Глава 35

— Это еще не все, — Третий советник постучал по столу, перебирая пальцами лежавшей на столешнице ладони. Он как будто бы сомневался в том, что хотел сказать. Как будто бы шел на риск. Но тем не менее он принял решение не отступать и закончил, — я хотел бы поучаствовать финансово в ваших мануфактурах.

Я ожидала чего угодно, но не этого. Даже если бы он заявил, что ему известно о моем истинном происхождении, я удивилась бы не так сильно, как сейчас.

— Поучаствовать финансово?! — невольно переспросила я. И в моем голосе явно читались все мои настоящие чувства. Мне даже показалось, что я сплю и слышу совсем не то, что Третий советник говорит на самом деле.

— Это значит, — снисходительно улыбнулся он, по своему поняв мою растерянность, — что я желаю вложить свои деньги в ваши предприятия. Это поможет вам открыть мануфактуры гораздо быстрее. Кроме того это будет означать всестороннюю поддержку всех ваших идей на самом высоком уровне. Его величество Грегорик, скажу без ложной скромности, всегда делает то, что я ему говорю.

Он смотрел на меня, ожидая ответа.

Я с трудом подняла отвисшую челюсть. Моя выдержка от такой неожиданной новости дала сбой. К счастью, это случилось в рамках безопасной темы. Но я мысленно поставила галочку. Надо тренироваться держать лицо даже в такие очень неожиданные моменты.

— Д-да, я понимаю, что это значит, — пробормотала я, пытаясь взять себя в руки. — просто ваше предложение было таким внезапным...

— Ну, почему же? — скинул брови в показном удивлении. — Все в рамках наших с вами договоренностей. Вы сами предложили мне помощь в одном деликатном деле, моя дорогая Абрита. А чтобы мой внук, и ваш сын, получил корону нам нужны деньги. Очень много денег. У вас же, я в этом убедился, удивительная способность придумывать что-то новое. И не просто придумывать, а зарабатывать на этих, на первый взгляд глупых идеях. Считайте, что именно в этом и будет ваше участие в заговоре против короля...

Третий советник мог бы гордиться собой. Ему удалось дважды за короткое время шокировать меня. И даю голову на отсечение, он делал это намеренно. Прощупывал так сказать почву... Я думала, что мое участие в предстоящем перевороте закончится ролью «племенной кобылы», но Третий советник решил иначе. Сейчас я четко понимала, что буду втянута в заговор по самую маковку, чтобы потом не сделала вид, что ничего не знала и, вообще, не при чем.

И теперь я должна снабжать деньгами людей, которые убили моего отца... Это все равно, что самой воткнуть нож в его спину... Я прикусила губу до крови, разгоняя густой влажный туман из ненависти и боли, возникший в голове от этих мыслей. Нельзя. Нельзя поддаваться этим чувствам. Я должна быть сильнее, хитрее и умнее моих врагов.

— Д-да, понимаю, — очень тихо прошептала я. И кивнула для верности, чтобы точно донести до Третьего советника свое решение. Смахнула слезу, выступившую на глазах, и через силу улыбнулась, — простите... Я расчувствовалась... Это было так неожиданно... Обычно мужчины не верят в мои способности... И ваше признание, — говорила я отрывистыми фразами, чтобы не выдать себя, — так приятно, что я не смогла сдержать слез.

Третий советник понимающе закачал головой. Он же не знал, что в этот момент я больше всего на свете хотела вцепиться ему в глотку и, как дикий зверь, рвать его горло зубами, чтобы убить. Я вцепилась в юбку изо всех сил, сжимая кулаки, спрятанные под широким подолом. Я должна быть сильнее, хитрее и умнее своих врагов, твердила про себя без остановки. Я должна... должна...

Тем более мой враг прав. Я сама предложила ему помощь. Я сама хотела влезть в заговор против короны, чтобы эта река вынесла меня к нужному месту — к трону... Но, если постараться забыть о прошлом и смотреть только вперед... В таком ракурсе все выглядит гораздо лучше. Доходы, которые заговорщики получат от меня, уже ничего не изменят в том, что уже случилось. А вот приблизить момент, когда Грегорик будет лишен трона, теперь и в моих силах.

Медленно расцепила пальцы, выпуская безнадежно смятую юбку. Глубоко вдохнула. Подняла глаза на Третьего советника, стараясь придать лицу подходящее выражение.

— Я с удовольствием приму от вас помощь, господин Первый советник. И поверьте, с вашими финансовыми вложениями, и моими идеями, мы очень скоро заработаем огромные деньги, — жестко усмехнулась, мне даже не пришлось врать, это было истинной правдой.

— Отлично, — кивнул Третий советник. — Значит договорились. Я хотел бы увидеть ваши расчеты по мануфактурам, чтобы прикинуть будущие расходы. И, Абрита, а вы не думали о том, чтобы закупить в Абрегории не шерсть, а овец? Они сейчас так сильно подняли пошлины на сырец. А вот на овец пока не догадались...

— Почему не думала? — в показном удивлении приподняла я брови. Пришла моя очередь удивлять и шокировать. Тем более эта тема не была такой болезненной. — Думала, конечно. Более того, я уже сделала это. Я еще прошлой зимой отправила купцов за овцами. И с начала лета моя отара уже пасется недалеко от Яснограда.

Третий советник фыркнул и захлопал в ладоши:

— Браво, браво, моя дорогая Абрита. Вам снова удалось поразить меня. Я всегда знал, что вы очень талантливая девочка, но ваша способность предвидеть все заранее впечатляет.

— Ну, что вы. — отмахнулась я. Червячок интуиции зашевелился, внушая тревогу. Возможно, конечно, это я накручиваю себя, невольно соединив слова «предвидеть» и способности моей дочери. Ведь Третьему советнику о них ничего не известно. — Мне просто везет. Тогда вы приказали барону Пирру следить за мной. И когда он пришел в мануфактуру под видом купца, я решила, что он работает на империю и хочет лишить меня заработка на «абрегорианских» носочках, запретив вывоз шерсти-сырца. Так что, господин Первый советник, именно вы и натолкнули меня на идею привезти овец в Грилорию.

— Рад был помочь, — кивнул он с усмешкой. — Что ж, в таком случае жду ваши расчеты и по овцам тоже. Возможно, мы могли бы увеличить их количество. И тогда мы могли бы продавать шерсть на сторону...

Я помотала головой:

— Не думаю, что это хорошая идея. Под Ясноградом не так много свободных пастбищ. По сути, овец я закупала для того, чтобы обеспечить сырьем мануфактуру в случае перебоев с поставками шерсти...

— Грилория огромна, — перебил меня Третий советник. — У меня есть довольно большой участок земли на северо-западе. Еще мой отец прикупил их по случаю, хотел выручить старого друга, попавшего в затруднительное положение. Местность там гористая, почва каменистая, к пахоте непригодная. Уже больше полувека земли заброшены. А вот овцы вполне могли бы там жить. Друг моего отца, если я правильно помню, как раз и занимался разведением коз.

Если это правда, то предложение просто шикарное. На северо-западе, на границе между Грилорией и Абрегорианской империй располагалась крупная горная гряда, восточные склоны которой принадлежали нашей стране. Климат там был довольно холодный, но и абрегорианских овец разводят на вершинах гор, чтобы шерсть была густой и блестящей, а значит и для наших отар там вполне подходящее место... если, конечно, постоянная сырость от близости моря не повредит здоровью животных. Но я сама слишком мало разбиралась в овцеводстве, чтоб делать выводы.

— Надо посоветоваться со специалистами, — озвучила я свои сомнения. — Если они подтвердят, что северо-западные землях подходят для разведения овец на шерсть, то я, пожалуй, тоже прикуплю там себе немного земель...

— Хорошая идея, — кивнул Третий советник и добавил, — к тому же вы всегда должны помнить, чем больше денег вы заработаете, тем быстрее ваш будущий сын станет королем. В ваших силах как приблизить этот момент, так и отдалить его.

— Я понимаю, — согласилась я. — И сделаю все возможное, чтобы приблизить день коронации моего сына.

Пожалуй, я еще никогда не была столь искренна с Третьим советником. И я невольно произнесла эту фразу так, что он мгновенно поверил мне. Только он не знал, что уже много лет я называю сыном брата, истинного наследника короны моего отца...

— Но при этом я хотела бы зафиксировать наш договор на бумаге, господин Первый советник. Я доверю вам настолько, насколько это возможно. Однако этого недостаточно для того, чтобы удовлетвориться устными заверениями о нашем общем будущем.

Третий советник взглянул на меня с холодной усмешкой.

— Нежели вы думаете, моя дорогая Абрита, что я доверю свои слова о будущем моего внука бумаге? — его голос был твердым и острым, как клинок, подставленный к моему горлу. На секунду я даже ощутила укол незримого лезвия.

— О, нет! — воскликнула я. — Я вовсе не об этом! Я имела в виду только вашу финансовую помощь и порядок распределения прибыли. Я прекрасно понимаю, что некоторые договоренности лучше оставить на словах. И даже забыть о них сразу же, как они были достигнуты.

Третий советник пристально смотрел на меня, как будто бы хотел узнать о чем я думаю на самом деле. И я старательно транслировала свои намерения, преданно глядя в его холодные глаза.

— Хорошо, — кивнул он после долгой паузы. — Договор будет готов уже завтра. А сегодня вы, Абрита, можете идти.

Я не стала спорить. Встала, поклонилась и не спеша зашагала к двери, всей спиной чувствуя пристальный взгляд Третьего советника. У меня даже между лопатками зачесалось. И, наверное, поэтому, взявшись за дверную ручку, я обернулась к нему и произнесла:

— Вы не пожалеете, господин Первый советник. Помимо овец, которых я успела привезти, я уже нашла другое сырье для своих мануфактур. И если у меня получится, а я почти уверена в этом, очень скоро мы с вами будет производить совершенно уникальную продукцию, за которой будут стоять в очередь не только Высокие роды, но и короли...

Я конечно, немного преувеличила, все же с верблюжьей шерстью все было довольно не понятно и даже сомнительно. Но зато мне удалось перебить атмосферу недоверия, возникшую из-за моего вопроса, произнесенного в слишком неудобное время.

— Хорошо, — Третий советник отозвался мгновенно. Значит я была права, все это время он смотрел мне в спину, в не занялся каким-либо другими делами, выпроводив меня из кабинета. — Мне интересно, что вы задумали. Но это мы обсудим уже завтра. Идите.

Ощущение давящего взгляда пропало. Я с облегчением выдохнула и осторожно повела лопатками, разгоняя кровь.

— До завтра, господин Первый советник, — обернулась я и склонила голову.

— До завтра, Абрита, — кивнул он.