Глава 8. Почти дома

Дом на колесах — это прекрасно. Но медленно. Русская тройка — это быстро. Но кареты в нее не впрягают. Пришлось пожертвовать комфортом, оставить очередных моих гномов без присмотра и рвануть вперед с приставленными мужем охранниками и мальчишкой Руиром.

Потому что пропажа служанки не давала покоя.

Чем больше я размышляла об этом, тем подозрительней становилась. Я ведь полагала, что увезу Лютту от Селианы и постепенно выясню все, что та задумала. Я тогда ни про какие телеграфы еще не вспомнила. А теперь поняла, что служаночка вполне могла стучать своей госпоже и выполнять ее поручения. Как она возмущалась, что мы сменили маршрут! Подозрительно? Очень даже!

И потом, с чего я решила, что если уеду из дома, где меня пытались убить, то все останется позади?

Нет, возможно, что это паранойя — думать, что падение кареты не случайность и так пытались убить Сашу, а служанка на самом деле просто обиделась и сбежала.

Но как ей это удалось? Куда смотрела охрана? Понятно, что им нет дела до девушки, если только до имущества милорда Рейвенкрофта, но вдруг это был сговор?

А если и Тео с Грегором в нем участвуют? Что, если предположить, что милорд не хочет выносить сор из избы, говоря о том, что в его доме произошло покушение на убийство, и решил по-тихому избавиться от меня по дороге на якобы возвращенные рудники?

Эх, не патентами надо было заниматься, а к стряпчему сходить, пусть бы проверил бумаги, не фикция ли.

— Госпожа Александра, что-то случилось? Вы из-за служанки переживаете? — мое состояние опять не укрылось от внимательного Теодора.

— Да, Теодор. Не стоило отпускать Лютту, надо было взять ее с собой. Я ведь несу ответственность за девушку. Ваши товарищи рассказали какие-то подробности?

— В сообщениях это сложно сделать, но они будут ждать нас на перевале. С такой скоростью мы будем там не позже чем через два дня. Если, конечно, снова не поменяем маршрут.

— В моих планах этого нет, хочется поскорей добраться до рудников, ведь теперь это мой дом. Кстати, от управляющего Скальбрека не было сообщений?

— Миледи, он не стал бы отправлять их нам. Возможно, вам стоит проверить, нет ли сообщений для вас?

— Теодор, милорд Рейвенкрофт предупредил, что у меня проблемы с памятью? — спросила аккуратно.

— Да, миледи.

— Я не помню свой код, чтобы проверить сообщения, — сказала охраннику и отвернулась.

Почему-то признаваться в том, что я чего-то не знаю, не помню, не умею, было неприятно. Сашку тут за дитя держали и на меня так же смотреть будут? Не хочу!

— Понял, госпожа Александра. Если позволите, я уточню это у милорда.

— Уточните, — согласилась я.

После этого нам пришлось снова отклониться от маршрута, чтобы заехать в село, в котором был телеграф. Тео отправил сообщение своему нанимателю и получил сообщение от товарищей, что они прекратили поиски служанки и выдвинулись к месту встречи.

Я же достала карту. Собственно, мы все это время с небольшими отклонениями двигались на север. Просто гномы после того, как мы свернули в Невяр, сделав крюк, вернулись на условную западную трассу. А мы, чтобы заехать в Трисроун, завернули на восток в Ирбир. Дальше мы продолжили путь на север вдоль границ в Дивьяр.

Оттуда на запад вело две основных дороги — одна получше и понакатанее на юго-запад, вторая, менее востребованная — на северо-запад, к перевалу через горы. Но мы из-за телеграфа отправились на север в село на границе с Ирбиром, и отсюда дорога была только назад или в соседнее княжество. Но как можно повернуть назад, если вот они, буквально рядом мои рудники?

Но горы же! Вот и получается, как в поговорке — близок локоть, да не укусишь.

— Миледи? — Теодор, как всегда, заметил, что я о чем-то задумалась.

— Не хочу назад поворачивать, — призналась я. — Неужели тут нет тропинки через горы, чтобы выйти сразу к моим рудникам?

— Если кто об этом и знает, так это ваш отец и вы, миледи. Это же ваши земли, — сказал охранник.

Точно, мои.

Рудники были приданым Саши, то есть принадлежали ее семье. Как и прилегающая территория. Только они здесь никогда не жили, Александра выросла в столице, хотя и бывала в этих краях. А после смерти матери отец перебрался на рудники и стал смотрящим за ними. И это, получается, самая окраина их земель. Вот только воспоминания об этом ничего мне не давали. Разве что с местными пообщаться, на правах хозяйки, все равно ответа от милорда Рейвенкрофта ждем.

Но для начала я отправила Руира сходить в кабак и узнать, чем живет село. Просто странно получалось — вроде как оно тупиковое, дальше горы и граница с соседним княжеством, а телеграф есть и постоялый двор. Ну и кому сюда тащиться надо и зачем?

И вот зря я это сделала, очень даже зря!

***

Теодор проверил сообщения и сказал, что милорд прислал код. К этому времени я поняла, что не могу держать все свои подозрения при себе и гадать, кто играет на моей стороне, а кто против. То, что Лютта продолжала выполнять приказы своей госпожи, я уже практически не сомневалась, а вот что было поручено моей охране — не знала. Они ведь тоже не хотели поначалу менять маршрут, а теперь куда мне вздумается ехать, туда и едем, они не спорят. Мне кажется, скажи я им, что тут есть тропа контрабандистов, ведущая прямиком на шахты, они согласятся пойти по ней. И это тоже странно. Вдруг они такие сговорчивые, пока я иду в ловушку?

В общем, мне нужно было с кем-то поделиться своими сомнениями, подозрениями и переживаниями. И я не нашла никого лучше, чем милорд Рейвенкрофт. А что, Саша — его жена, имеет же он право знать, кто ее убил!

И пока мы ждали ответа, я попросила у местного почтовика лист бумаги и начала описывать все, что сумела вспомнить, благо писать и читать на местном я не разучилась. Написала о том, что Селиана мне силой влила какое-то зелье, о том, что она велела вылить все лекарства, оставленные для Саши, что подозреваю Лютту, что она шпионила для своей госпожи и хотела избавиться от меня по дороге, и о том, что отобрала у нее пузырек и спрятала его за окном. Поверит Роланд Рейвенкрофт или нет своей жене, дело уже другое, но если меня все-таки убьют, а он получит письмо, то пусть знает, какую гадину пригрел на груди. Хотя с ним-то она может и не такая, не зря же она все про развод говорила, не иначе как на место супруги нацелилась. Да фиг с ними, главное, что не на место вдовы. Мужик-то он вроде неплохой, обидно будет, если ни за что голову сложит.

И пока я на местной почте-телеграфе разбиралась с тем, как прослушивать сообщения, пока отправляла письмо милорду, нашу повозку… захватили местные разбойники.

***

Нет, вы только представьте себе — выходим мы с Тео из здания почты, а какие-то отмороженные личности связали Руира и Грегора. Один в возке с мальчишкой сидит, а второй у горла охранника нож держит и велит нам не двигаться. Вот нехорошие люди, скажите? Будь я на кране, для меня бы это проблемой не было, аккуратненько сверху их по головке тюкнула, и всё — сразу тихими и сговорчивыми стали бы. Но я не на кране, к сожалению. Так что остановилась и оглядела местных маргиналов неприветливо.

А как еще назвать людей неприятной внешности в неприглядном виде, да еще за нехорошим делом? Уроды, короче, и сволочи.

— Ну и что тут происходит? — спросила я.

— Деньги, драгоценности, оружие давайте сюда, дамочка, — приказал один из мужиков, держащих нож у горла моего охранника.

Ага, бегу уже, волосы назад. С чего, интересно, они такие наглые, по виду так вообще не профи, а бомжи какие-то случайные. Но это не значит, что они безобидные, раз мои с ними не справились. Покосилась на своих охранников.

Н-да, стоят оба. Не мог Сашин муж побольше народу с ней отправить, чтоб ее защитить? Или спецом не стал этого делать? Неужели он тоже хотел избавиться от супруги? А что, удобно, вроде писанулся, что всё ей возвращает, наверное, и доложил уже куда следует, а кто виноват, что жена до места не доехала? А так раз — и вдовец, и имущество вернулось.

— Ну! — потребовал неопрятный бородатый мужик, возомнив себя главарем.

— Не нукай, не запрягал, — огрызнулась я, продолжая думать о своем.

А я-то Роланду письмо накатала, что, мол, так и так, отравительница в вашем доме, милорд, и клеветница. Будьте осторожны, не доверяйте. А тут вон что — профессиональный охранник с кучкой сброда не справился. Еще и второй стоит, замер. Ну и на кой они мне такие, беспомощные? Вот и правильно, что я решила им не доверять.

— Дамочка, вы, наверное, не поняли. Мы вас сейчас прирежем всех, как кур, — сказал разбойник. — Давайте деньги сюда и всё, что есть ценного.

И гномы, как назло, позади остались. Они-то, наверное, не стали бы истуканами стоять. Хотя какой им смысл меня защищать? Кому я вообще тут нужна? Да никому! Попала невесть куда и невесть как, еще и непонятно зачем. Возможно, я вообще ошибка вселенной и меня тут быть не должно. Тогда логично, что я до места доехать не могу, шорошусь тут по просторам этой их дурацкой Трассерии, где порядок навести не могут. Что за мир вообще такой стрёмный?

— Да идите вы… — от души выплеснула я свое недовольство происходящим. — Надо что-то ценное, вон охрану мою забирайте. Исключительно ценные кадры, чтоб их вместе с их милордом…!

Приложила крепким словцом по-русски, села на место кучера под молчаливые взгляды всех присутствующих и нервно дернула поводья. Лошадки послушно взяли в галоп, увозя нас с Руиром и одним из разбойников прочь.

— Эй, дамочка… — крикнул он, завалившись на спину.

— Замолчи, нехороший человек, — велела я. Не совсем так, конечно, в более доступной ему форме.

Понял, заткнулся, и некоторое время мы ехали молча, пока я не перестала кипеть внутри. Потом я остановила наш возок, некоторое время посидела молча и повернула назад. Сбегать, не разобравшись, плохая идея. Пусть эта территория и оказалась за горами от рудников, но она, по сути, моя, и я должна если не навести порядок, то хотя бы понять, что происходит.

— Развяжи ребенка, — приказала я похищенному разбойнику. Тот спорить не стал и сделал, как было велено.

— Руир, расскажи, как было дело, — попросила я.

На час ведь оставить нельзя! На этом телеграфе всё оказалось довольно просто — есть что-то типа телефона — коробки с цифрами и рунами и слуховой трубкой. Подходишь, набираешь код и прикладываешь трубку к уху. Все сообщения идут по порядку, начиная с последнего. Они действительно короткие, секунды по три, не больше, и идут друг за другом, но общая вместимость этого голосового ящика всего десять сообщений.

В моем оказалось одно от гнома-управляющего о том, что он прибыл в какой-то населенный пункт и продолжает движение к месту назначения. Второе было от милорда, где он просит меня быть аккуратней и докладывать о перемещениях. А остальные восемь сообщений были полны тишины. То есть кто-то набирал мой номер, чтобы просто помолчать в трубку. Жаль, что адресата можно узнать только по голосу, так бы нашла я этого молчуна…

Записала для господина Скальбрека, по номеру, который он дал, сообщение, что скоро увидимся, а для милорда Рейвенкрофта, что отправляю ему письмо.

Честно, не знала, как и что сказать мужчине, который считается моим мужем, но на которого я злюсь. Ведь если бы он не валял дурака, а уделял хотя бы немного внимания влюбленной в него девочке, я бы тут не оказалась.

И вот пока я писала письмо (сложно было подбирать учтивые фразы, как полагалось воспитанной Саше), Руир отправился в местный трактир узнать новости и пособирать слухи.

Там новичка сразу приметили (потому что думать надо было, прежде чем отпускать ребенка в злачное заведение, но это я потом уже поняла, что дура) и стали допытываться, кто и откуда.

Руир рассказал, что добрая госпожа выкупила их с дедом, всё их имущество, других гномов и лошадок. Придумала, как можно очень быстро ездить. С гордостью добавил, что он счастлив служить такой доброй госпоже, которая его очень ценит. И признался, что тут мы проездом ради магограммы и потом поедем дальше.

И всё, разбойнички решили, что в их пенаты пожаловала наивная богатая дурочка, которую неплохо было бы пощипать.

У дурочки была охрана, поэтому мужички в предвкушении большой наживы решились использовать мага, чтобы ее обезвредить и получить желаемое без пыли и шума.

— Там был маг? Серьезно? И кто он и что делал? — спросила я, правя лошадьми к постоялому двору.

На Руира я не злилась, он же пацан совсем, сама виновата, что он растрепал всё, не стоило его в трактир посылать. Да и разбойники понятно, что просто выпивохи, которые лишних денег захотели и на авось и мага понадеялись. Но такие их поступки подрывают мой авторитет как хозяйки и снижают привлекательность региона для инвестиций. А вдруг я сейчас как начну золото-бриллианты добывать, как попрет мне, а сбыть по хорошей цене не смогу, потому что такие вот чудаки дороги перекроют. Поэтому такое безобразие без внимания оставлять никак нельзя.

— Мальчонка-сирота, пригрели из жалости, — сказал мужик-разбойник. — Он иногда по мелочи то тут, то там подсобляет. Он заклинание неподвижности знает.

Мужики пригрели мага? Как-то это не вязалось с картиной мира, которая у меня сложилась. Тут если дар есть, то всё, считай, это прямой билет в высшее общество и светлое будущее. Люди нечасто чем-то одарены, магия вся у других рас сосредоточена, тех же гномов, например. У них она как раз в виде дара проявляется. То есть у кого какая способность окажется — кто-то в битве силен и непобедим, кто-то в производстве зачарованного оружия хорош, кто-то недра земли видит. И эти способности обычно из рода в род передаются. Это мне так Тимшор и Бранир, убеленные сединами гномы, пояснили, пока мы ехали.

Промолчала, но про себя поняла, что маг на службе зла — это потенциальная проблема, а потому надо его у мужиков изымать. Осталось придумать, как. Но неожиданно мне на выручку пришел сам маг.