Глава 32

Как нейтрализовать проклятие, подсказали Ра и Сет. Непримиримые и вечные противники здраво рассудили, что сейчас они по одну сторону баррикад. Небольшая раковина хранила внутри себя причудливый букет из разномастных проклятий, даже нубийских. Раздался печальный звон, и коварный дар Апепа превратился в горсть пыли. Её тут же разметал невесть откуда взявшийся порыв стылого ветра.

Проверив, просто так, на всякий случай, Ра нашёл ещё несколько «сюрпрайзов» послабее, но тоже таивших в своих недрах крупные неприятности в ближайшем будущем. Фотоотчёт по возвращении лёг к Танатосу и Мегеру на стол.

Таэри не сразу решилась высказать то, что нашёптывало ей верное чутьё, но фурий слишком хорошо знал свою помощницу. Поэтому настоял, чтобы ламия поделилась своими предчувствиями.

— Ты слишком тонко ощущаешь, как изменится ткань реальности до того, как наступит критическая точка в событиях.

Девушка набрала побольше воздуха в грудь и озвучила, что подсказывали родовые таланты рода Пурпурный Прилив:

— Боюсь, не только развалины графского замка таят для нас потенциальную угрозу. Мы не знаем, все ли сообщники Апепа обнаружены и нейтрализованы. Поэтому следует проверить и сам город, и пригороды на предмет подобного рода амулетов и обломков. Не знаю, почему эта мысль засела калёным гвоздём в моей голове. Этому должно быть рациональное объяснение.

Олегу снова почудилось, что он слышит голос Аэри. Пару раз сморгнув, мысленно отвесил себе оплеуху, отметив, что лично видел, как Элеонора убила его Истинную Пару. Только почему её близкая родственница, ставшая новой Наследницей, ведёт себя так похоже на ту, которую по собственной глупости потерял навсегда? Ответа на этот вопрос у старшего Загорского не было. Да и времени на личное расследование сейчас тоже отсутствовало.

Танатос что-то отрывисто прошептал, пробуя заглянуть хоть ненамного в будущее. Потом по его лицу разлилась зеленоватая бледность. Видимо увиденная картина совсем не пришлась ему по вкусу. Бог смерти набрал номер дежурной части полицейского управления и коротко распорядился:

— Мы обнаружили и уничтожили далеко не все подарочки Апепа! Выслать бригады зачистки. Всех найденных детей Сета под замок до выяснения обстоятельств во время их пребывания на нашей территории! Не забудьте амулеты! Все отряды комплектовать исключительно ламиями!

В ответ донеслось отрывистое:

— Есть! — а потом дежурный офицер повесил трубку.

— Лаор, доложите в Управление, что до особого распоряжения в городе вводится режим чрезвычайного положения и комендантский час. Нам не нужны новые жертвы среди штатских.

— Полковник Морс, из Администрации обязательно затребуют причины.

— Скажите, что из доверенных источников поступила информация о готовящемся крупномасштабном теракте. Пока всё не проверим, он будет сохранять свою силу. После двадцати одного вечера и до восьми утра гражданам и гостям запрещается покидать помещения, к которым они приписаны! Выполняйте!

Брат Аэри коротко рявкнул на подчинённых, перемещаясь через бронзовое зеркало прямо в дежурную часть, чтобы передать приказ бога смерти остальным.

В кустах жимолости притаился молодой некромант, который давно снюхался с Апепом. Мар сразу увидел чужаков, хозяйничающих на территории развалин графского замка, которые его владыка давно уже считал своими. Поймав на себе взгляд Лаора, решил изобразить, что попросту заблудился. Соломенные волосы и мечтательные голубые глаза, как и мольберт и сумка с художественными принадлежностями не давали с ходу учуять в нём матёрого мага смерти. Блондин двадцать лет тому назад перестал быть обычным человеком.

— Офицер, я хотел выйти к лесному озеру в километре отсюда. Но, кажется, заплутал. Вы не могли бы мне помочь сориентироваться? Честно говоря, в здешних местах впервые. О, какие живописные развалины. Может, их и изобразить на холсте? — и он принялся устанавливать треножник, словно намереваясь, устроиться на натурные зарисовки.

— Немедленно покиньте место преступления! — голос ламия прозвучал с едва скрываемой яростью. — Отвезите его к водоёму! Никто из штатских не имеет права находиться на месте предполагаемого убийства во время проведения расследования!

Откуда наследнику рода Пурпурный Прилив было знать, что он, только что, собственными руками позволил преступнику оказаться вне досягаемости тех, кто так настойчиво его искал?

Мар довольно улыбнулся. Он прекрасно понимал, что для того, чтобы вызволить своего господина и его слуг из ловушки, в которую они так глупо угодили, придётся изрядно потрудиться именно ему. Прикрытие «Выезд порисовать на природу» ещё ни разу его не подводило.

На «Фестиваль Отражений» некромант соваться не стал, поэтому и не попал в лихо расставленные на его союзников сети. Дело оставалось за малым: вызволить из неволи Изначальный Хаос, получив за услугу ещё большее могущество и место Верховного Жреца. Именно вместо глупого и недалёкого интригана Итвара.

Убедившись, что никто не помешает проведению ритуала, Мар выудил из ящика с художественными принадлежностями черепицу из обожжённой глины и кистью нанёс первый символ заклятья, пропев коротенькое слово. Символ полыхнул багровым и погас, став невидимым. Высокая трава укрыла первый «камень проклятий» от нескромных взглядов. Потом блондин, самодовольно улыбаясь, засеял в высоких зарослях заливного луга ещё двенадцать «табличек с сюрпризом».

Закончив со своим мудрёным занятием, прикрепил художественный холст к доске мольберта и принялся рисовать озеро, над которым в преддверии наступления вечера уже клубился голубоватый туман. В который раз порадовался, что специально окончил художественный ВУЗ, чтобы ни никто не смог понять. Всё это — только ширма для проведения тёмных делишек на службе у Изначального Хаоса.

Тут в голове забрезжила идея, как накопить необходимую энергию для того, чтобы ставший сильнее Апеп смог разорвать путы чуждого для него колдовства. Оставалось только прийти на озеро днём, когда гуляющие по берегу парочки без всякой задней мысли сами попадут в умело расставленную им ловушку. Только, для начала, надо было создать себе непрошибаемое алиби в виде выбравшегося из пыльного и душного города на природу пейзажиста.

Голубые глаза цепко осмотрели окрестности. В который раз Мар похвалил самого себя за бдительность и предусмотрительность. Полицейские античного выскочки вспомнили про него и тоже решили допросить. Лаор вежливо поздоровался и осторожно спросил:

— Простите, хотел у вас спросить, не заметили ли вы среди развалин чего-либо необычного или подозрительных личностей?

— Нет, офицер. Разве что, было очень странно, что не пели птицы, и вокруг не копошилась мелкая живность. Но её попросту могли распугать и вы сами.

Лаор так и не понял, почему ему так сильно не понравился незнакомый блондин, но решил, что надо будет поручить одному из подчинённых присматривать за ним. От чужака веяло смертельной опасностью. В этом ламий не сомневался ни на миг.

Таэри с всхлипом ужаса села на постели, растерянно хлопая ресницами. Так бывало всегда, когда посетившее её видение было чересчур ярким и таило в себе большую опасность. Тёмная фигура явно принадлежала мужчине. Он, пока что, был смертным, но от него веяло смертью и мощью Апепа.

За окном уже светало, поэтому молодая ламия взяла лист бумаги и записала всё, что только смогла вспомнить. Выходило, из рук вон плохо: видимо. Кто-то не просто ускользнул из ловушек небожителей. Он оказался в состоянии помочь Великому Хаосу и его подручным получить реальный шанс на освобождение.

Девушка, не откладывая деликатное дело в долгий ящик, переместилась через зеркало прямо в кабинет Танатоса. Бог смерти выглядел совсем уставшим. Было видно, что он пытается свести концы с концами, но у него ничего не получается. Взгляд глаз цвета глухой полуночи потух от впустую затраченных усилий. В нём больше не горел обычный для полковника Морса задорный огонёк завзятого авантюриста и любителя разгадывать загадки, которые ежедневно подбрасывает жизнь. Он внимательно прочёл заметки сотрудницы «Мухомора» и помрачнел ещё больше.

— Выходит, наш план-перехват «Горгона» не увенчался успехом в полной мере. Кроме этого неизвестного могли быть и другие избежавшие ловушки сообщники Апепа.

— По всем признакам, именно так и произошло, — Таэри тоже очень не понравились полученные результаты, но она предпочитала знание реального положения дел витанию в облаках благодушия. — И этот некто знает, как помочь своему господину улизнуть от заслуженной кары. Вот этого допустить мы не имеем права!

— Тут вы правы, Таэри. Быть может, ваши аналитические способности преуспеют там, где мне не удалось получить даже нечто похожее на целостную картину, — Танатос тяжело вздохнул, ему пришлось признать, что он не продвинулся к цели и на полшага.

— Если вы дадите мне доступ ко всему массиву информации, сделаю, что могу.

Девушка прошла на выделенное лично для неё рабочее место и с головой ушла в изучение, систематизацию и аналитику. Она и не заметила, что мелкие нюансы поведения смогут выдать её с головой тем, кто когда-то хорошо знал Аэри. Олег встал, как вкопанный, увидев, что новая наследница рода Пурпурный Прилив тоже неосознанно накручивает на указательный палец прядь волос цвета полуночи, вытащенный без всякой жалости из аккуратной причёски. В нижнюю губку у левого уголка впились, почти до крови, острые клыки. Оборотень подошёл и, взяв свободный стул, присоседился рядом.

— Таэри, вам удалось что-нибудь обнаружить? — изумрудные глаза с невысказанным вопросом воззрились на собеседницу.

Ламия тихонечко вздохнула и отвесила себе мысленный подзатыльник. Она не желала навлечь гнев парок на головы их обоих только потому, что дала волю чувствам и посмела влезть в испытания старшего наследника Вячеслава Загорского. Поэтому ничем не выдала, что ей безумно приятно такое неожиданное соседство. Она деловито вывела на монитор схемы логических цепей и последовательностей с учётом полного массива информации по делу «Дамы Пик» и её сообщников.

— Меня больше всего беспокоит мужская чёрная фигура из моего видения. Это тоже жрец Апепа. Только такой хитрый и осторожный, что ещё ни разу не попадал в поле зрения небожителей и полиции… — Таэри судорожно вздохнула, припомнив ужас, который охватил всё её естество, когда Изначальный Хаос пытался перетянуть ламию на свою сторону баррикад.