13

Я выбралась из леса возле окраины города, безошибочно отыскав за нужными кустами решетку с дверью в катакомбы.

Это в городе я могла заблудиться среди одинаковых неживых зданий, в лесу же фейри различали каждое дерево, каждый кустик — все для меня были особенными. Где-то свила гнездо кукушка, в другом искал себе жуков дятел, а третье было такое красивое и разлапистое, с особым, заметным нам одним узором на коре…

Так что я порадовалась, что по душному городу мне ходить не пришлось, и юркнула за куст, услужливо поднявший для меня ветки. Решетчатая дверь легко и без скрипа отворилась — за этим тщательно следили. Караульные лишь обозначили свое присутствие, издалека почувствовав сородича.

Я проскользнула мимо них, бесшумно ступая по насыпному полу. Ни один камушек не сдвинулся под ногой. Легкая поступь — еще одно свойство фейри, даже эльфы так не могут.

Сначала мне стоило зайти к себе и еще раз как следует подумать, что сказать Гаалю и остальным.

В тех материалах, которые выдали на мой «объект», было достаточно информации о новом производстве, которое планировал открыть Эван. Во многом именно оно подвинуло его имя в списке целей подполья в первые ряды. Фейри не желали получать на землях, которые считали своими, новую грязную фабрику или завод. К тому же к нему потянутся дороги, построят жилье люди, и тогда попробуй сгони их с обжитых мест!

В чем-то я понимала своих. Но ведь это не повод убивать…

Хотя, если посмотреть на остальные «объекты», кого-то планировали убить и за меньшее…

В своей комнатке я заперлась и заново разложила вырезки из газет об Эване и его компании. На глаза попался снимок, с которого он улыбался читателям, и сердце пропустило удар. Сегодня он выглядел ужасно, едва ли не хуже, чем при нашей первой встрече…

Что означало только одно: с другими фейри Эван не был! Эта мысль радовала и окрыляла, ровно до тех пор, пока я не вспомнила, как ему, наверное, плохо.

Но об этом следовало подумать позже, пока нужно воспользоваться моментом. Мое тело получило необходимое и немного остыло, желание близости больше не выжигало изнутри. А значит я должна как следует взвесить все имевшиеся на руках факты и правильно их преподнести.

Эван богат и известен, наверняка влиятелен. Не зря же газеты о нем столько пишут? Если я правильно понимаю, отнюдь не каждый человек заслуживал целую статью в газете на белой бумаге. Правда, и вырезок из желтых хватало…

Но я не желала влезать в человеческие дрязги. Мне бы со своим народом договориться и сестру вытащить живой и невредимой.

А значит, если мы каким-то образом перетянем его на свою сторону — все может наладиться! Он откажется от того завода или перенесет его в другое место, деньги я передам сопротивлению, самого Эвана предупрежу об опасности, заберу сестру, и мы вернемся в лес!

Вот бы все было так просто…

Я снова сложила все бумаги в стопку, отдельно спрятала фотографию Эвана — заберу потом с собой на память, чтобы вспоминать иногда, и пошла к Гаалю.

Надо рассказать, что все получилось. Мы встретились, Эван согласен заплатить, нужно только назвать точную сумму, значит, в целом я справилась. И могу попытаться сделать больше…

Согласятся ли тогда фейри оставить Эвана в живых?

* * *

Рабочие вопросы проходили мимо Эвана. Если что-то по-мелочи он еще сделать мог, то вникать в серьезные вещи отказывался категорически, перенося все важное на потом, не уточняя, когда именно это «потом» наступит.

Кажется, у него появились заботы поважнее. Впрочем, с начала болезни Эв вообще осознал, что большая часть того, чему он уделял много внимания раньше, — обычная суета.

Фейри преподнесли ему отличный урок, помогли увидеть действительно значимые темы.

И теперь его терзало два момента.

Первый: откуда Лия могла узнать про грозящую ему опасность? В свете всех событий, покушения, к которому причастны фейри, это порождало массу неприятных вопросов.

Второй: что происходит с ним самим? Теперь, когда он больше не умирал, и самочувствие пришло в норму, Эван не узнавал сам себя.

Он никогда не терял голову из-за женщин, даже из-за самых красивых. Лия была, конечно, хороша, но все же не до такой степени, чтобы плюнуть на все и рискнуть своей жизнью. А именно так он поступил, сознательно отказавшись от других фейри и, как безумный, пустил столько ресурсов на ее поиски.

И все же именно Лия до сих пор занимала все его мысли, а другие женщины в подобном ключе вызывали исключительно неприязнь.

Эв дотронулся до кнопки, услышав сквозь плотно закрытую дверь приглушенный звон в приемной.

— Вызывали? — заглянула секретарша, сегодня выглядящая прилично с застегнутыми до горла пуговицами и в закрывавшей лодыжки юбке.

— Запри дверь, — приказал Эв, снимая пиджак.

Стоило проверить одну теорию на практике.

Бетси довольно улыбнулась и с готовностью повернула ручку, защелкнув замок. Все же эта небольшая рабочая повинность давала ей солидную прибавку к жалованию, которую секретарша терять не хотела.

Эван оглядел ее с ног до головы. Стройная блондинка, умело подчеркивающая одеждой и макияжем все достоинства и ими же скрывавшая мелкие недостатки — серьезных изъянов в ней не имелось. Пожалуй, она была более худощавой, чем Лия, глаза не такие большие и уж точно не такие интересные…

Эван дал себе мысленную затрещину. Опять Лия! Нельзя думать о ней постоянно! Хотя бы сейчас надо переключиться на женщину напротив, уже не первый год находившуюся рядом с ним.

Три года — столько прослужила Бетси в его офисе. Она с самого начала знала правила их взаимоотношений и никогда его не подводила, не требовала большего. Устраивала во всем.

Вот и сейчас Эв привычно поднял ее подбородок и уверенно поцеловал, хотя раньше редко с ней целовался, обычно сразу переходя к ближе к делу.

Но почему-то сходу залезть ей под юбку рука не поднялась, так что он начал с прелюдии не столько для нее, сколько для себя.

Он целовал податливые губы, играл с ее языком — Бетси определенно была умелой и опытной, а также четко знающей, что ему нужно, и готовой подстраиваться. Вот и сейчас она осторожно поглаживала его плечи, спину, ягодицы, потянулась к пряжке ремня…

И Эв остановил ее. Спешить точно не следовало. Он медленно расстегнул мелкие пуговички на блузке, высвободил из кружевного лифчика небольшую, но красивой формы грудь, задумчиво погладил большими пальцами напряженные соски и отступил.

— Достаточно, можешь одеваться, — попросил он.

Эксперимент завершился полным провалом. Он не чувствовал ничего. С таким же успехом Эв мог обнимать и целовать статую. И вид обнаженной скульптуры также вряд ли рождал бы в нем какой-то отклик. Красиво, искусно, но не более.

— Эм… если у вас проблемы, — осторожно начала Бести, — то я знаю отличные средства…

— Никаких проблем, — бросил Эв. — И не лезь, куда не просят.

Секретарша обиженно засопела, поспешно привела в порядок одежду и вышла, стуча каблуками.

Не стоило ей так резко отвечать, но на вежливость Эвана не хватило.

Потому что да, у него совершенно определенно имелись проблемы.

Целитель, посоветовавший лечение фейри, принял Эва без очереди. Этому способствовал и помощник — молодой парень, чутко уловивший настроение пациента.

— Вы хорошо выглядите, — одобрил целитель, взглянув на Эвана поверх очков.

Эван мог бы сказать, что еще вчера он был не так хорош, но сейчас решил не заострять внимание на вторичных вещах.

Имелось кое-что существеннее.

— Какие побочные эффекты имеются у лечения фейри? — без предисловий задал мучивший его вопрос Эв.

— Никаких, — удивился целитель, но тут же поправился: — Во всяком случае, раньше не встречалось. Но, поскольку полноценных исследований никто не проводил…

— Эмоциональная привязанность, зависимость, отсутствие интереса к другим женщинам, — принялся перечислять Эван, понимая, что целитель сейчас может снисходительно улыбнуться и сказать, что это естественные человеческие чувства.

Наверное, тогда бы он успокоился. Во всяком случае, решил бы, что Лия стала для него особенной естественным образом. Все наложилось одно на другое: его чудесное спасение, ее красота, необычность, вкус опять же…

Но целитель смотрел на него неожиданно серьезно.

— У вас были эльфы в роду? — задал вопрос он, а Эв как-то сразу почувствовал подвох.

— А что? Это что-то меняет?

— Просто ответьте, — строго попросил целитель. — Вы же знаете, что информация не выйдет за стены этого кабинета.

Ага, и что у стен есть уши, Эван тоже знал. А чистота крови после войны особенно ценилась.

— Прабабка была эльфийкой, — нехотя признался Эв. — Мне даже говорили, что я на нее чем-то похож.

Целитель со вздохом откинулся на спинку кресла, снял очки и протер их лежавшей на столе мягкой тряпицей.

— Жаль, что вы не сказали об этом сразу, — проговорил он, глядя куда-то мимо Эвана.

— А что бы это изменило? — напрягся Эв.

— Возможно, ничего, выбора-то все равно особо не было, да и кто же знал… — пожал худыми плечами целитель. — Просто у эльфов появляется привыкание к соку фейри, вырабатываемому именно во время первого периода наслаждений. Для них это что-то вроде наркотика. Образуется стойкая привязка и потребность в определенном фейри. Первый период самый активный, вещества, выделяемые во время него, в разы сильнее, чем в последующие, — углубился в теорию целитель.

— И какие последствия конкретно для меня? — паниковать раньше времени Эван не собирался.

Все же эльфийской крови в нем и ста грамм не наберется.

— Ничего смертельного в этом нет, — успокоил его целитель. — Жить будете. Думаю, вам осталась еще парочка сеансов для достижения стойкого результата. А вот сможете ли вы быть с другими женщинами… думаю, нет.

— Так, я правильно понимаю — лечение не завершено? — начал с простого Эв.

Он решительно отбросил ненужное на данный момент. С личной жизнью он будет разбираться потом, когда разберется с просто жизнью.

— Все верно, — подтвердил целитель. — Безусловно, эффект великолепный, но если в ближайшую неделю вы не встретитесь с той фейри хотя бы раз, то велика вероятность регресса. Я вижу, что та отрава еще сидит в вас.

— Но она сидит глубоко и затаившись, ее можно купировать обычными методами?

Это бы развязало Эвану руки и позволило без спешки найти его фейри. Не хотелось опять начинать умирать без Лии и становиться от нее зависимым.

— Нет, к сожалению, только фейри, — развел руками мужчина напротив, надевая очки обратно на длинный нос.

— Но жить без нее потом я смогу?

— Сможете, — подтвердил целитель. — Как только полностью вылечитесь.

— При этом с другими женщинами не смогу?

— Все верно.

Эв задумчиво посмотрел в окно. Ситуация вырисовывалась… странная.

— У людей и фейри возможно потомство?

Таких полукровок Эван раньше не встречал. Люди сочетались с эльфами, эльфы с фейри. Но фейри с людьми…

— Вероятность, как и совместимость крайне низкая, — подтвердил его опасения целитель. — Но, думаю, шанс есть. Ваша эльфийская кровь должна помочь. И важно, чтобы для девушки вы были первым. Фейри настраиваются на своего партнера, особенно, если их чувства сильны и взаимны, тогда вероятность того, что она примет ваше семя, увеличивается.

Выходит, чтобы у Эвана появились наследники, ему нужна нетронутая, любящая его Лия.

Которая опять от него сбежала.

А еще, чтобы эти наследники могли потом полноценно и без проблем унаследовать его состояние и дело, начатое еще его дедом, отношения с фейри следует узаконить.

Так что на повестку дня вставал брак с фейри, которых, как он знал, у них не заключалось… Еще и юридические сложности.

В голове мелькнула мысль, что еще и сама фейри должна согласиться выйти за него замуж и родить ребенка. Пока что Лия не горела желанием быть с ним. Точнее, желанием она горела, но совсем другим.

Но это он решительно отмел, с Лией он обязан договориться, убедить, соблазнить — что угодно! Отдавать все, что он имеет, родственникам, которые активизировались в ожидании его смерти, Эван ни в какую не хотел.

А вот подвинуть бюрократическую машину куда сложнее…

— Но в любом случае, вы будете жить, — видя его метания, попытался утешить Эва целитель. — Вы ведь обратились ко мне именно за этим.

Да уж, за этим.

А получил в итоге жизнь, которую он не может провести без фейри.

И самое удивительно — злиться из-за этого не выходило.