Глава 33

Жарко пылал камин. Осень в стране троллей наступала раньше, и за окном уже ощущалось холодное дыхание ветров. Ория и Бьянка расположились на пушистой белой шкуре.

Королева ведьм была одета в простое домашнее платье. На коленях она держала пергамент.

– Элстин – самый могущественный артефакт. Увы, его изображение не сохранилось. Но по описанию, это камень с нанесенным на него рунами. В нем заключена магия.

Бьянка недоверчиво покачала головой:

– Больше похоже на детскую сказку. Если бы магам попала в руки такая могущественная вещь, они бы ее уже разломали, выпили бы все силы и написали бы тома книг. Они же одержимы собственным могуществом. Постоянные ритуалы, тайные собрания, изготовления эликсиров, зелий, артефактов, эксперименты с травами. Прости, Ория, но я не верю.

– Мы найдем его, – убежденно сказала королева. – Магия будет наша.

– Допустим, вот он камень. И что дальше? Тут… – Бьянка очень неуважительно постучала пальцем по древнему манускрипту, – не написано ничего конкретного, чтобы можно было управлять этим самым Элстином.

– Тебе не хватает веры. Нужно верить.

Бьянка тихо рассмеялась.

– Сказки. Почему бы и нет. За вкусную еду и вино, я уже почти верю.

Она откинулась на ковер и уставилась в потолок.

– Что ж. Вина у нас предостаточно, – сказала Ория и поднялась. – В такой промозглый день полезно разогнать кровь.

Она подошла к столику и встряхнула кувшин.

– Закончилось. Сейчас.

Королева вышла из комнаты.

От расслабленности Бьянки не осталось и следа. Ее словно подбросило с ковра. Она быстро-быстро пробежала к столу и задвигала ящики.

Извлекла наружу небольшое ручное зеркало в тяжелой металлической раме. Хотя нет, какое зеркало. Черное стекло, в котором не было отражения. Но Бьянка все равно смотрела в это стекло, силясь что-то рассмотреть.

– Мадс! – позвала она. – Мадс!

Бьянка то и дело поглядывала на дверь.

– Мадс, услышь меня.

– Он не услышит, – Бьянка резко обернулась.

Ория вышла с кувшином вина из ниши.

– Да, тут есть еще один вход, – со смешком сказала она.

Бьянка положила стекло обратно и аккуратно задвинула ящик.

– Выпей, – властно сказала Ория и плеснула в бокал рубиновый напиток. – Доверие, Бьянка, после того, как я пойму, что тебе можно верить, ты поговоришь с этим твоим Мадсом. Пей же.

Бьянка осушила бокал до дна.

– Пойдем, начнем колдовство. У нас появилась работа.

* * *

Я выскользнула из видения легко. После объяснения с Корином, я старалась как можно реже выходить из своей комнаты.

Меня охватила досада. Ну почему Мадс такой упорный в своем неверии. Бьянка всеми силами ищет пути, чтобы выбраться, поговорить с ним. А он просто сдался. Выполняет грязную работу, смирился со своим положением. А может, ему даже нравится то, что он делает. Вдруг Кьяра права, и он, по местной традиции, уже и думать забыл о Бьянке, утешился в объятиях магичек.

Я провела рукой по волосам, они уже порядком отросли, и теперь их можно было собрать в короткую косу. Взглянула на часы, которые появились в комнате недавно, чтобы я могла являться к «государю» по времени. Во дворце Айль к верховному магу все чаще и чаще обращались как «государь».

Что ж… сегодня мне есть, что рассказать Бальтазару Тоссе. До того, как я увидела Бьянку и Орию, мне было видение о королеве.

О королеве я расскажу ему охотно. Но о ведьмах… я хранила их тайны. Необъяснимо, опасно. Не знаю, что-то меня останавливало на самом деле.

Я накинула белую торжественную мантию. Сегодня после беседы предстоит большое событие.

На поклон к верховному магу придут жители столицы. И он будет творить магию на их благо. Я должна буду присутствовать в зале и стоять за его креслом. Там, где будут доверенные чернокнижники из охраны. Такого желание верховного мага.

Дверь открылась без стука. Ремма. Точна и пунктуальна, как всегда.

– Я готова, – сказала я.

Бальтазар Тосса был облачен в мантию из нескольких слоев. На плечах лежал расшитый золотом воротник. Голову венчала тот странный убор, который я видела в видении: шапка в виде огромное яйцо, у которого срезали острый кончик и серебристый обруч по кругу, украшенный колдовскими звездами из блестящих драгоценных камней.

Маг выглядел выше и внушительнее.

При взгляде на него не оставалось сомнений, кто настоящий король.

Верховный маг рассматривал свое отражение в большом зеркале. Он кивнул мне.

– Чем порадуешь меня сегодня, Мальта?

Он улыбнулся.

– Я видела королеву, – сказала я.

– Дальше, дитя, говори.

– Сегодня ночью она разговаривала с министром Карлом Люци.

– Мне известно о том, что Карл является ее фаворитом.

– Министр выражал обеспокоенность вашей растущей властью. Я бы даже сказала, что он настраивал королеву против вас.

Бальтазар Тосса оторвался от созерцания себя в зеркале и сосредоточил все свое внимание на мне.

– Как можно точнее, Мальта. Желательно повторить слово в слово то, что он сказал.

Я рассказала.

Все.

Не нужно быть искушенной в придворных интригах, чтобы понять из разговора министра Люци и ее величества: некоторые придворные обеспокоены растущим влиянием Бальтазара Тоссы.

«Он забыл всякую скромность. И не похож на смиренного мага. Его величают «великим господином». А такое обращение достойно лишь короля».

Это было правдой. Достаточно взглянуть на блестящий наряд верховного мага.

Но! Карл позволил себе лишнее: он пытался убедить королеву, что маг жаждет свергнуть ее, маленького Этельреда и взойти на трон сам.

– Спасибо, Мальта. Полезно знать о таком. Мне нужно будет поговорить с Карлом и его союзниками. Нельзя, чтобы верные слуги королевы ссорились между собой и распускали сплетни как кухарки.

Он подошел и погладил меня по щеке:

– Еще что-нибудь?

– Нет, больше ничего, – ответила я.

– Славно. А теперь пришло время магии.

От этих торжественных слов у меня по спине пробежали мурашки.

Такого дворец Айль не помнил со времен своего основания. Впервые в истории резиденция верховных магов отворила двери для простых горожан.

И по коридорам в большой зал потекли реки страждущих, калечных и увечных. Нищих и богатых. Сегодня каждый мог рассчитывать на чудо.

Я стояла позади резного кресла верховного мага. Мне была видна часть его щеки, плечо с воротником.

Мадс тоже был здесь. Он встал рядом со мной и кивнул в знак приветствия.

Я демонстративно отвернулась.

Зал был наводнен целителями в зеленом. Среди них я увидела огненную шевелюру Саманты. Сердце радостно подпрыгнуло. Значит, она снова во дворце. Надеюсь, нам удастся поговорить.

Верховный маг поднялся и воздел руки вверх, блеснули драгоценные камни перстней.

– Я верховный маг Миравингии Бальтазар Тосса провозглашаю себя слугой слуг королевы. Каждый житель находится под защитой магии, и коснется каждого искра.

Он спустился со своего места и подошел к грязному нищему на костылях. Он коснулся его лба. Глаза мужчины закатились, и он рухнул бы на пол, не поддержи его чернокнижники, которые тенью следовали за верховным магом.

– Магия! – голос Бальтазара Тоссы прозвучал в полной тишине.

Мужчина судорожно вздохнул и открыл глаза.

Его немедленно отпустили. Калечная некогда нога теперь надежно держала его, костыль был отброшен за ненадобностью.

Мужчина рыдал, благодарил и славил «государя магии» и саму магию.

Я во все глаза следила за чудесным исцелением и совершенно упустила из виду, когда Мадс оказался у меня за спиной.

Его руки легли мне на талию. Он притянул меня к себе. Я фактически вжималась в него, но так… он мог говорить, не опасаясь.

– Я верю тебе насчет Бьянки. – быстро сказал он.

Я хотела ответить, но он сильнее сжал руки на талии.

– Не отвечай. На нас смотрят.

Раздались радостные крики. Верховный маг совершил еще одно исцеление.

Но он уже поворачивался, чтобы вернуться на свой «трон».

– Охрана около твоей комнаты будет спать. Приходи в крипту после полуночи. Мы сможем помочь друг другу.

Мадс отступил.

А меня охватила паника. Я не знала, что такое «крипта» и где она находится. Также для меня стало открытием, что за моей комнатой следят.

Спокойно, Мальта, ты разберешься.

Бальтазар Тосса сел. Теперь к нему подходили люди, они оказывались ниже его на несколько ступеней. Некоторые целовали край его мантии, а другие доходили до того, что почтительно касались губами краешка его бархатной туфли.

Мои ноги и спина гудели от долгого стояния.

Лица просителей смешались: красивые, уродливые, старые, молодые, мужские, женские. С горящими надеждой глазами и утратившие веру.

Непрерывный гул давил на уши.

Временами я проваливалась в мутные короткие видения, которые никак не складывались во что-то осмысленное.

Был только один момент… Люк.

Он сидел, обнаженный по пояс, спокойный, сильный, притягивающий взгляд. Вся его поза говорила об уверенности.

Тролль с очень темным лицом и золотыми колечками в острых ушах наносил татуировки на предплечья. На очень гладкую кожу с легким сероватым оттенком, выдающим троллью кровь, ложился причудливый рисунок – извивающиеся крылатые змеи.

Татуировщик трудился тщательно, прорабатывая каждую чешуйку.

Змеи как будто оживали под его умелой рукой.

– Можем продолжить завтра, если ты устал, – обратился он к Люку на тролльем.

– Нет. Эта боль просто ничто…

Я порадовалась, что могу понять их разговор.

Мне было приятно видеть, что Люк в безопасности. И он явно чувствует себя лучше среди троллей, чем среди людей.

Как все-таки несправедливо винить кого-то за происхождение. Ни человек, ни полутролль, ни тролль не выбирают, в какой семье появиться на свет.

Возможно, если бы люди не были жестоки к полукровкам, они бы с охотой делились своей магией и жили бы, как люди.

Я вынырнула из размышлений и видений. Какая-то женщина протягивала верховному магу младенца с посиневшим ртом и закрытыми глазами.

Сначала я даже испугалась, что ребенок мертв. И обезумевшая от горя мать просит о невозможном. Никакая магия не в силах победить смерть.

Бальтазар Тосса поднялся и положил ладонь на грудь младенца. Тот судорожно вздохнул.

Значит, жив.

Исцеление потребовало гораздо больше времени, но свершилось. Я видела, как Сэм покачнулась и осела, и сразу же после этого ребенок открыл глаза и заплакал.

Сэм осторожно вынесли из зала, но на это никто не обратил внимания. Все чествовали верховного мага и поздравляли счастливую мать.

Людской поток иссяк только поздним вечером. Наконец-то двери дворца Айль затворились.

Маги в зале валились от усталости. Все чудеса были результатом их трудов. Бальтазар Тосса выглядел довольным. Его равнодушное лицо озарила редкая улыбка.

– Сегодня мы сотворили много добра, – сказал он. – Добром мы откроем сердца людей для магии. А теперь отдыхайте! Вас ждут зелья для восстановления сил, сытный ужин, каждый получит кристаллы из моих личных запасов.

Я сделала шаг, чтобы последовать за остальными магами. Но Бальтазар Тосса удержал меня за руку.

– Не спеши, Мальта, я хочу, чтобы ты присоединилась к ужину в моих покоях.

* * *

Стол для верховного мага был накрыт в комнате, прилегающей к его кабинету.

Жареное мясо и тушеные овощи источали умопомрачительный аромат специй. Рот моментально наполнился слюной.

– Располагайся, Мальта, – Бальтазар Тосса сделал приглашающий жест.

А сам снял свой причудливый головной убор, щедро налил себе вина и осушил кубок.

Мне досталась вода.

Верховный маг внимательно на меня посмотрел и спросил:

– Что-то случилось?

– Нет, я просто думала, что Кьяра тоже будет здесь…

– Моя птичка сегодня много колдовала, и сейчас она в кругу других целителей восстанавливает силы, дети уже спят, Алессия отправилась навестить родственников в Камбарии, Лука тоже в отъезде. Так что придется тебе довольствоваться моей компанией. Надеюсь, тебя не тяготит общество старика.

– Нет, конечно же, нет.

Мы принялись за еду. Чуть утолив голод, Бальтазар заговорил снова:

– Что ты думаешь о сегодняшнем дне, Мальта?

Я чувствовала бесконечную усталость, ноги и голова все еще гудели, череда мутных видений оставила неприятный осадок. Еще я поглядывала на часы. Успею ли найти «крипту», чтобы встретиться с Мадсом.

– Я думаю, что сегодня вы помогли очень многим.

– В этом суть магии. Помогать. Мне жаль, что Захария испортил твое первое впечатление о нас.

Бальтазар скорбно склонил голову.

– Ты любишь Миравингию, Мальта? Желаешь ей процветания?

– Конечно! – без тени сомнения ответила я.

– Я не мог не заметить, что тебя смущают, а иногда тяготят знания, которые приходят во время видений.

Отпираться не было смысла.

– На твои плечи легла тяжелая ноша. В столь юном возрасте тебе приходится созерцать всю неприглядность людских пороков. Короли, не задумываясь, приносят в жертву людей. Король Стефан хотел ввергнуть всю нашу страну в хаос.

– Это было ужасно! – горячо согласилась я. – Варвары! Как можно заключать с ними соглашения. Они же… животные.

Бальтазар Тосса тонко улыбнулся.

– Не буду тебе лгать, Мальта, ты увидишь еще много неприглядного. Будет тяжело. Но вместе мы убережем нашу страну, наших людей от несправедливости и злодеяний. Разве мы не заслуживаем мира?

– Заслуживаем!

Я верила ему. В голосе мага звучала искренняя убежденность.

– Ради общего блага приходится засучить рукава и сунутся в грязь. Но такова цена моего служения. Ты останешься незапятнанной. Я заберу все бремя решений. И сам разберусь, полезно то или иное знание или нет. Скажи мне, что тебя гнетет?

Во рту разом пересохло. Я сделала глоток воды.

Нет, я не могу рассказать про Бьянку.

Верховный маг откинулся на спинку стула и терпеливо ждал.

– Меня занимает один вопрос, – осторожно начала я.

– Спрашивай, дитя, спрашивай.

Сверкнули перстни на холеной руке.

– Откуда у людей взялась магия? Она… она от троллей?

Сердце с силой стукнулось о ребра.

– Дай угадаю, ты слышала про некий могущественный артефакт, с которого все якобы началось? Так?

Я вздрогнула и выдала себя с головой.

– Захария, – Бальтазар Тосса покачал головой, – в чем-то он романтик. Он недавно признался, что хотел использовать твой дар не только, чтобы шпионить за мной. У него, оказывается, была идея разыскать Элстин. Волшебный камень, с помощью которого можно лишить мага силы или, наоборот, даровать магию обычному человеку.

– И он существует? Этот камень?

– Сказки, – жестко отрезал Бальтазар Тосса. – Едва ли саму эту мысль можно принимать серьезно.

Я вздохнула с облегчением. Если верховный маг не верит в существование артефакта, то и не стоит ему докучать рассказом о ведьмах, которые ищут этот самый Элстин. Пусть себе ищут, раз никому не мешают.

– А знаешь, откуда это пошло?

Разумеется, мне было невдомек.

– Наша кровь весьма капризна, и даже в семьях магов часто рождаются самые обычные дети. Как сделать так, чтобы магов стало больше, – вот над этим вопросом бьются лучшие умы. Знаешь, сколько усилий маги прикладывают, чтобы раскрыть эту тайну… И как было бы легко и приятно, если бы существовало средство, рецепт, артефакт.

– Но его нет, – на всякий случай еще раз уточнила я.

– Увы. Вот и возникают всякие «легенды». Раньше не было у людей магии, но вот пришли тролли, принесли камень, кубок, книжку и, колдовские силы знают, какой еще мусор, и тогда-то магия принялась расти как на дрожжах.

Бальтазар Тосса разгорячился, даже на щеках проступил лихорадочный румянец.

– Но такие заблуждения бывают даже опасны. Сама посуди. Из-за абсурдного предрассудка Захария поместил тебя с убийцами, пособниками троллей, считай, преступниками. Разумеется, такие молодые люди требуют усилий и даже строгости, чтобы направить на путь истинный. Но ты, Мальта, не заслуживала такого.

– Алиса. Наставница. Она издевалась над адептами. Ей нравилось мучить… – я закусила губу.

В уголках глаз вскипели слезы.

– Не бойся, дитя. В стаде встречаются паршивые овцы. Говори. Она была жестока?

– Очень.

Верховный маг поднялся и подошел ко мне. Положил руку на голову и ласково привлек к себе.

И я рассказала ему обо всех унижениях, которым была свидетельницей. Слова лились легко, а вместе с ними уходила тяжесть.

Он слушал меня внимательно, не перебивал. А когда я обессиленная замолчала, то вытер мои слезы и пообещал:

– Ее поведение не останется без внимания. Я пошлю магов разобраться. Мы должны исправлять, а не ухудшать.

Я взглянула на часы. Время перевалило далеко за полночь. Я пропустила встречу с Мадсом.

– Ты же будешь искренне служить своей стране, Мальта. Не подведешь меня?

– Нет, не подведу!

– Тебя проводят в твою комнату, – сказал верховный маг. – Спокойной ночи, моя маленькая птичка. Завтра мы вместе посмотрим, что замышляют враги.