Глава 18

Розоватый свет проник в дверной проём, и в его лучах танцевали пылинки. Я никак не решалась выйти из своего убежища. Обработала укус на шее, перетрясла содержимое поясов, поняв, что Венж отдал мне почти все лекарства и большую часть протеиновых батончиков.

— Глупый, — в глазах неприятно защипало, и я закусила щёку, чтобы сдержать рвущиеся наружу эмоции. — Как же ты теперь?

Растирая затёкшие ноги, я поднялась и отправилась разведывать обстановку. Дом давно был необитаем, но в дальнем тёмном углу я нашла пыльную скрутку тряпья. К моему вящему удивлению между потрёпанным плащом из грубой ткани и истёртым до дыр свитером обнаружилась армейская куртка нового образца. В боковом шве, как положено, была вшита толстая нить с узелками, распределёнными в особой последовательности. Уняв дрожь в пальцах, я расшифровала имя владельца. Лайза Упорная, майор, отряд зачистки. На ткани не было крови и повреждений, все пуговицы были на месте, она была аккуратно обёрнута ремнём и пустой поясной сумкой. В скрытом карманчике в уголке воротника осталась целая капсула с ядом. Недоумённо очертив блестящую офицерскую пуговицу пальцем, я пришла к мысли, что мне не помешает сменить одежду.

Скинув куртку и ремень, я подцепила ножом нашивки на штанах и отпорола. Сложив их в одну из сумок, убрала туда же выученную уже карту, немного поколебавшись, и запястный навигатор. Лекарства я решила оставить при себе. Без них я долго не протяну, мне до регенерации полноценных полиморфов было далеко. С досадой потирая повязку на свежей ране, я решительно надела растянутый свитер. Не по размеру огромный, он висел на мне, обнажая плечо и достигая колен. С помощью камня мне удалось значительно состарить форменные штаны, не только придав им ветхий вид, но и вбить в них пыль. Армейскую обувь пришлось обернуть полосами ткани, разорвав рукава выцветшей засаленной рубахи и, стараясь не думать, как долго её носили, не моясь. Не размышляя слишком долго, стянула волосы на затылке в хвост и одним махом срезала их ножом. Они стали короткими позади, несуразно топорщась, и более длинные пряди падали на плечи. Странно, у меня никогда не было подобной причёски, но появилось щекочущее ощущение дежавю.

Распоров местами повязку на голову, я растрепала края и обернула надо лбом. Вырезав кусок из полы плаща, я скроила из него ножны и закрепила одни за спиной, а другие на бедре, под свитером. Вышло совсем не аккуратно, нарочито грубо, но именно так мною и планировалось. Поцарапав рукоять и лезвие ножа очередным камнем, я придала ему непрезентабельный вид. Сотворить подобное с клинком я не посмела, успокоив себя тем, что моё оружие не используют полиморфы, к тому же, оно не выглядело опасным или дорогим, скорее странным.

Театральным жестом я вытерла пыльные ладони о лицо и прошлась пальцами по волосам. Срезав у своей майки бретельки, я обмотала её дважды вокруг лица, оставив открытыми лишь глаза. Соорудив мешок из широкой спинки плаща, я забросила в него флягу, предварительно побитую об камни, батончики и аптечку, завернутую в тряпку и, продев в прорези пояс, перекинула его через голову, приторочив сбоку. Последним я повесила на шею контейнер, спрятав его под свитер. Случайно коснувшись кулона матери, я снова ощутила прилив уверенности. Дикие ждут Стратега. Что же, они его дождутся. Так или иначе.