Глава 27

День у меня сегодня выдался богатый на события. Как с раннего утра ни секунды покоя не было, так до самой ночи я и не присела.

Как Селесу успокоила, детей в порядок привели, накормили, напоили да спать уложили. После такого бурного утра им надо было отдохнуть. Даже Дошка через три минуты спала, счастливо улыбаясь. А малышню мы с Селсесой из-за стола на руках выносили.

Потом покупками занялась. Рассортировала и убрала все, что для себя купила. Спустила квас и пиво в погреб, перевязав горлышки чистой тряпицей. Набила тюфяк свежей соломой, оставив немного для тележки.

Пока Лушка спал, Анни искупала. Порадовалась, как девочка окрепла за это время. Уже и не скажешь, что совсем недавно скелетик был. Потяжелела, появилась умильная младенческая пухлость, и даже складочки наметились на ручках и ножках. А еще она стала улыбаться. Смотрела на меня, щерила беззубый ротик в роскошной улыбке и радостно дрыгала ручками и ножками.

Несмотря на истощение и антисанитарию первых дней, пупочек у нее зажил хорошо. Она ничем не заболела и, вообще, была беспроблемным ребенком. Животом не страдала, газики не мучили и даже срыгивала очень редко. Спала спокойно, и почти не плакала.

Росла она хорошо, менялась. Газки из голубых сделались темно-зелеными, а полупрозрачный младенческий пушок на голове обрел ярко-рыжий цвет, как будто бы я ей тоже хной намазала. Красивая девка будет. Как только вернемся в королевский замок, я ее удочерю, будет она ненаследной принцессой.

Главное вырастить ее и Лушку. И воспитать так, чтобы не потерялись они оба, попав в тронный зал, когда сотни глаз смотрят и ловят каждое твое слово и взгляд. А для этого мне нужно, чтобы иногда мы могли бы быть теми, кем на самом деле являемся: принцем и принцессами. Тогда я смогу научить детей всему, что знаю сама.

Пока размышляла, успела помыть накормить и уложить Анни рядом с Лушкой.

Я спустилась вниз, Селеса суетилась на кухне. Она встретила меня виноватой улыбкой.

— Елька, ты прости за то, что я на тебя все вывалила. Не буду просить, чтобы молчала, знаю, что сама никому не расскажешь.

— Не расскажу, — улыбнулась. А Селеся дипломатична. Вроде и не не сказала, но просьбу свою озвучила.

— А это? — Кивнула она на улицу, где стояла моя тележка, — ты что затеяла-то?

— Взвар хочу продавать на ярмарке. Утром харчевни не работают. А горяченького хочется, — не стала скрывать я.

Селеса задумалась:

— Хорошее дело. Должно пойти. К Смотрящему ходила? — Я кивнула. — Я Жерену скажу, чтоб никого больше на рынок с таким же товаром не пускали. А то, если у тебя получится, сейчас же парочка желающих найдутся повторить. А получится должно. Я сама на рынке раньше стояла, скарб разный, что Алих в кузне сработает, продавала. У нас там и лавка своя была, — она погрустнела, — продать пришлось. Пустовала…

Она вздохнула. И добавила:

— Ты, Елька, еще пирожков напеки. Их-то, конечно, на ярмарке полно продают, да в одном месте всегда удобнее все взять: и пирог, и взвар, чем по рядам бегать.

В словах Селесы была логика.

— Может ты и права. Только у меня нет ничего: ни муки, ни мяса, ни всего остального… А за то, что Жерену скажешь, — улыбнулась, — спасибо.

— Это тебе за Жерена спасибо. Думаешь, не знаю я с чьей подачи он решился наконец? А что продуктов нет, не беда. Ты мне помогла, а я тебе помогу, — Селеса радостно рассмеялась и подмигнула. — У меня и мука есть, и масло, и яйца. Яблоки в саду можно собрать, падалицы много, а мясо у соседки возьмем взаймы до завтра. Они как раз сегодня поросеночка зарезать собирались. Завтра на ярмарку нести.

Отказываться от помощи я не стала. Тем более к продуктам прилагались и умелые руки Селесы. До того, как ей пришла пора идти на работу, мы успели испечь по противню пирогов с мясом и яблоками. Тесто было привычным, таким же, каким его делала я в мире Елены Анатольевны. Только вместо дрожжей использовалась старая опара.

Начинки сделали простые. Мясо отварили, мелко порубили, бульоном разбавили, чтоб получилась помягче и повкуснее. Яблоки порезали мелкими кусочками и добавили немного меда для аромата и сладости. Корицу здесь не использовали, слишком дорого. Но я решила, что если все получится, то обязательно куплю немного корицы. Себестоимость вырастет, конечно, но зато вкуснее, чем у других будет.

Заодно мы с Селесой обсудили возможные начинки. Здесь их делали из разных видов мяса, рыбы, овощей и фруктов, чаще яблок и груш. Если пироги готовили для себя, то иногда внутрь клали кашу или квашенную капусту. Но всегда это были простые начинки из одного вида продукта. Смешивать хотя бы два разных продукта было не принято.

Селеса сказала, что пироги со сложными начинками быстрее портятся, поэтому их и не готовят.

Я стала мечтать, что смогу выделиться из толпы торговцев пирожками именно этой фишкой… придется готовить помаленьку, но много разных начинок. Пусть возни больше, но ведь у меня и срок продажи маленький. Всего несколько часов с утра. А потом мы сами съедим то, что не продалось. Не самая здоровая пища, конечно, но выбора пока нет.

Вышло у нас восемь пирогов с мясом и двенадцать с яблоками. Я переживала, что многовато получилось для первого раза, но Селеса надо мной посмеялась. Сказала, что те, кто пирогами торгуют, по два-три десятка каждого вида продают в самый плохой день. А в хороший по полсотни.

Это слегка успокоило меня, ведь теперь я должна завтра отдать соседке четыре гринки за мясо и кучу продуктов Селесе.

Пока возились с пирогами проснулись дети. Они не просили, но смотрели так жалобно, что я не выдержала и поделила на всех по пирогу с мясом и яблоком. Если моя затея выгорит, то двух гринок не жалко. А если нет, то эти пироги все равно нам самим есть.

Вечером Селеса ушла на работу, а я взялась за взвар. Решила сварить ровно столько, чтобы в один горшок поместилось. Если все продам хорошо, если не продам, то нас много, пять крынок сами за пару дней выпьем. Не пропадет.

Таких больших горшков, чтобы влезло пять крынок, ни у меня, ни у Селесы не было. А варить взвар частями не самое удачное решение. Он же, как ни старайся, каждый раз разный получается. И тонкость приготовления взвара именно в том, чтобы каждый раз он был вкусный: когда чуть раньше с огня снять нужно, когда чуть больше меда добавить, когда покрепче сделать, когда воды побольше налить…

А потому решила, что буду варить взвар в большом котле на улице. И Селеса не против была. Вечером-то он не особенно нужен уже.

Но сначала пришлось хорошенько отмыть котел. Песочком почистить до блеска. Его все же больше для хозяйственных нужд использовали. Вот и немножко запустили.

Когда стенки котла заблестели, я его хорошенько ополоснула и налила свежей колодезной воды. Развела огонь и оставила нагреваться.

Помыла горшки и повесила вверх дном на забор, чтобы просохли. А сама занялась сушеными яблоками и травами.

Приготовить я решила самый простой, яблочный взвар. На одну крынку воды мне нужно было две горсти сушеных яблок и по ложке душицы и мяты. Отмерила яблоки и травки на восемь крынок, перебрала сушку, чтобы не попал мусор, и засыпала в большой горшок. Тот самый, в котором завтра будут лежать угли.

Когда вода в котле закипела, ковшом перелила кипяток в кувшин с сушкой, накрыла крышкой и засыпала соломой, чтобы тепло держалось, как можно дольше. Если я все сделаю правильно, завтра в кувшине будет темный, густой отвар. Я его процежу, слегка подогрею и добавлю немного меда для сладости.

По себестоимости расклад получился такой: на пять крынок воды я потратила яблоки на полгринки, трав на четверть гринки и меда на три. Итого четыре гринки. При цене в гринку за кружку взвара, если я продам все, заработаю одиннадцать гринок, то есть почти целый филд.

От таких перспектив подкосились ноги. А у меня есть еще пироги, пиво и квас. И с этого я получу еще несколько гринок.

Я сильно переживала о завтрашнем дне и, несмотря на усталость, заснула не скоро. Мне казалось я проспала не больше нескольких минут, как Селеса вернулась из харчевни и разбудила меня. До рассвета оставалось пару часов. Пора было готовиться к первому рабочему дню.

Я вышла из дома. Ветра совсем не было, и звезды ярко светили с небес. Сегодня ночь была гораздо теплее, чем вчера, а может быть я просто не замечала холод. Развела костер в печурке с котлом, в который наполнила водой. Мне нужны были угли. А теплая вода в хозяйстве всегда пригодится.

Распотрошила солому, добираясь до горшка и открыла крышку. Аромат отменного яблочного взвара заставил почувствовать его вкус на языке. Точно так же пахло из котелка Итаны, когда она наливала напиток в котелок, чтобы его согреть его в камине.

Тоска резанувшая по сердцу оказалась неожиданно сильной. Я прикусила губу, чтобы сдержать слезы. Мне нельзя быть слабой. Мне нельзя плакать по прошлому. Надо смотреть вперед и думать о будущем, уговаривала я себя. Боль привычно исчезла, спрятавшись где-то в сердце.

Взвар у меня получился отменный. Я процедила его через тряпицу, осторожно переливая из большого горшка в маленький. Яблоки на дне набухли, забрав довольно много воды. Я вывалила их на тряпку, завернула и слегка отжала. Жмых выбрасывать не стала. Селеса еще вчера просила оставить, хотела отнести соседям, тем самым, которые держат свинок. А они потом за отходы немного мяса дают.

Большой горшок почистила, протерла ветошью и бросила угли. Внутри было слишком влажно, угли шипели и гасли. Стало ясно, мне нужен еще один большой горшок, чтобы в одном варить взвар, а другой использовать вместо термоса.

Кое-как, испортив почти все угли, я наконец-то добилась, чтобы они не тухли на дне горшка. Поставила на угли меньший горшок и долила крутого кипятка, чтобы восполнить потерю воды, которая осталась в яблоках. Чтобы мед не осел на дне, я решила класть его каждому отдельно прямо в кружку.

Завязала горлышко горшка тряпицей, принесла из погреба кувшины с квасом и пивом, сложила горкой пирожки, накрыв его еще одним куском тряпки. Кружки я сложила в узел и положила сверху. Не очень удобно, надо придумать какое-нибудь приспособление для хранения кружек. Мед переложила в небольшую чашу и пристроила между кувшинами.

Когда небо посветлело, я открыла калитку и покатила груженую тележку к рынку.

Все… час икс настал. Я либо хорошо заработаю и мы больше не будем голодать и ходить в рванине, либо провалюсь с треском.