Глава 5. Мальчики направо, девочки налево

Вечером Рагнар намекнул, что лучше бы им вперед отправиться, чтобы все подготовить к моему приезду. Я согласилась, что им действительно нет смысла меня ждать и лучше отправиться вперед. Управляющий уточнил, точно ли я не буду заказывать новую карету. Я заверила, что нет, немного отдохну, прогуляюсь по лавкам и отправлюсь следом. После чего гномы начали собираться, согласившись оставить меня в Невяре. От компании братьев-гномов я отказалась, сказав, что есть своя.

Со своей же охраной, точнее, приставленной мужем, договориться оказалось сложнее. Сулить им что-либо было бесполезно, угрожать нечем, оставалось объяснять и доказывать с картой в руках.

— Теодор, поймите — заехать в Трисроун вовсе не прихоть, а необходимость. Дорога дальше, судя по карте, идет через горы. Карета милорда высокая, ее и на ровной дороге раскачивает, а в горах вообще заносить начнет. И вам это известно, поэтому вы кучера из местных искали, понимаете, что сами не справитесь. Поэтому мое предложение такое — эту карету или отправить обратно, или пусть она продолжает путь с гномами, а я сделаю крюк, заеду в Трисроун, возьму там нормальный экипаж и на нем доберусь вот до этого места по другой дороге. Если судить по карте, она огибает горы, значит, по ней я проеду быстрее и смогу догнать вас там.

— Миледи Александра, это территория соседнего княжества, нам бы не хотелось заезжать туда, — не соглашались мои охранники.

— У нас с соседями плохие отношения? — уточнила я.

— Нет, миледи. Просто Ирбиру сейчас приходится непросто, и люди там могут быть более озлоблены.

Снова уткнулась в карту, на этот раз чтобы попытаться припомнить политический расклад.

С трудом, но вытащила из воспоминаний, что в княжестве Ирбир находится один из самых крупных в нашем королевстве портов. И в последнее время его осаждает королевство Таригор, желающий получить выход к морю. Все княжества в Трассерии независимы, они поддерживают друг друга, и Ирбир, вынужденный противостоять Таригору в затяжном конфликте.

— Мы проедем по самой границе, это далеко от эпицентра военных действий. Зато когда вернемся обратно на горную дорогу, уже поедем на маневренной карете, — убеждала я.

Охрана с чем-то соглашалась, но категорически была против отпускать меня одну, и в итоге мы сошлись на том, чтобы разделиться — двое отправляются со мной за новым транспортным средством, а двое продолжают путь с каретой. Еще решено было нанять местного кучера и поручить управление экипажем Роланда ему.

Это оказалось не так просто. Большинство возниц, видя нашего монстра и выясняя, куда надо ехать, отказывались от работы. Поэтому, пока мои «секьюрити» искали спеца по горным трассам, я отправилась к каретных дел мастеру.

Гном мне обрадовался:

— Решили все-таки заказать экипаж, миледи? Завсегда рад услужить. Вот такую заготовку посмотрите, карета будет хорошая, вместительная. Ткани опять же для обивки имеются веселенькой расцветки, конский волос для матрасов…

— А готовый матрац есть? — перебила я словоохотливого гнома.

— И такие имеются, миледи. Можем их сверху дополнительно положить, чтоб и ехалось мягко, и спалось сладко. Но вы что-то особенное заказать хотели? Слушаю вас.

— Знаете, я хотела у вас бричку взять, — разочаровала я гнома. — Видела, во дворе готовая стоит.

— Да вы что, миледи, какая бричка! Вам не положено! — всплеснул руками словоохотливый коротышка. — Давайте я вам чудесную карету изготовлю, не хуже, чем королеве. Обивка-то гляньте, какая роскошная будет — бордовый бархат. Витым шелковым шнуром украсим и золотыми кистями, а снаружи…

— Отчего это мне на бричке не положено? — перебила я мастера-гнома.

— Ну как же, а куда я на бричке гербы крепить буду? Для этого экипаж солидный должен быть. Так что пока заказывайте гербы, а я за это время вам карету соберу, как положено, со всем уважением…

— А без гербов никак?

— Ну так как миледи без гербов поедет? Так и дорогу никто не уступит, и уважения не будет, — покачал головой гном, доставая из мешка подушки из бордового бархата и впихивая их мне в руки. — Вот гляньте лучше, какие подушечки мягонькие мы вам пошили. Если всю отделку закажете в таком же цвете, то они вам выйдут совсем недорого…

Вот оно что. То есть гербы — все-таки привилегия, а не обязанность.

— Так я не себе бричку хочу взять! — широко заулыбалась я, сминая в руках подушку и думая, что если все нутро кареты будет такого цвета, то я до места не доеду, свихнусь. — Служанку хочу на бричку пересадить. Очень она у меня храпит громко, никакого отдыха с ней нет, устала словами не передать как. Пусть позади едет и не мешает.

Гном закивал и, поторговавшись, продал мне бричку. Хотел при этом навязать договор о заказе кареты, но я задумчиво сказала, что, пожалуй, служанке можно и у торгового люда телегу выкупить, а то и просто в одной из телег, которые везли следом скарб Саши, место освободить.

Тогда только мне удалось приобрести нужную мне вещь.

Да, надо подумать, как мне на этих ушлых товарищей управу найти. Права оказалась Селиана Вэйл — эти без твердой хозяйской руки по кирпичику все растащат.

— Миледи, а зачем вам эта повозка? — спросила Лютта, явившись к гному в поисках меня.

Каретных дел мастер пытался еще навязать мне лошадей, но я заранее велела разузнать, почём можно взять неплохую лошадку, поэтому, убедившись, что цены он явно завышает, отказалась.

— Тебе, Лютта, — сказала, видя, что гном навострил уши. — Отдельно поедешь.

Я думала, что девица начнет возмущаться и говорить, что должна быть при госпоже, но она неожиданно легко согласилась. Ладно, нашим легче.

На всякий случай уточнила насчет гербов на каретах у охранников, и они подтвердили, что гербы — это привилегия и показатель статуса. И в обществе не очень хорошо относятся, если знатная особа вдруг появится на бричке.

Из-за этого у нас снова вспыхнул спор, потому что супруг Саши охранников с ней отправил гиперответственных. С одной стороны, это, безусловно, радовало, потому что халатности мне в прошлой жизни хватило, когда она меня сюда и привела. С другой стороны, если Лютте я могла приказать, и она хоть и сверкала недовольно глазами, но исполняла приказ, то эти товарищи мне не подчинялись. Приходилось использовать все красноречие, на которое я была способна, чтобы убедить их.

В итоге решили, что поеду инкогнито и наряжусь служанкой, а если что, то скажу, что провожу ревизию по поручению супруга. Охрана такому предложению возразить не смогла. Ну а Лютту решено было одеть в приличное платье, чтобы она могла сойти за меня и продолжить путь. Благо мы были одного роста и издалека в общем-то похожи.

Служанка известию о том, что она едет в карете и притворяется мной, совсем не обрадовалась, начала возмущаться, и тогда я напоила ее зельем немоты, купленным здесь же в лавке зельевара. Угрызения совести меня не мучили — служанка поступила с беспомощной и беззащитной Сашей точно так же. Еще в отместку велела охранникам лишний раз ее вообще из кареты не выпускать.

Сама не знаю, что на меня нашло, но разозлилась я на девицу знатно. За последний день она меня окончательно достала — всю дорогу до Невяра ныла, зачем мы свернули, надо было ехать по старой дороге, а вдруг за нами гонца пошлют, а он нас не найдет, да что надо домой написать, что мы путь изменили, и все в том же духе.

Поэтому, как только подвернулся случай, отправила ее дальше одну и выдохнула.

— Миледи Александра, вы уверены, что стоило отпускать вашу служанку? — подошел ко мне начальник конвоя. — Мы не сможем заменить ее, чтобы сделать вашу поездку достаточно комфортной.

— Не беспокойтесь, Теодор, я прекрасно справлюсь со всеми трудностями, — сказала я мужчине, после того как усадила Лютту в карету и напомнила, что если она будет плохо себя вести, то я не только верхом ездить умею, но и с лопатой прекрасно управляюсь и при случае могилку ей самолично выкопаю.

Служанка вытаращила глаза, но сказать так ничего не сумела. Почему-то я подумала, что по дороге она просто сбежит. Но мне было наплевать. Я отправилась в Трисроун, возлагая на этот город большие надежды. Но он превзошел все мои ожидания.

***

Трисроун был небольшим городом-крепостью с толстыми стенами, дозорными башнями, обилием стражников и пропускным режимом для въезжающих. В его стенах собрались все, кто покинул насиженные места в поисках защиты. Поэтому народу там было тьма тьмущая, довольно специфично пахло, было душно, пыльно и шумно от криков и громыхающих по мостовым колес экипажей. Но именно там я нашла нечто совершенно особенное.

На въезде нам дали разрешение оставаться в городе в течение трех дней и пригрозили крупным штрафом, если задержимся. Пояснили, что если мы хотим что-то приобрести, то нам в центр на рыночную площадь, а если заказать мастерам, то стоит выехать за город с другой стороны, там мастеровая слободка.

Мы направились сразу на площадь, прицениться и понять, что почем. Но увы, рынок, куда приходили люди и приносили свой товар, работал с рассвета и до полудня. А к моменту нашего приезда там были открыты только лавки, которые меня не вдохновили. Наверное, потому, что я уже настроилась на азарт выбора и торга и покупать в лавках не хотела. Тем более что заправляли там гномы со своей стратегией «купите это, подпишите договор на то, и вы будете нам должны по гроб жизни». Такой подход, когда я должна купить вещь, а потом подписать соглашение, что буду ее обслуживать и ремонтировать в строго определенных местах и не реже нескольких раз в год, причем не бесплатно, откровенно отталкивал. Я никак не могла понять, как у них при такой постановке дела вообще кто-то что-то покупает.

Так что, заглянув в несколько лавок, где мне попытались продать абсолютно ненужные вещи еще и в кредит, я вернулась в экипаж недовольная.

— Госпожа Александра, что-то случилось? — поинтересовался Теодор, начальник моей охраны, который ждал нас со вторым охранником в бричке.

Рассказала, как мне пытались втюхать всякую ерунду, а когда я сказала, что у меня денег нет, то принялись убеждать купить это в кредит.

— Не понимаю, зачем им это. А если я уеду и не заплачу им? Странные они, еще и родичей своих навязывают. «Ах, вы едете на север, замечательно, там у меня живет троюродный кузен двоюродной тети, подпишем бумаги, что вы будете совершать покупки только у него!» Да с чего это? — возмущалась я.

И тогда мне рассказали, что если я буду кому-то должна, то скрыться не смогу — магическая метка меня везде найдет, приедут приставы и заберут имущество или меня саму. Уточнила, куда заберут. Оказалось, что в Ирбире, если кто-то способен держать оружие, то отправляется на защиту княжества, а если нет, то в работный дом.

Мило. Поспешила покинуть площадь, поражаясь предприимчивости местных дельцов.

— Не знала, что где-то за долги в работные дома отправляют и в солдаты забривают. Как-то это неправильно что ли, — рассуждала я.

— У Ирбира нет рудников, госпожа Александра, а содержать людей в тюрьмах накладно, — пояснил мне мужчина. — Поэтому здесь повсеместно распространены работные дома и аукционы работников.

— Это как? — спросила я.

— Например, какой-то мастеровой вел свое дело, но разорился. Если у него долги, которые он не может покрыть, то он может пойти на аукцион и предложить себя в качестве работника всем желающим, кто сможет погасить его долг. Там торг идет на срок, который он будет в услужении, кто меньше предложит, к тому он и пойдет. И так же вольные работники предлагают себя, но уже за деньги. Там наоборот, кто больше предложит.

То есть это у них что-то типа биржи труда получается. Мне стало интересно.

— А когда торги? — спросила я.

— Так каждый день, на рыночной площади, — ответил Теодор. Они поменялись со вторым охранником местами, и теперь мужчина ехал рядом со мной верхом на лошади, а его напарник правил лошадьми.

— Отлично, сходим завтра. А что вы там про рудники говорили?

— С рудниками все просто. Если они есть в княжестве, то всех провинившихся ссылают туда. И королевство за поставку рабочей силы получает процент от прибыли рудников, — ответил мне мужчина.

Вообще я заметила, что стоило нам отстать от гномов, как моя охрана стала как будто бы мягче и общительнее. Они тоже не доверяют низкорослому народу? С чего бы?

— А если прибыли нет? Кто этих ссыльных содержит? — уточнила, вспомнив слова экономки про воров и убийц. — И у меня на рудниках тоже те, кого туда сослали, работают?

— Да, госпожа. Если не разбежались, конечно. Милорд выделял средства на их содержание, но, к сожалению, сложно с уверенностью сказать, как там обстоят дела на самом деле. За шахтами присматривал ваш отец, но после ссоры с милордом он отказался заниматься ими, и часть шахт пришлось закрыть. Точнее, почти все.

— Отец поссорился с моим супругом? — уточнила я. Что-то многовато для меня новостей свалилось за последние пять минут. — Получается, за преступниками всех мастей на моих рудниках никто не смотрит?

— Получается, что так, госпожа.

Зашибись!

***

Остаток дня я решила посвятить прогулке по ремесленной слободе, которая находилась вне городских стен. Думала, что просто посмотрю, а покупать и заказывать ничего не буду. Потому что если тут у них такие увлекательные схемы в ходу, то лучше потихонечку до своих рудников добраться и там уж думать о каретах. Не первой же необходимости вещь, в конце-то концов.

На выезде нас снова тщательно проверили, не вывозим ли мы чего ценного, посмотрели документы и тогда только выпустили.

— Боги, можно подумать, у них есть что вывезти, — заметила я вслух.

Грегор, второй мой охранник, пояснил:

— Они проверяют, вдруг вы имеете обязательства и сбежать хотите. Может, у вас имущество в залоге или вы на отработке у кого-то.

— А толку-то? — Удивилась я. — Метка же все равно догонит.

— Ирбир нуждается в воинах для защиты своих границ, и долги — это способ получить их. Поэтому многие покидают княжество в желании заработать на стороне.

Ну что сказать, в каждой песочнице свои игрушки. Тут такие. У нас чуть другая схема, но в ней тоже почти все население страны загнали в кредиты. Так что, чего уж тут говорить, лучше постараться, чтобы в должниках не оказаться. Торговцы у них какие ушлые, хуже наших банков на заре моей юности. Наверняка мои гномы тоже отсюда. Точно, надо найти какого-нибудь продвинутого стряпчего, чтобы их самих в кабалу загнать и пусть бесплатно на меня работают!

Но это я так, про себя больше от досады ворчала, пока мы к гужевой мастерской шли.

А потом я просто обалдела от счастья выбора. Сколько всего тут было: и кареты, и дилижансы, и легкие пролетки, коляски и кэбы на манер английских, дрожки и гномские кибитки. У меня глаза загорелись, и я пошла всюду свой нос совать. Пока бродила и все щупала, успокоилась. Так, что мне нужно?

Чтобы устойчивая была на горном серпантине, если таковой обнаружится. Значит, у нее центр тяжести ближе к дороге должен быть.

Легкая, я все равно хочу русскую тройку запрячь попробовать, не надо мне, чтобы ее шесть коней еле тащили.

Комфортная, чтобы внутри мягко.

И самое главное — на рессорах!

Начала присматриваться внимательнее и поняла, что опять это транспорт не моей мечты.

Рессоры тут, кстати, были. Не везде, только у некоторых, и не металлические, это были деревянные выгнутые пластины, проложенные толстыми кожами, но все же. А у карет кузова были подвешены на толстых ремнях. Но это все равно был огромный прогресс по сравнению с тем, что я видела до этого, поэтому решила выбрать из представленных максимально легкую и при этом устойчивую, а по приезду довести ее до ума. Но сначала узнать, можно ли будет ее разобрать.

По огромному каретному сараю меня сопровождал пацан лет четырнадцати-пятнадцати, который вполне уверенно отвечал на вопросы и показывал, что я его просила. И это мне очень импонировало, потому что пацан не пытался мне ничего продать.

— А скажи-ка, парень, — спросила я его, — какой из этих экипажей лучше всех крутой поворот пройдет, да на большой скорости?

Пацан чуть сдвинул брови и принялся оглядывать кареты, потом покачал головой:

— Нет, госпожа, не годятся они для этого. Вот этот хорошо дорогу держит, — показал он мне на приземистый и массивный экипаж, — но на нем не разогнаться, тяжел слишком. Этот легок, но колеса узкие, занесет и опрокинет на повороте. Дрожки вот эти хороши, они настолько быстрые, что под гору лошадей догонят, но с маневренностью у них так себе и тормозов нет. Коляска за счет того, что у нее колеса разного размера, маневренная, но кузовок высоко и она слишком легкая, тоже опрокинется.

— Так что же выбрать, если мне надо по горам ехать, да не один день? — спросила я.

— Если не торопитесь, то…

— Тороплюсь! Очень! — заверила я парня.

Задумался.

— Госпожа, не получится на карете быстро по горам, — выдал он. — Там что-то простое и практичное надо. Если только на телегу кузов кареты прикрепить или у кибитки колеса заменить.

Да я и сама понимала, что не получится быстро, горы аккуратной езды требуют. Но до них нам еще добраться надо и желательно поскорее.

— А скажи тогда мне еще вот что: допустим, я у тебя экипаж куплю. А потом мне его разобрать надо будет, чтобы что-то в него добавить. Это можно будет сделать? — задала я самый животрепещущий вопрос.

— Сможете, госпожа. Старый Бранир один работает, у него нет родни среди гномов и помощник только я, поэтому он без всяких условий продает. Только перед ремонтом не подписывайте, пожалуйста, согласий на то, чтобы гномы технические узлы могли повторить. Все же это господина Бранира придумка.

— А без разрешения они не будут этого делать?

— Не осмелятся, госпожа, иначе Боги или магия их покарает.

Пришел мне на ум один анекдот про джентльменов, которым на слово верят*, но я промолчала и пошла знакомиться с конструктором замечательных карет и первых в этом мире рессор.

И вляпалась в эпицентр скандала.

-----------

* Старенький анекдот, но вдруг кто забыл.

Возвращается Чапаев из командировки в Англию. Одет весь с иголочки, в лимузине, на руках перстни с бриллиантами. Полный багажник денег. Носильщики выносят кучу чемоданов.

Петька его удивленно спрашивает:

- Василий Иванович, откуда у тебя все это?

- Да так, Петька, в карты выиграл.

- Как это?

- Захожу я в клуб. Там все сидят, выпивают, в карты играют. Смотрю — в очко режутся! Сел я за столик, взял карты. У меня — 18. А мой соперник — англичанин, говорит — 20. Я ему: «Покажи!» А он — мне: «Мы, джентльмены, верим друг другу на слово». И вот тут-то мне как начало везти...