40.2

Если мне когда-то казалось, что я бывала обижена, то только что мне наглядно показали, что обиду я не испытывала и близко. Так, легкое недоумение и досаду. А обида… О! Обиду я прочувствовали лишь теперь. А вместе с ней жажду мести, кровавой расправы и жестокого убийства.

Меня просто… что? Продали? Разыграли в карты? Или выдали в качестве обременения к королевству? То есть, пока я тут упивалась бессилием и страдала от осознания того, что мой путь домой так и связан с необходимостью причинить им боль, они просто делили чужое королевство! И меня, в довесок, как сопутствующий ущерб?

От накатившего шквала эмоций у меня сперва вышибло дух, а затем скрутило в тугой комок боли.

Еще бы! Думать надо, когда скрипишь зубами в личности Светлой принцессы. И, к слову, вот еще одна наглядная демонстрация того, как далека я от любого Света в целом, и света всепрощения в частности. Жаль, что от света горящего камина тоже. Потому что иначе я бы даже в этом состоянии дотянулась бы вон до того пылающего полена, и ка-а-ак треснула бы им по темной, наглой морде одного отдельно взятого принца. Чтобы знал, как сперва влюблять в свою темную рожу, а потом подкладывать под своих неверных верноподданных.

- М-ммм,- в голос застонала я, хватаясь ладонями за солнечное сплетение, в котором пульсировал острыми лезвиями возмездиями медальон- Да что-б тебя…

- Леди?! Вам плохо?- мужчина быстро подошел, присаживаясь передо мной на корточки и захватывая в свои горячие руки мои дрожащие холодные пальцы- Что с тобой?

- Со мной, сука, полная несовместимость харда, софта и юзера, мать их! О-о-о... больно-то как...

- Что это значит?- испуганно сглотнул принц.

- Тайные заклятия сисадминов это такое. Иныами словами, непринятие Света моим кишечником... И не смей меня трогать, - прохрипела сквозь зубы я, тщетно пытаясь вырвать свои руки- Тварь… божья, мать твою… королеву. И рот закрой, во имя Света. Уф…

- Ты… Вы…

- Да помолчи ты. Мне надо успокоиться. Сейчас… сейчас… Сейчас я Сильвия! Ох… фух. Насколько же легче…- едва не опала на матрас я, когда вместе со сменой ауры потеряла и восходящий поток острой боли.

- Легче?

« Ага. Легче… легче теперь будет убивать»,- и тяжело дыша и глядя на обескураженного мужчину исподлобья, подумала я.

- Значит, все так просто, да? - зубы скрипнули, с трудом удерживая во рту рвущиеся наружу ругательства- А мне-то казалось, что после вскрытия всех карт у Вас не осталось лишних иллюзий в отношении Вашего… друга. Но Вас, я так понимаю, ни о чем не предупредило его участие в подготовках восстаний и желание убить и Вас, и меня в ходе ритуала?

- Лишних иллюзий я и правда не имею,- медленно кивнул наследник- Поэтому Дионис будет связан смертельной клятвой, которая не только сделает его самым верным из возможных сообщников Мирха, но и самым послушным вассалом моего королевства.

- А что сделает его достойным супругом мне?- ядовито уточнила я- На этот счет у Вас тоже имеется отдельная смертельная клятва? Не забыли, что Ваш лорд винит меня в смерти своей любимой принцессы. Кажется, на этот счет он вполне определенно высказался в библиотеке. Или его лояльность как раз вы и выторговали на то, что закроете глаза на то, как он будет мне мстить?

- Уверяю Вас, Веслей не посмеет…

- Откуда такая уверенность?- невежливо перебила мужчину я, резко вскакивая на ноги- Он что, пообещал от всего сердца? Или за прошедшие несколько часов неожиданно осознал, что полюбил меня в качестве принцессы, а настоящую успел резко позабыть? То есть, меня ждет еще и счастливый брак, полный любви, верности и доверия? Если так, то никаких проблем! Прямо сейчас пойдем к Веслею и я брошусь ему на шею, чтобы сразу пару раз жениться. А что время тянуть, правда? Нам, самозванкам, знаешь ли, не гоже разбрасываться браками по-любви. И любящими супругами в том числе.

- Прекрати!- вдруг громко рявкнул Дистард, хватая меня руками за плечи и сильно встряхивая- Замолчи сейчас же!

Но обида уже прогрызла маленькую дырочку в ледяном куполе моего терпения. И накопленная злость уже обильно сочилась наружу.

- Замолчать? Но почему? Значит, вы там с лордом как следует посовещались, и за истекшие часы пришли к консенсусу, найдя мне достойного хозяина. Как хоть решали? На монетке меня разыграли? Или на « камень-ножницы-бумагу»? Впрочем, не важно. Главное, что вы все рассчитали и решили за меня. И какой мне быть, и с кем спать... А мне теперь нельзя даже порадоваться вашей прозорливости и заботе? Разве сейчас не должна была быть фраза, что «так будет лучше для меня»?

- Ты должна понять…

Однако, взывать к моему пониманию было поздно. Нервы, наконец, не выдержали. Уставший мозг просто как-то разом закончил бездарные попытки держать себя в рамках адекватности. И давно сдерживаемая истерика выплеснулась со всей мощью давно накопленных обид.

- Что я должна понять? Что так всем будет проще? Что не мне выдвигать условия? Я же у нас подделка! Так ты сказал? Самозванка!

- Все не так!

- Нет, все именно так! Меня даже не спросили! Решили все за меня, не оставив мне выбора. Что-ж, тогда думаю, тебе вообще неприлично сейчас находиться в спальне чужой невесты. Ты отказался от меня! Так будь добр, выйди отсюда,- и кулаки, вопреки воли, ударились в замерший напротив меня каменный торс- И больше никогда не смей ко мне подходить. Отныне моя жизнь тебя не касается! И с Веселеем мы все решим сами. И уж поверь, я вложусь в эти отношения по полной. И сколько бы ночей не потребовалось на то, чтобы вымолить у него прощение, я отработаю его по полной.

- Не смей это говорить,- угрозу в его голосе не расслышал бы только глухой. Но мне было откровенно плевать.

- Говорю, что хочу! Ясно? Свадьба с Веслеем? Отлично. Я согласна! И мои отношения с будущим мужем- не твое дело!

Я ожидала чего угодно, только не того, что уже через секунду окажусь на спине, с раскинутыми в стороны руками, насмерть прижатыми к покрывалу.

- Мое. Это всегда будет моим делом, - прошипел мне в лицо он.

Глаза полыхнули хищной синевой. Губы на миг сжались в тонкую жесткую линию. А в следующий момент, он меня поцеловал. Но не так, как тогда, завоевывая и заманивая пылкостью и нежностью. А властно и жестко. Почти жестоко. Словно наказывая за одну только мысль, что я могу согласиться принадлежать другому.

На жалкие секунды я опешила, обескураженная его напором. А потом обида взяла верх и я начала вырваться. Из принципа, от злости и несогласия. Но это было все равно, что бить кирпичную стену. Попытки оттолкнуть лишь позволяли ему теснее прижаться, буквально вдавливая меня в мягкую перину. А постоянно извиваясь, я, кажется, лишь упрощала ему задачу справиться с моим платьем.

Жар его горячих ладоней и плен нетерпеливых губ делали свое тело. Вскоре, я удивленно услышала глухой стон, не сразу распознав, что издала его я же сама. А в следующее мгновение уже осознала, что каким-то магическим образом уже успела остаться даже без нижней сорочки.

На едва уловимое мгновение кончики мужских пальцев растерянно пробежались по впаянному в грудь медальону. Оградили его край, прошлись по мерцающему кристаллу... А потом мир словно взорвался жаром уверенных, жадных прикосновений другого толка.

Его руки, кажется, были сразу повсюду. Только что на внутренней поверхности бедра я чувствовала путь его твердой ладони. И вот уже сильные пальцы сминают грудь, пощипывая чувствительный сосок. А в следующий миг властно обхватывают шею, заставляя распахнуть затуманенные страстью глаза, чтобы ответить на полный отчаяния и страсти взгляд:

- Мое дело, Сильви,- не то прохрипел, не то прорычал Тард- И ты моя. И всегда так будет. Повтори. И запомни.

Слова звучали в голове, но никак не складывались во что-то осмысленное. Просто набор сладких, как мед звуков, от которых вибрировало в груди. Слишком бархатными были при этом губы, прищипывающие чрезмерно чувствительную кожу на груди. Слишком хрупкой казалась моя шея в захвате его ладони. Слишком мягкими кончики пальцев прочертившие дорожку к средоточию моего нетерпения.

Слишком долго он медлил, прежде чем замереть надо мной и снова взять в плен мой взгляд. Даже те несколько секунд, которые он потратил на то, чтобы буквально сорвать с себя собственную одежду, казались вечностью. И резкий выпад, опаливший огнем ни с чем не сравнимого удовольствия, я встретила с протяжным, низким стоном, тут же слившимся с его глубоким, рваным выдохом.

Минуты слились для меня в часы. Тело буквально плавилось под ласковыми прикосновениями. Ни один мой выдох не рассеялся бездарно в воздухе, пойманый его губами. И ни один сладкий всхлип, сорвавшийся с моих губ, не был потрачен впустую.

А снимать стоны с его губ поцелуями, получать легкие прикосновения в ответ... Переплетать свои пальцы и снова и снова дрожать выгибаться, томясь от жара…

Кожа теперь вздрагивала даже от простого дуновения ветерка, залетевшего в приоткрытое окно. Губы горели от бесконечных поцелуев.

- Моя,- то и дело врывался в мой мозг его срывающийся, нервный шепот- Даже если ты не захочешь. Даже если будешь ненавидеть меня…

Но следом тело взрывалось очередным фейерверком ярких звезд, и сам смысл ускользал от меня в вязкую темноту удовольствия.

… Кажется, ночь уже сдавала свои позиции, окрашивая далекий горизонт пока еще едва заметной полоской сиреневого рассвета. Кажется, где-то на задворках реальности я чувствовала, как прогнулся матрас под весом покинувшего ее мужчины. Тихий шорох одежды, странный отблеск, заставивший меня сильнее смежить уставшие веки, едва слышный скрип, так подходящий скрипу входной двери…

Но все это почти сразу растворилось в первых нотах сладкого, счастливого сна, наконец нашедшего меня впервые за эту долгую ночь. И я скользнула в него с легкой улыбкой на зацелованных губах. А все остальное… у меня еще будет время, обдумать это утром.