❧Глава 4. Часы ожидания.

   Дальше всё оставалось за малым. Девочки обработали руки, уселись поудобней, я уложил Лай на бок, прямо на свои вытянутые ноги и зажал, чтобы не каталась с боку на бок, открывая доступ к израненной спине и животу. Парни достали маленькие ножи и стали приподнимать треугольный край раны, а девочки, обмакнув палец мазью, максимально аккуратно наносили лекарство прямо вглубь раны и проглаживали края, чтобы склеить их. Зазубрин было очень много, поэтому Терра и Ирига старались экономить средства, что бы хватило на всё. Когда зазубрины на спине были обработаны они перешли на живот и вот тогда моя Злюка стала постанывать во сне. Она крутила головой, инстинктивно старалась отодвинуться, но безрезультатно, так как всё ещё была зажата мной. Пришлось крепче обхватить её плечи и склониться над ушком.

— Потерпи, малышка. Потерпи, моя хорошая! Ещё немного и тебе будет легче. Как очнёшься, можешь меня даже покусать для успокоения… – шептал я, не веря, что несу подобную чушь при сестре. Но Терра была сосредоточена на своей миссии и даже ухом не повела в мою сторону. Хотя я точно знал она меня слышит. Наверно, её реакция и развязала мне руки и язык. Я стал нести всякую чушь, чтобы усмирить коротышку, что уже достаточно ощутимо дёргалась.

— Маленькая, хорошая, глупая девчонка. Ну, кто тебя просил лезть на рожон?! Что Ричард говорил перед порталом? «Береги себя!» Так-то ты выполняешь просьбу любимого?! Вот вернёмся домой – лично тебя ему в руки сдам, и ремень свой отдам, чтобы выходи́л "за дурость"! А вернёшься в блок, ещё и я выпорю! – Говорил я, улыбаясь и мечтая вернуться в Академию, где был просто счастлив рядом с ней, придерживаясь дурацких правил «Эолзера». Счастлив без оживших легендарных чудищ, тайных любовников и бесконечных миссий карателей. Только она, я и её постель, где она забывалась и прижималась ко мне во сне. 

   Я замолк, вспоминая проведённые ночи вместе, и Цербер снова взвыла. Глянув на оставшийся масштаб работ, я снова наклонился и стал нашёптывать:

— Малышка, чуть-чуть осталось. Потерпи. Ещё двадцать ранок. Мелочь ведь. Ты же у меня сильная, смелая, глупая только… но самая-самая… злюка. Сейчас они закончат, я тебя на ручки возьму! – уговаривал её, как ребёнка, потерпеть немного.

— По головке поглажу, конфетку дам. Хочешь? Силой поделюсь, только потерпи немножко. Десять всего осталось. Восемь… шесть… четыре… две. Умница! Ты справилась… – отозвался я неживым голосом и встал вместе с Лай. Вытянув руки, дал Снежке быстро перебинтовать её тело на вису, не кувыркая лишний раз. А как только повязка была готовы, уселся облокотившись на свод пещеры и уложил Лай на себя, не желая её кому-то отдавать.

«Моя! Она моя! Хотя бы сейчас!»

   Сестра похлопала меня по плечу, видя мой морально измученный вид. Чувствуя мои эмоции, зацикленные сейчас на самочувствии коротышки. Я переживал за злюку, не мог терпеть боль на её лице. Не мог слышать рваные вздохи – словно предсмертные. Время потянулось для нас всех просто жутко медленно. Через час пришлось отпустить нашего раненного бойца и снова прикладывать лёд – её снова трясло в лихорадке. На её теле, из-под повязки, проступил рисунок синих вен, что заставило меня паниковать вместе с сестрой. Мы раньше никогда такого не видели. Ирига и Мара осматривали растущий рисунок вместе с Сальярийцами и пришли к выводу, что это реакция организма на яд Назгла. Горелли же успокоил, сказав, что из-за медленно сердцебиения Лай, яд распространился не на весь организм, а только в месте укуса – локально. Мы же успели вымыть большую часть, не дав яду добраться до сердца.

   Следующий час я чувствовал себя загнанным зверем, что не может помочь своей самке. Страшный узор прекратил своё распространение, но забыть о себе не давал. Я ходил туда-сюда. Предлагал влить в Цербера сил – но мне популярно объясняли, что это невозможно и почему именно. Я придумывал новый план и Сальярийцы вновь меня осаждали, не давая даже зародиться надежде.

«Как всё же быстро меняется настрой. С утра хотел, чтобы она исчезла насовсем из моей жизни, а сейчас всё бы отдал, лишь бы удержать её в этом мире. Лишь бы держать её сейчас на руках! Живую, здоровую… улыбающуюся. Да даже на скептический, высокомерный взгляд согласен. Лишь бы она пришла в себя и открыла глаза, цвета топких болот!»

   Растерянность, паника, тревога росла во мне, как снежный ком. Сейчас я не был лидером. Я был влюблённым глупцом, что теряет свою мечту, не в силах удержать в руках. А такие лидеры слабы, уязвимы и не достойны права управлять другими людьми. Сестра, видя меня сейчас столь уязвимым, усадила и заставила остыть. То и дело я начинал пылать, спуская Мрака с цепи, и неосознанно согревал пещеру.

«— А Лай сейчас была нужна прохлада!!!» – Только эти доводы Терры и Снежки смогли меня успокоить и взять демона в руки.

   Лай лежала с новыми снежными компрессами, дышала часто и отрывисто, как маленький заигравшийся щенок, что набегался после прогулки. На лбу – испарина, губы дрожали, и она то и дело тревожно крутила головой и тихо всхлипывала – режа меня по живому.

   КовЭ́р и Сангр так и сторожили вход, Марко сидел рядом с Террой и крутил свой клинок, Густав привалился к стене пещеры и о чём-то думал, неотрывно смотря на Старосту, чуть дальше переговаривались Пайсон и Иви. Зелье было готово для Лай, и мы просто ждали её пробуждения от стазиса. Раньше вливать его не было смысла.

   Их перешёптывания зацепили чуткий слух.

— Ну пожалуйста. Мне бы хотя бы один зубик! – Просила Деггера строптивая Мара. — Я только проведу пару исследований.

— И отдашь? – интересовался блондин, сидя с ней рядом, на разложенном спальнике.

— Нет…Ну, пожаааалуйстаааа. Зубья Назгла – это же так интересно… – и столько восторга в Сальярийке. Уму непостижимо, чтобы девчонка от встречи с переростком так искрилась азартом.

«Они точно все чокнутые! Бесстрашные, сильные и точно чокнутые! Такие же как их бесчувственная предводительница! Да они, как особи слабого пола, должны истерить и на шею к защитнику кидаться, К НАМ, а они?! Сальярийцы – это что-то с чем-то!»

— Не дам!

— Жалко, что ли, для сокурсницы? – хлопала она ресницами, очаровательно улыбаясь и включая женское очарование на всю катушку.

— Хотя… – Пайсон лукаво посмотрел на Иви, заставив её обратиться в слух и подобраться. Девушка выпрямилась и приготовилась к торгам. — За поцелуй… я может, и отдам тебе один.

— Поцелуй?! Всего-то? – отозвалась, довольная «торгом» Мара, и тут же, положив ладони на его бёдра, поднялась и прильнула к губам друга. Пайсон от такой неожиданной прыти растерялся на мгновение, но всё же прикрыл глаза. Девушка улыбнулась, прямо в поцелуе и обвила его замершую вытянутую руку с колбочкой, своей ладонью. Быстро невесомо отняла свою добычу, спрятала в задний карман штанов и приложила тонкие пальчики уже к лицу нашего зельевара. Пропажу-то блондин заметил, но ему было слишком хорошо сейчас. От Иви шли нужные эмоции, и он кормил ими своего демона.

«Ну, хоть немного пополнит силы – они нам сейчас пригодятся…»

   Терра, что сидела к новоявленной парочке спиной, улыбнулась, ощущая их эмоциональную волну и опустила глаза в пол.

   Мы сидели в тишине ещё какое-то время, а потом Снежка, сидя на соседнем спальнике и потирая руками плечи, заговорила:

— Только сейчас я понимаю, что чувствовала Лай, когда я умирала! – разрезал её голосок пространство, заставляя всех посмотреть на блондинку и замереть, ожидая продолжения.