Глава 23

Мегер, Танатос и Лира сразу учуяли, что кто-то старается ненавязчиво и не обнаруживая себя, вызнать как можно больше. Определить природу плетения и что именно хотел незваный визитёр никто так и не сумел. Даже Эринэль лей Картиэль лишь сокрушённо покачал головой, признавая собственное фиаско:

— Это что-то совсем незнакомое, полковник Морс. Могу только сказать, что оно относится к категории следящих. Думаю, в ближайшее время нам следует ждать неожиданных событий. Если будем начеку, то, возможно, сможем избежать многих неприятных последствий.

Лира снова почувствовала чужое присутствие и насторожилась. Она привыкла доверять своему чутью, которое из года в год лишь становилось острее. Особенно на грядущие неприятности. Она задумчиво проронила, не скрывая досады:

— Похоже, что Апеп жутко недоволен тем, что мы смешали ему все карты. Разжечь жажду власти всердцах Сета и его детей было совсем просто. Он попытается найти себе новых союзников, чтобы гарантировать свою победу.

— Вопрос кого остаётся открытым, — мрачный как грозовая туча Танатос не скрывал всё возрастающего беспокойства. — Главное — не прошляпить этот животрепещущий момент. Иначе мало не покажется никому. Да и личность Дамы Пик мы пока так и не установили.

— Что-то неспокойно у меня на душе, — леди Даэри терпеть не могла это отвратительное ощущение предчувствия, что беда снова наматывает круги вокруг наследницы рода Пурпурный Прилив.

Ламия обернулась огромной чёрной волчицей и почти мгновенно переместилась в собственные владения в Тартаре. В комнате Аэри сейчас никого не было, но отчётливая вонь змеиной чешуи вопила о том, что беда уже готова обрушиться на голову её любимой племянницы.

— Девочка моя, кто это нанёс тебе визит, миновав все ловушки и охранные щиты? — яростный взгляд требовал немедленного ответа. — Неужели сюда пробрался сам Сет?

— Нет. Всё гораздо серьёзнее и хуже. Это был Апеп, — девушка так и не подняла глаз на тётку, опасаясь, что та выместит на ней гнев. Она так и не смогла отсидеться в родных стенах, пока гроза не пройдёт стороной. — Потом пришла Нефтида, бывшая супруга бога пустыни. Дала мне нити к правильному пониманию ситуации, и как быть дальше. К сожалению, большего не позволяют наложенные на неё ограничения и древние клятвы.

— Хорошо. Сделай для меня подборку тех материалов, которые тебе удалось обнаружить. Он не рискует соваться во дворец Аида. Поэтому будет лучше, если ты, временно, поживёшь под присмотром Персефоны.

— Как пожелаете, — ламия быстро скопировала нужные файлы и перенесла их на флешку.

Передала устройство леди Даэри, поспешно собралась и последовала за старшей родственницей под крылышко к жене бога Царства Мёртвых. По дороге она усиленно размышляла, кем может быть Ядовитая Роза. Только все старания так и пропали впустую. Слишком мало исходных данных для аналитики было в её распоряжении.

Между тем Даэри решила пойти на такие кардинальные колдовские меры, как смена имени племянницы, чтобы и концов враги их рода не нашли:

— Девочка моя, это дело слишком дурно воняет даже для бессмертных и небожителей. Поэтому с сегодняшнего дня в твоей ауре вместо Аэри будет прописано Таэри.

— Хорошо, тётя. Это поможет развеять колдовские печати и путы, которые наложил на меня Апеп, без вреда для меня и окружающих. Хотя я очень люблю то имя, которым родители нарекли меня при рождении. Надеюсь, других кардинальных перемен в моей жизни не предстоит, — в глазах цвета глухой полуночи стояли самые настоящие слёзы.

— Ну-ну, милая, не надо так расстраиваться. Имя-то с подвохом. Оно означает «Та самая Аэри», — женщина улыбнулась и погладила расстроенную родственницу по голове, словно она была ещё совсем маленькой девочкой.

— Мне бы хотелось вернуться к выполнению своих обязанностей в офисе частного детективного агентства «Мухомор» как можно скорее, — и младшая ламия с надеждой посмотрела на супругу главы рода Пурпурный Прилив.

— Пока Дама Пик на воле, об этом не может быть и речи! Слишком опасно! Я не хочу потерять ещё и тебя. Кто знает, вернут ли Парки Мадэри к полноценной жизни? Каждый из нас важен и ценен по-своему. Давай не будем делать откровенных глупостей, Таэри. Обещаю, как только опасность перестанет тебе угрожать, сразу же отпущу тебя под крылышко Танатоса и Мегера. Они очень ценят тебя как работника и чуткого аналитика.

Таэри долго молчала перед тем, как ответить, словно собираясь с мыслями:

— Меня не оставляет неприятное ощущение, что ответ у нас прямо под носом. Он настолько прост, что мы упускаем его из вида. Единственный оборотень, который женился на ламии, был глава клана оборотней Игорь Волков. Может, Ядовитая Роза незримо цветёт в его окружении, отравляя всё вокруг?

— Кто знает? Надо проверить. Только, милая, ты и носа не высунешь за порог апартаментов Персефоны. Обещай мне! — сказано было таким строгим голосом, что Таэри проглотила все возражения и поклялась, что выполнит просьбу тётки в точности.

Спрятав племянницу среди придворных дам супруги Аида, ламия помчалась к Танатосу с докладом. И у неё на душе скребли кошки и выли волки в преддверии какой-то очень опасной ситуации. Увы, в чём может быть дело, они так и оставались ни сном и ни духом.

Таэри снова склонилась над вышивкой, желая только одного: чтобы весь этот кошмар поскорее закончился. Её никогда не прельщала монотонная жизнь придворной дамы богини весны. Персефона сразу заметила, что новая ламия в близком окружении снова загрустила и подозвала к себе:

— Пойдём, переговорим без лишних глаз и ушей. Я же вижу, что тебе тут также уютно, как певчей лесной птичке в золотой клетке, — женщина чуть печально улыбнулась и увела девушку прочь.

В личном кабинете супруги Аида их не смогли бы потревожить даже Сет и сам Апеп:

— Тебя что-то сильно тревожит, дитя моё. Я в курсе, кто ты есть. Поэтому можешь говорить всё как на духу, наследница рода Пурпурный Прилив. Леди Даэри всегда отличало живое и непредсказуемое чувство юмора. Придумать такое, не изменив сути имени!

— Апеп приходил в усадьбу главы моего рода. Именно поэтому тётя и спрятала меня среди придворных. Честно говоря, мне безумно хочется как можно скорее вернуться к моим обязанностям в частном детективном агентстве «Мухомор». Я чувствую там себя на своём месте… — в глазах цвета полуночи ламии плескалась такая тоска, что богиня весны невольно обняла её за плечи и погладила по волосам, точно маленькую девочку в надежде хоть как-то утешить и подбодрить.

— Мы, пока что, так и не придумали, как склонить Сета снова вступить в бой с извечным врагом бога солнца и всего сущего. Естественно, в качестве союзника Ра, а не противника.

— Может, Хатхор подскажет нам слабое место в чешуе бога пустыни? Тогда мы сможем надавить на болевую точку и вынудить его сыграть извечную битву как по нотам? –Таэри то наматывала длинную прядь на палец, то отпускала на волю.

— Кажется, я поняла, почему Танатос рвёт и мечет, вспоминая, что не переманил тебя в своё ведомство раньше Мегера. Бог мести сразу понял, что у тебянестандартное мышление. Ты сможешь найти причинно-следственную связь даже там, где другие не учуют ничего. Приглашу Хатхор к нам. Может, египетская богиня любви, и правда, подскажет что-то дельное.

В это самое время праздник на городской площади набирал обороты. «Ламийский рок» отпустили со сцены только тогда, когда солисты охрипли и больше не могли петь. Музыканты от усталости чуть не валились с ног. Они тихонько перенеслись по домам прямо через зачарованные от детей Сета зеркала, укрывшись за крепкими стенами собственных домов.

На сцене появилась невысокая девушка, которая пела под сопровождение огромных тамтамов. Барабаны издавали странный вибрирующий звук, который заставлял толпу повторять малейшие па странного танца танцовщицы с волосами цвета киновари. Яркие пряди оттеняли радужку, точно выточенную из зелёной яшмы. Она была в причудливом, похожем на фэнтезийный, наряде.

Лире эта выступающая вертихвостка чем-то совершенно не понравилась. Только вот она много раз смотрела в туманные глубины зачарованных зеркал. Это ей никак не повредило. Следовательно, дочерью змеиного бога быть никак не могла. Её движения были чувственны и хищны. Точно язык пламени плясал на вершине смолистого факела долгой зимней ночью.

Леди Алый Закат попробовала прощупать незнакомку с помощью сканирующих чар, и ничего не обнаружила. Барабанщики были такими же. Точно по прихоти неведомого бога ожили сгустки изначальной пустоты и присоединились к общему веселью. Только с какой целью, феегоргона сказать не могла.

Фея напрягла все свои таланты Дочери Дану. Истина перепугала её почти до икоты. Незнакомка не просто буквально заворожила смертную аудиторию. Под чары её танца и первобытного обаяния под рокот барабанов подпали все, кто был на площади в этот момент. Она пила чужие жизни и души. Точно амброзию античных божеств. Смакуя каждый глоточек и растягивая удовольствие. В противном случае все уже были бы давно развоплощены так, что и воспоминаний о них в ткани бытия не осталось бы и следа.

Леди Алый Закат посмотрела ещё раз на девицу с волосами цвета киновари. Из омутов оттенка зелёной яшмы на мир смотрела жадная до чужого бытия пустота. Вечно голодная и ненасытная. Певица и музыканты были также чужды этому миру, как и их повелитель Апеп. Поняв, что самостоятельно с проблемой может и не справиться, Лира умчалась с докладом к Танатосу.

Бог смерти решил в долгий ящик не откладывать и поинтересоваться у Маат, как лучше обезвредить наглую гостью родом из древней Стигии. Ответ от Великой Матери пришёл быстро вместе с амулетом:

— Пусть фея подойдёт прямо к самой сцене и прошепчет слова заклятья, которое начертано на обереге. Покажи мне, с кем мы имеем дело, Лира, — увидев нужное в памяти молодой женщины, собеседница полковника Морса мрачно ответила. — Это Кивари — Верховная Жрица Апепа. Некогда она была стигийской танцовщицей в храме Сета. После предательства бога пустыни и посвящения стала сгустком изначального Хаоса. Бессмертной служительницей Апепа. Нужно как можно скорее заключить её в недрах чёрного алмаза, на который наложены печати всего Египетского Пантеона, даже её бывшего повелителя.

Супруга ректора Тартарийской Академии Колдовства и Ритуалов восхищённо ахнула, рассматривая великолепную вещицу. Ей даже было очень жаль, что с такой красотой очень скоро придётся расстаться навсегда.