Глава 18
Если не считать маленького видения, в котором верховный маг возложил на себя странную корону и объявил себя «великим государем», я больше ничего не видела.
Ни-че-го.
Хотя хотела. Мне очень хотелось увидеть дом, и я старательно вызывала в памяти образы Кристы и мамы, в мельчайших деталях вспоминала обстановку наших комнат.
Я представляла себе посуду в буфетах, книги на полках. Думала, как Криста напевает с утра, как Джей пинает мяч, как отец поправляет нарукавники.
Много раз представляла себе прыжок в ледяную воду и даже задерживала дыхание. Но проклятая магия словно издевалась. Затаилась и не подавала никаких признаков.
Когда я уже больше не могла думать о доме, то пыталась увидеть Бьянку. Надеюсь, ей и другим девушкам удалось скрыться от троллей, и в отличие от меня они теперь свободны. Может, Бьянка отправила весточку своему Мадсу и тот сбежал от верховного мага.
Но настоящее оставалось туманным.
Зато теперь, когда Захария заходил узнать, как у меня дела, мне не было нужды врать и выкручиваться. С некоторым ехидством я сообщала: увы, никаких странных снов или чужих секретов.
Я видела, что он злился, но пока сдерживался. Не упрекал. И главное, больше не пытался воздействовать магией. Еда тоже была обычной. Видимо, результаты «эксперимента» здорово напугали мага.
Но отсутствие видений имело свои положительные стороны, я впервые за долгое время почувствовала себя нормальной. Цельной. Голова сделалась ясной и легкой.
И я уже довольно бодро ходила по комнате.
Захария застал меня, когда я завершала шестой круг.
– Доброе утро, Мальта.
– Доброе утро, мэтр, – поздоровалась я, едва сдерживая улыбку. – Увы, сегодня без видений. Может, они насовсем прекратились…
Но он лишь отмахнулся.
– Вижу, ты чувствуешь себя достаточно хорошо. Не желаешь ли прогуляться по-настоящему.
Захария принес с собой одежду: белье, рубашку и штаны. Качество тканей было гораздо лучше по сравнению с теми вещами, что выдавали воспитанникам Неба. Перспектива выйти из замка вскружила голову, поэтому я не сразу заметила, что мантия отсутствовала.
– Я думала, магам нельзя показываться без мантии.
Но Захария лишь усмехнулся.
Он вообще не был расположен к разговорам. Главное, мы вышли из Пепельных Башен. Я жадно хватала ртом воздух не в силах надышаться.
– Ты умеешь ездить верхом? – деловито спросил он.
– Никогда не пробовала.
Отец не держал лошадей, если надо было куда-то выехать, мы нанимали извозчика.
– Не важно, – сказал Захария. – Твоя задача просто сидеть.
– А где… – я хотела спросить, где мы возьмем лошадей, как из-за башни появился приземистый мужичок.
Он вел сразу двух серых в яблоках лошадей. Они показались мне мирными.
Захария помог мне влезть в седло. Хоть мой конек не отличался ростом, все равно от земли оказалось достаточно далеко.
Поводья мне не дали. Конюх закрепил их на луке седла.
– Держись за гриву, – небрежно бросил маг. – Персиваль смирный, а я подстрахую.
Конюх подал ему веревку, которую зацепил за кольцо на оголовье.
Я пьянела от свободы, вот бы ускакать отсюда и больше не возвращаться в проклятый замок. Копыта мерно стучали по утоптанной дороге. Пели птицы. И в воздухе разливался аромат цветов. Небо. Наконец-то обычное небо, нежно голубое, с росчерками белых облаков. Никакого тумана.
Мне было все равно, куда мы едем. Лишь бы вперед. Лишь бы подальше от Пепельных Башен. Прочь от всей этой магии.
– Я должен тебе признаться, Мальта, – тихо сказал Захария.
Я вынырнула из приятной неги и удивленно взглянула на него.
Он смотрел прямо на дорогу. Его резкий профиль был словно высечен из камня.
– В чем именно?
В голове пронеслось несколько диких догадок: неужели, он расскажет, что пытал Люка.
– Ты была права. Я действительно хотел использовать твой дар в своих интересах. Дело в том, что я умираю.
Я удивленно вздохнула.
– Вы не кажетесь больным, – с сомнением сказала я.
– Быть и казаться – это два разных состояния. Страх ослепил меня и лишил здравомыслия, заставил поступиться собственными принципами. Я думал, что своим вмешательством смогу направить тебя и получить ответ. Пытаясь подчинить твои видения, я пытался вернуть контроль над своей жизнью.
– И какое видение вы хотели у меня вызвать?
Его губы тронула кривая улыбка.
– Кабинет одного аптекаря. Мне нужен был момент, когда он готовил для меня лекарство. Я не хотел зависеть от этого не слишком достойного человека.
– Ммм… – только и могла сказать я.
– Но знаешь, Мальта, это слишком много. И в конце концов, мы оба маги, значит, равны. И твое здоровье так же значимо, как и мое. Тем более аптекарь умер, оставив мне небольшой запас зелий. Так что когда он истощится…
Захария не договорил, давая мне возможность самой сделать вывод.
Я не могла понять столь резкой перемены в его настроении. Что если он мне врет? А если Захария говорит правду? Человек, находящийся на краю гибели, способен на любые поступки, лишь бы выжить.
– Но почему целители из Башен Пепла не могут вам помочь? Неужели был только один маг, способный изготовить лекарство?
– Это сложный состав, требующий немалого искусства. Увы, никто из здешних целителей не обладает такими знаниями. И никто из известных мне людей не обладает.
Захария грустно вздохнул.
– У тебя есть много причин относиться с недоверием к моим словам.
Мне хотелось тряхнуть головой. Недоверие мешалось с сочувствием. Обрывки воспоминаний разбивались на сотни осколков и перемешивались, образуя кашу в голове. Захария проявил ко мне доброту, когда забирал из дома, но с другой стороны, я своими глазами видела, на какую жестокость он способен.
– Дар со временем окрепнет, и магия станет не такой хаотичной, ты начнешь запоминать свои видения. Возможно, я не доживу до этого момента, но тем не менее хочу провести оставшееся время с чистой совестью. Ты будешь посещать уроки магии вместе с остальными. А поскольку ты достаточно окрепла, то можешь вернуться обратно на Небо. Я бы с радостью дал распоряжение перевести тебя в спальни обычных адептов, но, увы, Алиса уже внесла твое имя в список, который отправлен самому верховному магу.
– В какой список?
– Ты же слышала про испытания для обитателей Неба. Сам верховный маг посетит Башни Пепла, чтобы поговорить с адептами и проверить, как вы встали на путь исправления. Но не волнуйся, я буду за тебя ходатайствовать и объясню, что твое пребывание среди «неблагонадежных» было моей ошибкой.
Я крепче вцепилась в гриву. Слова были сладки, как мед. И мне очень хотелось верить, что все вот так просто.
– Хорошо, – осторожно сказала я.
– И еще одно. Я больше не буду спрашивать тебя о видениях. Просто знай, ты всегда сможешь мне рассказать то, что посчитаешь нужным.
Сказать, что я была сбита с толку, – ничего не сказать.
– Мы почти приехали.
Мы обогнули небольшую рощицу и поднялись на холм. На поле раскинулись яркие полосатые шатры и кибитки. Паслись желтые лошадки, больше напоминающие толстые бочонки на ножках.
– Вещатели приехали в Башни, но они так привыкли к вольной жизни, что всегда разбивают свой лагерь в некотором отдалении. Звездное небо им милей наших туманов.
– Не могу их винить.
Мы поручили своих коней заботам низкорослого паренька с косящими глазами.
– Как твои дела, Гил?
– Благодарю, мэтр Захария, магия нас сохрани.
– Доехали без происшествий?
– На дорогах нынче не очень спокойно, – паренек повел плечами, – но мы встретили несколько «капюшонов», поэтому ехали в полной безопасности.
Гил осклабился щербатой улыбкой.
Потом он подмигнул мне, хоть я и не уверена – его глаза смотрели в разные стороны.
Мы с Захарией петляли между хаотично расставленных шатров, нам попадались магички в мантиях, к рукавам которых были пришиты крошечные колокольчики. И серьги в ушах у них тоже были с колокольчиками. Отовсюду раздавался мелодичный звон.
– Кто такие «капюшоны»? – спросила я.
– Странствующие маги. Они берут пример с рыцарей и приносят обеты чести, – в голосе Захарии чувствовалось неодобрение. – Защищают путников на трактах и большаках, истребляют порождения туманов. Живут подаянием. Вон они сидят.
Я повернула голову.
У костра отдыхали несколько мужчин в мантиях пепельно-серого цвета с капюшонами. Лиц было не разглядеть.
– Зачем вы привезли меня сюда?
– Подумал, что прогулка и смена обстановки тебе не повредят.
Мы пришли к кибитке, расписанной золотыми звездами на темно-синем фоне. Захария собрался постучать в дверь, но та распахнулась.
На пороге возникла улыбающаяся магичка. Приветливо звякнули колокольчики.
– Рада видеть тебя, мэтр Захария и…
– Мальта, – представил меня Захария.
– И тебя, Мальта. Все меня зовут госпожа Глаз. Что ж вы стоите, входите.
Мы вошли в комнатушку с невероятным обилием подушек и блестящих предметов.
– Располагайтесь, – хозяйка сделала приглашающий жест.
Надо же, госпожа Глаз. Звучит как кличка.
– Мы…
– Не утруждайся, дорогой мэтр, магия открыла мне причины вашего прихода. Будущее для меня как открытая книга.
Почему-то госпожа Глаз ухмыльнулась.
– Итак, у тебя, Мальта, трудности с тайным зрением, – сказала она, враз став серьезной. – Временная слепота? Или ты просто отворачиваешься и не желаешь смотреть туда, куда указывает судьба?
Колокольчики на ее мантии осуждающе звякнули.
Она сунула руку под подушку, извлекла ярко-розовый кристалл и принялась водить им над моей головой. Я вопросительно посмотрела на Захарию, но у него было такое серьезное и заинтересованное выражение лица, точно он верил, что происходящее имеет смысл. Словно не он говорил мне, что будущее нельзя увидеть. «Только настоящее имеет значение». Как же…
– Вижу! – глубоким и жутким голосом сказала госпожа Глаз. – Вижу, что будущее раздваивается, словно змеиный язык. Нужно сделать выбор между добром и злом. Между жизнью и смертью. Между милосердием и жестокостью. Только от твоего решения зависит твоя судьба. Ты можешь обрести величие среди магов. Я вижу славу и блеск королевского двора. Твоя золотая мантия будет сиять точно солнце. Другой путь принесет только мучения и страдания.
Госпожа Глаз уже почти кричала, да еще больно впилась в мою руку.
– Не дай себе погибнуть. Остерегайся предателей и отступников. Говори, говори, говори…
Я не могла выдавить из себя ни слова.
Кристалл на цепочке из розового стал черным.
– Тебя искушают враги. Тролли хотят твоей гибели, мешают тебе видеть ясно. Умоляю, смотри…
Дальше речь вещательницы стала совсем неразборчивой. Ее окутало бледное голубоватое свечение.
Неведомая сила отбросила вещательницу назад на подушки. Она тяжело дышала, и на лбу выступили крупные капли пота. А затем яркая вспышка заставила меня крепко зажмуриться.
– Все хорошо, Мальта, можешь открыть глаза.
Захария достал платок и осторожно поднял с пола черный кристалл. Металлическая цепочка распалась рыжей пылью.
Несколько долгих минут я боялась пошевелиться, потрясенная произошедшим. Госпожа Глаз пришла в себя, села и тряхнула головой.
– Простите меня. Кажется, транс был слишком глубоким.
– Что это значит? – спросила я.
– Магия, – просто ответил Захария. – А теперь, Мальта, думаю, тебе стоит пойти оглядеться в лагере, а я пока побеседую с мадам Глаз с глазу на глаз. У меня есть вопросы.
У него есть вопросы. Да у меня сотня вопросов! Но я решила приберечь их на обратный путь в Пепельные Башни, поэтому поднялась и на негнущихся ногах вышла из кибитки.
Солнце припекало. Лагерь вещательниц жил полной жизнью. Звенели колокольчики. Магички спешили по своим делам, переговариваясь и перешучиваясь.
Горели костры, над ними пузатые закопченные котелки исходили густым ароматным паром. Никто не обращал на меня внимания, так что я беспрепятственно бродила между шатрами. В какой-то момент мне показалось, что я могу просто уйти. Никто не хватится. Я сделала шаг навстречу свободе, но что-то заставило меня оглянуться. Может быть, виной всему был слишком пристальный взгляд, устремленный мне в затылок.
Маги в капюшонах курили трубки и тихо переговаривались. Капюшоны скрывали их лица…
* * *
– Урод он. Самый натуральный, – Галард поскреб отросшую рыжую бороду и презрительно плюнул в костер.
Слюна попала на угли, зашипела.
– Погань магическая. Слишком много им дали власти, а раньше головы поднять боялись.
– Ты что-то сказал, безрукавник?
Маг – почти мальчишка, с лицом настороженным и узким, как у хорька, – услышал и вскинулся. Щеки его по-девичьи раскраснелись, он подошел к рыцарям и взглянул на них свысока.
– Мы вас не звали, мэтр, – тихо сказал Роберт и осклабился.
В почтительном обращении слышалось издевательская нотка.
– Если хотите мне что-то сказать, то говорите.
Мальчишка несмотря на «хорьковость» явно был не робкого десятка. Его не смутили недобрые взгляды и то, как Галард демонстративно коснулся ножен.
Наоборот, на узких губах зазмеилась улыбка.
– Ну же… дайте мне повод. Избавить землю от таких предателей будет честью.
Галард вскочил на ноги.
– Не тебе рассуждать о чести, маг.
– Может быть тебе, рыцарь? Ах, да, теперь вы простые солдаты. Хотя, будь моя воля, вы бы шли там…
Он показал в сторону. В тени деревьев сидели люди в серых лохмотьях. Нет, не люди… то есть не совсем. Тролли-полукровки или, вернее, люди-полукровки.
– Они будут трудиться в шахтах, а вы – никчемный мусор. Все, что смогли, это обрезать рукава на рубахах и куртках. Обет чести… как благородно. Хотя нет… глупо.
Лица бывших рыцарей рукава посерели от дорожной пыли. Тяготы стерли с мужчин всякий лоск, и вид их сделался далеко не благородный.
Глаза их светились злобой и голодом.
Галард побледнел.
По ряду полутроллей прошелся шепоток.
– Не разговаривать, – крикнул маг.
Он не стал утруждать себя заклинанием, а взмахнул плеткой. Она со свистом рассекла воздух. Этого предупреждения хватило, чтобы пленники затихли.
– Так что, рыцарь, давай, помоги мне. Дай повод.
Роберт поднялся и положил руку поверх руки Галарда, не давая ему обнажить меч.
Маг выждал несколько мгновений и вернулся в тень к пленникам. Он пустил в ход плетку. Ее длинный язык обрушился на плечо одного из них.
Когда-то это был высокий, видный парень с гармоничными чертами лица. Но сейчас он был ужасающе худ; после многочисленных пыток он смотрел на мир только одним глазом, а плечо стало выше другого; сквозь жалкие лохмотья, что чудом держались на теле, виднелись жестокие шрамы.
Другие полукровки выглядели не лучше. Так что на их фоне рыцари смотрелись роскошно.
– Он опять над ними измывается, – процедил Галард. – Вы как хотите, а мне этот маг поперек горла…
– Ладно, до Брегунда всего ничего, а там наши дорожки разойдутся. Этих бедолаг потащат дальше, и забудешь об этом хорьке нетравленном.
* * *
– Эй… я к тебе обращаюсь.
Я моргнула.
Передо мной стоял «капюшон».
– Почему ты не одета? – прошипел он.
– Извините, я… э… не хотела…
– Раз не хотела тут стоять, то чего встала и пялишься?
– Я…
Маг навис совсем уж угрожающе.
– Надень мантию! – рявкнул он.
Совершенно неожиданно из глаз брызнули слезы. Я разрыдалась горько и бурно. Но причиной был вовсе не грубый тон. Это снова произошло. Снова видения взяли надо мной верх, и я застыла посреди дороги с отсутствующим видом.
Я плакала от бессилия.
Почему я… почему… я опять…
Маг брезгливо сплюнул и вернулся к костру.
Я постаралась выбраться из-под волны нахлынувших воспоминаний. Подробности чужих жизней мешались с моими собственными: я видела рыцарей рукава в самом неприглядном виде во время диких утех. Я помнила их скорбящими вокруг мертвого короля, когда его мать обрушила на них свой страшный гнев. Я вспоминала, как впервые прочла страничку в маминой книге, как мы с Кристой разорили мамин гардероб…
Я. Точно. Знала. Как. Погиб. Король.
И теперь поняла, почему тролли чествовали ту девушку. Они считали, что она убила Этельреда. Но причиной был слишком низкий дверной проем.
– Эй… ты чего? Он тебя напугал?
Рядом со мной стояла девушка. Ее русые волосы были повязаны ярким платком, а лицо такое неприметное и «светлое», что стоило отвернуться, как ее облик стирался из памяти.
– Нет. Наверное. Просто… – я не могла придумать оправдание своей внезапной истерике. – Просто…
– Я поняла, просто такой день. Идем со мной.
Она увлекла меня за собой в черно-белый шатер. На полу лежали толстые ковры. Мы уселись на подушки, и вещательница вложила мне в руки чашку с горячим травяным отваром.
– Они кого хочешь напугают. Даже тролли краснеют и бледнеют, когда появляются «капюшоны». Когда твое посвящение? Я так волновалось, что не получится ничего предсказать, но ничего, впала в транс и навещала. У тебя тоже все получится. Сделай глубокий вдох. И, как говорила моя мама, не обязательно верить в себя, если не веришь.
Девушка мило улыбалась.
– Посвящение… м-м-м… я даже не знаю. Захария мне не сказал.
Меня все еще мутило, в памяти снова и снова прокручивалась сцена с рыцарями рукава. Я поняла, как милосердна ко мне была судьба, когда видения исчезали из памяти.
В шатер вошли еще несколько вещательниц. Они поздоровались со мной так радушно, как будто мы приятельствовали сто лет и наконец-то встретились. Девушки расселись кружком, одна принялась плести браслет из цветных нитей, а две другие стали наигрывать легкую мелодию на тростниковых флейтах.
Я во все глаза наблюдала за ними. Как же здешняя обстановка отличалась от уныния замка.
– Вы наверное часто переезжаете? – спросила я.
– Постоянно. Мы нигде не задерживаемся надолго. Дарина, – вещательница, которая меня привела, кивнула на девушку с флейтой, – считает, в скольких городах мы побывали. Говорит, больше сотни. Но я ей не верю. Похоже, она считает городом любую дыру.
Дарина убрала флейту и важно сказала:
– Я считаю городом то место, где официально проживают хотя бы два мага.
Я невольно рассмеялась, так важно это прозвучало.
– А были места, в которых хотелось остаться? Насовсем?
– О, да… есть такие красивые города. Помнишь, тот с горбатыми мостами и белыми дворцами? Если бы я могла жить в таком маленьком дворце… комнат на триста, то не раздумывая осталась.
– И что, неужели никто так не делал?
Похоже я нарушила какое-то негласное правило. Но девушки не пожелали рассказывать о том, как кто-то сбежал. Вместо этого они сами начали задавать мне вопросы.
– Итак, у тебя есть серьги, но нет мантии. Захарии водил тебя к госпоже Глаз. Расскажи, что ты за птица?
Если так ставить вопрос… Что можно ответить. Я только плечами пожала.
В это время девушка отложила браслет, сложила пальцы домиком, потом проделала несколько плавных движений и над ней вспыхнул крошечный огонек.
Она поймала мой удивленный взгляд и улыбнулась.
– Света мало, – сказала она и вернулась к работе.
– У вас получается творить магию! – выдохнула я.
Девушки рассмеялись.
– Мы же маги!
– Но я думала…
– Что? Только не говори, что ты считала вещательниц пустышками, способными только закатывать глаза.
На меня смотрели строго. И я устыдилась, поскольку именно так и считала.
– Так вот почему тебя держат в Пепельных Башнях. Бедняжка, твоя магия тебя не слушается.
Тролли их побери! А они догадливы.
– Но ничего, госпожа Глаз тебе поможет. Она умеет готовить не только любовные зелья. Есть такие отвары, магия открывается вмиг.
Похоже, нечто подобное Захария уже испробовал.
– Неужели совсем ничего не получается? – участливо спросила Дарина.
Вещательницы показали мне несколько магических пассов и настояли, чтобы я повторила.
Но их усилия «научить меня магии» пропали втуне.
А потом была дорога обратно в замок. В ушах еще долго раздавался звон колокольчиков. Я несколько раз оглядывалась на горящие костры.
– Что скажешь, Мальта? – спросил Захария, когда мы немного отъехали от лагеря. – Захотелось присоединиться к веселой кочевой жизни наших милых пташек?
– Почему бы и нет, – ответила я, а про себя добавила, все лучше, чем сидеть в окружении туманов в тухлых башнях.
Настроение у Захарии улучшилось после посещения госпожи Глаз. Она вручила ему внушительный кошель с монетами, который приятно позвякивал в такт шагам лошади.
Взятка? Случайная прибавка к его жалованию? Старый долг? Или что-то еще.
– Значит, решено, ты присоединишься к вещательницам. Научишься ставить шатер и править толстым мохнатым пони, – маг улыбнулся.
– Что, у меня тоже будет яркая мантия с колокольчиками и я буду вещать на ярмарках?
– Вполне возможно. Только оставшееся время на Небе тебе придется проявить усердие, чтобы овладеть основными магическими приемами. Маг любой специализации должен обладать базовыми знаниями, чтобы не опозорить честь мантии.
– Конечно, – ответила я.
– Обещай, что будешь стараться.
Захария принялся расписывать прелести вольной жизни полной приключений и странствий. Он говорил о городах, которые я увижу. О том, как мне предстоит выманивать деньги у простаков, желающих заглянуть в будущее.
Неужели он действительно меня отпустит.
После нескольких часов свободы возвращение в Башни Пепла было мучительным. Опять эта затхлая атмосфера, снова бесконечные коридоры и плещущийся в редких окнах равнодушный туман.
– Что ж, Мальта, желаю тебе удачи. С испытаниями проблем возникнуть не должно, но если ты захочешь поговорить… – Захария сделал многозначительную паузу и пожал на прощание руку.
Так я снова оказалась на Небе.