то тоже выглядел донельзя недовольным, даже угрюмым. Друг на друга они не смотрели.

— Что происходит? — спросила я, переводя взгляд с одного на другого.

— Всё в порядке, Эри, — вздохнул Наян, открывая портал. — Я ещё немного поработаю, а ты возвращайся в спальню.

— Но…

— Возвращайся, — сверкнул улыбкой Мисталь. — Должен же хоть кто-то из нас выспаться! И кстати, Лэри, стать третьей женой Виона тебе больше не грозит.

— Третьей? — повторила я ошеломлённо.

Охотник рассмеялся:

— Ну да. Моя демонстрация, кстати говоря, прошла просто чудесно. Оказалось, Вион не просто так сюда приехал. У него тут подельник. Некто в плаще с капюшоном. Они, представьте себе, хотели угрожать императору взрывом дворца, требовать денег и Ар’руил! Я чуть со смеха не умер!

— Им бы никогда не удалось миновать охрану. У всех магов новые амулеты.

— Вот поэтому им и была нужна Илэрия. Узнав, что за заклинание она использовала, они бы подправили свой артефакт, чтобы тот снова всех парализовал. Отобрать амулет у мага не так-то просто, поэтому начать решили с неё.

По взгляду Наяна я сразу поняла, что без охраны мне теперь не ходить.

— Ты и его убил? Почему тебе не пришло в голову, что я тоже хотел бы его допросить?

— Я пообещал, что избавлюсь от него. Уже даже родственникам об этом сообщил. Когда его жёны узнали о своём вдовстве, обе рыдали. От счастья, конечно, — довольно поведал Мисталь. — Так что иди, отдыхай, Лэри. Замуж тебе ещё не скоро. Можешь спать спокойно.