Глава 54. Мысли

Глава 54. Мысли

— Не откажусь, — тут же решаюсь я, не в силах отвести взгляд от этого чуда. — Но… почему?

Тахир хмыкает, приобнимает меня за талию, привлекая к себе. От его собственнического, но при этом осторожного движения, я невольно задерживаю дыхание — так мне это приятно.

— Думаю, тебе хочется почувствовать саму себя, — он говорит легко, но глаза серьёзны. — Всю дорогу ты ездила то с Олархом, то с Янаром. Оно, конечно, приятно — прижаться к сильному мужскому плечу…

Он выдерживает паузу, выразительно глядя на меня, отчего у меня снова краснеют щёки.

— Я вот подумал, — продолжает Тахир, не сводя с меня внимательного взгляда. — Воздух вокруг себя почувствовать тебе наверняка будет кстати.

Я смотрю на него во все глаза. Как он угадал? Он прочитал это во мне раньше, чем я сама решилась себе признаться.

— Янар и Оларх того же мнения, — добавляет Тахир, усмехаясь.

Оглядываюсь и бросаю растерянный взгляд на Оларха и Янара — они стоят чуть поодаль и наблюдают за нами.

Оларх — молча, скрестив руки, с непроницаемым лицом и теплом в глазах. Янар — внимательно, с едва заметной улыбкой в уголках суровых губ.

У меня щиплет в глазах. Они подумали и об этом… что мне и правда нужен воздух, чтобы хоть немного почувствовать себя, подумать, осознать себя среди всех перемен.

Янар и Оларх подходят ближе.

— Или, — Янар чуть склоняет голову набок, и в его сапфировых глазах мелькает что-то жаркое, — если не хочешь одна, можешь ехать со мной.

— А может, со мной? — тут же произносит Оларх, пристально глядя на меня.

Не успеваю я ответить, как Тахир обнимает меня крепче.

— Или со мной? — тянет он, лукаво щурясь и приближаясь губами к моим губам.

И так мне хорошо и жарко становится, что невольно опускаю взгляд на его губы.

Но он почему-то не целует. Только смотрит пристально.

И вдруг Тахир отпускает меня, делает шаг назад. Рядом со мной и правда… будто больше воздуха становится.

— Решай сама, Иола, — говорит Тахир. — Кобылу я тебе дарю, чтобы ты себя чувствовала свободнее.

Совершенно небрежный тон. И взгляды моих мужчин тоже полны спокойной уверенности принять, что бы я ни решила.

Я же… Меня вдруг такое захлёстывает…

Столько всего разом: эта лошадь, их забота… Тепло поднимается изнутри тугой волной, и не помещается в груди, ищет выход.

Сама не понимая, что делаю, вдруг подаюсь к Тахиру и обнимаю его за пояс. Прижимаюсь щекой к его груди и глубоко вдыхаю его притягательный мужской запах.

— Спасибо, — шепчу я. — Спасибо, Тахир. Ты… угадал. Так всё настолько точно угадал!

Он замирает, каменеет буквально. Осторожно прижимает ладони к моей спине, и я чувствую его глубокий вдох, будто ему не хватает воздуха.

— Я рад, что тебе нравится мой подарок, — непривычно тихо говорит он.

Осторожно отстраняюсь, и Тахир будто через силу разжимает руки.

— Раз вы все не против… мне правда хочется пока самой, — говорю я, и тут же, испугавшись, что это прозвучало неблагодарно, добавляю, и улыбка сама расцветает на губах: — Хотя это ведь не совсем «сама», да? Я же с вами. Со всеми вами. Просто… на своей лошади.

Как же вспыхивает всё внутри от их едва заметных улыбок…

Тахир, конечно, остаётся самим собой и вовсю пользуется моментом.

Он издаёт тихий переливчатый свист и, пока я стою, растроганная, вдруг наклоняется и накрывает мои губы своими. Поцелуй короткий, нежный-нежный, почти невесомый. Меня же всю будто искрами изнутри осыпает.

Я и ахнуть не успеваю, а он уже отстраняется, довольный-предовольный.

— Это чтобы ты не заскучала, — сообщает он.

На его свист кобыла подбегает к нам, а Тахир обхватывает меня за талию. Одно сильное плавное движение — и вот я уже в седле.

Тахир придерживает одной рукой меня за спину, а другой подаёт мне поводья.

Кобылка подо мной переступает изящными ногами. Тахир придерживает мою ногу, помогает поймать стремя.

— Держись коленями, Иола, — инструктирует он. — Не тяни повод. Она умница, сама пойдёт.

— Спасибо, — я краснею, чувствуя, как горят щёки, и не знаю уже, от поцелуя, от высоты на моей лошадке или от всего разом.

Кобылка подо мной тёплая и послушная. Я осторожно провожу ладонью по её шелковистой шее, и она отзывается, поводя ухом.

Внутри всё поёт. Я поднимаю глаза — и встречаю взгляды Оларха и Янара.

Они смотрят на меня, и оба улыбаются. По-настоящему, тепло, так, как улыбаются нечасто. И Тахир рядом, чуть прищурившись.

Не вижу смысла скрывать свою радость: широко улыбаюсь им.

Кажется, весь мир застывает в это мгновение… И затем всё вокруг неуловимо вздрагивает от сильного голоса Янара:

— Отлично, пора в путь.

В этот момент всё меняется. Их лица снова становятся привычно-собранными, даже жёсткими.

Оларх поворачивается к воинам и коротко, резко взмахивает рукой, подавая незнакомый мне знак, от которого несколько орков тут же вскакивают в сёдла и покидают двор. Я бросаю вопросительный взгляд на Янара, тот поясняет, что это передовой дозор.

В этот момент к Янару подходит высокий быстрый орк, и Янар отдаёт ему из поясной сумки бумаги, о чём-то быстро и чётко распоряжаясь.

Тахир тем временем цепко оглядывает меня, как я сижу верхом.

Видимо, удовлетворившись увиденным, Тахир коротко кивает и отходит к своему коню, на ходу выкрикивая что-то резкое на орочьем, и среди оставшихся орков поднимается волна быстрых, слаженных движений.

Очень быстро наш отряд трогается в путь. Ворота Вересковки распахиваются, и мы выступаем плотным строем, в котором каждый знает своё место.

Я — в самом сердце отряда, Янар впереди, Оларх за спиной. А рядом со мной едет Тахир, посматривая на меня.

Моя серая кобылка идёт ровно и мягко, будто и вправду понимает, что везёт неопытную всадницу.

Я понемногу приноравливаюсь — держусь коленями, не тяну повод, как Тахир сказал, — и с каждым шагом чувствую себя увереннее.

Вересковка остаётся позади, дорога выводит нас на широкий тракт, и по обе стороны разворачивается простор: холмы, перелески, высокое утреннее небо.

Я ловлю себя на том, что сейчас, на своей лошади, которую так легко и естественно приняла как подарок, я просто еду. Дышу полной грудью, подставляю лицо утреннему солнцу и слушаю, как поскрипывает сбруя да перекликаются птицы в перелесках.

И за этот воздух сейчас, вокруг себя, как мне сказал Тахир, я особенно им благодарна.

Только одно меня чуть тревожит. Тахир почему-то молчит. Я так привыкла к его разговорам, что даже непривычно.

Впрочем, я вижу, что Янар и Оларх, как и сам Тахир, всё время цепко оглядываются по сторонам. Ждут нападения? Но с нами же большой отряд…

Это возвращает меня к мыслям о моём происхождении. Во мне — королевская кровь. До сих пор не верится, это действительно правда?

Зато ясно другое: кто-то хочет меня захватить живой, а кто-то готов на всё, чтобы убить…

Почему? Дело в моей королевской крови?

Сейчас, в дороге, я понимаю со всей отчётливостью, что пора мне решаться думать о своей дальнейшей жизни. Я очень рада, что наконец-то обрела душевное спокойствие и могу хоть немного думать головой.

Что мне дальше-то делать? Очень много вопросов. Мы едем в столицу… Трое мужчин любят меня, и я люблю всех троих, это мне уже очевидно.

Я пока не была близка с Тахиром… при мысли об этом у меня краснеют щёки. И всё же теперь, ни за что на свете я не откажусь ни от кого из них троих.

Они правы. Есть у меня уже решение. Конечно, я хочу остаться с ними.

Но до этого мне надо понять главное.

Наследники едут к королю. Это действительно мой дед? И как мне к этому относиться? Королевская кровь… Моя мать от кого-то бежала. Мой отец погиб на войне… его туда отправил король?

Что там на самом деле произошло? Кто хочет моей смерти?

Бросаю взгляд на Тахира, но он цепко всматривается куда-то в гущу леса, и этот чуть прищуренный опасный взгляд возвращает меня к главному вопросу, который мне давным-давно пора задать.

Я делаю глубокий вдох, набираясь смелости, и поворачиваюсь к Тахиру.