Глава 14

— Вася, подъём! — Я легонько пнул уснувшего напарника. Тот сразу открыл глаза. — Лёгкий перекус и выходим.

Молча поднявшись, недовольный Василий направился за мной к костру. Успокаивать его и убеждать в своей дружбе, сваливая на обстоятельства, я не собирался. Не мальчик. Вместо этого я решил провести дополнительный инструктаж, опираясь на новую информацию.

— Запомни. С местными общаюсь только я. Ты ни в коем случае не влезаешь в разговор, включая общение знаками и жестами. — Объясняя порядок действия, я налил себе и Васе чай из чайника, висевшего над костром. — Для тебя местных людей просто не существует. Если что-то нужно, то спрашивать меня. Я передам твой вопрос, но реагировать на ответ, ты должен не раньше, чем услышишь его повтор от меня.

— Что за дикость ты мне предлагаешь? — Василий забыл про обиду и таращился на меня, как на сумасшедшего. — Как это будет выглядеть со стороны?

— Без разницы. Нам с местными детей не крестить. — Отрезал я и протянул ему кружку. — Ты слышал, что случалось со штрафниками, которые умудрялись полюбовно договориться с местными?

— Вон ты о чём. — Василий задумчиво отпил тёплого напитка. — Предлагаешь подставить себя под удар Аберрации? — Он посмотрел на меня, ожидая ответа.

— Вряд ли мне что-то грозит серьёзное. Подозреваю, из-за того, что я не маг, даже не потенциальный, Аберрация не обращает на меня внимания. — Я протянул Васе приготовленный ранее бутерброд. — Мне не удастся раскрыть несуществующие магические способности. Накопители я не чувствую. Какая-то польза от меня должна быть?

— Ты об этом разговаривал с Вашим Благородием? Где он, кстати?

— Не совсем об этом, но близко. Командир проверил раненых и ушёл к железке. Обещал вернуться вскоре после нашего ухода.

Вася молча пил чай, обдумывая свои мысли.

— Я сюда попал для полного пробуждения магического дара. — Наконец, заговорил он. — Именно в этом смысл моего нахождения здесь. Если до этого момента я найду артефакт, то передам его тебе.

— Благородно с твоей стороны, но давай не будем торопиться. — Остудил я его альтруизм.

— Доброе утро! — Раздался голос Двенадцатой за нашими спинами.

— Как самочувствие? — обернулся я к девушке.

— Получше. — Вздохнула она. — Хоть немного соображать начала. А то всё как в тумане. — Её передёрнуло от воспоминаний. — Бедная Люська.

— Ты только сопли не разводи. Не в той мы ситуации, чтобы о других горевать. — Оборвал я начинающиеся причитания. — Иди поешь, да за ранеными приглядывай, пока Ваше Благородие не вернётся.

— А вы куда? — Встрепенулась девица. — В Аберрацию? Я с вами пойду. Раненым ничего не грозит. Наш Благородие их хорошо подлечил. Ничего с ними не сделается.

— Разбираешься в лекарском деле? — Поинтересовался Василий.

— Немного. Не в магическом лечении, конечно. У нас в деревне магов не было никогда. — Двенадцатая, пока шёл разговор, сама налила себе чаю и села напротив нас. С другой стороны костра. — Я больше про лечение травами знаю.

— Так ты деревенская? — Удивился Василий.

— Ну да. А ты что подумал? — Улыбка преобразила лицо Двенадцатой до неузнаваемости. Она уже не казалась такой страшной, и даже родинка её не сильно портила. Но длилось это всего мгновение. Так как в следующую секунду глаза у неё заблестели. — Это Люська была настоящей дворянкой. За магией побежала. Добегалась.

Девушка уткнулась в кружку.

— Если будешь болтать без умолку и слёзы лить через каждую минуту, то мы тебя лучше здесь прирежем. — Добавив в голос угрозу, пообещал я. — Из-за одной несдержанной дуры мы уже четверых потеряли. Я думаю, хватит.

— Я ни звука не издам. — Оторвавшись от кружки, Двенадцатая с вызовом посмотрела на меня.

— Поверю тебе на слово. Но любая ошибка с твоей стороны станет последней. Никаких других шансов не будет!

Я нахмурил брови для пущего эффекта, но он получился обратный. Двенадцатая улыбнулась. Рвавшийся наружу смешок она подавила, показывая, что обещания держать умеет.

— У тебя лицо хладнокровного убийцы, но мимика доброго человека. — Объяснила она своё веселье.

— Но это не значит, что выбирая между жизнью всего отряда и твоей, я проявлю галантность. — Предупредил я. — Двенадцатая, придумай себе короткое имя. По номерам общаться слишком громоздко. Мы, например, Васи.

— Катя меня зовут. Это настоящее имя. И я на него откликнусь в любом состоянии. — Не раздумывая, сообщила девушка.

— Вась, а тебе не кажется, что деревенские девицы пошли слишком грамотные и образованные. — Обратился ко мне Василий.

— Не всё ли равно? Это имеет значение там. — Я кивнул в сторону запада. — Здесь мы все равны. То, что Катя умная, нам только в плюс к выживаемости. А то, что она пойдёт голодная, минус уже ей.

— У меня аппетита нет. — Покачала она головой. — Чаю попью и хватит.

— Дело твоё. — Уговаривать я никого не собирался. — Вася, проведи инструктаж по поводу разговоров с местным населением, пока идём до тумана.

* * *

Стрельба на улице снова усилилась. Вася, пригнувшись, направился к окну, я к краю пола. Катя высунула голову из стены и разглядывала остатки комнаты при свете дня. Я внимательно осмотрел пространство внизу. Никаких сюрпризов не заметил и приблизился к Васе. Тот осторожно выглядывал в окно, прячась за грязным осколком стекла, чудом уцелевшем в раме.

— Что там? — Не высовываясь, спросил я.

— Стреляют. Никаких изменений. Немцы рядом с нами, но в сторону дома даже не смотрят. — Вася отодвинулся от окна и совсем тихо произнёс. — Здесь кто-то был.

— Уверен?

— Тела осматривали. Ручки ножей под диваном торчат маленько не так. На краю пола есть свежий след от кошки, воткнувшейся в доски.

Я оглянулся и действительно обнаружил глубокие борозды.

— У тебя фотографическая память?

— Нет. Просто я очень внимателен к мелочам. Положение обязывает.

— Буду знать, к кому обращаться. — Пробормотал я. Следовало давно понять, что Вася не простой мажор, а хорошо обученный. Иначе можно крупно проколоться. — Проверь на всякий случай верёвку. Не хочется навернуться с высоты на острые обломки.

Внизу, в проёме, который я расчистил, показалась голова в знакомой балаклаве, следом вылезла рука и помахала мне.

— Гости уже пришли, будьте наверху и помните про разговоры. — Напомнил я Васе. — Как обсудим предварительные условия с местными, позову вас.

Спустившись по верёвке, молча кивнул Тинил, и с интересом посмотрел на мужчину, пробравшегося через лаз, следом за ней. У него, в отличие от Тинил, явно наблюдались монголоидные черты лица.

— Это мой командир. — Представила разведчица мужика.

— Эттув. — Протянул тот левую руку для рукопожатия.

— У нас принято здороваться правой рукой, но учитывая, что мы в гостях… — Заметил я, ответив ему на рукопожатие тоже левой и представившись: — Вася. Моего напарника тоже зовут Вася. А девушку Катя.

Тинил бросила заинтересованный взгляд наверх. Эттув завис буквально на секунду. Потом улыбнулся уголками губ и кивнул.

— Твои друзья будут спускаться? — Поинтересовалась Тинил, переведя взгляд на меня. Я отрицательно качнул головой. — Тогда пойдёмте в уцелевшую квартиру и поговорим нормально. — Она показала рукой на лаз.

— Пошли. — Согласился я. Общение вполголоса, почти шёпотом, утомляло.

Изобразив пантомимой, чтобы Василий посматривал за округой, я первым пролез за стену. На бывшей лестничной площадке меня встретили двое крепких парней. Они были спокойными. Напряжённости в их движениях я не заметил. Значит, поставлены просто для охраны, а не захвата.

Втроём мы прошли в уже знакомую мне квартиру и сели за стол. Стульев как раз хватило на всех.

— Итак, Василий. — Первым заговорил Эттув. — Чего вы хотите, и что предлагаете взамен.

— Сначала небольшое, но важное уточнение по регламенту нашего общения. — Начал я. — Все разговоры, и вообще любое общение, вести только и исключительно со мной. Без вариантов. Ни письменно, ни жестами, ни как иначе с другими моими людьми не общаться. Это очень важно. Прежде всего для нас. Если сейчас ваши люди лезут к Васе, чтобы поболтать без моего надзора, советую их остановить. Это смертельно опасно для моих людей.

— А лично для вас? — Необычная просьба не вызвала удивления у Эттува.

— Вроде нет. Учитывая, что я разговариваю с вами и до сих пор жив.

Эттув бросил взгляд на Тинил и легонько кивнул. Разведчица быстро вышла из комнаты. Она отсутствовала не больше минуты.

— Я проинструктировала парней. — Сообщила Тинил, опускаясь на стул.

— Благодарю. — Кивнул я женщине. — Теперь можем спокойно продолжить. Что нам нужно? Возможность собирать предметы, которые нас заинтересуют. В основном это невзрачные с виду камешки, железки, и прочие мелочи. Что мы можем предложить взамен? Я не знаю. — Развёл руками. — Мы ничего не можем пронести через туман, который разделяет наши миры. Ни в одну, ни в другую сторону. Кроме нужных нам предметов.

Тинил молчала. Эттув, казалось, опять завис.

— С какой стороны у вас расположена печень, а с какой селезёнка? — Задал он неожиданный вопрос.

— Печень справа, селезёнка слева. Относительно меня. — Я вопросительно посмотрел на Тинил. Она правильно поняла моё выражение лица.

— Эттув — самый лучший аналитик из известных мне. Иногда он задаёт вопросы, кажущиеся странными, но его выводы точны в подавляющем большинстве случаев. — Пояснила она. — У нас, кстати, внутренние органы расположены по-другому. Зеркально.

— По словам Тинил, ты пришелец не только в нашем, но и в мире, из которого вы пришли. — Произнёс Эттув. — Можешь рассказать, как это получилось?

— Кто бы мне рассказал. — Я почесал подбородок. — Умер у себя, очнулся в другом мире и сразу попал в группу бедолаг, которых отправляют на поиски магических накопителей…

* * *

Эттув слушал меня, уставившись в одну точку. После того как я закончил краткое описание сложившейся ситуации, он молчал ещё минут пять. Тинил ободряюще улыбнулась на мой недоумённый взгляд.

— Ты намеренно скрыл часть информации о своём появлении в том мире. — Наконец, ожил Эттув. — Для нас это не имеет значения. К сожалению, магии в нашем мире нет. Поэтому твои друзья интереса не представляют. Даже хорошо, что им нельзя общаться с посторонними. Монархические идеи в нашем обществе, мягко говоря, не популярны и можно нарваться на конфликт.

— Меньше всего меня интересует политика. — Заметил я. — Дня через три все парни, которых ранило, будут здоровы. Нам бы просто пройти к вам в тыл и спокойно пошариться по округе. — Предложил я простой, на мой взгляд, вариант. — Я лично из технически более продвинутого мира. Могу вам рассказать, если не точные рецепты, то хотя бы задать направление развития науки лет так на восемьдесят вперёд. Ваш технологический уровень совпадает с уровнем наших шестидесятых годов. То есть отстаёт от моего лет на восемьдесят. — В глазах Эттува появился интерес. — Я прошёлся по этой квартире. Нет ни холодильника, ни телевизора. Примитивные лампы накаливания. Компьютеры у вас уже есть?

— Что это такое?

— М-м… Электронно-Вычислительные Машины. ЭВМ, сокращённо.

— Несколько штук у нас построены. Используются учёными для сложных вычислений. — Кивнул Эттув. — За границей тоже есть.

— На лампах? Ломаются каждые десять минут и часами ремонтируются? — Вспомнил я про первые ЭВМ.

— Точно не скажу. Не приходилось на них работать. Я в несколько другой области трудился в мирное время. — Признался Эттув.

— В моём мире компьютеры были везде. В машинах, в телевизорах, даже в обычных чайниках. Компактные. Экономичные и очень быстрые. Про оружие даже упоминать не буду. Вы в космос уже полетели?

— Наш космонавт первым совершил полёт вокруг Земли. — Вмешалась Тинил в разговор. — Для чего в чайнике нужна ЭВМ?

— вы сможете повторить эту технологию?

— ЭВМ следит за уровнем воды, за её температурой и может включить чайник в заранее заданное время. — Объяснил я преимущества такого чайника, хотя сам всегда пользовался более простым. — Могу поделиться всем, что мне известно про компьютеры, включая некоторые принципы создания многокомпонентных схем. Когда на маленьком кристалле кремния создаются десятки миллиардов транзисторов. При массовом производстве такой компьютер стоит копейки, почти не потребляет электричества и превосходит по производительности имеющиеся у вас монстры в миллионы раз.

— Я предлагаю вам записывать свои воспоминания. Позже мы отдадим их специалистам. Возможно, что-то из этого получится. — Одобрительно произнёс Эттув. — Вы извлекли пулю из ноги Тинил. Сможете помочь другим нашим раненным?

— Сомневаюсь. — Сказал я. — Дело в том, что я видел эту пулю в теле. Чистая случайность, что она оказалась именно тем предметом, который нам нужен. Вряд ли у вас есть оборудование, которое позволит видеть сквозь живые ткани все перемещения моей руки в теле раненого.

— Как насчёт передачи своих знаний рукопашного боя? — Опять вмешалась Тинил. — Если техника секретная в вашем мире, то здесь это обстоятельство не должно служить препятствием.

— Легко сказать. — Грустно усмехнулся я, глядя на женщину. — Эта, как ты говоришь, техника, основана на особенностях моего организма. Я просто-напросто быстрее! Быстрее реагирую. Быстрее двигаюсь. Я не знаю, как этому можно научить.

Повисла тишина. Эттув снова погрузился в размышления.

— Давайте я вам обрисую ситуацию. — Наконец, заговорил он. — Мы медленно, но верно отступаем. День, два и подступов к этому дому у нас не будет. Из-за того, что здесь нельзя широко использовать тяжёлое вооружение, нас задавливают числом. Когда мы сможем снова отбить этот участок, совершенно неизвестно.

— Что ты такое говоришь, командир⁈ — Возмутилась Тинил.

— Правду говорю. Неприятную, но правду. — Спокойно посмотрев на женщину, ответил он. — У нас недостаточно сил для удержания этих позиций. Резервисты ещё не готовы для вступления в бой. Глупые потери никому не нужны. — Эттув повернулся ко мне. — Имея на руках, что-то ощутимое, я могу оказать давление на командование, и убедить его задействовать имеющиеся резервы на нашем участке фронта. Но ради воспоминаний пришельца из другого мира меня никто слушать не станет.

— А если вы пустите нас к себе в тыл? Парни станут спокойно собирать нужные нам предметы, а я займусь записью воспоминаний. — Когда фронт вернётся, мы уйдём. — Предложил я.

— Не выйдет. Это месяцы. Вы столько не проживёте. Умрёте от голода.

— Ты о чём, Эттув? — Снова не сдержалась Тинил.

— Правое и левое. Они поменяны не только на макроуровне. Расположение органов. Бытовые привычки. Посмотри, как застёгнуты его пуговицы. Уверен, в вашем мире большинство составляют правши. — Он вопросительно посмотрел на меня. Я кивнул.

— Мы даже пишем слева направо. Я с трудом смог прочитать ваши газеты. — Подтвердил его догадку.

— Вот. Боюсь, на микроуровне происходит то же самое.

— Хиральность молекул. — Вспомнил я нужное слово. — Ваша пища не будет усваиваться нашими организмами по причине полной несовместимости.

— По этой же причине мы не можем заразиться вашими болезнями, а вы нашими. — Продолжил Эттув. — Но тела ваших погибших товарищей я предлагаю сжечь.

— Не возражаю. — Вздохнул я. — Эттув, хотя бы пара дней у нас есть?

— Пару дней фронт удержим. Я поговорю с командующим лично. Мою, небольшую просьбу он выполнит без объяснения причин. — Он понял, чего я хочу. — Можете походить по нашим тылам, где не запрещено, но в ответ, прошу тебя записать всё, что успеешь.

— Вы продержитесь два дня без еды и воды? — Спросила Тинил.

— Без еды. — Поправил я разведчицу. — Вода. Чистая вода, хиральностью не обладает.

— Тинил, ты приставляешься к нашим гостям в качестве сопровождающего. — Распорядился Эттув. — А сейчас давайте решим вопрос с вашими павшими товарищами.