Часть 21

Лейла ошарашенно уставилась на сестру, отказываясь верить услышанному.

— То есть, как это — домой? Зачем?

— Позвонила мама — Даниэль умудрился подхватить ветрянку. Это три недели без детского сада, а у мамы на работе цейтнот.

— Но…

— Не сыпь мне соль на рану, Ли, — Ева раздражённо затолкала в боковой отсек чемодана золотистые босоножки. — Я сама до смерти не хочу отсюда улетать, тем более улетать не расквитавшись с этим придурком, но разве у меня есть выбор? Даниэль мой сын, мама не может взять отпуск, а я не могу отправить собственного ребенка в приют. Свои вещи сама соберёшь.

Лейла присела на краешек кровати, обречённо уставившись в одну точку. На губах до сих пор сохранился вкус недавнего поцелуя. Почему именно сейчас, когда Алекс… Когда появился шанс шантажировать Оскара фотографиями…

Да, она понимала, что рано или поздно им придётся покинуть страну и мысленно даже была к этому готова, но чтобы вот так скоро… Нет, она не может всё бросить и улететь. Не доведя план до конца, не попрощавшись с…

— Знаешь, что, ты лети, а я останусь в Майами и завершу начатое, — твёрдо произнесла Лейла и встретилась с ледяной невозмутимостью в глазах сестры:

— Исключено. Я не могу оставить тебя здесь одну на растерзание этому паршивцу и его одноглазому питону. Кто-то должен за тобой присматривать чтобы в случае чего…

— Умоляю, не смеши! — всплеснула ладонями Лейла и перехватила из рук сестры очередную тряпку. — Много ты за мной присматривала эти дни? Где я была только что? — прищурилась.

— Ну… э…

— Вот! Ты понятия не имеешь, где я и с кем, чем занимаюсь. Ты только и делаешь, что тусуешься в клубах и кадришь женатых мужиков, пока я привожу в исполнение наш план. Он всё равно весь на мне, тебе показываться на глаза Оскару нельзя никак, так какая от тебя польза?

— Ну спасибо, сестрёнка, — обиженно выдала Ева, но в голосе засквозили-таки нотки желанного сомнения. Отложив в сторону футболку, села рядом с младшенькой и, нахмурив брови, задумчиво прикусила нижнюю губу.

— Лети к сыну и за меня не беспокойся. У меня появился против Оскара хороший козырь, и, если он выстрелит — все украденные им деньги снова будут наши.

— Что за козырь? — глаза Евы алчно блеснули.

— Ну-у… — протянула Лейла и задумалась: а стоит ли говорить сестре о том, что у неё есть фотографии, которые могут усадить их главного врага за решётку? Сейчас Ева непременно раскудахчется, что это ужасно опасно и точно утащит её обратно домой. А домой Лейла совершенно не хотела, ни без денег, ни… В памяти вновь вспыхнуло воспоминание обжигающего поцелуя с Алексом, его блуждающие по телу руки… — В общем, есть кое-какая идея, её нужно ещё доработать… — ушла от прямого ответа Лейла, решив, что лучше всё-таки промолчать.

— Ну даже не знаю… Не нравится мне то, что ты тут совсем одна останешься, — неуверенно пробурчала Ева, и Лейла поняла, что та уже сдалась. Но на всякий случай ввернула контрольный железный аргумент:

— Подумай о Даниэле. Мальчик и так растёт без отца, мы должны отобрать у этого засранца деньги, которые пошли бы в наследство мальчишке. Ведь Сильвестр умер до того как узнал о твоей беременности, малыш Дани даже никогда его не видел. Ему нужна хорошая школа, потом институт…

— Ладно-ладно, уговорила, — теперь уже окончательно сдалась Ева. — Ты права, мы здесь для того, чтобы вернуть своё и без своего не улетим. Оставайся, но будь очень осторожна — поверь мне, Оскар не так прост, каким может казаться. Оставлю тебе свой ноутбук, будем ежедневно связываться по скайпу, я должна быть в курсе всех дел, поняла? И да, — Ева стянула с тумбы свою сумочку и, поковырявшись в барахле, выудила пластиковую карту. — Это моя кредитка, здесь достаточно денег и на жизнь и на обратный билет. Только много не транжирь, она не безлимитная!

— Мы скоро получим миллионы, не будь такой жадиной, — улыбнулась Лейла, вытаскивая из рук сестры визу-голд.

Идея остаться одной показалась неожиданно заманчивой, Ева действительно ей не помогала, а порой даже, наоборот, мешала. И, к тому же, что кривить душой — матерью для Даниэля она была паршивой, так что побыть с ребенком ей даже полезно. Малыш постоянно находился с бабушкой, пока молодая мамаша бегала по дорогим заведениям в поисках очередного богатого ухажёра. Вся её жизнь состояла из вечной гонки за куском пожирнее.

Лейла честно пыталась войти в положение сестры, пыталась искренне сочувствовать: престарелый любовник скончался до того, как узнал, что Ева ждёт от него ребёнка, а деньги, которые он оставил ей в наследство, украл этот пройдоха Оскар. Обвёл дурочку вокруг пальца и оставил сестру ни с чем.

Это тогда здорово подкосило Еву, а уж когда она узнала о беременности — и вовсе завыла белугой от безысходности, вернувшись из столицы обратно в родной Североалтайск. Но потом, отойдя от первого шока, решила, что страдать не её удел, поэтому, едва родив Даниэля, сразу же сплавила его бабушке и приведя тело в былую форму пошла во все тяжкие. Вот верно говорят, что горбатого могила исправит.

Лейла очень жалела единственного племянника и согласилась на эту авантюру по большей части именно из-за него. Мальчик заслуживает лучшей жизни, а Оскар взял и лишил его всего. Отобрал то, что по праву должно было принадлежать ребёнку! Нужно любыми путями забрать у него украденные деньги. Судя по рассказам Евы, там хватит и Даниэлю, и ей, и маме помочь…

— Лети, Ева, ни о чём не беспокойся, я справлюсь, — уверенно произнесла Лейла и действительно в это верила.

Правда, тогда она ещё что не знала, что именно ждёт её впереди.

* * *

Ева улетела утренним рейсом, и Лейла, клятвенно заверив сестру, что будет крайне осторожна, помахала на прощание самолёту авиакомпании «Аэрофлот» и направилась прямиком в «ЭльЧикко». Пора уже воплощать продуманный до мелочей план в действие и подсунуть, наконец, фотографии Оскару. Сколько уже можно тянуть эту резину. Да и носить в дамской сумочке снимки убитой проститутки приятного мало.

Войдя в помещение бара, Лейла разочарованно отметила, что сегодня, как назло, непривычно малолюдно. В толпе проще затеряться, а тут ещё камеры видеонаблюдения под потолком… Но выбора не было, не вручать же фотографии ему лично в руки, да и в почтовый ящик не положишь — на компромат может наткнуться его жена, и это может здорово помешать исполнению плана. К тому же Лейла не знала, где именно живёт Оскар. Подсунуть снимки под дверь его кабинета — самый простой способ, по крайней мере ей так думалось в теории, на деле же оказавшись у цели, испугалась: а вдруг Оскар её засечёт, как тогда она объяснит всё происходящее? Это будет настоящая катастрофа!

Но другого выбора не было — воспользовавшись нахлынувшей толпой голодных туристов, Лейла протиснулась в узкую кишку коридора и, не теряя времени, осмотрела помещение. Судя по ароматам, кухня находилась в другой стороне здания, здесь же расположились мужская и женская уборная, и ещё две запертые двери неизвестного происхождения.

Недолго думая, Лейла потянула на себя ручку ближайшей, и на неё едва не рухнула швабра: вытянув руку, девушка оперативно предотвратила падение и тут же захлопнула дверь. Уф, так можно и чувств лишиться!

Вдали, в самом конце коридора, на неё смотрела ещё одна дверь. Это она — святая святых Оскара. Без вариантов.

Стало немного страшно, да не немного — страшно до чёртиков! Она ещё от атаки хозинвентаря не отошла, а тут новый стресс. Воровато обернувшись, убедилась, что поблизости никого нет и по стеночке тенью метнулась к кабинету. Аккуратно, стараясь не производить лишнего шума, надавила на ручку. Заперто. Прислонилась ухом тёплому дереву — тишина. Сквозь прорезь замочной скважины было ни черта не рассмотреть, только окно и просвечивающийся сквозь не плотно сомкнутые ламели жалюзи солнечный свет. Трясущимися руками Лейла извлекла из сумочки плотно запечатанный конверт и на выдохе протолкнула под дверь, после чего тут же дала дёру. Выбежав в зал, резко притормозила, приводя сбившееся дыхание в порядок.

Сердце колотилось так, что едва не пробивало грудную клетку. Она это сделала! Всё, назад дороги нет. Стало и легко и тяжело одновременно. Возможно, сейчас она совершила самую большую глупость в своей жизни, или же наоборот…

— Лейла! Вот так встреча! — раздалось за спиной и младшая Миллас обернулась: за столиком сидел Алекс и приветливо махал ей рукой. — Иди сюда!

О, Боги, снова он. Нет, она была рада его видеть, несомненно, но почему именно сейчас, когда щёки горят и руки до сих пор трясутся…

— Ты опять здесь? Видимо, это заведение действительно твоё самое любимое, — выдавила Лейла и нервно улыбнулась. Осмотревшись по сторонам, села напротив парня. Его рука скользнула по столу и нашла её дрожащие пальцы. И какое это было прикосновение…

— Я правда очень рад тебя видеть. Собирался позвонить.

Гладковыбритая смуглая кожа лица оттеняла выгоревшие на солнце волосы, а янтарные глаза просто лучились счастьем. Виной до тому встреча с ней или это всего лишь игра света?..

— Ну так что на счёт свидания? Кино или кафе? Если хочешь, устроим тебе экскурсию по городу на моём пикапе. Только, чур, не смеяться — тачка у меня ещё та. Купил на первые честно заработанные.

— Спасибо, мне… уже устраивали экскурсию, — Лейла вспомнила, как Оскар возил её по ночному побережью и испытала что-то похожее на муки совести. Всё-таки шантаж человека это далеко не самое приятное занятие, даже если этот человек паршивец каких поискать.

— Тогда можем просто погулять вместе, всё как ты захочешь, — легко согласился Алекс, к счастью, не додумавшись допытываться, что за ушлый гид его опередил.

Несмотря на всё ещё бушующий адреналин, Лейла не могла игнорировать его губы. Какие же они манящие. И целуется он крышесносно, её никто и никогда так не целовал… Инцидент с непристойным предложением она уже практически отпустила: Алекс хорош собой и явно пользуется успехом у девчонок, скорее всего, все её предшественницы с лёгкостью велись на его красивые глаза. Да и то, что парень, который ей ужасно понравился её хочет, не могло не разлиться бальзамом по женской самооценке.

Ей очень захотелось его поцеловать, безумно. Но не здесь и не сейчас…

— А может, давай уже закончим, наконец, твой рисунок? Интересно посмотреть, какой ты меня видишь, — и вот глупая бабочка сама летит на свет.

— Я только за, — не теряя контакта глазами согласился Алекс, слегка сжав её ладонь.

Сражаясь взглядами Лейла поняла, что проигрывает всухую. Казалось, что воздух искрился и вибрировал, а где-то над головой парил розовощёкий ангел и, натянув тетеву позолоченного лука, целился острой стрелой прямо в её сердце.

Ну надо же так попасть: прилететь на другой конец света и втюхаться по уши — какая же всё-таки жестокая ирония. Но думать о плохом ей сейчас совсем не хотелось, хотелось просто быть рядом с ним и наслаждаться моментом.

Облизав пересохшие губы, Лейла отвела-таки словно загипнотизированный взгляд и решила перевести тему:

— А почему ты всё время ходишь именно в этот бар? На побережье полно классных мест.

— Знаю, но там нужно платить, а здесь я всегда могу получить на халяву порцию коктейля.

— Вот как?

— Ну да. Бар принадлежит моему отцу, так что в "ЭльЧикко" у меня безлимит, — просветил Алекс и, проследив за её реакцией, встревоженно нахмурил брови: — Эй, что это с тобой?

— А что со мной? — борясь с шоком, на автомате переспросила Лейла.

— Не знаю, ты как будто побледнела.

Побледнеешь тут. Алекс сын Оскара!? Не может этого быть, просто не может! Это какая-то дурацкая шутка!

Чтобы не выдать истинных эмоций, Лейла вымученно улыбнулась, переживая внутри шквал самых разнообразных чувств, и одно из них — стойкое неприятие действительности. У Оскара не может быть такого доброго, отзывчивого, такого потрясающего во всех отношениях сына. Он помогает старикам, ищет пропавших без вести, он приветливый, он такой… настоящий…

Нет, она знала, что у Оскара и его подельницы-жены есть сын примерно её возраста, но Лейла не знала как его зовут, не интересовалась даже, он был ей совсем неинтересен. И тут словно обухом по голове…

Поймав озабоченный взгляд Алекса, выдавила:

— Просто… очень жарко, и не ела ничего с утра.

— Прости, я тебе даже ничего не предложил, вот я болван! Давай закажем что-нибудь? Может, салат из морепродуктов? Здесь он вполне сносный. Дейдра, подойти сюда… — окликнул официантку Алекс, и Лейла поспешно замотала головой:

— Нет-нет, я не голодна. Я… на диете! Лечебной! Холецистит, ем строго по часам… — и тут же сама поразилась, когда это она только научилась так виртуозно лгать. — Слушай, я пойду, ладно?

— Опять неотложные дела? — прищурился парень, пристально изучая её растерянное лицо. — Ну хорошо, я жду тебя у себя дома, в восемь.

— Я обязательно приду, — чересчур эмоционально закивала Лейла, поднимаясь. — В восемь… да, непременно.

Схватив со стола сумочку, стремглав направилась на выход. Ей нужно подумать, переварить открывшийся факт, который в один момент перевернул всё с ног на голову.

Вот дьявол! Оскар — отец Алекса, и только что она подложила под его дверь бомбу замедленного действия.