Глава 34

Прошлое. Знакомство Степана и Евы

Навигатор упорно утверждал, что здесь можно проехать. Мужчина бы ему может и поверил, если бы машина не застряла. А спустя минут десять после этого, пока Степан буксовал, еще и заглохла. И признаков жизни больше не подавала.

Степан потянулся к телефону, но он, мигнув в последний раз, мирно упокоился у своего хозяина в руках. Ибо нечего забывать ставить аппарат на зарядку.

— Да… Твою же мать… — выругался обычно сдержанный Арефьев.

Это ж такое нарочно не придумаешь. Канун Нового года… Десять вечера… Занесенная улица в дачном поселке, продолжавшийся снегопад с усилившимся ветром, сломавшаяся машина, разряженный телефон — всё было один к одному.

Не даром подвыпившая Милана кричала ему вслед, что ему сосулька на голову упадет, потому что он — козёл. Но Арефьев всё равно ушел. Потому что… Именно сегодня вспоминаю семью отца, его едва не вывернуло, когда Милана сначала принялась требовать, чтобы он на ней женился, а когда он серьезно сказал, что этого нет и никогда не было в его планах. Вот тут со стола полетел новогодний оливье, потом пирог. Потом… Потом всё закончилось требованием купить новую машину.

Степан понял, что пора заканчивать этот марлезонский балет. Почему-то сейчас, когда наступал главный семейный праздник, было особенно обидно ощущать, что он сам не нужен. Деньги его нужны, может быть, член. Но не он сам.

Степан не был ни жлобом, ни домостроевцем.

Он просто взял в руки телефон и спросил:

— Сколько тебе надо на машину?

Милана перестала скандалить тут же.

— 21 миллион, — ответила, задрав подбородок.

Степан перевел. Это было… Он сам не мог себе объяснить зачем. Но перевел.

— Больше не звони мне. И не пытайся увидеться. Деньги у тебя на счету, — после просто развернулся и ушел.

Милана кричала ему вслед. А он сел за руль своей машины и уехал. Не хотел больше ничего от женщины, которой был не нужен.

Но гадкий вечер продолжился. Сюда Степан заехал, потому что Милана запланировала романтический Новый год. Он и выходил романтическим. Учитывая, что погода стремительно ухудшалась, романтика текла из ушей после скандала. Да и вообще — четвертый десяток уже, а в личной жизни всё через одно место.

Новогодний вечер продолжился также шикарно, как и начался.

А именно на занесенной снегом улице, неизвестно где, с заглохшей машиной и севшим телефоном. Степан вылез из салона, потому что толку сидеть в нем не было.

Огляделся. Улица казалась полностью вымершей. Ни огней, ни людей.

Степан редко паниковал. Но тут похоже, пора было начинать.

И тут он увидел, как в окне домика напротив мелькнул свет. Степан всмотрелся. Точно — свет!

Степан уверенно потопал к домику. Тропинку к домику почти завалило, но видно было, что ее недавно чистили, просто шел сильный снег и её снова занесло.

Он поднялся по скрипучему крыльцу, стал стучать в дверь. Ничего не происходило. Замерзать в новогодние праздники Степан не планировал, поэтому, матеря на чем свет стоит всех баб и собственную глупость, полез вдоль окон домика до того окна, которое светилось.

Тарабанил отчаянно. И о чудо! Свет стал загораться и в других окнах. Степан пошел обратно к крыльцу. Взобрался на него. С той стороны двери послышалась какая-то возня.

— Кто там? — женский голос. Напряженный.

— Извините… — вряд ли ему кто-то кинется на шею. Ночь… Женщина скорее всего одна… — У меня машина сломалась. И телефон разрядился…

Он буквально почувствовал, какие колебания испытывает незнакомый человек по ту сторону двери.

Подумал, что не откроет.

Но после промедления старенькая дверь отворилась.

— И чем я могу вам помочь? — вежливый строгий голос отдался у Степана внутри неожиданным теплом.

Собственная реакция показалась странной.

— Ну… Не хотелось бы замерзнуть насмерть под вашей дверью…

— Имейте в виду я — кмс по карате, — то ли пошутила, то ли всерьез сказала незнакомка.

— Да я… и не думал… — начал было Степан, — Вы же понимаете, у меня сейчас совсем другие заботы…

— Проходите, — дверь распахнулась шире.

И Арефьев вошел внутрь. Он был в дубленке, но предназначенной, чтобы кататься в салоне собственной машины, а не чтобы приплясывать в метель и мороз на улице.

Женщина была… Вроде и не писанной красавицей. А цепляла. Глаза эти… Смотрели прямо в душу. Волосы покрывалом рассыпались по плечам и спине.

Женщина была женщиной. "Вот к такой бы можно было с конца земли на брюхе ползти" — подумал Степан.

— Замерзли? Давайте чаю горячего сделаю с медом? Давно вы там? — она кивнула на улицу.

— Не очень, — ответил Степан, жадно следя за каждым движением женщина.

— Пойдемте, — позвала его она.

И он пошел за ней. На кухню.

Женщина засуетилась. Поставила чайник, стала доставать еду.

— Вы — голодный? — спросила она у Степана.

И перекинула длинные волосы на одно плечо.

Степан её узнал. Чуть было не выругался вслух. Это была Ева Вейбех — владелица конкурирующей сети магазинов. Но… Что это меняло?

Еда была быстро разогрета, чай готов. И Степан понял, что голоден. Без выкрутасов сел за стол и принялся за еду, продолжая следить за Евой, впитывая в себя каждое её движение.

— А почему вы одна? — вырвалось у него прежде, чем он успел сообразить, что не надо спрашивать.

Ему достался слегка недоуменный взгляд.

— Праздник же, — пояснил Степан.

И внутренне обрадовался. Он видел, что она его тоже разглядывает. Ему казалось, что и он в ней зародил интерес к себе.

Думал, что не ответит. Но она ответила.

— С этим местом очень много связано… Я всё хочу продать его… И всё не решаюсь… И я была здесь не одна… С воспоминаниями…

Её слова были полны затаенной боли. И больше ничего он спрашивать не стал.

А она вдруг предложила, посмотрев на часы:

— Слушайте, ведь вы правы… Новый год… Праздник. У меня шампанское в холодильнике. Будете?

Степан не раздумывал.

— Буду, — ответил твердо.

Когда она достала шампанское, забрал у нее из рук бутылку. Ева достала фужеры. Хрен знает, откуда они тут были. Место было запущенным. Но были.

Степан разлил пенящийся напиток по высоким бокалам.

Время приближалось к полуночи. Они подняли бокалы, чокнулись.

— С Новым счастьем! — пожелал Степан Еве.

И выпив содержимое своего бокала, поцеловал её.

В губы.

А она не оттолкнула…