Глава 16

Небольшой пассажирский вертолёт в зелёной расцветке, похожий на те, на которых меня возили на научную базу пятого отделения, сел в поле перед зданием, где до сих пор стояли разбитые машины дружины Орловых. Из открытой двери выскочили шесть вооружённых людей в пластинчатых защитных костюмах и шлемах, закрывающих лица.

Вертолёт не имел никаких опознавательных знаков. На нём не было герба, показывающего принадлежность роду или какой-либо организации. Нападавшие хотели остаться не узнанными. Поэтому я сомневался, что они — из пятого отделения. Скорее всего, мои старые знакомые — Воротынские или Скуратовы — сделали очередную попытку убить меня. Только вот сегодня они зашли куда дальше, открыто поправ все законы, и вторглись в мои владения.

Моими усилиями рядом с вертолётом в воздух поднялась туча мелких камней и обрушилась на головы высадившихся людей. Удар пришёлся на невидимый барьер, образовавшийся над отрядом и транспортным средством, но снаряды не пробили защитную оболочку. Один из нападавших — единственный, у кого карабин висел за спиной — делал пассы руками, управляя потоками воздуха. Он-то и мешал мне.

Отряд, не обращая внимания на мои атаки, побежал к крыльцу. И в этот момент в здании раздались первые выстрелы. Вертолёты сели с разных сторон, окружив особняк, и группы противника пытались проникнуть сразу и везде. Я даже затруднялся представить, сколько человек вторглось в мои владения. Пятьдесят? Сто? Очевидно одно: на этот раз мы крупно влипли.

— Отойди от окна! — крикнул я сестре. — Назад! Прячься! В ту комнату!

Настя замерла на миг, уставившись на меня растерянным взглядом, открыла рот, чтобы что-то сказать, но передумала и скользнула обратно в комнату, откуда мы только что вышли.

Я же снова сосредоточился на отряде противника, быстро двигавшемся к крыльцу, и продолжил осыпать их каменной шрапнелью. Та отскакивала либо от воздушного щита, либо от бронекостюмов. Никого не удавалось поразить столь слабым заклинанием. Но у защиты противника был один недостаток: она прикрывала людей только сверху.

Под нападавшими стало быстро нарастать каменное полотно, и ноги всех шестерых завязли в нём. Маг воздуха, наконец, меня заметил, и воздушный поток выбил окно вместе с рамой, остальные открыли огонь из карабинов. Я спрятался за стеной. Магические удары не прекращались, они долбили фасад особняка, и осколки стекла вперемешку с щепками сыпалось на пол.

Я стал концентрировать энергию под ногами противника, чтобы взорвать землю, но меня отвлекла сестра. Она вскочила из комнаты и закричала:

— Они там! С другой стороны! Они нас окружают.

— Пригнись и не подходи к окну! — приказал я.

— Куда мне идти?

— Подожди! Не отвлекай!

Я был сосредоточен на неприятеле, который вот-вот ворвётся в мой дом, и Настя только мешала своими вопросами. Но ведь её действительно следовало куда-то спрятать. Она вряд ли мне сильно поможет в бою, вертясь под ногами.

Выглянув в окно, я обнаружил, что нападавшие уже освободились из каменных оков и побежали к подъезду, чтобы поскорее укрыться в доме. Я создал три стальных шипа и метнул их в последнего человека, который выдернул ноги из камня позже всех и потому отставал. Он шлёпнулся спиной на асфальт, сбитый с ног моими снарядами. А когда попытался подняться, я запустил в него ещё три таких же шипа, после которых противник уже не шевелился.

В это время остальные пятеро успели забежать в здание.

Надо было срочно придумать, что делать с Настей. Не тащить же её с собой. Она не боец, только под ногами будет путаться. Но и здесь оставлять её нет смысла. Противник лез со всех сторон и мог найти Настю. И как тогда ей защититься? Самое безопасное место было, пожалуй, рядом со мной.

— Иди за мной, — приказал я. — Враг внизу, на первом этаже. Надо выбить его оттуда.

— А мне что делать? Хотя бы винтовку дай, — потребовала Настя.

— Откуда я тебе возьму винтовку? Всё оружие — в оружейной. Туда мы и должны добраться в первую очередь, и желательно раньше, чем противник.

— Тогда пошли, — судорожно пожала плечами Настя. Она хоть и не выказывала страха, сохраняя лицо даже в столь трудных обстоятельствах, но при этом вся тряслась от напряжения.

Мы направились в сторону главной лестницы, но когда оказались в соседнем помещении, то посредством эфирного зрения я увидел, что отряд из пяти одарённых быстро поднимается на второй этаж. Пойдём дальше — встретимся с ними.

Приложив палец к губам, я велел Насте молчать и указал на угол, чтобы сестра спряталась там. Одна из створок старой деревянной двери была открыта, и я поспешил отбежать в сторону, чтобы меня не увидели из холла. Враги тем временем оказались на втором этаже. Один из них стал переговариваться по рации, но до меня долетали лишь обрывки фраз.

Понимая, что обычная щебёнка против бронированных солдат неэффективна, я стал создавать перед собой тонкие стальные лезвия. На формирование объектов с большой прочностью требовалось, соответственно, больше времени, чем на каменную шрапнель, но я надеялся, это заклинание окажется более эффективным и легче пробьёт воздушные барьеры и вражеские доспехи.

И когда восемь лезвий были готовы, я вышел в лестничный холл, где толпились пять человек, и мощным импульсом метнул в них все снаряды одновременно. Четверых срубило моментально. На пол брызнула кровь. Но один остался на ногах и ударил в ответ воздушным потоком. Тот вышиб двери за мной, но я тоже устоял и закрылся магическим щитом.

Вокруг ног противника образовалась каменная порода, которая вырастала всё выше и выше, сковывая заклинателя. Тот ударил меня ещё несколькими воздушными потоками, но были они и вполовину не столь сильными, как первый. Продолжалось это до тех пор, пока маг не оказался полностью замурованным в камне.

Я прекратил создавать камень и стал наблюдать за выросшей посреди холла глыбой, в которой находился пока ещё живой человек. Надо было ждать, пока тот задохнётся, хотя выглядело сомнительным, что у мага воздуха закончится воздух. А вот мои силы длительное поддержание этого импровизированного гроба отнимало быстро.

Обелиск хрустнул, по нему поползли трещины. Я понял, что таким примитивным способом сильного заклинателя не убить, и снова стал создавать перед собой стальные шипы. И когда одарённый выбрался из ловушки, те ударили ему в грудь, пробив бронежилет. Заклинателя отбросило на несколько шагов. Я подошёл к нему и вогнал в голову последний шип.

— Настя! За мной! — крикнул я.

Сестра показалась в дверном проёме, осторожно огляделась, и обходя трупы и брызги крови на полу, зашагала следом за мной. Я хотел добраться до своего кабинета и по лестнице, что находилась рядом с ним, спуститься на первый этаж к оружейной. А там были и мой бронекостюм, и защитная одежда, и накопители маны.

Увидев валяющийся на полу карабин, Настя подняла его, проверила магазин и вопросительно взглянула на меня.

— Бери, — кивнул я. — Только на рожон не лезь. Поняла? Без моего указания — ни шагу! Здесь тебе не тир.

— Хорошо, — согласилась Настя. — Я постараюсь не мешаться.

По пути я заглянул в спальню к Анжелике, но девушки на месте не оказалось. Куда она делась, понятия не имел. Надеялся, успела спрятаться или хотя бы держится рядом с дружиной. Но сейчас перед нами стояла задача поважнее, чем разыскивать мою новую сотрудницу.

Включив в очередной раз эфирное зрение, я обнаружил тёмно-серые сгустки как впереди, так и на первом этаже. Они даже на крыше были. Я сомневался, что это — наши. Стрельба грохотала в северном крыле, а здесь стояла мёртвая тишина. Это значило, что противник беспрепятственно пробрался в дом, и всей этой толпе из двадцати или тридцати бронированных бойцов противостояли только мы с сестрой.

— Они повсюду, — сказал я шёпотом.

— И что будем делать? — Настя прижалась к стене коридора, озираясь по сторонам и сжимая карабин, словно своё последнее спасение.

— Пробиваться к оружейке, как я и запланировал.

— Уверен, что сможешь? Маны хватит?

— Должно хватить. До оружейки доберёмся, там — накопители. Восполню.

— Ну давай, прокладывай нам путь по трупам врагов, — сестра попыталась натужно пошутить, скорее для того, чтобы самой успокоиться.

— Чего-чего, а трупов будет много. Ты как?

— Что-то подташинивает, если честно.

— Это нормально. Пошли. Держись за мной.

Мы двинулись по коридору в направлении гостиной. Враги тоже шли в гостиную, но с противоположной стороны. Похоже, они поднялись по южной лестнице, по которой я планировал спуститься, и столкновения было не избежать.

Велев Насте оставаться в коридоре, я создал десяток лезвий и выскочил навстречу врагу, который в это время как раз зашёл в гостиную со стороны спален и кабинета. Трое из шести человек сразу оказались на полу, когда лезвия пронзили их. У одного отлетела рука. Двое из трёх уцелевших, вскинули карабины и принялись стрелять. Я закрылся каменным щитом.

Яркая вспышка расколола щит, и меня отшвырнуло к стене. Штукатурка треснула от удара. Сидя на полу, я метнул во врага гость острых камней. Ещё у одного противника брызнула кровь из шеи, он крутанулся на месте и рухнул. Второй, получив две дыры в бронежилете, выскочил из гостиной и спрятался. В комнате остался один человек. Его доспехи и шлем немного отличались от бронекостюмов прочих бойцов дизайном пластин. А маска вместо стекла имела два круглых окуляра. Скорее всего, класс защиты тоже был выше. Но что гораздо хуже, человек владел сильной световой магией.

Между ладоней противника загорелся сгусток света и полетел в меня. Я откатился в сторону и вскочил на ноги. Удар пришёлся в стену, меня осыпало кусками штукатурки. В месте попадания образовалось глубокое отверстие, а вокруг неё — трещины.

В ответ я метнул стальной шип. Противник выставил вперёд руку, окружённую круглым светящимся полем, и шип отскочил от него.

Я тоже зарылся щитом. На этот раз световой удар не разрушил его, но полотно треснуло, став непригодным. Я принялся укреплять его, превращая камень в железо. Следующий удар опять чуть не сбил меня с ног, но я устоял, и мой щит тоже не пострадал.

Создав в руке стальную пику, я бросился на врага. Очередная вспышка световой магии меня не остановила, и я с разбега врезался щитом в противника, отшвырнув его в шкаф с посудой, который с треском и звоном сложился под весом заклинателя. Какой бы мощью ни обладала световая магия, а в рукопашном бою земля при прочих равных всегда сильнее любых других стихий и классов.

Я ударил пикой — попал в пол. Заклинатель откатился, вскочил и опять направил в меня световую вспышку. Следующий удар копья пришёлся в стену. Проворности мне не хватало — это уж точно. Зато вспышки стали значительно слабее и уже не причиняли ни мне, ни моему щиту никакого вреда.

Моя пика несколько раз выбила куски стены, сломала комод и стол, с которого посыпалась посуда с нашим ужином. Полетели на пол стулья, мешавшиеся под ногами. А противник то и дело отскакивал в сторону, не позволяя мне подловить его.

Какое-то время он не бил его, копил силы, а потом такая мощная вспышка ударила в щит, что тот раскололся, а предплечье, на котором он держался, пронзила боль. Я метнул каменную шрапнель и тут же бросился на светового мага, сбив его с ног. Мы повалились рядом с одним из убитых врагов. Придавив заклинателя повреждённой рукой, я стал колотить его по лицу кулаком, обросшим стальными шипами.

Вначале заклинатель пытался оттолкнуть меня и закрыться руками, но после нескольких ударов шипы с хрустом вошли в его шлем, мне в лицо брызнула кровь, но я продолжал долбить заклинателя, пока его башка не превратилась в месиво под разломанной каской.

Я сел на забрызганный кровью пол среди мёртвых тел, осмотрел эфирное поле. На втором этаже врагов больше не наблюдалось. Зато на первом этаже их было не менее десяти человек. Я же чувствовал подкатывающую слабость — признак того, что маны осталось не слишком много. Ещё одной столь ожесточённой стычки могу и не выдержать. А ведь накопители — внизу, в оружейной, путь к которой преграждали враги. Требовалось что-то срочно придумать.

В заросшем саду, куда выходили окна особняка, стояли два вертолёта: небольшой пассажирский и грузопассажирский двухвинтовой. Правее виднелись ещё два мелких. Итого — пять с учётом приземлившегося напротив крыльца. Не так уж и много. Ерофей говорил о десяти. И куда делись остальные?

Но ещё больше меня интересовало, где мои дружинники и сколько их осталось в живых. Судя по звукам стрельбы, они до сих пор сопротивлялись, и мне даже показалось, будто временами слышу треск молний. Только вот долго ли мои бойцы продержаться против превосходящих сил противника? Им требовалась помощь.

Мои планы резко поменялись. Надо было срочно бежать в северное крыло. Там тоже есть оружейная только общая, и там же сражаются мои люди. Добраться туда можно по второму этажу. Главное, чтобы на пути не наткнуться на противника. Маны на очередную битву могло не хватить.

Немного придя в себя, я поднялся с пола. Настя выглянула из-за угла, продолжая сжимать винтовку. Я подбежал к сестре и сказал:

— Планы меняются. Внизу много врагов, а у меня мало маны. Идём в противоположный конец здания через второй этаж. В северном крыле, скорее всего, закрепились наши. Там же — оружейная. Нужно срочно найти накопитель.

— А если и там враги?

— Скором мы это узнаем. Пошли.

— Замечательный план.

— Другого нет. Мы окружены. А без накопителя я долго буду восстанавливать силы особенно без прямого контакта с землёй.

— Ладно, если что, я прикрою.

— Только если у меня совсем сил не останется. Поняла? Просто так под пули не лезь.

— Поняла, командир, — вымученно улыбнулась Настя, и мы побежали в обратную сторону.

Когда пробегали мимо главной лестницы, сверху раздались выстрелы. Похоже, там засела та самая группа, которая высадилась на крыше и пробралась на третий этаж центральной части здания. Я проскочил мимо, а Настя остановилась в дверях и принялась палить по верхнему лестничному пролёту.

— Не задерживайся! — я притормозил и обернулся.

Настя рванула за мной.

Второй этаж был чист. Зато на первом опять оказалось полно серых сгустков, как и вокруг здания. Бой был в самом разгаре, и я надеялся, враг ещё не проник в особняк.

По узкой лестнице мы спустились на первый этаж. На полу лежали несколько трупов в сабельных порезах. Четверо были в доспехах, двое — в форме моей дружины. Справа находилась дверь, ведущая в медпункт, слева в коридоре обосновали шесть моих бойцов во главе со Стрекозой. Они контролировали как сам коридор, так и площадку у крыльца, куда выходили окна.

Забежав в медпункт, я обнаружил остальных. Медицинский блок состоял из двух просторных, светлых помещений с высокими окнами. Возле каждого из них засели дружинники с оружием. Они вели огонь по тем, кто снаружи, то высовываясь, то прячась от вражеского огня.

В глубине комнаты за поваленным столом лежали двое раненых. Одному Лида забинтовывала голову. Заметил я и Надю. Она сидела возле стены и сжимала в ладони металлический цилиндр. Я кивнул ей, мол, у меня всё хорошо.

— Как дела? — спросил я, подбегая к Татарину, который пристроился с винтовкой возле окна.

— Ваша светлость, мы отбили одну атаку. Сейчас враг засел в саду, ведём по нему огонь. Есть погибшие, раненые. Сколько, пока не знаю. Но почти все здесь. Молот и Сокол пошли на вылазку. Мы прикрываем. Стрекоза с отрядом держит коридор.

— Косолапый где?

— Я его не видел.

— Где Анжелика? — я огляделся по сторонам в поисках девушки.

— Её отправили в оружейную. Там тоже наши обороняются. Там безопаснее.

Я выглянул в окно. Здесь беспорядочно росли редкие деревья и кусты, за которыми виднелись две одноэтажные, давно заброшенные постройки. Ни противника, ни своих я не заметил. Но над ухом сразу же просвистела пуля, а ещё одна вбила рядом кусок штукатурки. Вся стена была щербатой от постоянных попаданий.

Я велел продолжать удерживать позиции и побежал в оружейную комнату.

— Стрекоза! Контролируй лестницу! — крикнул я. — Наверху — враг. Они могут пойти и по первому, и по второму этажу!

— Поняла! — ответила дружинница и отправила двоих человек к лестнице.

Я же забежал в оружейку. Она, как и медпункт, тоже состояла из двух комнат. В одной хранились винтовки, карабины, гранатомёты и прочее оружие, во второй — снаряжение и артефакты. Там же сидела и Анжелика. Возле зарешеченных окон занимали позицию три дружинника.

— Настя, будь здесь, — приказал я сестре. — Если нужно, помогай. А ты, Анжелика, как?

— Ну я… как видишь, пока жива, — нервно усмехнулась девушка. — Что происходит? Кто на нас напал?

— Все вопросы потом.

Я подбежал к шкафчику с накопителями, вытащил стальной цилиндр и, сжав в ладони, стал впитывать энергию. Источник быстро наполнился маной, слабость отступила. Ещё два накопителя я рассовал по карманам брюк. В шкафу осталось не более десятка, но я надеялся, мы с трупов соберём. Только вначале надо атаку отбить, потому что противник пока отступать не планировал.

Пробежав, через медпункт, я выпрыгнул в окно со сломанной рамой и, спрятавшись за деревом, стал наблюдать. Возле ближайшей заброшенной постройки шло сражение.

Я сразу заметил Молота, который стоял на месте, как скала, и размахивал здоровенной кувалдой, раскидывая четырёх противников с саблями, обступивших его. Они валились с ног, вскакивали и нападали снова. Рядом дрались ещё трое, но сражение шло на такой скорости, что я с трудом мог разобрать кто где. Мелькала здоровенная фигура Ерофея и два человека в бронекостюмах.

Правее за деревьями, на некотором отдалении от здания, стояли два небольших пассажирских вертолёта. В траве валялись несколько трупов, но наши это или враги, понять было трудно.

Я бросился на помощь молоту и Метнул лезвия в его соперников. Один моментально свалился в траву, второго я сокрушил ударом кулака с шипами, проломив маску. Третьего Молот огрел кувалдой, затем отшвырнул четвёртого. Третий начал подниматься, я подскочил и проткнул его насквозь появившимся у меня в руке копьём. Четвёртому Молот встать не дал, принялся крушить его кувалдой.

Рядом с вертолётами тоже расположились враги. Они засели в траве и вели по нам беглый огонь. Я метнул туда каменную шрапнель, которая повредила первый вертолёт. Затем швырнул горсть во второй. Двое человек упали, сражённые наповал, уцелевшие четверо или пятеро (в суматохе я не смог точно их сосчитать) ринулись прочь и быстро скрылись из виду.

В это время один из противников сбил Ерофея с ног, и они начали кататься по земле. Ко втором подбежал Молот, но не успел даже замахнуться кувалдой, как получил дважды саблей по голове и удар в корпус тяжёлым армейским ботинком, легко сваливший третьеразрядного заклинателя.

Я оказался один на один с последним противником. Это был крупный малый в бронекостюме и маске с двумя окулярами. Пластины местами были порезаны, но сам человек не только не пострадал, но оставался полон сил.

Я метнул в противника каменную шрапнель. Тот отскочил в сторону. Три стальных шипа тоже пролетели мимо. Несмотря на габариты, здоровяк двигался легко и стремительно. Он мгновенно оказался передо мной, и… его ноги завязли в камне. Я отпрыгнул назад, уходя от ударов сабли, и продолжил быстро наращивать каменную породу, не давая противнику высвободиться.

И тут рядом появился Молот и огрел здоровяка по затылку кувалдой. Амбал обмяк и так остался висеть на сковавших его каменных наростах.

Расправился и Ерофей со своим противником. Воткнул ему саблю в живот, поднялся, покачиваясь. Воевода был весь в крови, на его лице, руках и теле виднелись глубокие порезы.

— Слава богу, вы живы, ваша светлость, — прохрипел он. — Мы кое-как продержались. Две атаки отбили. Их было очень много…

Сказав это, Ерофей свалился без сознания рядом с поверженным врагом.

— Молот, зови Лиду! Ерофей ранен, — сказал я. — Пойду посмотрю, куда остальные удрали.

Я побежал вокруг дома — туда, куда скрылись уцелевшие враги. Понятия не имел, сколько их осталось, но мне казалось, что немного. По крайней мере, сильные одарённые уничтожены все. А прочие вряд ли могли оказать серьёзное сопротивление.

Но не успел я обогнуть особняк, как загудели винты, и вертолёты стали взлетать один из другим. Всего их поднялось четыре, в том числе двухвинтовой. Они быстро набирали высоту, уходя в сторону границы. Создав множество мелких острых кусков железа, я метнул их вслед ближайшему вертолёту. Машина закрутилась, рухнула в поле и загорелась.

Я хотел сбить и остальные, но те находились уже слишком далеко — не достать. Вернулся к Ерофею.

Рядом с воеводой толклись два дружинника с носилками, а Лида забинтовывала ему раны.

— Как он? — спросил я.

— Раны неглубокие, — ответила целительница, которая тоже была перепачкана кровью. — Жить будет. Просто сознание потерял из-за большой кровопотери. Сейчас перенесём в лазарет, я его осмотрю, и если что-то серьёзное, вызову лекаря из города. Вы согласны?

— Делай всё, что потребуется, вызывай, кого считаешь нужным. А ещё надо полицию вызвать. Кто займётся? — я огляделся по сторонам и, не найдя подходящей кандидатуры, сказал: — Ладно, сам займусь.

— Ваша светлость, — окликнул меня Молот, сидящий на корточках рядом со здоровяком, которому досталось кувалдой по затылку. — А это, кстати, жив. Шевелится.

— Жив, значит? — я подошёл и стянул с человека маску. На меня смотрели ошалелые глаза под белёсыми, почти незаметными бровями. — Просто замечательно! Вот ты-то мне и расскажешь, кто вы такие и какого хрена вы забыли на чужой земле. Беги за цепями, Молот. Отведём его в подвал, и я с ним поговорю.