Глава 14

Приходить в себя было неприятно. После обморока в голове все кружилось, а к горлу подступал ком. Мало того, было еще холодно и сыро. Оно и неудивительно, потому что лежала я на полу в темном помещении без окон и с решеткой вместо двери. Дивненько! И во что я снова вляпалась? Последнее, что помню, это резко изменившийся Энаш, который из доброго и милого старикашки превратился в какого-то кровожадного фанатика.

Еще больше вопросов у меня появилось, когда я увидела, что мое платье пропало… На мне кроме лифа и благо не очень откровенных трусиков была надета длинная белая рубаха, достающая примерно до середины бедра. Неужели этот старый извращенец меня раздевал?!

Ну, я ему…

Толком придумать, что именно я сделаю старому магу, мне не дали, потому что в коридоре послышались глухие шаги, отзывающиеся жутким эхом.

Интуитивно записав приближающегося во враги, я сделала вид, что сознание еще не вернулось. А шаги звучали все ближе. Вскоре громыхнула цепь на решетке, и она со скрипом отворилась. Мужской голос прочел кратковременное заклинание паралича. Это было неожиданно, а потому заклятие оказало должный эффект: двигаться я не могла. Потом меня грубо приподняли и сильно завязали глаза черной лентой, так, что разом стало темно.

Потом меня довольно аккуратно подняли и куда-то понесли. Я заволновалась. Мужчина, который меня нес, хмыкнул, но промолчал. Я не знала, как выглядит незнакомец и куда он меня тащит. Все, что я чувствовала, это его запах, очень приятный запах, и сильные руки.

Вскоре мне показалось, что мы вошли в какое-то помещение. Стало тепло.

– Клади ее сюда, быстрее, – послышался мужской голос.

Голос явно принадлежал старому магу Энашу, я определила его без сомнений.

– Кто она? – спросил мужчина, который меня принес.

В это же время он плавно и бережно уложил меня на пол.

– Безродная.

– Безродная драконица? Это невозможно!

– Она – маг жизни, и нам этого достаточно. Это дитя ничего о себе не помнит, стало быть, безродная.

Я насторожилась. И что из того, что я маг жизни? Что этому старому магу от меня нужно?

– Но если забыла она, то это не значит, что забыли о ней! Ты хочешь проблем с драконами?

Вот-вот! Меня так же, как и мужчину, крайне волновал этот вопрос!

– Мальчишка! Мы сделаем все быстро, и даже если девчонку ищут, то никому и в голову не придет искать ее здесь! Я никак с ней не связан! Делай свое дело и не учи меня жизни! Иди за другой девушкой, кинжал уже почти раскалился.

Кинжал? Зачем ему кинжал? Потом стало относительно тихо. Слышались приглушенные шорохи и треск костра. Я ничего не понимала и, наверное, даже уже не пыталась понять.

Глаза мне завязали, вероятно, зная, что я дракон, и предполагая, что могу связаться с двойником. Единственное, что поняла – так это то, что меня собираются принести в жертву… Мои подозрения только окрепли, когда холодные руки старика бесцеремонно нацепили на мои запястья широкие браслеты. Не сразу поняла, зачем они нужны, но уже спустя пару минут отчетливо осознала, как металл отрезает потоки магии. Да, определенно, эти браслеты лишали магии.

Из-за раздумий даже не услышала, как в комнату снова кто-то вошел, но вскоре услышала уже знакомый голос мужчины, который принес меня сюда.

– Куда? – спросил мужчина.

Ответа не последовало, но я услышала шевеление рядом со мной, как будто совсем недалеко еще кого-то положили…

– Давай эту! – нервно приказал Энаш.

И снова начались шорохи. В темноте было совсем не просто распознать, что именно происходит.

– Буди, они должны быть в сознании, – торжественно заявил Энаш.

Значит, они думают, что мы (раз маг сказал «они», значит, я тут не одна) без сознания. Я не знала, радоваться этому или нет, потому что не видела никакой личной выгоды в этой ситуации.

Шорохи уже начали раздражать, но я усиленно старалась не двигаться и никаких признаков жизни не подавать, а только внимательно вслушивалась в разговор.

– Проснулась? – спросил магистр Энаш неведомо у кого.

– Что вы собрались делать? – поинтересовался женский голос.

Я оживилась. Новое действующее лицо – это уже что-то, тем более женское.

– Это не должно тебя заботить, девочка, скоро тебе не придется заботиться больше ни о чем.

– Я умру? – как мне показалось, испуганно спросила девушка.

– Ты станешь жертвой для осуществления великого дела! Это большая честь для тебя.

Вот тут-то мне и стало страшно. Если умереть для осуществления великого дела предстоит этой загадочной незнакомке, то, скорее всего, меня ждет та же участь. В памяти всплыли слова мага о жертвенной драконице, и липкая пелена страха окутала все тело.

Совсем рядом, прямо над моим ухом (как мне показалось) кто-то выразительно вздохнул и шепнул одно-единственное слово «такхим». И наступила тишина. Нет, не для всех. Тишина наступила только для меня. Какой-то нахал применил ко мне заклинание оглушения. Базовое заклятие, преподаватели в ИМИ пользовались им, когда на один и тот же вопрос должен был ответить каждый адепт в группе. Когда первый шел отвечать, остальную группу оглушали такхим, чтобы не подслушали правильный ответ. Теперь я хотя бы что-то знала на сто процентов: то, что минут пятнадцать буду слушать только тишину. И мне наконец-то развязали глаза.

Руки были закованы в браслеты, да и картина вырисовывалась, мягко сказать, нерадостная. Бетонный пол, на котором белым мелом начерчена странная пентаграмма. Три девушки (одна из которых я) в одинаковых белых рубахах размещены по разным сторонам рисунка. Одна девушка без сознания, судя по моим ощущениям, – обычная человечка, ничего особенного, а вторая, которая лежала ближе ко мне, явно маг. Причем, когда я только посмотрела на нее, мое сердце словно заледенело. Нет, я не боюсь никаких эльфов, жертвоприношений и даже потери памяти, а вот ее боюсь, и сильно. Было в этой брюнетке что-то, что пугало меня, заставляло сердце замирать от ужаса.

Она о чем-то разговаривала с довольно молодым высоким мужчиной, а старого мага в зоне видимости не наблюдалось. Я все пыталась рассмотреть девушку и понять, почему она вызывает у меня такой священный ужас. Вскоре она повернулась. Пронзительные глаза фиолетового цвета были наполнены то ли болью, то ли тоской… И я поняла, чего боюсь: рядом со мной сильный маг смерти. Сейчас я даже возрадовалась, обнаружив такие же браслеты и на ней тоже. Ведь недаром мою магию смерти заперли в Ри, так как эта часть магии могла убить меня. Так же, как и эта маг могла бы убить меня почти моментально, стоило ей только захотеть.

Мужчина, с которым она говорила, отвлекся и направился куда-то мимо меня, а я думала, как же выбраться. В голову приходила только одна мысль: «нужно звать Ри». Но как это сделать, если вокруг ни одного зеркала и ничего другого, в чем можно было бы отразиться?

Я опасливо оглянулась по сторонам, и мой взгляд снова уткнулся в мага смерти. Идея пришла, пусть бредовая и почти неосуществимая, но пришла.

– Посмотри мне в глаза, – не издав ни звука, но как можно выразительнее попросила я.

Девушка нахмурилась, а я разозлилась. Нас вообще-то всех тут в жертву собрались приносить, а она медлит! Я широко распахнула глаза, призывая мага одуматься и не моргать. И, о боги! Каким-то чудом эта недотепа меня поняла!

Кое-как нашла в ее глазах свое отражение и замерла.

– Ри, Ри, милая, появись, пожалуйста, – беззвучно шептала я, усиленно думая о двойнике и надеясь, что Ри услышит, придет, спасет…

Пока в голове не прозвучало радостное: «Нари!»

Как я удержалась, чтобы не запрыгать от счастья, не знаю, но радости моей не было предела. Однако вовремя вспомнила, что времени на праздные беседы нет.

– Меня похитили, – шевелила губами я. – По-мо-ги!!!

Ничего больше сказать я не успела. Кто-то больно схватил меня за волосы, вынуждая откинуть голову назад.

– Ау!

Было больно, действительно больно и неожиданно, это злило.

– Эта сволочь пыталась призывать двойника! – Я отчетливо расслышала каждое слово мужчины, значит, пятнадцать минут уже благополучно миновали.

– Нужно начинать! – сказал старый маг за моей спиной.

Начинать что? Начинать приносить нас в жертву? Видимо, не одна я расценила его слова так, потому что темноволосая человеческая девушка разрыдалась в голос. Стало очень жаль, даже не себя, ее. Она ведь, как и я, наверняка не понимает, за что и для чего это все происходит именно с нами. Где я перешла дорогу этому магу? Что мы все ему сделали? А маг тем временем прошел за кафедру, которая стояла прямо перед пентаграммой, а в ней лежали мы. В его руке сверкал обоюдоострый кинжал, и он начал читать какое-то заклятие.

Казалось, что все это происходит во сне или просто не со мной. Я будто смотрю со стороны, наблюдаю, но никак не участвую во всем этом безумии. Вырваться из оков не выходило, хотя я и старалась. Все никак не могла поверить, что нас всех действительно убьют, пока этот старый шизофреник не подошел к рыдающей девушке и с размаху не воткнул кинжал ей в грудь по самую рукоять.

– А-а-а, – сама от себя не ожидала, что закричу.

Просто стало жутко. Алая артериальная кровь бурым пятном расплывалась по белой рубашке, а тело девушки обмякло и осело на пол.

– Сволочи! – воскликнула девушка, которую я боялась.

Эти твари не отреагировали никак. Но больше всего мне не понравилось, что старикашка, продолжая шептать что-то себе под нос, направился ко мне.

Нет, я не отворачивалась и не плакала подобно предыдущей жертве. В то, что помощь подоспеет вовремя, верилось с трудом, да и как они узнают, где именно я нахожусь? Помочь мне мог бы только Трой, если бы не был так занят своими эльфийскими разборками, потому что где-то в моем лифе (который, слава богу, старый извращенец с меня не снимал) сиротливо лежал его маячок. Но раз пришла пора умирать – не важно, во имя чего, нужно как минимум сделать это с достоинством, я же дракон. Поэтому вздернула подбородок и выразительно, пытаясь отразить взглядом всю степень своего презрения, посмотрела на заносящего надо мной кинжал мага.

Но закончить действие маг так и не успел. Мои молитвы были услышаны! Маячок Троя нагрелся, причиняя боль, но боль была спасительной, я это чувствовала. У здания, в котором мы находились, съехала крыша… Просто и со вкусом, в стиле драконьей армии. А в том, что это именно она, я даже не сомневалась: слишком отчетливо слышался шум хлопающих крыльев драконов.

– Вот и пришла к вам кара, – с самой противнейшей из улыбок, на какую только была способна, сообщила я, уже заметив спускающихся с небес драконов.

Они кружили прямо над нами и резко пикировали вниз.

– Какая? – спросил высокий мужчина, также смотрящий на мою родню.

– Небесная.

Первым спустился папа. Мои губы растянулись в широкой улыбке. Несмотря на обстоятельства, я была невероятно рада его видеть. Потом спустился дядя Эдгард и дядя Шахригар – великий император Рассветной империи… Драконы все спускались и спускались с неба, в полете превращаясь в людей. Отец, не теряя ни секунды, одним прыжком оказался рядом и снял с меня оковы.

Как только я была свободна, он крепко прижал меня к своей груди, и я разрыдалась. Как маленькая, совсем еще несмышленая девочка, уткнулась лицом в отцовскую грудь и плакала. Папа ласково гладил меня по голове.

– Как тебя угораздило вляпаться в такое? – беззлобно, но с какой-то горечью в голосе спросил отец.

– Как, как… Вот так… Давно подозревала, что девственность до добра не доведет, нужно было лишаться ее как можно раньше, – попыталась пошутить я.

А ведь и правда, не будь я девственницей, черта с два я этому Энашу для ритуала подошла бы! Жила бы себе спокойно и горя не знала. Только вот за неимением Троя вопрос с лишением меня невинности оставался открытым…

Пока драконы заковывали в магические купола преступников, а с мага смерти снимали оковы, вперед вышел император Шахригар.

– Вы, смертные маги, посмели взять в плен племянницу императора Рассветной империи Шахригара великого, и я волей императора приговариваю вас к немедленной казни.

«Ну, вот и все», – подумала я, но ошиблась. Девушка, которую я так боялась (вот так и знала, что ничего хорошего от нее не дождешься), бурно запротестовала.

Из ее рассказа я поняла, что эти маги заперли в каком-то другом мире ее друзей и любимого, а ее собирались принести в жертву для активации сверхсильного артефакта, который позволил бы магу Энашу заполучить власть над разумами людей, фактически же – получить власть на всем материке. Дядя еще что-то спрашивал у девушки, которая продолжала молить, чтобы магов не убивали, а заставили открыть дверь в другой мир, чтобы она могла вернуть друзей, а меня в данный момент интересовало другое.

– Папа, как вы меня нашли так быстро?

– Твой друг помог.

– Какой друг? – удивилась я.

Отец кивнул куда-то назад, и я быстро обернулась. В толпе среди драконов стоял Трой. Мой Трой…

В голову пришла очередная бредовая идея. Трой же менталист, верно?

– Давайте заставим их, мы же можем! – предложила я, намекая на то, что Трой как раз и мог бы покопаться в мозгах у этих горе-злодеев и заставить их сделать то, о чем просит девушка.

Хотя я ее и боялась, но помочь хотелось. Слишком много боли на грани с отчаянием плескалось на дне ее фиолетовых глаз. Наверное, у нее отняли действительно любимого человека. И если можно хоть как-то помочь ей вернуть его, я собиралась это сделать.

– Трой! – позвала я. – Ты же умеешь внушать, я это точно знаю!

Эльф, видимо, понял, что я не отстану, и лениво вышел вперед: значит, поможет. Теперь я была спокойна и за мага и за ее возлюбленного.

Потом началось странное. Трой сверкал глазами на мага Энаша и задавал ему вопросы, которые интересовали мага смерти, а Энаш как завороженный отвечал.

Из их разговора я поняла, что маг Энаш очень давно вынашивал свой коварный план. Он очень хотел заполучить артефакт силы, который был разбит на осколки и разбросан по разным мирам. Для этого он отправил шестерых молодых магов по тем самым мирам, чтобы собрать все осколки. И когда артефакт был собран, он вернул только одну смертницу, а остальных запер в чужом, как утверждала маг смерти, ужасном мире. Ее он вернул, потому что она нужна была ему для ритуала активации артефакта, так же, как и я. Для этого жертвенного ритуала были найдены три невинные девы: маг жизни, маг смерти и просто человеческая девственница.

Именно из-за этой демоновой невинности мы попали сюда! А человечка вообще поплатилась жизнью.

Автоматически взглянула на человечку и почувствовала невероятный прилив магии жизни. Неужели она еще жива? Казалось, что этого не может быть, но магия так и просила меня залечить ее рану. В мыслях о человечке я пропустила все главное действо.

И только когда голоса стали слишком громкими, прислушалась. Энаш под внушением Троя читал какое-то замысловатое заклятие, но, как выяснилось, из того мира он мог вернуть только души тех магов, но не тела. Девушка – маг смерти смутилась, но вскоре опомнилась и бодро закивала. Было видно, что она готова на все, только бы вернуть тех магов, хотя бы просто их души.

Я посмотрела на Троя, который отдавал приказы старому магу. В этом освещении эльф выглядел невероятно возвышенно-прекрасным, словно божество, сошедшее с небес. Белая одежда и пепельно-белые волосы, темные пряди которых затерялись где-то и были не видны. А смуглая кожа в свете угасающего камина казалась молочно-белой, даже слишком бледной. Сейчас я ни за что не предположила бы, что в нем есть темная кровь, потому что перед нами стоял настоящий светлый эльф.

Еще через несколько секунд Энаш возвел руки к небу и сообщил:

– Они в нашем мире.

Мы все дружно оглянулись по сторонам, но ничего не происходило. Только «мертвая», как нам казалось, человеческая девушка хрипло застонала и грязно выругалась.

Маг смерти тут же подбежала к ней и обняла как родную. Как я поняла, в девушку вселилась душа одного из тех магов, ду́ши которых вернули только что в наш мир. Моя магия просто забурлила внутри, призывая вмешаться, и я решилась.

Подойдя к девушке, приложила руки к порезу, и чудо случилось! Магия жизни действовала!

Где-то через четверть часа я могла с уверенностью сказать, что девушка жива и, более того, совершенно здорова. Руки мелко подрагивали, а голова немного кружилась, но я все равно была рада. Это странное похищение все же не прошло даром. Я нашла родню, убедилась в том, что важна Трою (раз он бросил свои дела и помчался меня спасать), и помогла человеку!

– Я жива? – удивленно спросила девушка.

– Да! – с улыбкой ответила ей уже не казавшаяся мне такой страшной маг смерти. – Спасибо! – Это было адресовано мне. – Ты сильный целитель!

– Бери выше, – я лукаво подмигнула Трою. – Целителю такое не по зубам. Я – маг жизни.

На лице девушки отразились недоверие и удивление.

– Я могу теперь вершить суд? – прервал наш разговор дядя Шахригар, который, судя по всему, уже торопился. – Скоро обед, и я не хотел бы пропустить его, пока моя племянница снова куда-то не вляпалась.

Я только сейчас обнаружила в руках императора суслика, которого он любовно поглаживал по песочной голове. Ну, вот и все… Теперь кара придет ко мне. Раз дядя прикоснулся к суслику и даже не погнушался взять его на руки, значит, он в курсе, кто именно скрывается под личиной зверька.

Дядя хмыкнул, словно узнав, о чем я подумала, и, сделав шаг вперед, ударил в мага помоложе, который продолжал болтаться примерно в локте над землей в силовом куполе, заклинанием «черной смерти». Одно из страшнейших заклятий в драконьей магии. Оно буквально прожигает плоть изнутри, оставляя от тела только жалкую горстку серого пепла.

То же самое он проделал со старым магом.

– Нам пора, – как ни в чем не бывало сказал император, брезгливо отряхнув руки.

Я обратила внимание на то, что в комнате, помимо казненных, находились еще трое не пойми откуда взявшихся седых мага, которые также были закованы в купол. Или я настолько погрузилась в свои мысли, что даже не заметила появления новых персонажей?

– А эти? – спросил Трой, так же как и я глядя на них.

– Мы уже вызвали местный патруль, теперь пусть с ними разбираются власти, – сказал мой отец и, подойдя ближе, взял меня за руку.

Не верилось, что все это наконец закончилось. Домой в Рассветную империю я летела с отцом, в голове не было ни единой мысли, а вот чувства переполняли, особенно если учесть, что Трой исчез так же неожиданно, как и появился.

– Зарядила?

– Да, почти. Почему я не могу поехать туда сама?

Мама вздохнула:

– Нарина, несмотря на то что сейчас в Великих лесах безопасно, мне от этого спокойнее не стало. Представляешь, какая там дележка власти?

Я представляла, но мне было все равно. Заряжать артефакты магией жизни, сидя в за́мке – это просто, но мне хотелось большего. Хотелось самой поехать к эльфам, лично лечить пострадавших на том злосчастном балу от рук своего собственного правителя. Больше всего хотелось увидеть Троя. Хочет ли он того же, я не знала. Наверное, нет. Если бы хотел, не исчез бы прямо из жертвенного зала, даже не попрощавшись.

– Давай, он уже заряжен, – отвлекла меня мама, вырывая из руки артефакт.

Я машинально взяла следующий и направила в него поток магии. «Жизнь» спокойно и ровно потекла из моих рук, оставляя приятную пустоту во всем теле.

– Хватит, тебе нужен отдых, – строго сказала мама. – Синяки под глазами тебя не красят.

– Но я еще не устала, – попыталась возразить я.

– Вам завтра рано вылетать, так что нужно еще успеть выспаться, – не унималась она.

– Может быть, мы не полетим завтра, ведь дядя Ригар еще не вернул Идана, – напомнила я.

Мой дядя был в бешенстве, когда узнал, что именно случилось, и почти сразу после того, как мы прибыли домой, он взял суслика и отправился за помощью к хранительнице Драконьего пика – сильнейшей ведьме нашего времени. Оставалось только надеяться, что она действительно сможет помочь, в противном случае Яру точно не поздоровится. Перспектива того, что на него направят карательное заклятие «черной смерти», как и на тех преступников, откровенно пугала. Ведь Яр не убийца, не вор, и по большей части в том, что произошло с Идом, виновата я. Но на все мои уговоры наказать меня, а не мага, дядя отвечал, что не может наказывать собственную племянницу. Аргумент хотя и неубедительный, но приятный, по крайней мере, для моей семьи.

Если все будет хорошо и ведьма поможет, то уже завтра ранним утром мы вернемся в ИМИ. Как будут встречать нас преподаватели и, в частности, Альма, я не представляла. Знала только, что Ми, безусловно, обрадуется. Я вспомнила день, когда она вызвала мою душу и узнала, что я жива. Вот кто действительно был рад меня видеть. Придется объясниться с ней и рассказать, почему я не говорила правду о своей семье. Еще было интересно, осталось ли мое положение в обществе тайной для других адептов. Хотелось, конечно, чтобы все думали так, как раньше, но я сильно сомневалась, что после нашей пропажи это не открылось.

– О чем задумалась? – лукаво спросила мама.

– Об институте, о том, как мы вернемся, – тут же ответила я.

Мама подозрительно прищурилась:

– А не об эльфе ли, случайно?

При упоминании о Трое сердце екнуло, и стало тревожно. Мое сердце всегда начинало биться быстрее, когда рядом упоминали его имя. Все же меня сильно волновало, почему он исчез. Я все понимаю – военное положение, дележка власти, но сказать короткое «пока», думаю, не составило бы ему труда.

– Я угадала, – сказал мама, правильно расценив мое молчание. – Мне кажется, он в тебя влюблен.

Я чуть не поперхнулась. И с чего она сделала такие выводы? Задавать вопросов не пришлось, мама и так прекрасно понимала мои мысли, видимо, они четко отражались на лице…

– Мы уже отчаялись найти тебя. – На ее глазах выступили слезы. – Потом пришла весть от Милары. Она единственная, кто, кроме нас с отцом, верил, что вы живы. Когда наши надежды подтвердились, мы приступили к более активным поискам. Ри и другие двойники прочесали все сопредельные империи. Единственное место, куда мы попасть не смогли, – это Великие леса. А когда всех соседей, кроме нас, пригласили на праздник в Алиниэль, отец в очередной раз уверился в том, что ты можешь быть там.