42 глава. Вадим

- Дым, ну ты пойми! Никакой законодательной базы у нас не было! Что мы могли предъявить твоему Амирханову? На что надавить? Да и, знаешь, когда на меня три дула в упор смотрели, а ты, обливаясь кровищей, на коврик улегся, я как-то ссыканул не по-детски! Ну, что я мог?

- Ты мог бы поднапрячься и избавиться от хвоста, как минимум. Ну, это я так, к слову... Не мне тебя учить - столько лет служишь. Опытный опер, как-никак. Но давай не будем забывать, что это ты их привел!

Арс и сам знает, где в его оправдательной теории самое слабое местечко. Утыкается в телефон, делая вид, что ему кто-то там что-то там важное прислал. Вижу, что ему обидно. Ну, обиды - это такое себе... Ему обидно, а Саша рыдает по ночам, а пацан там, вообще... Мы так по-глупому попали, что сейчас, когда у меня есть возможность с холодной головой проанализировать, просто стыдно становится - непрофессионально абсолютно... Причем, это касается не только Арса, но и меня... Меня в первую очередь... Расслабился, называется. Идиот.

Лаврушев залетает с планерки, как это у нас часто бывает, матерясь на чем свет стоит. На пороге осекается. Видит меня и выражение крайней злобы на его лице тут же сменяется хитровато-радостной миной:

- О, Дым, дорогой! Как же я рад тебя видеть! Мы тут вообще зашиваемся! Просто жопа! Давай ты сгоняешь по адресочку одному, а? А то мне в прокуратуру надо, там неприятность одна вырисовалась с задержанным. А Арсику на допрос пора топать! Арсик!

- Не ну ты, вообще, наглый, Серега! - я поднимаюсь из-за стола - все, что хотел, я уже успел сделать и даже больше... А работать за кого-то сейчас мне просто некогда. - Я до конца недели в неоплачиваемом отпуске! В неоплачиваемом! Понял, что это значит?

- То, что ты - скотина? И помочь товарищам отказываешься? - как в калейдоскопе добродушное выражение сменяется на его морде на прежнее, раздраженное и злое.

- Да будет так! Пусть я - скотина! Но мне уже пора!

Уже у двери долетает его запоздалое:

- А чего ты приходил, Дым? Ты это... Если что, звони! Если помощь какая с твоей красоткой...

Ничего в этом отделе утаить нельзя! Все всё про всех знают... Ну, это ладно - главное, что помочь готовы. Хотя, таких "помощников", как мой лучший друг Арс, еще надо умудриться поискать.

Так я говорил сам себе, но в глубине души давно уже понимал, что Арс, конечно, не со зла, да и не так уж он и виноват, если подумать. Все-таки Амирханов - отец. И у него все документы по сыну в порядке. А вот у Саши....

- Вадим, - Арсений догоняет у выхода. - Покурим?

- Ну, окей, - достаю сигареты, угощаю его.

- Мы с Егоровой вчера справочки навели о том притоне, который Амирханову приписывают. Там, по ходу, есть за что зацепиться. Только порыться нужно получше. Егорова роется, короче. Я тоже покручусь рядом, посмотрю, что да как, пообщаюсь с людьми. Может, удастся его притянуть?

Прощаемся с каким-то взаимоощущаемым облегчением - это чувствуется очень четко. И ему чувствуется тоже, я вижу, - с утра в глаза мне посмотреть не мог, а сейчас вот ничего, встречаемся взглядами, и нормально.

- Ладно, братишка, давай, - говорю ему наше обычное.

И он выдыхает:

- Ну, вот и хорошо. Вот и славненько... Куда сейчас?

- К Мику мотанусь и потом домой, к Саше.

Но с Миком встретиться не получается - его неожиданно вызывают на какое-то важное экстренное слушание. Я понимаю, что ждать бессмысленно - у них тут, в отцовской конторе, и до полуночи можно просидеть на слушаниях разных. Никто за временем не следит, и рабочий день ненормированный совершенно. Ну и есть у меня еще одно важное дело...

По дороге домой заезжаю в цветочный и покупаю огромный букет роз. Порадовать ее хочется. За то, что не ушла от меня. За прошлую ночь. За ее ласки. Просто за то, что она со мной. А может, это и не благодарность вовсе? Ну, какой смысл в этом понятии? Просто я люблю... Просто ей будет приятно...

Перепрыгивая через две ступеньки, несусь к себе. Отпираю своим ключом, чтобы не пугать резким звуком звонка - поймет ведь, что это я, что больше просто некому. Спрятав розы за спину, залетаю в прихожую. А Сашиной куртки на вешалке нет. Сердце неприятно ухает куда-то в желудок. Не может быть! С тяжелым предчувствием открываю дверцу шкафа. На полке денег нет. Все-таки ушла...

Но еще не веря, бросив розы на тумбочку в прихожей, зачем-то проверяю все комнаты, даже заглядываю за ширму в ванной.

Пытаюсь понять, что сделал не так, чем обидел, что случилось, в конце концов! Упираюсь руками в края раковины, утыкаюсь лбом в зеркало, висящее на стене за нею. Сашка, ну, как же так? Ты ночью прощалась со мною, что ли? И что теперь мне делать?

Минут двадцать, наверное, пытаюсь понять, как дальше быть. Но, не придумав ничего другого, собираюсь и еду к себе. Я почти уверен, что она у Руслана. Только зачем... И за что... И как она могла! Я ведь обещал помочь! Не поверила? Или не доверяла с самого начала, с момента, когда он забрал Ромку? Не доверяла, просто... Зачем тогда была со мной? Зачем все это?