Глава 38

Мы уже приехали? А где разруха и вытоптанные поля? Судорожно вспоминала, что проезжали мы мимо вполне ухоженных наделов земли. Да и домики вполне себе симпатичные. Или я неправильно услышала слова управляющего? Или… он безбожно врал!

Барон тем временем поздоровался с мужчинами и спросил, как найти дом старосты.

– Это мы запросто покажем. Не извольте волноваться. Слава Всевышнему, что Вы поправились, вона, даже сами приехать изволили. – О чем это они? Дело обрастало новыми интересными подробностями. Оставалось дождаться встречи с деревенским старостой.

Мужчины, тем временем, подхватили свои мешки и торопливо пошли вдоль дороги, махая руками, чтобы мы следовали за ними. Они постоянно оглядывались и, перекрикивая шум лошадей и скрип двуколки, кричали, что уже близко, и что Всевышний излечил барона.

И действительно, совсем скоро мы остановились у небольшого дома. Невысокий забор, калитка и лавочка перед ней.

– Милан! – во всё горло закричали в сторону дома мужчины. – Милан! Поторопись!

Из дома на крик высыпали дети, мал мала меньше, одеты в … я бы назвала это мешками, с прорезями для головы и рук. Но чистые, хоть и заплатки виднелись повсюду.

Следом торопливо вышел мужчина. Сколько ему? Ближе к сорока, наверное, но густая борода и растрепавшиеся волосы запросто могут и обмануть.

Он огромной ладонью пригладил волосы и что-то недовольно пробурчал себе под нос. Но когда поднял глаза на двуколку, то замер на месте, хлопая глазами.

– Хозяин! Вы живы! Хвала Всевышнему! – Он торопливо вышел к нам и склонился в поклоне до самой земли.

Краем глаза я заметила, что из соседних домов начали выглядывать люди. Пока никто не решался выйти из калиток, но по всему видно, что наше появление встревожило народ.

Барон, кряхтя, вылез из двуколки. Я шла следом, как привязанная.

– Веди в дом! Разговор есть. – Староста вновь поклонился и пропустил барона вперёд. Затем прошёл сам, следом я и любопытные дети.

Внутри дом представлял из себя одну большую комнату. Вдоль стен – широкие лавки, накрытые серыми домоткаными застиранными ковриками. Под ними ящики, заполненные тряпьём. Земляной пол. Грубый стол, накрытый тряпицей из мешковины, но чистой. И печь в углу. Вот и вся обстановка.

Барона усадили на лавку, а сам хозяин встал напротив.

– Присядь. Разговор долгий у нас получится, – показал на место рядом с собой барон. – И ты тоже. – Последнее относилось ко мне, и я послушно опустилась на лавку. Хорошо! Не трясёт, и пыль в лицо не летит.

Пока хозяйка, молодая женщина с испуганным лицом, накрывала на стол, староста рассказывал состояние дел. И чем дольше говорил, тем сильнее сжимал кулаки барон.

Из рассказа старосты выходило, что барон смертельно болен, и докучать ему своими мелочами управляющей запретил. Всё через него!

На лечение требовалось всё больше денег, и пройдоха буквально вытрясал монеты из крестьян. Требовал возделывать все свободные наделы, даже поляны в лесу! Женщин заставил плести коврики и лапти, с последующей продажей на ярмарке. Яйцо, молоко, мясо, шкуры – всё отправляли на торг. Себе оставляли лишь зерно и немного овощей.

– Он мог нагрянуть внезапно и пройтись по домам. Если находил половину мешка муки, отбирал всё подчистую. Не глядя на наличие детей. Потом всей деревней кормили несчастных, – закончил свой рассказ староста.

Барон выругался и рассказал, что прогнал управляющего. А сам приехал, чтобы разобраться во всём.

– Ну, сейчас ты спрашивай, что там хотела? – кивнул барон мне.

И началась работа!

Сколько жителей? Из них трудоспособных мужчин? Размеры полей? Что выращивают? Какой ожидают урожай? Когда? Сколько что стоит на ярмарке? Собирают ли грибы и ягоды в лесу? Рыбачат ли в море? Охотятся ли в лесу на диких зверей? Сколько денег приносят коврики и лапти?

Все ответы запомнила, и, когда закончились вопросы, перевела взгляд на барона. Дескать, Вы сами всё слышали. Помочь посчитать?

Тот впервые за день расплылся в довольной улыбке. Ему явно понравилось всё услышанное. И я облегчённо выдохнула. У меня получилось! Радоваться, конечно, рано. Работа только началась, но у нас появилась первая информация – цифры! А с этим уже можно работать.

– Ты устрой нас на ночлег. Завтра поеду в другие деревни. Когда всё узнаю, дам послабления.

Староста тут же упал в ноги к барону и целовал тому руки.

– Храни Вас Всевышний! – А когда поднял лицо, в глазах стояли слезы.

Что нужно сделать, чтобы довести взрослого мужика до такого? Вот же гад управляющий! Скольким людям он жизнь портил? И сколько это продолжалось?

Нас накормили кашей, молоком. И даже двумя варёными яйцами.

Лавки трансформировали в два широких настила, накрыли ковриками, и таким образом получились две сносные кровати. Конюх наотрез отказался ночевать в доме, сказал, что останется в двуколке. Сами хозяева ушли ночевать к соседям.

Мне было странно ночевать с бароном в одной комнате. Но он не проявлял ко мне мужского интереса. Скорее, относился как к прислуге.

– Выхлопай мою одежду. – Подал мне рубашку и штаны. В чем он остался, разглядывать не стала. Даже глаз не подняла.

– Воды нагреть?

– Не надо. Долго не копайся, завтра рано вставать. Надо успеть всех объехать, да домой вернуться к ночи. – Затем лёг и отвернулся лицом к стене.

Чтобы не шуметь, я вышла на улицу, тщательно выхлопала его одежду. Потом оглянулась по сторонам. Темно, надеюсь, никто меня не увидит. Сняла свое платье, вытряхнула из него всю пыль.

Затем присела на корточки, стащила нижнюю рубаху и, стараясь не ойкать, обмылась прохладной водой из ведра. Натянула чистую рубашку на влажное тело. Оглянулась, но в темноте ничего не заметила. Порядок!

Вернулась в дом, разложила одежду барона и свою, после чего легла на кровать. Осталось только повторить все, что рассказал староста – так лучше запоминается, – и можно спать. Спасибо тебе, Всевышний, за этот день, и помоги мне в моих начинаниях!