Глава 33. Запах страха и первая кровь

Владыка Сиама замер у ручья. Я смотрела сверху вниз, вжавшись в гниющую древесину каверны, и видела лишь его широкие плечи и заплетенные в косу платиновые в серебристом свете волосы.

Он опустил руку в воду, медленно растер между пальцами каплю влаги. Затем поднялся. Его голова чуть склонилась набок, словно он прислушивался к пульсации самой планеты.

Тишина в джунглях была такой плотной, что казалась осязаемой.

— Зловонная грязь Тартара, Клеопатра? — его низкий, бархатный голос разрезал эту тишину, как лезвие бритвы. Он не кричал, но звук легко достиг моего укрытия. — Умно. В Академии учат сбивать со следа гончих.

Он медленно повернулся, его взгляд начал сканировать переплетение корней и стволов.

— Но я не гончая, моя обманщица, — продолжил Халидан, делая шаг в сторону моего дерева. — Я чую запах от твоего бластера. Чую адреналин, который сейчас сжигает твою кровь. И я слышу, как бешено колотится твое сердце. Ты боишься.

Он подошел к подножию моего укрытия. Расстояние между нами сократилось до десяти метров по вертикали.

— Спускайся, Клео. Я не хочу выкуривать тебя оттуда, как загнанного зверька.

Моя животная суть внутри меня взвилась на дыбы.

«Он загнал тебя в угол. Дерево — это ловушка. Если он поднимется, тебе некуда будет отступать».

Инстинкт хищника, проснувшийся в лесах Земли и окрепший на Сиаме, принял решение быстрее, чем тактический разум агента. Я не стала ждать, пока он вытащит меня за шкирку. Высота была моим единственным преимуществом. Я вскинула бластер, но целилась не в Халидана, его реакция была слишком нечеловеческой, чтобы попасть прямым выстрелом. Я прицелилась в массивный, подгнивший нарост коры и паразитирующих лиан прямо над его головой.

Вспышка. Глухой выстрел. Лазерный луч прошил гнилую древесину. Огромный кусок ствола весом в пару сотен килограммов с треском рухнул вниз, увлекая за собой копну ядовито-зеленых лиан.

Халидан среагировал мгновенно, смещаясь в сторону перекатом, уходя из-под смертоносного завала.

Этого мгновения мне хватило. Я прыгнула вниз. Мое тело сгруппировалось в воздухе, правая рука выхватила сиамский кинжал с пояса. Я падала на него сверху, как дикая кошка, метя лезвием в стык его брони на плече.

Он успел обернуться. Его льдистые глаза расширились, но не от испуга, а от темного, первобытного восторга. Владыка вскинул свой охотничий клинок, блокируя мой удар.

Звон столкнувшегося металла разорвал тишину джунглей.

Сила его блока была такой чудовищной, что отдалась болью в моих зубах, а вывихнутое ранее и заново ушибленное плечо взорвалось агонией. Но я не остановилась. Используя инерцию падения, я ударила его ногами в грудь, отталкиваясь и разрывая дистанцию.

Я приземлилась на одно колено в пяти шагах от него, тяжело дыша. Грязь на моем лице смешалась с потом, волосы слиплись.

Халидан выпрямился. Он не нападал. Он смотрел на меня, и в его глазах полыхал настоящий пожар.

— Ты прыгнула на меня с моим же кинжалом, — его голос стал хриплым, глубоким. — Очаровательно. Ты стала дикой, моя воительница.

— Я всегда такой была, — выплюнула я, перехватывая кинжал обратным хватом. Левую руку я положила на кобуру бластера. — Ты думал, я буду покорно ждать смерти?

— Смерти? — он чуть склонил голову, его клинок плавно, гипнотически покачивался в руке. — Кто сказал, что я пришел тебя убить?

— Я знаю законы Сиама, Халидан. Предательство смывается кровью.

— Верно, — его губы дрогнули в хищной полуулыбке. — Кровью. Но законы пишу я. Ты украла мои чертежи, ты уничтожила мои торговые суда, ты заставила меня глотать политическую пыль от твоих генералов. Ты нанесла мне оскорбление, Клеопатра. И за это я заберу у тебя всё. Твою гордость. Твой Флот. Твою волю. Я сломаю в тебе спецагента Альянса, чтобы осталась только моя женщина.

Он сделал неуловимо быстрый выпад. Я едва успела парировать. Искры брызнули от столкновения наших лезвий. Мы закружились в смертельном, бешеном танце на илистом берегу ручья. Его удары были тяжелыми, сокрушительными. Я брала скоростью и гибкостью, уворачиваясь в миллиметрах от его клинка, который играючи срезал толстые ветви деревьев.

Это был не спарринг. Это была дикая, безумная схватка двух хищников, в которой смешались ненависть и звериная, больная страсть. Он теснил меня к скале. Я чувствовала, что проигрываю в физической силе, и повышенная гравитация выматывала меня быстрее, чем его.

Халидан перехватил мою руку с кинжалом, выкручивая запястье. Я зашипела от боли, но вместо того, чтобы попытаться вырваться, шагнула прямо на него, сокращая дистанцию и подходя вплотную. Левой рукой я выхватила бластер прямо из кобуры и выстрелила в землю между нашими ногами.

Взрыв пара от вскипевшей воды и летящая во все стороны грязь ослепили его на долю секунды. Моя рука с кинжалом чудом выскользнула из его хватки. Я полоснула лезвием наотмашь. Не целясь в сердце или горло — инстинкты не позволили бы мне убить его.

Лезвие рассекло матовую ткань его костюма на предплечье. В воздухе отчетливо запахло свежей кровью.

Халидан замер. Он медленно опустил взгляд на свою руку, где сквозь разрез проступала темная, влажная полоса. Первая кровь. Его кровь, пролитая моей рукой.

Я не стала ждать его реакции. Воспользовавшись заминкой, я развернулась и бросилась в чащу с такой скоростью, на которую только был способен мой измененный геном.

— Беги, Клео! — раскатисто, с пугающим смехом крикнул он мне вслед, даже не пытаясь догнать немедленно. — Беги изо всех сил! Охота только началась!

Я неслась сквозь джунгли, не разбирая дороги. Ветка распорола мне щеку, легкие горели огнем. Я знала, что этот порез на его руке не остановит его. Наоборот. Я только что совершила самую фатальную ошибку.

Я пустила кровь альфе. И теперь он не успокоится, пока не загонит меня до полного изнеможения.