Глава 23

— …критическая потеря крови… группа подходящая… индивидуальная несовместимость…

Громкие крики рвали мне барабанные перепонки. Хотелось отмахнуться, закрыться, заставить заткнуться, но тело, налитое свинцовой тяжестью, не подчинялось. С трудом разлепив веки, я смогла сфокусировать взгляд. В полутьме мне удалось рассмотреть несколько фигур, склонившихся надо мной. Заметив моё пробуждение одна из них дёрнулась:

— Она очнулась. Эй! — перед носом промелькнула ладонь. — Слышишь меня?

— Громче, чем хотелось бы, — прошелестела я потрескавшимися губами и попыталась подняться.

— Не дёргайся, — припечатав моё тело к жёсткой поверхности, крепкие руки не позволили мне даже пошевелиться.

— Больно, — мой голос раскололся от осознания безысходности.

— Терпи.

Сцепив зубы, я покорно закрыла глаза. Кажется, прошла вечность, когда ко мне вновь обратились с требованием:

— Смотри на меня! — подчинившись, я открыла глаза, уставившись на несколько пальцев. — Сколько видишь?

— Больше, чем хотелось бы.

— Сарказм… забавная реакция на сыворотку, — судя по фигуре, выступающей из тени, на стуле рядом с моим ложем был мужчина. — Как тебя зовут?

— Карса, — от меня отошли.

— Второе имя?

— Без имени, — вяло сопротивляясь… допросу, я поняла, что мои руки привязаны. — Зачем меня обездвижили?

— Пока я не выясню, насколько ты опасна…

— Опасна для кого? — я не прошла аттестацию по ведению допросов, но нормативы сдала и вполне понимала, что происходит. Моя словоохотливость объяснялась введённым в кровь лекарством.

— Интересно, — в голосе слышалось злое веселье. — Твоё звание?

— Зовут ущербной.

— Из какой ты части?

— Восточной части света.

— Из какой ты семьи?

— У меня её нет, — я сухо засмеялась. — Хреново, правда? А у тебя есть звание?

— Да.

— Не поделишься информацией? — я бездумно уставилась в потолок, стараясь собраться. — Как тебя зовут?

— Капитан.

— А дальше?

— Ты полиморф?

— Нет, а ты? — страх скрыть не удалось.

— Ты их боишься?

— Я слабее, — признала я с горечью. — Зачем эти вопросы?

— Ответь, — приказ, нарушить который я не могла, ломал мои барьеры, и от собственного бессилия мучительно простонав, я выгнулась на жёсткой кушетке и зашипела от боли в плече. Она отрезвила.

— Ненавижу их… и таких, как ты тоже.

— Каких? — в любопытстве ощущалась злость и что-то ещё, что мне никак не удавалось идентифицировать

— Тех, кто считает, что вправе… — дёрнувшись снова, я ощутила жар в районе повязки. — Рана кровит, позови врача.

— Это подождёт, — мучитель, допрашивающий меня не купился на жалобу. — Ты пришла с имперской территории?

— Нет.

Технически я вошла на их территорию с приграничья и поэтому не солгала.

— Ты была в группе полиморфов, вошедших в город?

— Нет.

Правда в том, что это они были в моей группе.

— Зачем ты здесь?

— Идиот, — вяло отозвалась я. — Я ведь даже не знаю, где мы находимся.

— Карса! — гневно прозвучало над ухом.

— Я искала убежище, — осторожно подбирая слова, сообщила я. — Мне нужно место… хочу быть свободной, но видимо ты решил иначе. — Снова накатила злость, и я вновь принялась дёргать связанные руки, бередя рану. — Можешь поставить свою метку, места ещё полно.

— Кто тебя клеймил? Кому ты принадлежишь?

Это стало последней каплей. Никто не имеет права…

— Пусти! — закричала я, выгибаясь. Липкая тёплая жидкость потекла по коже под спину. — Отпусти! 1439f7c

— Чьи метки на тебе? — настойчиво требовал мой мучитель. — Отвечай!

Я закрыла глаза и заставила себя вспомнить лицо ректора, его волосы, голос, вкус моей крови на его губах. Тошнотворная волна ужаса наполнила моё сознание. Было так легко представить его рядом, ощутить…

— Кто он?

— Тыыы! — взвыла я отчаянно. — Не подходи! Не смей… больше… не могу…

Что-то впилось мне в руку, обжигая, и почти сразу же сознание поплыло. Горячая ладонь легла мне на лоб, придерживая и даря опору.

— Не отдавай меня ему, — слабо хныкнув, я едва сдерживала слёзы.

— Ничего не бойся, маленькая…

— Побудь со мной… — ответа не было, но стало теплее от укрывшей меня волны силы.