Глава 19

Ева

Смотрю на Степана. Подобная ситуация вполне предсказуема. Не сейчас. так чуть позже. Рано или поздно я всё равно бы встала перед выбором. Я — не удобная любовница. И стать ей не смогу никогда.

— Что случилось? — спокойно спрашивает он.

— Сын в отдел полиции попал. За драку. В Москве.

— А его отец не может подъехать? — закономерный вопрос. Да и если разобраться, то Глеб забрал детей к себе, а такое впечатление, что они предоставлены сами себе. Надо было увезти их с собой. Но я была занята.

— У него сегодня свадьба, — отвечаю сухо.

Мне кажется, Степан начинает нарушать мои границы.

— Ну, да. Если надо, то, конечно, — его слова как-то двояко повисают в воздухе.

Может быть, уже и всё? Поразмялись и хватит? Почему-то от этой мысли становится горько. Как будто Степан меня использовал. Но это не так. Секса хотели мы оба, удовольствие я получила. Вроде больше никто ничего не обещал?

Я залезаю в интернет и пытаюсь найти билеты. Но сейчас мне не везет. Ни- че- го… Ни на сейчас. ни на попозже, ни даже на завтра, хотя такой вариант отметаю сразу. Не будет же Денис несколько дней там сидеть. Придется подключиться Глебу…

— Что? — интересуется полностью одетый Степан через какое-то время вернувшись в спальню.

Я так и сижу на кровати в полотенце.

— Ничего. Билетов нет, — произношу отрывисто.

— Тогда тебе придется потерпеть моё общество во время поездки в Москву, — роняет мужчина загадочную фразу.

Я не в том состоянии, чтобы разгадывать ребусы.

— Что ты хочешь эти сказать?

— Брат мой через сорок минут совершает посадку здесь. У него свой самолет. Я могу попросить подобрать нас.

— Аэротакси? — шучу я несмешно.

— Частный извоз, — отбивает Степан.

— Ладно, — соглашаюсь я, даже не раздумывая.

Если Глеб отправится за Денисом, не миновать громкого скандала. Это у Майки можно попросить прощения, и она простить. А вот Денис Глебович не любит этого делать.

Надеть приходится вчерашнее платье. Без трусов. Их Степан порвал, а я и не заметила. Самолет частный, в нем его родственник, сопровождение… Но мне нужно срочно попасть к сыну.

— Собралась? — спрашивает у меня Арефьев, когда я спускаюсь вниз.

— Да, — меня удивляет, что в таком большом доме так никто и не появился со вчерашнего дня, кроме нас.

Но все свои мысли держу при себе.

— Поехали. А то опоздаем, будем на пару выслушивать…

— А брат-то старший? — зачем-то интересуюсь я.

— Да. На три года. Но педант жуткий. Мне кажется, что он сам от себя иногда устает из-за этого.

Начинаю себя очень некомфортно чувствовать — еду не пойми куда с мужиком, с которым у меня не пойми что. Да еще и без трусов.

Но как выкрутиться сейчас. тем более. когда я ответила согласием на эту поездку?

Сама не замечаю, как оказываюсь сначала в автомобиле, затем в аэропорту. Нас подвозят практически к трапу. Во время поездки Степан зависал в телефоне, что-то читал, что-то писал, а я от этого чувствовала еще большую растерянность. Но он предложил выход из тупика, в котором я оказалась, и помощь.

Арефьев помогает мне выбраться из салона, берет за руку и ведет к самолету. Возле трапа четверо мужчин. Один их них, стоя спиной к нам. разговаривает по телефону. Когда он оборачивается, у меня начинают мокнуть ладошки.

Я новости дня два назад смотрела. И видела там его. Он с президентом обнимался. Федор Дымницкий, владелец крупной, раскиданной по нескольким странам корпорации, занимающейся авиастроением.

— Молодец! Не опоздал, — раздается приятный голос, Но со стальными нотками.

Куда я попала?!

А потом взгляд мужчины проходится по мне. Также себя чувствуешь, когда тебя наждачкой трут. Дергаюсь назад, пытаясь вытащить руку. Но не тут-то было.

Степан ловко перемещает меня перед собой и подталкивает к трапу.

— И тебе здравствуй, Федя! Как я мог опоздать? Ты ж сказал, что лишней секунды ждать не будешь, — Степан нисколько не смущается отсутствия теплой встречи.

Он деловито заталкивает меня на трап, а я радуюсь, что платье довольно длинное и облегающее. Иначе бы я имела бы бледный вид, поднимаясь по трапу.

Костерю про себя и Степана, и собственную безалаберность. И Дымницкого заодно.

— А это кто? — совершенно бесцеремонно интересуется Федор, стоя у основания трапа. Я едва не спотыкаюсь.

— Женщина, — флегматично отвечает Стёпа и спускает собак на брата, — Слушай, перестань её пугать, а то сейчас с трапа свалится.

Я не то, чтобы напугана, но явно оказалась не в своей тарелке.

— Да что-то не похоже, что её особо напугаешь, — с тем же флегматизмом отвечает Федор.

— Господа, моё присутствие вам никак не мешает меня обсуждать? — не выдерживаю я.

— М-м-м. Видишь? Это была лишь мелкая дезориентация, — не успокаивается Дымницкий.

Какой мужик невыносимый!

— Федь! Отвали, — всё также спокойно заявляет Степан.

Я уже начинаю всерьез раздражаться.

— Да молчу я, молчу, — неожиданно прекращает своё наступление субъект, входящий наверное в первую полусотню Форбс.

— Вот и молчи, — заключает Стёпа, — А ты иди.

Это он уже мне.

— У Феди просто самолетик упал вчера экспериментальный, вот он и злющий словно цепной пес. Сейчас он будет себя прилично вести.

— По-моему, вы этого оба делать не умеете. Семейное, наверное, — высказываюсь и я.

Сзади хмыкают, но ничего не отвечают.

Салон шикарный. Здесь можно вечеринки закатывать. не то что летать. Но меня больше заботит Денис. Я пытаюсь ему дозвониться, но он не отвечает.

В конце концов, бросаю эту затею и устраиваюсь у иллюминатора.

Федор и Степан о чем-то разговаривают на расстоянии от меня. Несколько раз вижу, что Дымницкий на меня поглядывает. И взгляд его не стал приятнее. Ладно, мне нужно лишь пережить перелет.

Взлет происходит по обычным правилам. Перед ним Степан устраивается рядом со мной. А после того, как мы оказываемся в воздухе, я начинаю клевать носом. но это, пожалуй, лучше, чем сходить с ума. Не должно ничего случиться с Денисом за те три часа, что я потрачу на дорогу.

В какой-то момент отключаюсь совсем, чтобы проснуться и услышать:

— Это ведь Ева Вейбех, Стёп? Ты же ломал голову, как её сеть прикрыть? Говорил, что очень мешает? А сейчас она дрыхнет у тебя на плече, как домашняя кошка, и тебя это особо не смущает…

— Тебе чего надо, Федь? Спит, пусть спит. А что касается сети, так у меня же не только продуктовые магазины…

Из динамика раздаётся предупреждение, что мы будем сейчас садиться.

— Ев, просыпайся. Долетели, — говорит у меня над ухом Степан.