Глава двадцать шестая

– Подожди меня, – властно приказала природница, поднимаясь с места, – что-то тут не сходится.

Заслышав ее голос, фрейлины, начавшие обсуждать невесть откуда взявшуюся принцессу, ошарашенно смолкли, но появление рядом девушки ввергло их в полное оцепенение.

– Я леди Аделия, придворная целительница и ученица магистра Анцельса, – сухо представилась природница, – поясните мне, как вызвать служанку или охрану. И побыстрее.

– Вот колокольчик, он зачарован, – отмерла старшая дама, – очень приятно познакомиться. Я леди Кларина Погенс, вторая статс-дама ее величества. Точнее, маркизы Гордио. Извините, никак не привыкну.

Дели слушала ее вполуха, яростно тряся крохотный колокольчик, не издающий ни одного звука. И прикидывала, сколько времени ей понадобится чтобы вызвать короля.

– Можно не звонить так долго, – учтиво, с легким превосходством пояснила леди Кларина, – они сразу слышат…

И тотчас потрясенно смолкла, заметив бегущих к ним гвардейцев. Воины неслись как на пожар, и их догонял личный секретарь короля. Еще никогда до этого фрейлинам не приходилось видеть, чтобы охрана прибегала так стремительно. И это полностью подтверждало сделанные статс-дамой выводы.

– Что случилось, леди Аделия? – Выкрикнул Линд, даже еще не добежав нескольких шагов, – на вас напали? Оскорбили?

– Вы можете позвать короля, Линд? – не стала деликатничать природница, – срочно.

– Да, – коротко подтвердил он и дунул в висящий на шее свисток, – а вам такой не дали?

– Не знаю, – Дели на миг задумалась, – магистр выдал кучку амулетов, и обещал пояснить. А сколько времени потребуется его величеству?

– Минуты три. А леди Мэридит…

– Успею, – природница задумчиво осмотрела скамью и стол, понимая, что скоро ни у кого не будет желания искать более удобное место, – сидите спокойно, леди.

Те и так замерли испуганными птичками, а теперь и вовсе сжались, явно ожидая чего-то ужасного. И потому дружно ахнули, когда скамья, приподнятая вылезшими из почвы корнями, мягко развернулась, становясь к дорожке левым боком.

С другой стороны раскинулся огромный куст, пышно усыпанный белыми розочками. Ветви шиповника поспешно росли, проворно накрывая густой, душистой тенью полянку перед скамьей. Напротив ошеломлённо затихших дам так же стремительно вытянулись и сплелись в длинный диванчик какие-то побеги.

Сообразительный Линд, уверенно командовавший своими подчинёнными короткими жестами и взглядами, мигом выставил охрану и небрежным кивком отправил пару человек к соседим скамейкам. Вскоре свежевыращенный диван был застелен ковром и усыпан подушками, а перед ним стояли в рядок столики с лимонадом и фруктами.

И вовремя. На дорожке показались бегущие, как на пожар, мужчины. Король, его телохранитель и придворный магистр.

Дели наблюдала за их приближением с легким смущением, вовсе не так она представляла это появление. Не мог его величество бегать, как простой воин или лакей. Ему ведь с детства должны были намертво вбить осознание собственной значимости и умение оставаться невозмутимым и важным в любой ситуации. И раз этого не произошло – значит король считает ее вызов намного главнее всяких условностей.

Однако успев осознать нечаянную оплошность и собственную непредусмотрительность, каяться и просить прощения природница не собиралась. Во всяком случае, здесь и сейчас. Сначала нужно помочь Мэри, потом все остальное. Хотя… немного ослабить напряжение все же необходимо.

Дели уже почти открыла рот, намереваясь мягко успокоить его величество, как случайно рассмотрела легкую испарину на лбу побледневшего тайного советника. И мигом так яростно вспыхнула праведным гневом, как возмущаются лишь целители и любящие родители.

– Лорд Шэдгер! Куда это вы так несётесь? Разве я разрешала вам бегать?

Толстый корень вырвался из кустов, поймал телохранителя и спеленал туго, как непослушного малыша. И издевательски медленно и бережно потащил в сторону природницы.

Советник сверкнул мимолётным оскорбленным взором, упрямо стиснул губы и попробовал освободиться, но очень быстро осознал полную бесполезность этой попытки. Расслабился и притих, искоса посматривая на приближавшуюся незнакомую цветущую беседку.

Уже добежавший до нее Тервальд нетерпеливо оглянулся, выяснить, о чем идет речь, и резко замер, словно споткнулся. Призванное успокоить целительницу банальное заверение, готовое слететь с королевских губ, застряло в его груди тугим комком, живо напоминающим пережитую боль. Когда точно так же, бездвижно и безжизненно лежали вдоль тела друга холодеющие руки, растекались из-под опущенных ресниц синие тени и белели искусанные губы.

Возможно, пройдет некоторое время и жуткие картины потускнеют в памяти, подернутся туманом забвения. Но еще не сейчас. Слишком недавно это было, и слишком остро ударила по сердцу неотвратимость жестокой потери.

– Леди Аделия… – хрипловато выдавил его величество, мгновенно признавая свою вину, – простите… совсем выпустил из виду… Сейчас все исправим. Линд! Паланкин для советника и сопровождение!

– Не нужно… – заторопилась Дели, отчётливо осознавая, как это выглядит со стороны. Каждый, кто за ними сейчас наблюдает, решит, что король пляшет под ее дудочку, – я теперь сама за ним прослежу.

И хозяйским жестом положила ладонь на голову Шэда. Умело стерла батистовым платочком испарину, согрела нежным прикосновением бледную кожу.

Бровь советника изумленно дернулась, в уголке губ скользнула довольная улыбка и тотчас спряталась, опасаясь спугнуть ненароком своенравную леди.

Пусть следит сама, лечит, командует, таскает как куль. Пусть вообще делает все, чего ей захочется. Шэд не против, наоборот, еще и поможет. Будет тихим и доверчивым, несчастным и покорным. Станет выполнять все требования и пить все зелья. Только пусть она остается рядом…

– Но позвала я вас по другой причине, – не забыла о главном природница. – Мы с леди Мэридит совершенно случайно услышали объяснение фрейлины, рассказывающей о последних событиях. Сразу заверяю, она ни в чем не погрешила против правды… как это видится ей, да и остальным. Но мне кажется, что сделанные ею выводы все же неверны.

Дели смолкла и перевела дух, искренне надеясь, что удалось пройти по тонкой кромке истины, не задев ничьих чувств. Ну, ощутимо не задев.

Король нахмурился и ненадолго задумался, почти сразу сообразив, на что намекает деликатная целительница. Слишком часто за последние полгода он слышал упорное обвинение в поиске невесты. И конечно, не мог не признать, что внешне все вроде сходилось.

А о том, что творится у него в душе, догадывались только самые близкие люди. Даже Мэри он пока всего не сказал… не смог. Хотя это был бы самый лучший вариант… но кто же вываливает на голову задерганной и запуганной самодуром-отцом девушки свои признания после всего трех дней знакомства?

Очень трудных и непростых для нее дней. Какая доверчивая глупышка так сразу поверит, что ему нужна лишь она, а не богатейшее герцогство?

И все же решать что-то нужно… и постараться повернуть все так, чтобы хоть на этот раз отбить у придворных сплетниц желание обсуждать его планы и чувства.

– Позвольте мне ответить на ваш вопрос, леди, – к дивану вдруг решительно шагнул магистр.

Сел в подушки, потянув за собой взглядом короля, налил бокал лимонада.

Тервальд опустился возле него, начиная подозревать, что сейчас это лучшее решение.

Дели заботливо устроила с другой стороны от короля необычайно покорного телохранителя и присела рядом.

– Мы проводили расследование того случая, на охоте, – деловито и суховато сообщил Анцельс, – и я скажу очень кратко, все произошедшее было чистой случайностью. Сначала конь Линда испугался вепря и понес. Он мчался к оврагу и его необходимо было остановить. Его величество понял это первым и бросился следом. Наперерез им мчался маг, отвечавший за короля. Они успели… маг забрал Линда и вернулся к загонщикам, а король поскакал к арене. И тут произошло несчастье, когда его величество обгонял неожиданно вылезших из кустов дам, копыто скакуна попало в кротовью нору. Разумеется, нога сломалась, а животное от дикой боли вышвырнуло всадника из седла. Он упал очень неудачно, спиной на острый расщеп. Как бабочка на иглу.

Магистр смолк на несколько секунд, многозначительно поглядывая на ошеломленных дам и давая им возможность полнее проникнуться ужасом того события. И они прониклись, ахнули потрясенно, побледнели еще сильнее, схватились за платочки и флаконы с солями.

– Темные силы…

– А где леди Мэридит? – насладившись их реакцией, деловито справился Анцельс.

– Здесь, в беседке. – невозмутимо сообщила Дели. – Мы хотели отдохнуть… чтобы никто не помешал. Но я могу открыть, если ее светлость позволит.

– Открой, Дели, – раздалось из куста тихое приказание.

Легкий взмах ладонью и цветущие стволики раздались в стороны, как занавес на любительской сцене. В неглубокой нише, открывшейся взорам потрясённой публики, мирно сидела герцогиня Тарвенская, небрежно катая пальцем крупную янтарную сливу.

Но лишь наизусть знавшей ее Аделии было понятно, как непросто дается подруге это деланное спокойствие.

– Ваша светлость… – словно бабочка на огонь ринулся к ней мгновенно позабывший свои рассуждения Тервальд. – вы позволите?

Мэридит поспешила кивнуть, ну не напоминать же королю, что он один имеет право сидеть и стоять, где пожелает?

– Мы до сих пор не выяснили, – продолжил рассказ магистр, – откуда там взялась талантливая природница, но она сотворила настоящее чудо. Сумела остановить стремительно уносящее жизнь короля кровотечение, заменив порванные сосуды кусочками полых стеблей одуванчиков. И исчезла бесследно… не вспомнив о положенной награде.

– Я уже выяснил, – не оборачиваясь, сообщил его величество, – никуда она не исчезала. Просто выложилась… и добравшись до ручья, свалилась в кустах ежевики и камыша. Ну и проспала там несколько часов, а ваши люди плохо искали. А вот как попала на охоту…

– Тоже просто, – кротко усмехнулась Дели, – жених привез, лорд Феблд. А потом поссорился со мной, рассмотрев мой наряд. Я и ушла погулять… от него подальше.

– Скоро он будет гулять очень далеко от столицы, – внезапно кровожадно прорычал Шэдгер. – Я сам прослежу. Мы всех опрашивали… а он смолчал.

– И последнее… просто понять не могу, – дружелюбно улыбнулся природнице Анцельс, – как вам удалось заставить придворных дам так мчаться за помощью? Они ведь в жизни с подобной скоростью не бегали.

– Пообещала превратить в жаб… – неожиданно смутилась Дели, и со вздохом добавила, – с теленка размером.

– Темные силы… – в ужасе отшатнулись фрейлины.

– Ну да… – поглядев на них, начал ухмыляться магистр, – теперь понятно. Наши леди не особенно разбираются в телятах… и наверняка представили существо размером с племенного быка.

– Не может быть… – еще спорила Аделия, но по лицам дам отчетливо понимала, что именно так им это и видится.

– Вот теперь я осознал, – вдруг жестко объявил король, – почему они абсолютно не слышат и не понимают моих пояснений. Сделав однажды собственные выводы, держатся за них до последнего, не внимая никаким доводам разума. Это заразная болезнь… но я знаю отличное лечение. Здоровый деревенский воздух и парное молоко три раза в день. У Вас есть имение в провинции, леди Кларина? Тогда отправляйтесь немедленно, вы бледнеете на глазах, а здоровье моих подданных важнее всего. Линд!

– Будет исполнено.

Гвардейцы мигом подхватили не успевшую и пикнуть статс-даму, сунули в ожидавший советника паланкин и рысью утащили в сторону конюшен. Дели не сомневалась, вскоре та будет уже далеко, но ни о чем не жалела. Провести весну за городом, среди садов и рощ, пить по утрам парное молоко – ей самой остается об этом только мечтать.

– Теперь вы, леди, – его величество смотрел на молодых фрейлин холодно и строго.

– Мы ничего! Мы здоровы… – перепуганно залепетали дамы.

– Да? – с сомнением протянул король, и вынес решение, – ну посмотрим.

Сухо кивнул, давая знать, что аудиенция окончена и фрейлин унесло так же стремительно, как летят сованные порывом урагана листья.

– Тогда я пойду, – поднялся с дивана магистр, – Раяна волнуется.

– Мы тоже, – Поспешила последовать его примеру Дели, снова подхватывая пациента послушным корнем.

Король с Мэри теперь и без нее разберутся, посторонним в такие дела лучше не вмешиваться.

– Вот и паланкин, леди Аделия, – деликатно сообщил Линд через несколько минут и целительница согласно кивнула.

Советнику действительно намного удобнее будет ехать в мягких подушках, под сенью кисейного балдахина. И неважно что сам Шэдгер недовольно скривился, когда Дели непреклонно отняв свою руку, устроила его с удобством. Зато его мать не испугается, увидев связанного побегами сына.