Глава 19

— Можно! А ещё можно одного знакомого архимага попросить, чтобы он песчаной бурей такую дырку в скале проделал.

— Ну ты сравнил! — Возмутился Костя. — Затраты энергии несопоставимые! Меня, конечно, надолго хватит, но это всё равно что стрелять из баллисты по мухам.

— Ошибаешься. Энергии уйдёт примерно одинаковое количество. — Возразил я. — Ты оцениваешь только внешние эффекты, но ничего не знаешь о реальных процессах.

— Пусть так. Но твой способ очень поможет при прокладке тоннелей и штолен. — Не унимался Костя. — Например, обычными методами быстро продолбить такую дырку в диабазе не получится. Слишком твёрдый камень.

— Не спеши применять непонятно что, к непонятно чему. — Я размешал начавшее плавиться золото. — Время у нас есть. Найдутся другие менее затратные способы делать дырки в камнях. Где твои «Книги Бездн»?

Костя вскрыл одну из привезённых упаковок. В середине стопки книг находился кожаный мешочек.

— Держи. Мешок можешь оставить себе. Пригодится.

— Экранирует магию? — Уточнил я, разглядывая знакомую кожу заокеанского грызуна.

— Он самый. — Подтвердил он мою догадку и на всякий случай отошёл подальше.

Положив мешочек на стол, я развязал горловину и достал две книги. Названия на обоих были затёрты до невозможности их прочитать. Помня прошлые трудности, сразу положил в нагрудный карман рубашки нож и только потом открыл книгу на последней странице. Меня сразу окружило плотное марево, а книга приклеилась к столу.

Только сейчас у меня возник вопрос: что будет, если открыть её, держа в руках? Прилипнет к ним? Выходит, Архив сам мне помог, сшив обложку.

Переключив зрение, я убедился, что руны находятся в том же месте. Орудуя ножом, быстро отделил кожу переплёта. На этот раз тянуть энергию я начал медленно, прислушиваясь к своим ощущениям. Сначала плавно уменьшил поток, идущий от меня. Потом также медленно начал его поглощать.

Фырх, который Великий, никак не реагировал на потерю энергии. Причины могли быть разные. Например, спит или пьяный в ноль. Может, занят чем-то сложным, и моя кража энергии незаметна на общем фоне его затрат.

Высасывать мага досуха мне было нельзя. Тогда другие «Книги Бездн» потеряют свою защиту. Сейчас гибнут слишком любопытные и самонадеянные, а если знания из книг станут общедоступными, то людей начнут вырезать миллионами. Не верил я в свою уникальность. Кто-то из чернокнижников ведь умудрился прочесть и запомнить руны. Пусть криво, но прочёл он их правильно.

Перестав тянуть энергию, я от души подал её в руны и тут же попытался забрать назад. Связь с Фырхом ожидаемо разорвалась, а руны погасли. Энергии они вмещали немного.

С одной стороны, я именно этого и добивался. Надеялся, что резкие колебания энергии заставят мага обратить на них внимание. Без обрыва связи с той стороны, нейтрализовать руны у меня не получится. С другой стороны, осталось острое чувство досады, причины которого я понять не мог.

Пелена вокруг меня рассеялась.

— Живой! — Радостно выдохнул Костя.

— И не надейся. — Буркнул я.

Досада потихоньку проходила. Открыв книгу на первой странице, я прочитал:

— Собрания стихов Великого Мачани. — Я глянул на Костю. — Будешь конспектировать?

— А он точно Великий? — Костя выделил голосом последнее слово.

— Точно. У них там, похоже, все великие. — Моё настроение пошло вверх, несмотря на то что книга оказалась никчёмной. Я для очистки совести пролистал несколько страниц, но никакого намёка на руны не нашёл. Только аккуратные строчки стихов. — На, глянь. Можешь прочесть?

— Бессмыслица какая-то. — Попытавшись разобрать первые строчки, произнёс Костя.

— Ну не скажи. — Я тоже пробежался по тексту. Весьма необычному, но цепляющему, что-то глубоко внутри. — Слушай:

Чуть-чуть…потихонечку…ближе и ближе…

Минутками…робко…шажочек к шажку…

Коснуться губами…ладонями…ниже…

Пить нежность…по капле…любовь…по глотку…

…

(Автор: Кристина Высоцкая.)

— В этих стихах точно магии нет? — Костя словно вынырнул из транса. — До мурашек пробирает. — Будто в подтверждение, его передёрнуло. — Надо переписать этот сборник. Обязательно надо. Пусть Татьяна перепишет в свободное время.

— Костя, вернись в реальность. — Я пощёлкал пальцами у него перед носом. — Вместе с Таней мы этот сборник будем полгода переписывать из-за частых перерывов на постель.

— Тоже, верно. — Улыбнулся он, поняв мой намёк. — Тогда мне будешь диктовать.

— Сделаем проще. Ты выпьешь зелье памяти, а я тебе быстренько зачитаю книгу. Чтоб времени на обдумывание не оставалось.

— Жалко на ерунду тратить зелье. — Костя замялся, ища другой выход. Тратить драгоценное зелье на стихи ему не хотелось.

— Поверь моему опыту. Будет у тебя в жизни ситуация, когда за знание таких стихов, ты готов будешь полцарства отдать. А тут всего одна бутылочка зелья!

Пока уговаривал Костю, подошёл к тиглю и откачал из него лишнюю энергию. Металл расплавился. Опять предстояло ждать, когда он остынет. Я вернулся к столу и открыл вторую книгу.

Ради интереса посмотрел название. «Запретная магия и почему она таковой считается. Рассуждения святого Апофита.» Пролистал книгу в поисках рун, но ничего не обнаружил. «И здесь пустышка.» — констатировал я. Хотя глупо надеяться, что из библиотеки сопрут исключительно полезные для меня книги.

Начал отрывать кожу с обложки. Действуя автоматически, задумался. Мне не давало покоя чувство досады, возникшее в прошлый раз. Чем больше я о нём размышлял, тем крепче была уверенность, что это не моё чувство. Принадлежать оно могло только Фырклу, висящему на другом конце магического канала. Так. А если…

Я быстренько закончил возиться с переплётом и подсоединился к рунам. Поток энергии, идущий от меня, прерывать не стал. Прислушался к эмоциям. Предвкушение и надежда. Можно принять за свои эмоции, но окраска у меня другая. Оттенки совсем не те, что присущи мне.

Если через эти руны передаётся не только энергия, но и эмоции, то Фырклу вряд ли интересно каждый раз ощущать агонию жертв. Должен стоять блок, отсекающий мысли и эмоции, идущие от книг-ловушек. Надо этого Фыркла заинтересовать. Пусть отключит блок.

Я начал плавно раскачивать отток энергии. При этом старался не допускать её откачку у Фыркла. Сразу решил использовать нечто вроде азбуки Морзе, но соблюдая ритмичность. Пульсации потока не должны напоминать судорожные подёргивания жертвы.

Войдя в определённый ритм, я начал просматривать труд святого Апофита. На звание «Великий» он уже не тянул, но до «святого» добрался. А может, наоборот? Неважно.

Читал я через страницу и по диагонали. Интересного для меня попадалось мало. В основном шли рассуждения о борьбе всего хорошего со всем плохим. Часто встречались отсылки к Священному Писанию. К тому же книгу нельзя было нормально раскрыть. Мне приходилось сохранять контакт с рунами.

Выходило, что в мире Фыркла рунная магия не попадала под запрет, а была широко распространена. Запретной считалась магия жизни! Лекари находились под строжайшим запретом, так как лечить они могли, только используя заёмную жизненную силу. Причём выявлялось такое лечение очень легко с помощью церковного ритуала.

Нахлынувшие эмоции заставили меня оторваться от книги. Любопытство, опасение, обречённость, и, как ни странно, равнодушие. Невозможная смесь.

— Кто ты и что тебе от меня нужно? — Словно через вату услышал я голос с ярким акцентом.

— Привет, Фыркл. — Поздоровался я. — Меня зовут Иван.

— Что тебе нужно, Иванн? Как ты смог обойти защиту на книгах? На украденных у меня книгах.

— Я их не крал. Это сделали другие. Вряд ли кто-то из них остался в живых. Предлагаю сейчас не выяснять, кто из нас прав, а кто виноват. Толку от этого не будет, разве что принесёт моральное удовлетворение.

— А тебе нужно материальное? — Рассмеялся Фыркл. — Зря надеешься. Прошли те времена, когда я был богат. Теперь я стар и беден.

— Пусть так, но Всемогущим тебя прозвали не зря. Значит, что-то можешь и умеешь. Голова у тебя никуда не делась.

— Знания и опыт ничего не стоят, если нет силы и здоровья. — Проворчал Фыркл. — Так кто ты такой и чего хочешь от меня? — Повторил он вопрос.

— Я из другого мира. Недавно ко мне в руки попали твои книги. Защита, установленная на них, оказалась несложной. Для меня несложной.

— Я заметил. — Вставил маг.

— У меня осталась единственная книга, привязанная к тебе. Как я понимаю, после разрушения канала, дистанционно восстановить его невозможно?

— Зачем тебе это нужно?

— Это нужно нам обоим. Тебе хочется вернуть молодость или хотя бы здоровье, а мне нужна информация о рунной магии.

* * *

— Иван, что-то нехорошее произошло. — Костя стоял напряжённый и на моё появление из-за пелены прореагировал с явным облегчением. — Давай выйдем наружу.

У меня раскалывалась голова после плотного общения с Фырклом. Хотелось сесть и просто посидеть в сторонке, пока мозги не перестанут плавиться.

— Что случилось? — Пролепетал я, чувствуя, что язык словно распух и не помещается во рту.

— Ты как себя чувствуешь? — Костя, наконец, обратил внимание на моё состояние.

— Пройдёт. Надо просто отлежаться. Пойдём. Расскажешь, что случилось. — Я подхватил его под руку и вывел наружу.

К нам сразу подбежали дед Степан и Татьяна. Вид у обоих был встревоженный.

— Иван, Катю похитили. — Первый заговорил дед, жалобно глядя на меня.

— Турки. Они записку оставили. — Таня протянула мне листок, исписанный на латинице. — Это турецкий язык. Они требуют, чтобы я сама приехала в Стамбул в антимагических кандалах, или её начнут пытать и высылать к нам по частям.

— Архимаг? В кандалах? — Я попробовал улыбнуться, но схватился за голову. По мозгам словно стадо слонов пробежало, отдавливая каждую извилину.

— Что с тобой? — Таня ещё больше разволновалась. Теперь уже за меня.

— Жить буду. Надо просто поспать пару часов. — Стандартно ответил я.

— Катя… — На деда было жалко смотреть.

— Погоди, Степан. Сейчас всё решим. — Я оглянулся на стоящего сзади Костю. — Будешь моим временным поверенным. — Морщась, от волнами накатывающей головной боли, поставил его в известность.

— Это как? — Не понял он. — Я не могу…

— Придётся. У Сазонова узнай, где находится местное отделение Архива. В устной форме им передашь мой ультиматум. Если через двенадцать часов Катя не будет у меня целая и невредимая, я вырежу всю династию султана. — Пришла мысль, что это немного слишком. Детей я вырезать точно не буду. — Не всю. Только тех, кто не откажется от притязаний на трон. Или что там у них в Турции вместо него? Неважно. Поймут.

— Задержка при передаче сообщений через Архив может составлять от шести до двенадцати часов. — Напомнил Костя.

Татьяна с дедом Степаном смотрели на меня выпученными глазами. Майор, стоя в сторонке, с интересом наблюдал за нами, но даже рожи не корчил, изображая недоумение или возмущение. Такое чувство, что ему было пофиг.

— Специально для Архива уточни, они мне должны за попытку убийства. Протянут время, следующими, после турок, будут они.

— Иван, может стоит подумать? — Костя сделал попытку вразумить меня. — Это же международный скандал, а Катя…

— Сейчас Катя. Потом ещё кто-нибудь из близких нам людей. Потом твои дети в заложники попадут. Или ты хочешь Таню в кандалах отправить? — Голова болела, и я начал злиться. — Турки поступают как бандиты. Бандитов нужно наказывать. Или у тебя есть сомнения, что я не выполню угрозу?

— Бог с ними, с турками. Архив — это уже другой уровень. Не стоит им угрожать.

— Архив зарвался! Почувствовал себя вершителем судеб. Пора его ставить на место. — Сил на уговоры у меня не осталось. — Начнут возражать, разрушь их здание, или где они там сидят. Ты мой поверенный и действуешь от моего имени.

— Я не смогу разрушить одно здание. Только с половиной города. — Нашёл уважительную причину Костя.

— Я смогу. — Тане надоело слушать препирательства. — Если ты, Костя, отказываешься, то я выступлю в качестве поверенного Ивана.

— Тогда не просто Ивана, а князя Иванова, властителя княжества Аю-Даг. — Подал голос майор. — Нюансы с юридическим оформлением сейчас роли не играют.

— Тогда я передам ультиматум в качестве его жены. — С вызовом глядя на брата, сказала Таня.

— Только не ты. Ещё решат, что я за юбку спрятался. Костя, действуй. Больше никаких возражений. Вся ответственность на мне. — Новый приступ головной боли заставил меня покачнуться. — Майор, проводи меня до постели.

* * *

— Барон Сазонов, вы знаете, где находится местное отделение Архива? — Машина Константина остановилась возле лагеря охраны.

— Разумеется, Ваше Императорское Высочество. — Кивнул барон, подошедший к водительской двери.

— Сопроводите меня с сестрой до него. И вот ещё что. Здесь наверняка крутятся репортёры из разных газет и журналов. — Костя вопросительно посмотрел на барона, ожидая ответа.

— Есть. Из наших и из зарубежных изданий. Все у нас на заметке. Ничего лишнего мы опубликовать не разрешим. — С готовностью ответил Сазонов.

— Сколько времени нужно, чтобы их всех собрать возле здания Архива?

— За час управимся, Ваше Императорское Высочество.

— Давайте за полчаса. Кто не успеет — это их проблемы. — Костя оглянулся на сестру, сидящую рядом на переднем сидении. — Гроза будет?

— Обязательно. — Решительно кивнула Татьяна.

— Захватите дождевики, барон. И журналистов предупредите о дожде.

— Позвольте заметить, Ваше Императорское Высочество, что ваш отец будет очень недоволен, если вы устроите конфликт с Архивом.

— Что вы, барон. — Костя улыбнулся. — Я всего лишь посредник. Конфликтовать будет Иван, а он, де-факто, не подданный моего отца.

— Татьяна Павловна…

— Не начинайте барон. Делайте, как приказал Константин. — Таня демонстративно отвернулась и уставилась в окно.

* * *

— Вот это здание. — Сопровождающий, выделенный бароном Сазоновым, указал на неприметный домик, приютившийся с краю площади.

Архив обычно открывал свои представительства в административных зданиях. Однако Алушта была приграничным городом. Несколько раз за свою историю по городу прокатывался каток войны. Поэтому здание, неприметное снаружи, имело толстые стены и много этажей, уходящих в землю. Архив старался сохранить свои секреты, даже находясь в центре сражения.

— Пойдём внутрь? — Спросил Костя.

— Зачем. Уверена, они знают, что мы подъехали и следят за нами. Пусть выходят сами. Журналисты ещё не подъехали. Время есть. Успеем размяться. — Таня открыла дверь и вышла на улицу. — Мне как раз нужно от излишков энергии избавиться. Нанервничалась я сегодня.

Костя тоже выбрался из машины и отошёл чуть в сторону. По площади пронёсся лёгкий ветерок. Намного громче зашумели деревья. Ветер с увеличением высоты становился сильнее.

Прогуливающиеся по площади горожане и отдыхающие, чуя недоброе, поспешили удалиться или попрятались в общественных зданиях.

Таня ещё ни разу не пробовала создавать молнию отдельно от себя. Но раз Иван говорит, что это возможно и совершенно нетрудно, значит, так и есть. Для тренировки она выпустила несколько молний из ладоней. Брызнули в стороны осколки камня. Где-то в окнах зазвенело разбитое стекло. Поспешили скрыться самые непонятливые отдыхающие.

Представить скопление неведомых зарядов, о которых ей рассказывал Иван, Таня не могла. К тому же эти заряды должны быть разными. Что это такое, девушка тем более не понимала. Ей было проще представить саму молнию. А магия делала остальное.

Отбросив мысли об усталости, Таня мысленно поставила копию себя перед входом в Архив и направила молнию в неё с неба. Слабенькую. Удар грома раздался одновременно со вспышкой молнии. Гранитные ступени крыльца покрылись трещинами.

Глянув на брата, Таня пожала плечами на его осуждающий взгляд.

— Я только учусь. А вот и журналисты спешат. — Кивнула она на трёх человек в дождевиках. Один из них нёс редкую, и поэтому очень дорогую, фотокамеру. — Давай начинать.

Три молнии сорвались с руки девушки одна за одной и ударили во входную дверь Архива. Таня хотела изобразить стук в дверь, но получилось совсем не похоже.