Глава 12

— Ваше Императорское Высочество, майор Стеклов по вашему приказанию прибыл. — Майор вошёл в комнату.

— Не передумал майор к нему на службу идти? — Пётр Николаевич кивнул в мою сторону.

— Никак нет, Ваше Императорское Высочество.

— Только есть небольшая поправка. Уходишь ты на пенсию. От казны будешь только её получать. Обстоятельства так складываются, что не сможешь дальше на службе состоять. Даже внештатным сотрудником. Тебе полностью придётся перейти под руку Ивана.

— Мне до полной пенсии всего ничего осталось. Ваше Императорское Высочество, может получится совместить?

— Не получится. А про пенсию не переживай. Назначат тебе её в полном размере со всеми полагающимися надбавками. Я личный указ издам. — Успокоил майора Пётр Николаевич. — Других просьб нет?

— Ваше Императорское Высочество, а с моей группой как быть? — Уже веселей поинтересовался майор.

— Передашь своих людей барону Сазонову. Он теперь за Ивана и Татьяну отвечать будет, пока ты не наладишь работу собственной службы.

Майор перевёл взгляд на меня.

— Читай. — Я протянул ему текст клятвы. — Верхняя часть твоя. Нижняя моя. Надеюсь, возражений к тексту нет?

Он молча прочёл текст, потом глянул на своего, пока ещё, начальника. Глава ГБ слегка кивнул. Прочитав свою часть вслух, майор слегка покачнулся от касания магии, подтвердившей клятву. Затем я прочёл свою часть обязательств.

— Демьян, будь добр, позови Иммануила. Я думаю, такой вариант клятвы его должен устроить. — Попросил я.

— Он тоже к тебе идёт?

— Он за этим сюда и приехал. Я думал, ты в курсе.

— Иван, хочешь совет? — Спросил Пётр Николаевич, когда Демьян скрылся за дверью. — Прекращай панибратство с подчинёнными. Субординацию не зря придумали. Она дисциплинирует.

— Во-первых, эти двое, скорее соратники, чем подчинённые. Во-вторых, с субординацией среди своих людей я сам как-нибудь разберусь.

— Но клятву ты с них всё-таки берёшь. — Иронично заметил глава ГБ.

— Знания могут стать опасными, если попадут не в те руки.

— Ты знаешь, что количество клятв, которые магия безболезненно примет от тебя, не безгранично? — Удивил меня Пётр Николаевич.

— В первый раз слышу. — Заинтересовался я. — Каков предел и что происходит, если его переступить?

— Предел у всех разный. Зависит от магической силы лиц, дающих клятву. Чем маг сильнее, тем большее количество клятв он может принять. — Глава ГБ наблюдал за мной, отслеживая реакцию на свои слова. — Клятва, данная тебе, выглядит как клятва, данная архимагу. Но ты нейтрален к магии. Можешь объяснить несоответствие?

— Рад бы, но сам не понимаю в чём дело. Так каков предел? — Вернул я его к теме ограничения.

— У всех по-разному. Простой человек и до десяти не доберётся, а у архимага может за тысячу клятв перевалить. Поэтому не принято клясться по каждому случаю. Только в особо важных ситуациях.

— А что происходит, при превышении лимита?

— Ничего хорошего, Иван. — Ответил мне вошедший в номер Мэнни, а затем внимательно осмотрел потолок. — Вы бы перебрались в другое место. Татьяна Павловна хорошо конструкцию крыши порушила. Может и потолок на голову упасть.

— Авось не упадёт. — Усмехнулся я. — Держи текст клятвы. Надеюсь, он тебя устроит.

* * *

Моё княжество очерчивалось подножием горы Аю-Даг. Территория представляла собой кривоватый ромб и совпадала с владениями духа Иванова. Так что никого отселять не понадобится. Половина границ была сухопутной, а другая половина морской. Не слишком большая территория, но Монако ещё меньше по площади будет. И ничего. Неплохо живут.

Учитывая планируемую мной деятельность, я тоже бедствовать не собирался. При этом обойдусь без казино и отелей. Хотя строительством придётся заняться капитальным. Одним небольшим домиком теперь не отделаться.

— Надеюсь, охрану морских границ Россия возьмёт на себя? — Задал я вопрос Петру Николаевичу.

— И сухопутных тоже. Если ты не против.

— Не против. — Кивнул я соглашаясь. Выражение лица Таниного дяди я не видел, так как сосредоточился на документах, но судя по голосу, он был доволен моим ответом. — Первое время у меня не будет времени и возможности создать нормальную пограничную службу. Поэтому ваша помощь окажется весьма кстати. — Чтобы поумерить его радость, я добавил. — А потом отгорожусь стеной. Метров двадцать высоты достаточно будет? Как вы считаете?

— Зачем такая высокая? — Полюбопытствовал Пётр Николаевич. — Дорогое строительство получится.

— Безопасность в деньгах не оценивается. Она либо обеспечена, либо нет. — Резонно заметил я. — К тому же стена, в моём случае, самый дешёвый вариант. Это в России место позволяет оборудовать границы контрольно-следовой полосой и прочими фортификационными сооружениями, а у меня земли мало, следовательно, она дорогая. Очень.

— Хозяин — барин. — Хмыкнул Пётр Николаевич, по-моему, одобрительно. — Решил, что с имуществом делать будешь?

Я как раз просматривал последние страницы с его перечнем. Продавать имущество, ставшее моим, было жалко. К тому же не всё оно приносило прибыль, если верить кратким отчётам, прилагавшимся к каждому объекту недвижимости. В то же время налоги за землю и крепостных я был обязан платить.

— Как насчёт налоговых каникул? — Я посмотрел на Петра Николаевича.

— Это что за зверь?

— Это временное освобождение от всех налогов. Думаю, мне года хватит, чтобы привести дела на всех своих землях и предприятиях в порядок.

— То есть, продавать ты ничего не собираешься? Даже крепостных? Это ведь наиболее затратная статья расходов. На отсрочку по налогам император согласится. Но не по всем. Подушная подать останется в любом случае. Налоги — это основа стабильности любого государства!

— А зачем крепостных продавать? — На подмену понятий указывать ему не стал. Позже договорюсь с императором напрямую. — Из всего вот этого списка. — Я указал на бумаги. — Людей я считаю главным капиталом. Толку от предприятий и угодий, если на них работать некому?

— Пусть так. — Не стал со мной спорить Танин дядя. — Отдашь своё имущество в управление? Учти, придётся переоформлять полноценную куплю-продажу.

— За которую вы опять же сдерёте деньги?

— Не будь таким жадным. — Усмехнулся Пётр Николаевич. — Тебе, кроме всего прочего, хорошая сумма на счёт переведена.

— Что с таможенными пошлинами? — Не стал я отвечать на его упрёк. Жадный не жадный, а в хозяйстве любая копейка пригодится.

— Есть перечень товаров с указанием соответствующего налога. Я тебе потом пришлю. Ознакомишься.

— Прекрасно. — Я демонстративно потёр руки. — Я вам свой список тоже потом предоставлю. Пошлина — это тот же самый налог, а про них вы совсем недавно очень верно подметили. — Надеюсь, моя ухмылка была достаточно ехидной.

Видимо, припомнив наш недавний разговор, Пётр Николаевич быстро сдал назад.

— Я предлагаю такие мелочи обсудить позже, когда наступит полная ясность в вопросе с твоим княжеством.

— Так я и не спешу. Это вы торопитесь. Меня сейчас другая проблема волнует. — Я задумчиво посмотрел на собеседника. — Если отделяться прямо сейчас, у меня получится государство из четырёх человек. Крепостных по закону продать в другую страну никто права не имеет.

— Это так. Были ушлые дворяне. Торговали своими людьми как скотом. Но прежде всего, крепостные — это государевы люди. Продажа внутри страны никоим образом на этот статус не влияет, а продажа за границу, всё равно что сбыт краденого.

— Как по мне, что так за скот людей держите, что так. Разница не сильно большая. — Не согласился я с самой постановкой вопроса.

— По закону любой крепостной может выкупиться из крепости. И поверь, у многих для этого достаточно денег. Но люди сами этого не хотят.

Вообще-то, я был не удивлён такому заявлению. Знаю из нашей истории, что далеко не все крестьяне радовались свободе, «дарованной» Александром Вторым. От этого «дара» многие больше потеряли, чем получили.

— В чём причина такой лояльности к хозяевам? — Решил уточнить я.

— Самая, что не наесть меркантильная. Крепостные — не рабы. — Кто-то мне уже говорил подобную фразу. Припомнил я. — Хозяин может потребовать работать на него в поте лица, но при этом он должен обеспечивать своим крепостным соответствующие условия жития. Им должна выплачиваться минимальная оплата труда. Пусть она меньше, чем у вольных, но зато и затраты на жизнь у крепостных ниже. Хозяин, кроме оплаты должен обеспечить жильё, питание и одежду. Естественно, всё по минимуму. Но крепостной всегда сыт, одет и имеет свой угол. Ещё и лекарь периодически приходит и за здоровьем следит. И всё это за счёт хозяина.

— Если иметь крепостных невыгодно, почему помещики от них не избавятся? Я имел в виду: не отпустят на волю.

— А это уже невыгодно самому государству. Обеспечение социальных гарантий в таком случае ложится на плечи государства. А у нас бюджет нерезиновый. — Пётр Николаевич развёл руками. — Если хозяин сам даёт вольную крепостному, то сбор за оформление документов многократно выше становится.

— Хитро придумали. — Я решил вернуться к волнующему меня вопросу. — Предлагаю отделение княжества перенести на более поздний срок. В идеале, впритык к свадьбе. Так и у Архива не будет времени на ответную реакцию, и я смогу подобрать для себя людей, которые вместе с землёй перейдут в моё княжество.

— Иванов. Давай я тебя ещё раз спрошу: свадьба точно будет или ты ищешь причину не брать Татьяну в жены?

— Будет, конечно. За три месяца от Архива не избавиться, и другого выхода пока не видно. Что касается Татьяны, я не настолько глуп, чтобы заявлять своей будущей жене, будто женился на ней исключительно ради её блага. Такие слова рано или поздно приведут к осложнениям в отношениях. В худшем случае мы просто разойдёмся, но позже, когда проблемы с Архивом будут решены.

— Боюсь, развестись у вас не получится. Выхода всего два. Вдова или вдовец. Но вдовец долго не проживёт. Это я тебе обещаю.

— Пётр Николаевич, не надо мне угрожать. — Я посмотрел на него с улыбкой. — Достаточно мне выйти за эту дверь, и мы больше никогда с вами не увидимся. Не я к вам пришёл, а вы ко мне. И по поводу духа Иванова я не шутил. Надеюсь, это был последний раз, когда я услышал угрозу от вас, как от лица, наделённого властью. Если захотите просто мне морду набить, то ничего не имею против. — Я продолжал спокойно сидеть и улыбаться. — Попробовать вы можете.

— А давай попробуем. — Неожиданно согласился Пётр Николаевич и начал подниматься.

Вообще-то, он меня удивил своим согласием, но мериться с ним пиписьками, махая кулаками, никакого желания не было. К тому же Танин дядя весь светился от навешанных на него артефактов.

Я резко поднялся и сократил расстояние между нами, пройдя столик насквозь. Левую руку положил ему на плечо и нежно сжал, давая почувствовать силу рук. Указательный палец моей правой руки замер в нескольких миллиметрах от его глаза.

Для столь простого действия пришлось переводить руку в сумеречное состояние. Один из защитных артефактов принял моё движение за атаку и прикрыл голову Петра Николаевича защитным полем. Хорошо, что оно было локальным и не мешало мне крепко придерживать Таниного дядю за плечо.

— Эксперимент окончен, или продолжим? — Я равнодушно смотрел на ошарашенного противника. Демонстрация силы удалась, а унижать его я не планировал.

— Думаю, мы закончили. — Он быстро пришёл в себя. — Но как ты смог…

Я отпустил Петра Николаевича и, обогнув столик, сел на прежнее место.

— Не думал, что вы поведётесь на подростковый трюк. — Я состроил недовольное лицо. — Вам разве не докладывали, что я сделал с магом огня? Артефакты ему не помогли.

— У него и Дадиани артефакты были разряжены. — Припомнил глава ГБ доклад о том инциденте.

Я молчал. Не то что мне не хотелось отвечать, просто мысли в голове пронеслись и, как это часто бывает, свернули в другую сторону.

Сначала я подумал, как удачно напомнил власть предержащим о своих не совсем обычных способностях. Отчёты — это одно, а когда испытаешь вживую, да на собственной шкуре, ощущения совершенно другие.

Потом пришла мысль о «Книге Бездн» и Всемогущем Фыркле. У Романовых хранятся две книги из библиотеки этого мага. Надо узнать у Мэнни, вдруг такие есть в продаже на чёрном рынке.

Вот эта мысль про книги вильнула неожиданным образом, и я вспомнил, что не разобрался с рунными цепочками на обложке. Я про них просто забыл! А ведь там, среди прочих, была руна передачи!

— Иван, ты меня слушаешь? Или утёр нос старику и теперь внимание на него решил не обращать. — Прервал мои размышления Пётр Николаевич.

— Секунду. — Отмахнулся я.

Передача, не просто на неопределённое расстояние, а вообще в другой мир. И пусть она передаёт энергию, отобранную у мага, но информация тоже энергия! Лишь от качества канала связи зависит количество энергии, затраченной на передачу единицу информации.

Захотелось плюнуть на всё и бежать к себе домой за книгой.

— Пётр Николаевич. — Я шустро сложил листки в папку и завязал на ней тесёмки. — Вы долго здесь планируете оставаться?

— Иван, вообще-то, здесь командую я! — Разозлился он, видя, что я игнорирую его вопросы и вообще собрался уходить.

— Я же не мешаю. Командуйте. Мне нужно время, чтобы решить, как именно поступить с вашими подарками. До вечера постараюсь управиться.

— Я не планирую оставаться здесь до вечера. Моё время стоит дорого. — Поняв, что на окрик я не реагирую, ответил Пётр Николаевич.

— Хорошо. — Покладисто согласился я. — Пришлю к вам курьера со своими соображениями. У нас с вами времени много. Лишняя неделя погоды не сделает.

— Иванов! — Пётр Николаевич медленно выдохнул воздух. — Я пробуду здесь максимум четыре часа. Потом из Симферополя отправляется скорый поезд до Петербурга. Постарайся успеть.

* * *

— Катерина, — Обратился я к блондинке официальным тоном. — Всё, что ты сейчас узнаешь, подпадает под действие клятвы, которую ты мне дала ранее. Ты, Таня, клятву не давала, но сообщать кому-либо о произошедшем здесь не в твоих интересах. Даже дяде не обязательно знать, о чём у нас пойдёт разговор. Я бы сказал: категорически необязательно.

Будущая невеста кивнула и с интересом ждала продолжения. Майор с Мэнни переглянулись, но озвучивать свои мысли не спешили. Я выбрал для нашего разговора другой номер. Здесь раньше кто-то жил, но мне потребовалось помещение исключительно для работы. Время, валяния на кровати, кончилось.

В гостиной номера стоял большой стол, который быстро освободили от всего лишнего. Стульев хватило с запасом. Папку я положил перед собой, развязал её и начал доставать документы.

— Объясняю ситуацию. — Решил сразу всех ввести в курс дела. — Давным-давно был заключён договор между императором России и представителем Архива на оказание услуг связи и хранения информации… — Я кратко пересказал истоки возникшей с Таней проблемы. — Выход из ситуации нашёлся неожиданным. Женихом буду я. А чтобы мне скучно не было, гора Аю-Даг исключается из состава России и становится отдельным княжеством со мной во главе.

— Чего-то подобного я и ожидал. — Мэнни оживился и, я бы сказал, повеселел от услышанного.

— А я точно нет! — Майор не светился радостью, как лекарь, но и расстроенным не выглядел. — Теперь Иван принялся государство российское разрушать. Что на очереди? Земля напополам?

— Не драматизируй. Отделяемся мы всего на несколько лет. За это время нам предстоит решить вопрос с Архивом. После мы обратно вольёмся в состав России. Если захотим. Сразу предупреждаю, у нас будет абсолютная монархия, но прислушиваться к чужому мнению я буду обязательно.

— Вкусивши власти, ты от неё не откажешься. — Наставительно произнёс Мэнни.

— Я думаю он и здесь чего-нибудь этакое отчебучит, но властолюбцем точно не станет. — Неожиданная реплика майора меня удивила. — Что мы впятером будем на твоей горе делать?

— Впятером мы там сможем только на солнышке греться и брюшко отращивать. Года через два люди из Архива со смеху подохнут, глядя на нас. Как вам план?

— Очень весело. — Подала голос Катя. — Только я с вами не буду загорать. А брюшко отращивать — это совсем не про меня. Только продукты переводить.

— Ладно. Посмеялись и хватит. — Решил перейти я к делу. — Вот документы на моё движимое и недвижимое имущество. Информации мало, но, надеюсь, кто-нибудь из вас что-то да знает о нём. Сейчас меня интересуют люди, которых мы можем оттуда взять и привезти на гору. Нужно начинать масштабное строительство.