Глава 35 Правила

Утро началось, э-э, внезапно. Не успела открыть глаза, как в покои донельзя разозленной осой влетела Шасиана.

— Ты что себе позволяешь, нахалка?! — выплюнула она, встав напротив кровати. — Совсем страх потеряла, мерзавка?!

— И вам доброе утро, — пробормотала я, сев на постели.

— Я твою жизнь в ад превращу, поняла?

Это у них во дворце так принято? Угрозы вместо кашки?

— Нет, ну надо такое придумать! — возмущенно жестикулируя, Змея начала быстро ходить из угла в угол.

А учитывая размеры комнаты, это было непросто.

— Подставить моего сына, навлечь на него гнев Повелителя! Да я за сотую долю этого готова тебя придушить! — она снова встала напротив кровати. — Значит, так! Сейчас ты оденешься и пойдешь к султану, поняла? Нет, побежишь! И скажешь ему, что мечтаешь выйти замуж на Амана!

— Ты чего это тут раскомандовалась? — в спальню вплыла другая женщина.

Явно старше Нагини, но не менее прекрасная. Я сразу догадалась, кто она, Мансур был очень на нее похож. Не зря думала, что принцы пошли в своих родительниц, так и есть.

— Здравствуйте, госпожа Асурия, — я встала и поклонилась.

— Доброе утро, Найяна, — она улыбнулась и перевела взгляд на Шасиану. — Примчалась уже! Что, прижал наш Повелитель твой хвост? То-то же!

— Никто мне ничего не прижимал! — прошипела мать Амана. — Думаешь, решение султана что-то изменит? Как бы ни так! Эта нахалка станет женой моего сына и точка!

— Ха-ха-ха! — мать Мансура скривилась. — Ей позволено выбирать, и даже слепому и глухому глупцу очевидно, за кого захочет выйти замуж магисса!

— И с чего же ты это взяла?

— Они с моим сыном провели время в пути и влюбились, это естественно! — напомнила Асурия. — В такого юношу невозможно не влюбиться!

— Ничего естественного, если учитывать, что он вез ее в жены моему сыну! — огрызнулась Шасиана.

— Любовь сильнее всех условностей! — отрезала Асурия. — Тебе ли не знать!

— Я-то знаю, меня Повелитель любит! А мимо твоих покоев он проходил в последний раз в то время, когда ты еще была способна зачать!

— Тварь!

— Правда глаза колет? Да и вообще, следует эту девицу, — кивок в мою сторону, — проверить на девственность! Может, твой ушлый сынок ее уже попортить успел!

— Не все шлюхи, как ты! — выплюнула Асурия. — И вообще, это твой змееныш всех девиц во дворце поимел! А мой сын порядочный молодой мужчина! Порядочность — слыхала о таком? Хоть краем уха?

Напрочь позабыв обо мне, жены султана самозабвенно ссорились. Чувствовалось, что им не впервой. Похоже, такие склоки во дворце — обычное дело. Бедный Мансур, оказывается, его детству не позавидуешь. А ведь на первый взгляд кажется — родился во дворце, принцем-первенцем, что еще надо? Жизнь удалась, будущее прекрасно и безоблачно, живи и сам себе завидуй!

А на деле все совсем не так. Даже представить не могу, как жить, если приходится во всем, каждую секунду, соревноваться с младшим братом.

Покосившись на султанш, я бочком добралась до двери и выскользнула в коридор.

— Доброе утро, госпожа! — Хафса поклонился мне. — Что-то вы невеселы.

— Там гремит и сверкает, — кивнула на спальню, из которой только что дезертировала под шумок.

Оттуда все еще доносились крики. Да что там, они только громче стали!

— У нас так всегда, — старичок вздохнул, и тюрбан затрясся, подтверждая его слова. — Вы, наверное, еще не завтракали, госпожа?

— Да, умираю с голоду! — призналась я.

— Идемте! — он увлек меня на балкончик, по пути отдавая приказы слугам.

На балконе царило мирное утро. Пока что прохладное, оно словно звенело свежим, хрустальным воздухом, напоенным цветочным ароматом. На небе, еще раскрашенном красками уходящего рассвета, не было ни единого облачка. Неподалеку убегала вдаль аллея из высоких деревьев с раскидистой кроной, и серебристыми чешуйками сияла гладь озера.

Меня усадили перед небольшим столиком, который мгновенно, будто расстелили скатерть-самобранку, оказался накрыт вкусностями.

Я сняла стальную крышку с самого большого блюда, ожидая увидеть лучшую подружку оголодавшего к утру брюшка — кашку. Но внутри оказалось месиво из живых жуков! Да неужто тут такое едят?! Мало мне было улиток! Сейчас еще и гусениц притащат — самых свежих, только-только с куста! Поневоле у них тут статуэточкой станешь, с таким-то рационом!

— Это для вашего питомца, — пояснил Хафса.

Мне показалось, или в глазах этого старого интригана и в самом деле запрыгали смешинки?

— А вот и он! — старик кивнул на Яшку, который несся по лужайке огромными скачками.

— Привет, гулена! — я чмокнула его в мордашку, когда запрыгнул на колени. — На вот, завтракай! — подвинула к краю стола блюдо с жуками. — Скажи спасибо Хафсе, он каждое утро тебе теперь лично жуков отлавливать будет!

— Да? — тюрбан удивленно подпрыгнул.

— Ага, — подтвердила я и кивнула на суриката, который взял одного, полюбовался на него и захрустел лакомством. — Видите, как уплетает?

— Коли так, ладно! — шапка понуро кивнула.

Яшка взял второго жука и отгрыз ему голову.

— Как бы эти двое, из спальни, также со мной не поступили, поняв, что я сбежала, — покосилась на дверь.

— Не переживайте, госпожа, — понял мои терзания Хафса, — я им скажу, что вы в сад ушли гулять. — Он подмигнул мне, вышел с балкона в коридор и плотно задернул тяжелые шторы.

— Приятного аппетита, яхонтовый мой, — я улыбнулась суслику и, обнаружив на тарелке россыпь маленьких булочек, впилась в одну из них зубами.

Уууу, вкуснотищщща! И еще горячая!

Но передышка оказалась недолгой. Едва я успела позавтракать, как на балкон влетели обе потенциальные свекрови. Наперебой что-то объясняя, они вконец меня запутали.

— Позвольте, я расскажу? — вмешалась Лайла, которая пришла с ними. — Госпожа, вам нужно пройти в зал, где ждет церемониймейстер. — С трудом выговорив это слово, она кивнула, довольная собой.

— И что ему от меня надо? — благодаря огромному количеству прочитанных книжек, я знала, кто это, но повторять не решилась, чтобы не опозориться.

— Он объяснит вам, как будет проходить ухаживание. Вернее, ухаживания. Ведь оба принца претендуют на ваше сердце.

Хм, что ж, послушаем.

— Но сначала надо привести вас в порядок, — намекнула Лайла. — Переодеть, причесать.

Точно. Я встала, покосившись на Яшку, который принялся за следующего жука. Эх, хорошо быть сурикатом — проснулся и побежал бедокурить! Ни тебе принцев с их ухаживаниями, ни церем… или как там его? Красота!

Главный по условностям — так я про себя его назвала — был донельзя похож на жука. Он будто весь состоял из брюшка, из которого торчали руки и ноги. На небольшой голове моргали огромные из-за линз очков глаза, а на вспотевшем лбу топорщился вверх светлый вихор. Жук все время приглаживал его ладонью, впрочем, совершенно напрасно, ведь тот тут же упрямо устремлялся вверх, к украшенному лепниной потолку.

Нас представили, и началась мука. Я бы с куда большим удовольствием все полы во дворце перемыла, честное слово, чем пытаться запомнить хоть толику из того, что мне, как претендентке на вакантную должность невесты позволено.

Впрочем, еще длиннее был список того, что категорически запрещено и будет считаться таким же верхом неприличия, как громкий пук посреди зала прямо в разгар бала, на который собрались все драконьи и змеиные сливки.

Я хихикнула, отметив, что это довольно-таки интересная мысль, надо запомнить. Может, так и сделать? Тогда обе потенциальные свекрови решат, что я безродная невоспитанная дворняжка, которую и близко нельзя подпускать к их драгоценным принцам! Меня оставят в покое и…

Я посмотрела в сосредоточенные лица Асурии и Шасианы. Нет, эти не отстанут, обе закусили удила. Для них это вопрос чести, своеобразное соревнование, чей сын окажется лучше. Бедный Мансур, такой жизни злейшему врагу не пожелаешь!

— Вы слушаете, госпожа? — жук снова пригладил свой вихор, который сначала обманчиво послушно лег на лоб, но едва главный по условностям убрал руку, тут же вскочил — не хватало только вопля «А вот и я!».

Мне стоит быть такой же — делать вид, что я смиренная послушница, кивать, опустив глазки в пол, а в итоге сделать так, как подскажет сердце!

— Внимательнейшим образом вас слушаю, — отозвалась я, невинно улыбаясь.

— Если что, я записываю, — Лайла, честно корябающая что-то в тетради, посмотрела на нас.

Что бы я без нее делала!

— Итак, подытожим вышесказанное, — жук с важным видом заложил руки за спину. — Первым вас, госпожа, поведет на свидание досточтимый принц Мансур.

— Это еще почему? — тут же вскинулась Змея.

— Потому что он старший! — с удовольствием напомнила Асурия.

— Верно, — главный по условностям обеспокоенно глянул на Шасиану и промокнул платком лоб, мигом покрывшийся бисеринками пота.

— И технически свидание твоего змееныша с магиссой уже состоялось — в нарушение всех правил приличия! — с ехидцей добавила мама Мансура.

— Это не считается! — запротестовала Нагиня.

— Еще как считается! Может, спросим Повелителя? Он знает, что твой отрок затащил бедную девушку на крышу и там грязно домогался, позоря славный род Аманитов!

— Неправда! — идеальное лицо Шасианы пошло пятнами.

— А давай у нее спросим? — Асурия посмотрела на меня. — Целовал он тебя, Найяна? Лапал?

— Да, — покраснев, призналась я.

— Вот видишь! — торжествующе вскричала королева. — Такого сыночка ты воспитала! Позор тебе!

— У меня еще три сына есть! — прошипела униженная Змея.

— И что?

— А то, что твое лоно уже увяло, ты смогла породить лишь слабую ящерицу, свою доченьку, а я в расцвете лет и еще подарю султану много детей!

Ясно, обменялись пинками в слабое место, поняла я.

— Главное, кто из них сядет на трон, — Асурия прищурилась.

— Вот и посмотрим!

— Решать ей! — мать Мансура ткнула в мою сторону пальцем.

Обе султанши уставились на меня.

— Я… — что сказать-то? — Я жду эти свидания с превеликим нетерпением! — выпалила и сделала реверанс.

Ну, или что там получилось, я в этих премудростях не сильна.

Женщины нахмурились, потом переглянулись. Похоже, они только что поняли главное — эта малявка, вчера приехавшая во дворец, будет решать судьбу великих и несравненных супруг султана. Вот так-то!