Глава 2

Раскалывается голова и совершенно не хочется просыпаться, но сейчас будильник звенит особенно настырно. Вернее, звенит он как обычно, но с учетом вчерашнего позднего ужина при свечах да еще и с бутылочкой белого вина… С трудом заставляю себя разлепить веки и в каком-то полусне пытаюсь найти тапочки. Их конечно же нет, так что босиком шлепаю в ванную. Может полегчает, если умыться прохладной водой? Помнится, в студенческие годы этот нехитрый способ быстро прийти в себя работал безотказно. Прохладная водичка делает свое дело и мне в самом деле становится легче, вот только не пойму, с чего это меня так развезло-то? Бутылочка белого вина на двоих, пара сэндвичей с красной рыбой – вроде бы все было нормально и тут наутро все симптомы классического перепоя. Хотя все становится на свои места, стоит только вспомнить, в каком разбитом состоянии я приехала на этот чертов «романтический ужин» ближе к полуночи. Мне бы выспаться нормально, просто отдохнуть и никакого вина не хотелось. Замоталась я тут с этими выборами, но Кириллу это так просто не объяснишь. Поставив чайник на плиту, я мысленно пытаюсь восстановить события вчерашнего вечера. И да – сказать ему о том, что никакой свадьбы я не хочу однозначно – на это у меня вчера духу так и не хватило. Мало того, что я приехала вся уставшая и издерганная, так откуда же было взяться силам еще и на такой непростой разговор? Тихонечко упрекая себя за малодушие и за то, что так и не поговорила с Киром, завариваю себе большую кружку зеленого чая и надеюсь, что голова все же начнет соображать быстрее. Сегодня – особенно много работы и мне желательно как можно скорее прийти в себя. Один только вид горячего чая здорово бодрит и сразу возвращает к жизни. Но как ни крути, а с Кириллом поговорить придется. На работе надо быть в течение получаса, так что наскоро провожу щеточкой туши по ресницам. А пара капель консилера и немного бронзера обеспечивают мне бодрый взгляд с легким оттенком фальши. С волосами решено не мучиться, я просто собираю их в хвост. Из зеркала теперь на меня глядит довольная жизнью девушка, вот только после сегодняшней ночи я окончательно поняла, что легкая влюбленность – это совершенно не то, что мне нужно от нынешних отношений. С Киром я вообще ничего не чувствую и хватит все это списывать на усталость из-за работы. Весть этот цирк надо заканчивать. Чем ближе к дню голосования, тем больше становится неразберихи и сумятицы в предвыборном штабе. Едва подъехав к бизнес-центру, вижу небольшую стайку студентов-практикантов, привезших очередные замеры по протестному потенциалу в округе. Хватаю анкеты, бегу в кабинет и сразу же натыкаюсь на возмущенного администратора штаба. Обычно сдержанный и опасливый Боря, с порога набрасывается на меня с претензиями. – Этого Янкелевича давно надо было гнать со штаба, ведет себя как барин, совсем стыд потерял. – О, господи, что еще случилось за утро? – А вот, – тычет в меня служебным смартфоном Боря, – позвони Леве, может он хоть с десятой попытки начнет брать трубку? Я пытаюсь переварить услышанное, так как в голове не укладывается сам факт этой ситуации. На всякий случай кошусь на офисные часы – половина одиннадцатого, рабочий день в самом разгаре. Насколько помню, накануне наш программист Лева Янкелевич у меня точно не отпрашивался и не предупреждал о возможном опоздании. – Боря, давай еще раз попытайся вызвонить Янкелевича. Мне и самой он нужен прямо сейчас. И отложи все дела – надо найти Леву и как можно быстрее подключить его к работе. Мне нужна обработанная информация по оценке протестного потенциала. Уже новые анкеты подвезли, а он со вчерашними еще телится тут. Что-то бурча под нос, Боря уходит и я включаю свой рабочий ноутбук. Попутно пытаюсь осмыслить тот факт, что анкеты еще не обработаны, вернее – информация еще не систематизирована и не сведена в графики. А вот это уже очень плохо и самое главное – понять бы причину того, куда подевался тихий и исполнительный программист Лева Янкелевич. Пока стараюсь не думать о том, почему Боря им так недоволен и почему это Лева «ведет себя как барин». Ладно, сейчас не до этого. «Ох, Лева-Лева, ну и подводишь же ты меня», с досадой проносится в моей голове. Но раз все так складывается, пытаюсь сосредоточиться на другой задаче – надо уладить еще вопрос с нестыковкой в предвыборном расписании на эту неделю. Однако, мое внимание привлекает какой-то странный шум в коридоре. Картинка, представшая моим глазам, выглядит апофеозом абсурда. Вместо того, чтоб вызванивать этого злосчастного Янкелевича, наш администратор Боря по прозвищу «де Вито» одной рукой тянет на себя огромную коробку с пиццей, а другой – пытается удержать за шиворот курьера. – Кепку с него сбивайте, кепку! Быстро, – взвизгивает Боря и пытается притянуть к себе курьера поближе. Картинка не просто нелепая, но еще и очень комичная, ведь остается загадкой, как низенький и сильно упитанный Боря умудрился дотянуться до воротника высокого и плечистого курьера. Но факт налицо и Боря одной рукой висит на воротнике курьера, а другой тянет на себя пиццу, продолжая требовать снять кепку. – Фотографируйте его, живо! В какой-то момент курьеру удается сбросить Борю с себя и оттолкнув коробку с пиццей, он опрометью выскакивает из коридора. Где-то на улице слышен резкий визг стартующего автомобиля. Опешивший от неожиданности и слегка помятый Боря обреченно смотрит на коробку пиццы в руках и печальным тоном интересуется, не сделал ли кто-нибудь фотографий на телефон? – Это же ясно, как Божий день, – пытается пояснить мне Боря, – это ж засланный. Шпион из штаба с соседнего округа. Вот бы понять, с какого именно? Схватил его, когда он пытался войти в кабинет этого прохвоста, Янкелевича. В коробке и на самом деле оказывается пицца, но все попытки сотрудников утащить добычу в кухонный уголок, Боря бдительно отметает. С вердиктом «может быть отравлена» он выкидывает аппетитный трофей в мусорное ведро. От увиденного голова кругом и несмотря на то, что Боре и в мирное время вечно мерещатся заговоры, шпионы и подставы, весьма вероятно, что сейчас он не так уж и далек от истины. Предположить, что это простой вор – вряд ли, ведь разгар рабочего дня и в офисе полно народу. Так что, скорее всего и вправду кто-то пытается шпионить. Но нестыковка все же – налицо. Даже если и шпион, то зачем так явно средь бела дня пытаться попасть в кабинет к нашему программисту? Разве только, если точно знать, что его нет на месте и для отвода глаз прикрыться курьером? Тоже странно, но хоть какое-то объяснение, правда весьма нелепое. Усилием воли отгоняю тревожные мысли, а заодно напоминаю Боре, что надо бы продолжить вызванивать Янкелевича. Если так и дальше пойдет, то будет нелишне отправить к нему домой кого-то из штаба, чтоб выяснить, что случилось. – Оцифрованные данные по анкетам только что отправлены Янкелевичу на почту, – бодрым голосом тараторит наш оператор Леночка и вопросительно смотрит на меня, ожидая новых распоряжений. Встряхиваю головой, пытаясь хоть как-то разобраться в этом бардаке и чувствую, как во мне закипает злость на Леву. Нашел время для личных дел. Так, надо брать дело в свои руки. Направляю Леночку с штабным водителем на квартиру к Янкелевичу, ведь как говорит Боря «оно и ежику понятно», что до нашего сисадмина не дозвониться. Попытаюсь сама разобраться в этой программе и буду сводить все данные в таблицу, но для этого нужен ноутбук Левы. К счастью, у меня есть ключ от его кабинета. От количества полученных за последние полтора часа сообщений в самые разные мессенджеры, служебный телефон не переставая дергается в режиме вибрации. Мысленно выделяю себе пару часов на разгребание сообщений и выхожу из кабинета Янкелевича с его ноутбуком. Пока Лева не найдется, буду разбираться в премудростях программы подсчета статистики самостоятельно. Но сначала – сообщения. Да, что же за напасть сегодня такая – стоит только сосредоточиться на чем-то, как тут же со всех сторон сыплются неприятности. В кабинете неожиданно гаснет электричество, с писком выключается кулер и пропадает интернет. Видимо, этого мало, так как в течение пары минут на моем рабочем ноутбуке «виснут» все открытые программы и сам ноут не реагирует ни на какие попытки выключить или перезагрузить его. Судя по суматохе за дверьми моего кабинета, у остальных сотрудников наблюдается то же самое. Электричество и интернет появляются так же внезапно, как и вырубились, а заодно «оживает» и мой компьютер. Вот тут-то наш штатный программист Лева Янкелевич нужен особенно, а его как раз нет. Коротко пищит личный мобильник. Леночка оповещает, что у Янкелевича никто не открывает и дома, по всей видимости, никого нет. А вот это уже странно. Впрочем, от тревожных мыслей меня снова отвлекают. На этот раз и весьма некстати в мессенджере появляется Кир с настойчивой просьбой снова приехать к нему этим вечером. «Кир, у нас завал, давай завтра», наскоро отбиваю ему ответ, надеясь, что он поймет. «Ника, обещаю сегодня идеальное свидание. Приезжай». И следом – с десяток смайликов с сердечками и поцелуйчиками. Господи, вот только сейчас не хватало душещипательных сцен с объяснениями. Парецкий совершенно не понимает, что другие тут работают – на него и за него. «Ты вообще понимаешь…», начинаю набирать я и тут же стираю сообщение. Ну не до тебя мне сейчас, Кир, а говорить с тобой бесполезно. «Ника, есть серьезный разговор о нашем будущем. Так что приезжай. СЕГОДНЯ» А вот это уже и вправду не похоже на развеселого шалопая Парецкого. Что ж такого серьезного могло у него приключиться, чтоб появилась такая срочность. Немного подумав и оценив объем работ на сегодня, все же пишу ему ответ. «Хорошо. Буду. Не раньше десяти» Остаток дня проходит относительно спокойно, но я настолько вымотана сумбурным рабочим утром, что все же решаю пораньше уехать с работы. По пути заскочу к Киру, узнаю, что там у него такого срочного и поеду к себе домой, неспешно поработаю на ноуте Янкелевича. Раз сисадмина нигде нет, буду сама разбираться в программе – эта задача больше ждать не может. Застегиваю шлем и уже собираюсь заводить свою «Мультистраду», как чувствую вибрацию на смартфоне в куртке. Шестым чувством понимаю, что надо бы посмотреть, что за сообщение. Интуиция не подводит, так как сообщение от Бори, который никогда не беспокоит по пустякам на личный номер. «Связался с женой Янкелевича. Леву не могут найти больше суток. В полиции пока отказываются заводить дело» Трясущейся рукой отключаю мобильник и кладу его в карман куртки. Завожу мотоцикл и медленно трогаюсь. Усилием воли пытаюсь заставить себя сосредоточиться на дороге. С этого момента бесконечно дурной день начинает откровенно пугать своей полнейшей непредсказуемостью.