Лиссе от 31-го числа вьюжного месяца 1523-го года (сожжено)

Ночью я спал отвратительно. Проснулся задолго до зари и никак не мог унять сердцебиение. Не мог перестать думать о той девушке, которую затащили на дирижабль. Всё-таки у нас не принято так поступать с конами, и чем дальше, тем сильнее я проникался уверенностью, что это была ты.

Когда я ранним утром шёл на аэровокзал, то считал, что поступаю глупо. В конце концов, похитить могли не тебя. Это действительно могла быть какая-то странная семейная шутка. Ты могла исчезнуть из города другим способом. Но несмотря на все эти аргументы я лишь ускорял шаг.

Тревога росла и росла в груди, требовала действий, толкала на опрометчивые поступки. Я сел на дирижабль, следующий до Файмарга. Через два часа после отправления капитан нашего аэростата принял сигнал бедствия от дирижабля, что разбился в горах.

Сейчас я надеюсь лишь на то, что тебя на нём всё же не было. Вот только нарастающая с каждой минутой тревога никак не хочет униматься, и я начинаю думать, что это предчувствие.

Час назад капитан собрал пассажиров и сообщил, что мы можем увеличить скорость, но это повлечёт за собой некоторые риски. Во-первых, в таком случае заряда не хватит на перелёт до Файмарга, придётся делать длительную остановку в одном из городов. Во-вторых, скорость превысит рекомендованную, и это сделает путешествие более опасным, но позволит быстрее достичь места крушения. Пассажиры, включая двух пожилых кон, проголосовали единогласно, и теперь мы несёмся на выручку потерпевшим крушение.

Мы освободили и подготовили каюты для раненых, разбились на команды, проверили снаряжение, имеющееся на борту и обговорили задачи.

И теперь осталось только ждать.

Знаешь, Лисса, у вилерианцев нет богов. Мы для этого слишком скептичны и прагматичны. Мы предпочитаем научный подход, маготехнологии и развитие общества.

Но иногда бывают такие ситуации, когда хочется придумать бога, чтобы было кому помолиться.

Я очень надеюсь, что если ты была на этом дирижабле, то осталась в живых.

Мейер.