Глава 26 · Невеста
К поселению подходим спустя четыре часа.
Лада хоть и соврала про перелом, один хер, заработала растяжение связок и хромала всю дорогу сюда. Поэтому привалы мы делали даже чаще обычного.
За всё это время ни она, ни я не проронили ни слова, будто у обоих парализовало языки.
Меня, в принципе, напрягает любая болтовня, но почему-то сейчас немота Лады вызывает неконтролируемый зуд под кожей. А еще желание ляпнуть какую-нибудь хуйню про то, что я был неправ и слишком груб.
Вот что за хрень со мной творится?
Само поселение ахчипсоу (малый субэтнос адыгов (черкесов) — прим.автора) небольшое. Около десятка дворов с каменными домами и пристройками. Как любой горный народ адыги — люди непростые. Горячие и гордые, но приветливые и очень гостеприимные.
На единственной улице замечаю много припаркованных тачек. Тут явно собралось много народу.
Шарю глазами в поисках, к какому из домов податься, и натыкаюсь взглядом на компанию мужчин. Те как раз покидают двор крайнего дома.
Идут, громко и весело переговариваясь, но, заметив нас, все как по команде останавливаются.
Ну да, туристы здесь, в отдалении от пеших маршрутов, редкость.
Трое из них двигаются в нашу сторону.
Я не силен в традициях ахчипсоу, но сейчас хватаю Ладу за руку выше локтя и быстро проговариваю:
— Что бы ни случилось, во всем слушайся меня и помалкивай.
Она, бросив подозрительный взгляд на мужчин, медленно кивает.
Умница.
Я не чувствую враждебности в незнакомцах, но на всякий случай делаю шаг вперед и прижимаю руку к груди:
— Ассаламу алейкум, — приветствую их.
Соблюдая традиции горного народа, слегка склоняю голову, выказывая этим жестом свое уважение.
Мужчины нестройно отвечают на мое приветствие. Ловлю на себе спокойные, изучающие взгляды.
Двоим мужчинам лет по тридцать, самому возрастному из троицы — в районе пятидесяти. К нему и решаю обратиться.
— Прошу прощения за вторжение, — с легкой улыбкой говорю я уже по-русски. — Мы не хотели никого беспокоить, но нам нужна помощь. Мы третьи сутки в пути, лавина уничтожила наш транспорт и средство связи…
Я не говорю ни слова неправды, утаивая только настоящую причину нахождения меня и Лады в горах.
— Нам бы только немного передохнуть, связаться со своими или взять в аренду машину, чтобы спуститься в предгорья…
— Откуда идете? — спрашивает он с сильным акцентом.
Я называю координаты, и мужчина уважительно качает головой.
— Далеко. — Потерев бороду, слегка сощуривает глаза, будто прицениваясь:
— Ты знаком с нашими обычаями, но кровь у тебя другая…
Сглотнув, произношу:
— Я родом из Дагестана. Моя мать — русская.
— Зовут как?
— Мирон.
Он стреляет глазами мне за спину, а я мгновенно напрягаюсь, слыша вопрос:
— А спутница твоя кто?
— Лада. Моя невеста, — вру без запинки, молясь, чтобы Коза сейчас не взбрыкнула.
Моя семья давно живет по современным обычаям, но в Республике полно и тех, кто чтит старые законы. И к этому следует относиться с уважением.
Мое решение назвать Козу невестой продиктовано здравым смыслом. Не хотелось бы злить этих добрых людей, если они почитают древние традиции, согласно которым добрачные отношения — большой грех.
После моих слов атмосфера меняется. Мужчины смотрят на нас с одобрением, и я облегченно выдыхаю.
Угадал.
— Сегодня у нас большой праздник, Мирон, — с теплом обращается ко мне старший из мужчин и похлопывает по плечу молодого соседа справа. — Мой сын подарил мне внука. Первого в роду после троих дочерей. Великий дар! Встретить доброго путника в такой день — подарок судьбы!
Мужчины гортанно произносят что-то на своем наречии, наверняка связанное с благословением младенца.
— Уважьте мой дом своим присутствием.
Звучит это не как просьба, но я все равно с почтением киваю.
Отказываться — значит, оскорбить этих людей.
— Невеста? — шепотом возмущается Лада, испепеляя меня глазами.
— Так было нужно, — отвечаю ей тихо, раздавая указания: — Ешь и пей, что дают. Не отказывай в просьбах. Будь послушна, как положено невесте. И умоляю… держи свой колючий язык за зубами.
Сжав губы в тонкую нитку, она кивает, а я облегченно выдыхаю.
Да помогут нам боги пережить этот день.