Глава 24. Покой нам только снится.

— Отец, скажи, это нормально вообще, нет? Нас с тобой, хозяев этого места, пришлые остроухие в кокон и в подвал засунули? — возмущалась я, пытаясь освободиться от лиан.

— Они эльфы, — вздохнул отец. — Высшая раса.

— А я, блин, крокодил! Супервысшая раса.

— У вас есть и такая? — спросил отец.

— Нет, просто загрызть кого-то хочется, — призналась я. — Принесла нелегкая паразитов на мою голову. С ними вообще что-то можно сделать?

Отец снова только пожал плечами. И тут одна лиана как-то слишком сильно впилась мне в плечо.

— Усохни, зараза, — шикнула я на нее.

И она усохла. Прямо на глазах скукожилась и отпала.

— Ха, живо отпустили нас, а то никого не пощажу! — нарочито уверенно сказала я. — Да я стальные тросы рвала, что мне зелень бестолковая!

Мысль о том, что неадекватным растениям ничего не стоит меня задушить, я проигнорировала. А тросы я и правда пару раз рвала. На кране.

Но побеги как будто поняли и отступили. Как появились ниоткуда, так туда же и смылись. Это чего, это я еще и так могу? Сверхъестественно!

Выйти из подвала труда вообще никакого не составило, эльфы, видимо, были так уверены в силе своих зеленых прислужников, что даже не заперли дверь. Так что явилась аккурат к трапезе, прошла и села на свое место. Захватчики, что оккупировали мой стол, хоть и старались удержать рожи, но челюсти уронили. Не в прямом смысле, конечно, но вид у них стал озадаченный.

Ели в тишине, хоть и без аппетита, но покинуть собственную столовую — еще чего не хватало!

— Надеюсь, вам будет не настолько удобно в моем доме, чтобы задержаться здесь, — бросила я, уходя.

***

Я ушла себе в комнату и легла спать. Уснуть, правда, долго не могла, всё думала о том, до чего же это несправедливо — что какие-то пришлые товарищи решили, что им всё можно, и ведут себя как узурпаторы, а я мало того, что не могу их выгнать, чтобы не накалять обстановку, так еще и должна молчать. В итоге уснула и всю ночь видела во сне, как гоняю остроухих веником по поместью.

Встала в отвратном настроении, сказала Варлее, что дома сегодня есть не буду и вообще находиться, и ушла. Первым делом навестила фельдшера, убедилась, что занятия с пацанами идут по расписанию, что заказ на медикаменты с гномочками он передал и что тяжелых больных в его вотчине нет.

— Слушайте, я хотела еще по поводу ваших придумок поговорить, — начала я. — К нам тут эльфы нагрянули…

— Я слышал, что вчера произошло, госпожа Александра, — сказал Багин. — Пока не пришло подтверждение патента, мы ничего им не покажем. Все амулеты — придумка ребят, и никто их не получит.

Кивнула и отправилась к гномам.

— Госпожа Александра, — Бранир Колесберг был искренне рад меня видеть. — Слышал, у нас тут эльфы завелись. Наложите заклятие на мастерские, чтобы они порог переступить не могли. Наши гномские им не помеха.

Зависла на миг. Заклятие? А чего бы и нет! Только мне помощь нужна, ну да у меня тут высококвалифицированный маг есть.

Быстро закончила инспекцию работ по подготовке крана и отправилась к госпоже Мор. Они с отцом оба руководили ремонтом барака. Точнее, отец руководил, а госпожа Мор действовала магией. И результат был впечатляющий.

— Доченька, ты не против, если я сюда перееду? — спросил меня отец. — Хочется побыстрее закончить всё, а то вдруг как еще кого пришлют, чтобы было где принять и разместить.

— Конечно, отец, делай, как считаешь нужным, — согласилась я и попросила нашу магиссу о помощи.

— Эльфы, значит, пожаловали, — сказала она, выслушав меня. Бросила быстрый взгляд на отца. — А Густав мне ничего не сказал. Поди еще ждут, что им всё на золотом подносе принесут. Ладно, пошли.

Это был, наверное, первый раз, когда я получала искреннее и ни с чем не сравнимое удовольствие оттого, что в этом мире есть магия и я могу ей управлять. Мы ставили защиту везде, где что-то происходило — строилось, проектировалось, разрабатывалось или было просто чужой собственностью. Единственное, что я не стала закрывать — шахту. Их ведь на нее взглянуть пригласили, ну так вперед и вниз! Пусть лезут и ищут там свою реликвию. А я и близко не подойду, чтобы потом меня ни в чем не обвинили.

За трудами пришло время обеда, и Варлея сказала, что накрыла для нас с отцом и Божьяки в отремонтированном бараке. Мы под добрую беседу даже успели спокойно поесть, прежде чем явился один из эльфов и заявил, что меня желает видеть “Великий посол”.

— Александра, — обратилась ко мне Божьяки, — не бойся их. Это вымирающая раса, которая однажды исчезнет как вид.

— Я не боюсь. Мне их в чем-то даже жаль. Потратить такую длинную жизнь на то, чтобы бесконечно лелеять свою спесь — это ж надо до такого додуматься. Несчастные нелюди. Но узнать, чего им надо, всё равно придется.

Улыбнулась магиссе и отправилась к “предводителю дворянства”. Отец хотел со мной, но я попросила его остаться, заверив, что если что, то он знает, где меня искать.

А по дороге поняла, что меня действительно не волнуют остроухие интервенты. Потому что это моя земля и правда здесь за мной. Так что если не хотят по-человечески договариваться, то и не надо. Если что, то у нас тайга, медведь — судья. А еще как бывает: была земля, а потом раз — и на ее месте трещина. Что поделать, вот такая аномальная зона…

Но вообще, я решила мыслить, как пел кот Леопольд: “Неприятность эту мы переживем”! Ну и смотреть на захватчиков, как на мышей — надоедливых, жадных и глупых. С таким настроем я и вошла в собственную столовую.

***

Эльфы сидели с каменными лицами (других у них не бывает, только иногда у моих, судя по всему, бракованных) и взирали в пустоту.

— Миледи Рейвенкрофт, я хочу извиниться за недопустимое поведение в отношении вас, — не глядя на меня провозгласил главный оккупант. — Мы будем признательны, если вы позволите нам остаться в поместье и изучить магический фон на ваших землях. Ваше гостеприимство будет оплачено.

Так, небо с землей местами не поменялось? Что происходит?

Присела за стол.

— С чего такие перемены, уважаемый?

— Лорд Горпин, глава эльфийского посольства в Вазрайне, — соизволил представиться мужчина. — Ваша магия оказалась сильнее, чем мы ожидали, и она создает некоторые неудобства. К тому же информация о том, что на ваших землях хранится великая реликвия эльфийского народа, не подтвердилась. Но мы бы все равно хотели исследовать эту территорию более тщательно.

— То есть вы готовы договариваться с учетом моих интересов? — уточнила.

Глава посольства замялся на миг, но сказал:

— Мы готовы обсудить степень необходимого взаимодействия.

Мы обсудили. Договорились, что эльфы переедут из моего дома в отремонтированный барак, за это они смогут свободно перемещаться по территории в присутствии кого-нибудь из хозяев — меня, отца или наших доверенных лиц. Но входить в чьи-то дома и мастерские не смогут без приглашения владельца. Питаться они будут тоже там, и некоторое время, точнее три дня, я их кормлю. Потому что вроде как они нежданные, но гости, и это мой долг гостеприимства. А после этого они или покидают мои владения, выяснив, что хотели, или договариваются с госпожой Мор о проживании.

При упоминании магиссы их высокомерные лица стали кислыми, но они согласились. Ну вот и чудненько, госпожа Божьяки им спуску точно не даст, а мне с ними возиться некогда. Три дня, так и быть, потерплю и покажу им поместье, а потом скажу, что магисса у меня арендует землю под академию, поэтому все вопросы с ней решать надо.

Предупредила, что если случится выходка с лианами или что-то подобное, то все договоренности будут расторгнуты. Взамен уступок попросила, чтобы эльфы написали мне официальное заключение на амулеты и все, где они обнаружат следы своей магии, что она там присутствует. И подписали соглашение, что если доля их магии мала, то не претендуют на владение, авторство или еще каким-то образом не пытаются отнять изобретение. Это я так пыталась своим удобрениям официальный статус получить и изобретения пацанов прикрыть.

Но эльфы не поняли, о чем речь, и стали спорить, что если в чем-то есть магия эльфов, то это принадлежит…

— Да-да, великому эльфийскому народу, — согласилась я. — Но если в амулете не только эльфийская магия, но и, допустим, моя? Что тогда? А эльфийской вообще капелька, которая ни на что не влияет, просто как связующее звено выступает.

В это они верить отказались, потому что магия эльфов — это сила высшего порядка и с низменной силой людей она смешаться попросту не может. А если уж по какому-то недосмотру так произошло, то такую вещь нужно немедленно уничтожить.

Вот тут я впала в ступор и подумала о том, что, кажется, беда грозит не только мне и поместью, но и одному юному мальчику-полукровке.

— Побудьте, пожалуйста, тут, чаю попейте, отдохните, — сказала я. — А мне нужно проверить кое-что.

— Миледи Рейвенкрофт, в вашем доме нас отказались кормить, — пожаловался глава посольства.

— Да быть того не может, — отмахнулась я, будучи уже в дверях. — Вы что-то не так поняли. Сейчас распоряжусь. Оставайтесь тут.

— Как будто бы у нас есть выбор, — проворчал эльф, не меняя выражения лица.

Заскочила на кухню, велела накормить делегацию и помчалась искать Казура. Почему-то именно с истеричным эльфом общаться мне было проще всего.

— Друг мой любезный, скажи мне, это правда, что эльфийскую магию нельзя ни с чем смешивать? — спросила я его.

Эльф кивнул и пояснил, что да, их раса бдит за чистоту своей магии и не допускает, чтобы кто-то осквернил ее другой силой. И что касается нашего копировального аппарата, то нужно отдать права на владение эльфам, и тогда они очистят его от чужеродной магии.

Пипец! Про амулеты, которые у меня мальчишки клепают, даже спрашивать не стала, побежала к Элланиелю.

— Что будет с Элианом, когда твои соплеменники узнают, что он полукровка? — спросила без прелюдий.

Эльф отложил перо, которым писал, и поднял на меня усталые глаза.

— Я не могу тебе однозначно ответить на этот вопрос, Александра. Таких прецедентов раньше просто не было. Мой сын в своем роде уникальное явление, требующее тщательного изучения.

— Сын для тебя — явление, требующее изучения? — не поверила я своим ушам.

— Очень тщательного, поэтому я здесь, — подтвердил эльф.

— И то, что его могут уничтожить, как носителя «оскверненной» магии, тебя не волнует?

— Я надеюсь, что до этого не дойдет. Мои соплеменники поймут, что этот феномен сначала нужно исследовать, — с присущим их расе высокомерием ответил эльф.

— Поняла тебя, — сказала и понеслась к Божьяки.

— Госпожа Мор, отец, у нас проблема! Эти гады могут убить ребенка!

Магисса и отец усадили меня в кресло, сунули в руки отвар, и я взахлеб принялась рассказывать, какие эльфы гады и нацисты.

— Это так, да, — согласилась магисса. — У них пунктик на чистоте магии и крови. У них вся система на четкой иерархии построена, кто на что может претендовать и кому что дозволено. Даже если мальчишка останется жив, они заберут его к себе, и он станет у них кем-то вроде прислужника. Помыкать им не будет только ленивый.

— Из-за того, что он полукровка? — я все равно отказывалась верить услышанному.

— Ну да, для них это как бракованный продукт. Недостаточно идеальный и тем самым оскверняющий их высокие стандарты соответствия. К тому же он угроза для них, так что проще уничтожить.

— А угроза-то в чем? Он просто ребенок! — не поняла я.

— У эльфов давно не рождаются дети, дочка. Ни одного после войны не появилось, — мягко заметил отец.

— Да у них уже полвека пополнения не было, — уточнила Божьяки, снова наливая мне отвара. — Неугодны они Создателям, так что рано или поздно вымрут как вид, и точка. Они это знают. В войну вступили только потому, что надеялись, что боги их простят и вознаградят. Да только их участие минимальным было: реликвию свою притащили, да целительскую помощь иногда оказывали. Сколько у нас людей погибло, а сколько выгорело, а у эльфов никаких потерь, как жили, так и живут.

— Да, — кивнул отец, — распоряжение было, что если эльф в расположение части едет, то в первую очередь его охранять ценой собственной магии и жизни. Вроде как они щит создавали, который поднятых мертвых остановить должен был.

— И что, сделали щит? — уточнила.

— Да кто ж его знает, нам, простым смертным, о том не ведомо, — сказал отец, возвращаясь к чертежам.

— А с Элианом-то что делать? — взмолилась я.

— Давай его в наше поместье отправим, — предложил отец. — Пусть там пока поживет, пока остроухие не уедут. А скажем, что сбежал. Он же не приписанный к рудникам, искать не станут.

Спрятать ребенка от эльфов? Почему бы и нет. И никто не докажет, а был ли мальчик.

Поблагодарила отца и пошла к гномам. Пацанам нужны охранники, и у меня есть подходящие на примете.