Глава 21. Роман

Ночь пролетела как одно мгновение. Я приоткрыл глаза и увидел Леру, спящую рядом. Она лежала в необычной позе: животом вниз, раскинув руки и ноги, уткнувшись носом в мое плечо. Ее тихое сопение напоминало дыхание ангела. Иногда уголки ее губ поднимались в легкой полуулыбке. Мне захотелось проникнуть в ее сны, узнать, что радует это милое создание. Тело занемело от долгого лежания, пальцы покалывали, но я не посмел потревожить ее сон, продолжал наблюдать. Ночью мы успели сходить в душ и надеть пижамы. На Лере была смешная ночная рубашка с единорогами, прыгающими через облака. Каждый зверёк строил рожицы, и я не удержался от смеха. Лера обиделась, но я быстро загладил вину, объяснив, что она возбуждает меня в любом виде, даже если обернется подарочной бумагой. Утренние лучи солнца играли в ее ресницах, ласкали румяную щеку. Мои пальцы скользнули по ее коже, руке, груди. Я даже провел по одному из единорогов, словно он веселился с самого утра. Улыбка тронула мои губы. Лера зашевелилась, медленно открыла глаза, и наши взгляды встретились. Слов не нужно. Нам обоим хорошо. Никто ни о чем не жалеет – это главное. Я даже подумал, что сейчас самое время все рассказать. Глядя в мои глаза, она поверит, что прошлая ночь была откровением, а не обманом. – Пап! – раздался растерянный крик Дениса за дверью. Мы замерли, как два изваяния. – Черт! – первая опомнилась Лера. – Он не должен видеть нас таких, – запаниковала она и начала метаться в кровати. – Каких таких? – усмехнулся я, натянув простынь повыше. – Рома, я не шучу! Денису это может показаться странным. – И что ты предлагаешь? – снова усмехнулся я. Последовал сильный толчок в бок. От неожиданности и силы, которую приложила хрупкая девушка, я слетел на пол. Лера подскочила, закрыла мне рот ладонью и вытолкала на террасу. – Лера, ты шутишь! – возмутился я, оказавшись босиком на холодном полу. – Мы не должны травмировать ребенка! – твердо заявила она, рыская в поисках моей обуви. – А меня можно травмировать? – Ты большой мальчик. Переживешь! На крайний случай к психологу сходишь. Я открою тебе дверь на кухне. Скажи, что ты бегал. – Серьезно, Лера? В пижаме? – Она чмокнула меня в губы. Закрыла стеклянную дверь перед носом. Через стекло я увидел, как она успокаивает Дениса. Я стоял, опершись на стену, и сдерживал смех. Умора! Меня выгнали из спальни, словно подростка, застуканного у своей несовершеннолетней подружки. Другого выхода не оставалось. Пришлось обойти дом и войти через кухню. Лера уже открыла дверь. – Доброе утро! – бодро сказал я. – Вы уже не спите? Денис подбежал и обнял меня. – Я не нашел тебя в твоей комнате, – проговорил он обеспокоенно. – Валерия Андреевна сказала, что не видела тебя. Я испугался. Лера покраснела, но Денис не заметил. – Все хорошо. Я вышел на улицу, чтобы проверить погоду, – успокоил я его. – Не хотел шуметь. Но раз все проснулись, давайте готовить завтрак. Денис встретил идею с восторгом. Он сразу заказал блины и пообещал помочь с готовкой. С энтузиазмом бросился на кухню, чтобы поставить чайник, по дороге рассказывая, как обычно помогает Евгении. Пока он был занят, я воспользовался моментом и поцеловал Леру. Она, боясь, что Денис заметит, смущенно отпрянула, словно обожглась. – Валерия Андреевна, откуда у вас столько силы? – прошептал я с улыбкой. – И как часто вы выгоняете любовников через окно своей спальни? Ты так быстро сообразила, что делать. Лера рассмеялась, но ничего не ответила и пошла за Денисом. Уже через полчаса мы сидели за столом, завтракая блинами. Лера пила свой любимый ромашковый чай, я – черный кофе без сахара, а Денис – молоко. Три человека, три разных вкуса, но это не мешало нам чувствовать себя в полной гармонии. Денис смеялся, шутил и старался рассмешить Леру. Он рассказывал что-то взахлеб, словно боялся, что это всего лишь сон – хороший сон, который исчезнет с первыми лучами солнца. Позже, как и планировали, мы отправились на рыбалку. Мой мальчик с гордостью делился секретами хорошего клева, показывал, как забрасывать удочку, подсекать и вытаскивать рыбу. Когда первая рыбка клюнула на удочку Леры, они с Денисом радовались, как дети: обнимались, смеялись и даже немного поддразнивали меня. Они наперебой уверяли, что приготовят лучший обед в нашей жизни. Вернувшись домой, они вместе уложили наш скромный улов в духовку и нарезали огромную тарелку салата. Хотя в желудке было больше овощей, чем рыбы, ни Лера, ни Денис не жаловались и даже отказались от дополнительной еды. Посуда быстро оказалась в посудомоечной машине, а стол освободился для настольных игр. Мы играли в домино, а затем в дженгу. Я три раза подряд выиграл, и Денис с восхищением заявил, что я – лучший строитель. Тема, которая могла бы стать опасной, подкралась слишком близко, но я не стал поднимать ее при Денисе, чтобы не испортить момент. Снова отложил важный разговор на потом. На мгновение мне показалось, что Лера что-то заподозрила и хотела задать вопрос, но Денис поднес новую коробку с игрой, и она отвлеклась. Настала очередь «Монополии». В этот раз удача улыбнулась новичку – Денису, а мы с Лерой шуточно возмущались своим банкротством. Легкий ужин, вечерний фильм, ночь любви – воскресенье было идеальным. Но неизбежность наступила быстро: вечером пришло время возвращаться домой. Без преувеличения можно сказать, что все загрустили. Едва мы попрощались, как я уже начал скучать. Мне не хотелось расставаться. Лера, с присущей ей мудростью, объяснила, почему не стоит торопиться. Меня тронуло, что все ее мысли и переживания были о Денисе. Как отец, я должен был думать о его спокойствии и душевном равновесии, но эгоистично мечтал прибрать Леру к себе, унести в свою «берлогу» и никогда не отпускать. И только моя совесть, как назойливый шепот, напоминала: «Ты обманываешь ее или себя?» Несколько недель пролетели мгновенно. Наш роман и страсть разгорелись, как костер в ночь Ивана Купалы – ярко, жарко, искры летели во все стороны. Близкие не могли не заметить. Кирилл спрашивал, как дела, а я отмалчивался. Евгения улыбалась, всем видом показывая, что знает о наших отношениях и одобряет их. Даже Денис однажды подошел ко мне вечером и серьезно спросил, не хочу ли я снова жениться. Я пообещал, что мы вместе выберем кольцо для будущей избранницы. Счастье любит тишину, и я молчал. Мне нравились наши с Лерой разговоры по телефону, легкие прикосновения, когда мы встречались в школе, ее радость, когда я дарил ей букеты. Ночные свидания – ужины в ресторанах, кино по всем канонам романтики – и, конечно, ночи любви. Все это было как сон, который я боялся нарушить. Но сны имеют свойство заканчиваться. – Если не прогонишь, сегодня я могу остаться на ночь, – сказал я, возвращаясь с очередного ужина. Сегодня я пригласил ее в красивое место и с радостью наблюдал за блеском ее глаз. Вырез на груди ее черного платья сводил меня с ума, и я мечтал вернуться домой как можно скорей. Воображение дорисовывало картину, как я снимаю с нее строгий черный пиджак, приподнимаю подол платья. Лера заколебалась, и я поспешно объяснил, что Денис в гостях у Евгении. Она расслабилась, вышла из машины и остановилась на крыльце. – Помнишь, как все началось? – хихикнула она. – Ты обнял меня здесь. Я чуть в обморок не упала. – А я потерял голову, когда ты разбила вазу в моем здании. – Мне до сих пор стыдно за это. Хорошо, что мы тогда встретились… Хотя, чуть позже мы бы все равно познакомились в школе. Думаешь, знай ты тогда в здании, что я учительница твоего сына, ты бы со мной начал заигрывать? Правда и ложь смешались, и на мгновение это перестало иметь значение. Как будто всё происходило в прошлой жизни, а сейчас важно только одно: мы есть, мы вместе. Что может помешать нашему счастью? Я обнял Леру со спины. Она открыла дверь, но замерла на пороге. Охваченный страстью и неудержимым желанием, я резко развернул её к себе и слегка подтолкнул внутрь. Её дыхание, сладкий вкус поцелуев, лёгкая дрожь – всё это разжигало моё желание с невероятной силой. Я схватил Леру за бёдра, поднял и усадил на кухонный стол. Теснота и скрип старой мебели не стали помехой, а лишь добавили остроты моменту. Воздух будто искрился, и ночь обещала быть долгой и страстной. От моих жадных прикосновений тело Леры затрепетало. Она таяла, как лёд под палящим летним солнцем. Мои губы не могли остановиться: они скользили по её руке, шее, ключице. Поцелуи стали глубже, жарче, сопровождались лёгкими укусами и касаниями языка. – Я хочу тебя видеть, – прошептала Лера, задыхаясь от желания. Каким-то чудом ей удалось дотянуться до выключателя, и свет заполнил комнату. Яркий свет ударил по глазам, заставив меня зажмуриться, но я продолжил целовать Леру, не желая прерывать момент. – Не, ну так не пойдет! Вы мне аппетит портите! – раздался женский голос, и мы замерли, словно окаменели. В отличие от моей заторможенности, Лера среагировала мгновенно. Она резко обернулась в сторону звука, соскочила со стола и начала торопливо поправлять растрепанную одежду и волосы. – Василиса, черт побери! – выкрикнула Лера. Только тогда я заметил, что на другой стороне стола сидела девушка, похожая на Леру, но не совсем. Ярко-красные волосы, стриженные под каре, дерзкий взгляд – полная противоположность кроткой и нежной Лере. – Я не виновата! Это вы тут родео устроили! – с набитым ртом произнесла она. – Вы в курсе, что это стол, и нормальные люди здесь едят, а не… – Прости! – смущенно сказала Лера, обернувшись ко мне. Я продолжал наблюдать за сестрой Леры, недоумевая. Она сидела за столом с невозмутимым видом, доедая огромный сэндвич с колбасой, салатом, помидорами и майонезом. Вспомнилось, как Лера рассказывала о своей сестре – фитнес-гуру, помешанной на здоровом питании. Лера, заметив мой взгляд, тоже не удержалась от вопроса: – Вася, что ты тут делаешь? – Ем! – ответила она и с аппетитом вгрызлась в сэндвич. Девушка замурлыкала от удовольствия, а я не сдержал смеха, вспомнив, что Лера издает такие же звуки, когда наслаждается едой. – Я поняла, что ты не на пианино играешь! – прыснула Лера. – Ночь на дворе, а ты пришла поесть? Василиса, проглотив кусок, сделала серьезное лицо, отставила тарелку и уставилась на меня взглядом, словно я был пойманным преступником. Мне стало не по себе. – Лера, нам нужно поговорить. Это важно. Я не знала, как тебе сказать… – начала она с драматической паузой. – О чем? – голос Леры дрогнул, а у меня сердце замерло. Чутье подсказывало: ничего хорошего эта встреча не сулит. – Ты должна это знать! Я больше не могу скрывать от тебя эту важную информацию! – О чем ты говоришь? – обеспокоенность заставила голос Леры дрожать. – Под покровом ночи… – она сделала паузу, словно даже воздух замер в ожидании. – Я превращаюсь в ночную жрицу и жру всё подряд! – Василиса! – закричала Лера, одновременно возмущенная и облегченная. – Ты меня доконаешь! Рома, прости за её странное чувство юмора, – обратилась она ко мне. Я не сдержал смеха. Эта сестричка чуть не довела нас до сердечного приступа! А я-то думал, что меня сейчас разоблачат. – Я давно от тебя это скрывала, не хотела травмировать твою нежную психику, – продолжала Василиса с набитым ртом. – Знаешь, как сложно признаться, что в нашей семье две обжоры? Только ты ешь днём, а я шифруюсь ночью. Представляешь, какой груз лежал у меня на душе? – Ты понимаешь, я чуть с ума не сошла, думая, что у тебя что-то случилось! – А что, нельзя было признаться? Вы ещё на той стадии, когда твой мужчина думает, что ты питаешься, как птичка? Только непонятно, какая: колибри, которая пьёт нектар, или баклан, заглатывающий рыбу целиком. – Василиса, прекрати! – прошипела Лера сквозь зубы. Затем, с виноватым видом, повернулась ко мне: – Рома, прости, это исчадье ада – моя сестра Василиса. Я даже забыла вас представить. – Роман, – кивнул я. – Лерка, у тебя роман с Романом? Как-то скучновато. А где что-то экзотическое: Аслихан, Жангир, Нариман? – Василиса ехидно улыбнулась. – Простите, Роман, но вы с вашей небритостью и мрачным видом больше похожи на… Она запнулась, сделала глоток напитка, и у меня мелькнула дурная догадка: она чуть не сказала «на Мурзаева», – моего компаньона Кирилла Мурзаева. – Роман Адский, – представился я снова, внимательно наблюдая за её реакцией. – Адский? Это забавно! – рассмеялась она, даже не взглянув на меня. – Вася, ты что, выпила? Тебя куда несёт? – возмутилась Лера. Без лишних слов я понял: вечер испорчен, о страстной ночи можно забыть. Лера была раздражена, а её сестра вела себя странно. Очень странно. Я даже немного посочувствовал Кириллу, но в то же время посмеялся про себя: только такое «исчадье ада», как Василиса, могло сбить с него спесь. Как ни хотелось, пришлось прощаться. Лера проводила меня до двери, извинилась за испорченный вечер и пообещала всё компенсировать. Пока я шёл к машине, моя фантазия рисовала картины, как она это сделает. За этими мыслями я даже не заметил тихих шагов за спиной. – Роман Степанович, постойте! – резко произнесла Василиса. Её тон был строгим, без намёка на шутки. Я не говорил ей своего отчества. Мои подозрения подтвердились: она всё знала. – Василиса, – обернулся я. Её поза говорила сама за себя: спина прямая, подбородок поднят, взгляд уверенный. Ничего общего с кроткой Лерой. На секунду я даже усомнился, что они близняшки. – Она знает? – спросила строго. – О чём? – попытался я выкрутиться. – Название «Новосторой» вам о чём-то говорит? – Её глаза сверкнули. – Не отпирайтесь, это бесполезно! Перефразирую вопрос: знает ли моя сестра, что вы директор говеной фирмы, которая хотела лишить её дома? Битва была проиграна. Отпираться бесполезно. – Не знает. Но это ничего не меняет. Я люблю Леру, – твёрдо сказал я. – Ты её обманываешь! – прошипела она гневно, подошла ближе и больно ткнула меня пальцем в грудь. – Я не позволю её обижать! – Я не обманываю. Я просто не рассказал всю правду. Я скрыл… Но это уже не важно, – попытался я оправдаться, но сам не верил своим словам. – Не важно? Кому не важно – тебе или ей? Лера должна знать правду! – её голос дрожал от гнева. – Она имеет право решать, что делать с этой правдой и как поступить с тобой! – Я ей расскажу, – согласился я, решительно. А в душе росли сомнения. Что, если Лера не простит? Что, если не поверит? Что будет с Денисом? Со мной? Василиса, заметив мою неуверенность, вынесла приговор: – Даю тебе неделю. Если не расскажешь, расскажу я. Я больше не буду врать сестре!