18 глава

Солнечный свет резал глаза через плотно закрытые веки, остатки головной боли пульсировали в висках, а во рту было настолько мерзко, что хотелось немедленно почистить зубы. Медленно открыв глаза, Настя тут зажмурилась, но потом снова с трудом их разомкнула и позвала Яна.

– Я тут, Настюш. Как ты себя чувствуешь?

– Всё тело болит, словно меня били… Дай воды.

Ян приподнял одной рукой девушку, удобно усадил и подал воды. Настя маленькими глотками пила теплую воду, рассматривая пляшущие огоньки в костре.

– Сколько я была в отключке?

– Пару часов.

– Мне уже лучше…

– Да, это лекарство пока действует.

Ян поцеловал лоб девушки, отмечая про себя небольшую температуру, провел ладонью по щеке и повернул к себе.

– Мне нужна твоя помощь, прости, но один я никак не смогу справиться.

– Хорошо, что надо делать?

Пока Настя лежала без сознания, Ян развёл костёр, и это у него получилось только с третьей попытки. Обливаясь холодным потом и морщась от пульсирующей боли, он прощупал руку и обнаружил выступ плечевого сустава. Эта находка одновременно радовала и пугала. Рука была не сломана, а вот вставить вывих самостоятельно Ян точно не сможет.

Тяжело выдохнув, мужчина стал искать, чем можно зафиксировать руку, пока Настя не очнется, а потом, по её состоянию, решить, сможет она ему помочь или нет. Но в любом случае вправлять надо быстрее, с каждым часом боль усиливалась, а гематома разрасталась.

– Милая, я знаю, как тебе плохо, но ты должна собраться для одного рывка.

Ян подробно объяснил Насте её действия. Она внимательно выслушала, кивнула и с его помощью поднялась с кровати.

Сдвинув брови, Ян ещё раз внимательно осмотрел девушку, переспросил о состоянии и, когда она уверила его, что справится, растянулся на полу и, стиснув зубы, поднял под углом девяносто градусов руку.

– Давай, я готов.

Настя села рядом, взяла его руку в свою, несколько раз глубоко вздохнула, уперлась ногами Яну в торс и с силой потянула за руку на себя. Ян громко застонал, ударяя здоровой рукой по полу, но почувствовав моментальное облегчение, тут же выдохнул.

– Ян, я не знаю… Как ты?

– Отлично, почти. Ты у меня молодец. Теперь выздоравливать будем вместе.

Настя помогла зафиксировать Яну руку.

– Давай ложись обратно, опять жутко побледнела.

Чувствуя подступающую тошноту, Настя с облегчением легла обратно и закрыла глаза. Ноги снова стали ватными, до головы было страшно дотронуться, до такой степени кожа стала чувствительной, посылая неприятные мурашки от макушки до самих век. Но мысль, что она помогла любимому, и он скоро будет в строю, придавала сил.

– Ян, выпей обезболивающее…

– Выпью, но сначала надо заняться тобой, у тебя снова поднимается жар.

Около трое суток Настя боролась с высокой температурой, несколько раз впадая в беспамятство, чем сильно пугала Яна. Он же ни на шаг не отходил от девушки, постелив себе рядом на полу, чтобы была возможность тут же оказать ей помощь.

Эти три дня Ян практически ничего не ел, единственное его обязательное занятие было поддерживать огонь, обтирать горячую Настю и следить за её состоянием, вовремя давая лекарства. Всё остальное время он просто держал холодную руку девушки в своей и, не контролируя себя, молился за неё.

***

– Мне снился сон.

– Расскажи.

Темнота спустилась на землю, сонная луна медленно поднималась над сопками, освещая заснеженную долину, проникая своим светом в иллюминаторы разрушенного самолёта. Настя лежала на груди Яна, обнимая рукой за талию и закидывая, как обычно, ногу на него. Плед, который прикрывал голое тело девушки, чуть сдвинулся вниз, оголяя плечи и спину. Ян прижимал её здоровой рукой к себе, целуя в макушку.

– Странный сон. Мы как будто в другой эпохе…

– Ого! А в какой стране?

– В нашей. Русь. Ты Князь, а я простая деревенская девушка.

– Так… Начало мне уже нравится.

– Ну, вообще-то не очень. У меня должна была быть свадьба с парнем из моей деревни после сбора урожая, а ты все испортил.

От такого заявления Ян нахмурился, а Настя приподнялась и поцеловала в губы.

– Ты возвращался со своей дружиной с заставы через нашу деревню и решил отдохнуть у старосты, а я шла к колодцу, ну и…

– Что?

– Ничего, на правах правителя ты потребовал меня к себе и взял прямо в бане.

В этот момент Настя сильно закашлялась, а Ян стал растирать её спину.

– Прямо в бане? И как?

– Не знаю, я проснулась.

– Хм… Значит надо закончить твой сон.

Предложение было заманчиво, Насте очень хотелось обмыться, чувствуя, как липнет от пота каждый участок тела.

– А разве мне можно? Только температура спала.

– Можно. У меня дед был заядлый банщик, при любой болячке тащил в баню приговаривая: «Только русская баня прогонит любую хворь».

Настя пожала плечами и согласно кивнула.

– Тогда завтра я всё устрою и заодно проверю силки. Есть хочешь?

– Нет. Только пить.

– Держи. Говоришь князь…

– Наверно. Я плохо разбираюсь, но одет в моем сне ты был богато.

– Хороший сон.

Настя хмыкнула, понимая, что Ян сейчас над ней смеётся. Он, как и многие мужчины, услышал своё главное, а не саму суть. Повернув голову, она слегка укусила его за руку.

– Ты чего кусаешься?

– Хочу вернуть тебя в реальность.

– Вот если бы ты не была так слаба, был бы очень рад твоим укусам, поцелуям…

Ян навис над Настей и прошёлся губами по шее до ключиц. Глубоко вздохнув, Настя прижалась к нему теснее, жалея, что нет сил заняться тем, о чём он говорит.

Как и обещал, на следующий день Ян сам сходил к силкам и вернулся с двумя тушками небольших зайцев. После сильнейшего снегопада, который застал их на сопке и заставил мёрзнуть среди леса, погода радовала солнцем и чистым голубым небом.

– Как ты?

– Уже лучше. О, два зайца, неплохо.

– Было бы три, если бы один не замёрз. Но и так не плохо. Поможешь освежевать?

– Ты же знаешь, что я не могу…

– Насть, рука плохо двигается и самому неудобно будет. Тебе лишь придётся придерживать.

С закрытыми глазами Настя стойко выдержала это безумие, стараясь думать о животном как о еде, а не как о бедненьком, симпатичном зайчике.

– Вот и отлично. Одного нам вполне хватит на несколько дней, а второго зажарим, заморозим и возьмём с собой.

Придерживая прутик, парень нанизывал мясо, чтобы поставить на тлеющие угли.

– Ты так и не выкинул идею самим выбираться?

– Нет. Мы не продержимся здесь до тепла.

– Но ведь одна попытка не удалась.

– Знаю, и это была разведка.

Установив прутик с мясом, Ян сел рядом с Настей и, обхватив её за плечи, заставил смотреть на себя.

– Мы хорошо подготовимся к походу, возьмём всё самое нужное.

– Когда?

– Когда ты наберешься сил.

– А твоя рука?

– А она к тому времени будет в порядке.

Настя неуверенно кивнула. Понимание того, что их до сих пор так и не нашли неприятно давило на сознание, а оставаться здесь ещё на пару месяцев совершенно не хотелось. Холод и постоянные лишения, особенно голод, показали суровую правду жизни. Хотелось скорее вернуться к нормальной жизни, принять душ, привести себя в нормальный вид и наконец-то хорошо поесть!

– Ну раз так, то какая разница где погибать, тут или в другом месте по дороге.

– Насть, ты совсем не оптимист.

– Прости, это была плохая шутка.

– Да я понял.

Силы возвращались, давая Насте возможность вставать и помогать мужчине в сборах. Но кашель по-прежнему душил и мешал спать по ночам. Казалось, что уже нет сил, болит и горит огнём грудная клетка, а горло сводит в спазмах. В такие моменты, когда Настя заходилась страшным, лающим кашлем с мокротой, Ян ещё больше хмурился и мысленно матерился на тех, кто до сих пор так и не нашёл разрушенный борт.

– Всё нормально.

– Ненормально. Больше ждать нельзя. Тебе нужна помощь.

Эта ночь была последней и решающей. Рука двигалась с трудом, но двигалась и ждать Ян не мог. Насте срочно нужна была медицинская помощь и он был готов хоть нести её на руках. Девушка ещё спала после тяжёлой ночи, когда Ян встал и стал проверять сложенные накануне вещи. Оставалось только умыться, позавтракать и, взяв с собой пистолет и маленький топорик, выдвинуться в путь.

Ещё вчера Ян проложил их путь в обратном направлении от сопок, по курсу полёта их самолёта. Он не знал, что ждёт их впереди, но то, что там был сосновый лес на относительной равнине говорила вчерашняя долгая прогулка.

– Какое-то странное чувство.

– Ты, о чем?

Они отошли от разрушенного борта на несколько метров, когда Настя остановилась и обернулась.

– Мы пробыли тут месяц, а как будто полжизни. Словно покидая это место, я теряю что-то ценное…

Настя снова зашлась в кашле, закрывая рот рукой.

– Не думай об этом. Думай о том, что скоро мы будем дома.

Ян прекрасно понимал Настю, ведь и сам с какой-то тоской покидал это место, где познал страх, силу, страсть, стойкость духа и любовь. Но здоровье любимой женщины сейчас стояло на первом месте. Кинув последний взгляд на разобранную баню, Ян взял девушку за руку, другой поправил рюкзак на спине и повёл по одной ему известной тропе.

– Мы будем делать привалы сразу, как только ты будешь чувствовать сильную слабость. Надо по светлому проходить большую часть пути.

– Откуда ты знаешь куда идти?

– Не знаю. Могу только догадываться и доверять своему чутью.

В первый день они значительно отошли от своего временного убежища, делая всего пару остановок, чтобы перекусить и дать девушке отдохнуть. На ночь Ян сооружал импровизированный шалаш из палок и полиэтилена, который он заранее снял с бани. Ночной холод пробирал до костей, а вой волков и постоянные шорохи возле прозрачного укрытия приподнимали волоски на затылке.

Как бы Настя не крепилась, но тяжёлый путь по глубокому снегу и постоянный кашель забирали силы быстрее, чем хотелось. Двух остановок было явно мало, но поддаваться слабости она не хотела и не собиралась. Ян всячески старался поддерживать, рассказывая смешные случаи из своего детства, постоянно контролируя её состояние. Ночью она прижималась к дорогому человеку, утыкая нос в его шею и каждый раз вздрагивала, когда неподалёку слышала вой.

– Не бойся, они нас не тронут, постарайся поспать.

– Всё равно страшно.

– Знаю, мне тоже.

К концу четвёртого дня Настя еле волочила ногами, цепляясь за руку Яна. Не было сил ни говорить, ни думать. Хотелось упасть на снег и просто лежать. Пальцы ног давно потеряли чувствительность, губы пересохли, а горло саднило от кашля так, что невозможно было сглотнуть.

– Давай сделаем так, Настюш. Ты подождешь меня вот под этим деревом, а я схожу вперёд на разведку.

– Нет, я с тобой.

– Насть, ты еле идёшь.

– Неправда, просто немного устала.

Ян прижал девушку к себе, поцеловал в холодный с испариной лоб и болезненно зажмурился. Он не хотел сейчас ей давать надежду, пока сам не проверит.

– Милая, не спорь. Я недолго, а ты как раз отдохнешь и перекусишь.

– Хорошо.

– Я оставлю тебе пистолет.

Скинув рюкзак и положив рядом пистолет, Ян нежно поцеловал девушку в губы и пошёл вперёд. Полчаса назад он видел синюю метку на одном из деревьев. Это был хороший знак. Стараясь шагать быстро, Ян сжимал в руке топорик и молился, чтобы его догадка подтвердилась. Вскоре меток стало больше, а через сотню метров Ян вышел на небольшую поляну, где стоял скромный домик с одним маленьким окном.