Глава 15

Саша

Крестовский – совершенный манипулятор. Только этому человеку могло прийти в голову действовать на меня через ребенка. Эта мысль до сих пор не даёт мне покоя, как и мысль о том, как отреагирует Кира на нашу поездку на Капри. В моей голове вопросов больше чем ответов, но задать их Стасу напрямую я не могу. Нет оснований интересоваться его планами и планами его невесты. Поэтому остается только ждать дня икс.

Решаю заранее забронировать гостиницу неподалеку от дома Крестовских. Учитывая обстоятельства, жить под одной крышей, возможно, со Стасом и Кирой я не намерена. От одной только мысли о встрече с ними у меня по телу пробегает рой мурашек, надо ли говорить о чувствах, что придётся испытать от проживания по соседству?

В ночь перед вылетом я не смыкаю глаз, а заснуть мне удается только под утро. Радует только то, что наш самолет по расписанию вылетает в двенадцать тридцать, и пара часов сна спасает ситуацию. Знает ли Кира о поездке? Если да, то как ей это преподнес Стас? А если нет, то когда расскажет? Поедет ли сам Крестовский? А Кира? Как отреагирует Ирина Вячеславовна? Тряхнув головой, пытаюсь выбросить из нее глупые вопросы, но они продолжают с излишней навязчивостью возвращаться.

Ровно в восемь часов утра я получаю сообщение от Стаса – на рейс мы уже зарегистрированы, а его автомобиль прибудет в десять. Кто это мы – рождается логичный вопрос, но я снова сдерживаюсь. В конце концов, совсем скоро все прояснится.

На сборы уходит не слишком много времени, поскольку вчера я собрала два чемодана, в которых уместила все, что планировала взять в отпуск для себя и для Леи.

– Саша, доброе утро! – приветливо улыбается мама, когда я вхожу в кухню. – Леюша спит ещё?

– Доброе утро! – целую ее в щеку. – Да, пусть выспится, как следует. Все же первый в ее жизни перелет.

– Уверена, все пройдет отлично, – подбадривает женщина, а затем, чуть помедлив, спрашивает: – Вы летите со Стасом?

– Этого я не знаю, – спокойно отвечаю я, наливая в кружку чай.

– Ты до сих пор не поинтересовалась? – удивляется мама.

– Не было удачного момента, чтобы спросить, – делаю маленький глоток горячего напитка. – Мы почти не общались со Стасом в последние дни. Он и к Лее приходил всего раз, и то на полчасика. Ты же сама все видела.

– Не понимаю, что у него в голове происходит. Он как закрытая на тысячу амбарных замков книга, – качает головой мама.

– В точку, – коротко отвечаю я, мысленно соглашаясь с этим описанием Крестовского.

– В какое время выезжаете? – интересуется она.

– В десять, – делаю ещё один глоток.

– Саша, – как-то обреченно вздыхает мама. – Там же не произойдет ничего из того, что ты не хочешь?

– А что если хочу? – неожиданно вырывается у меня. – Мам, не бери в голову…

– Нет, конечно, – едва заметно улыбается она. – Сердце подскажет, как тебе правильно поступить.

– Ты говоришь так, будто мы со Стасом два свободных человека. Но он помолвлен, а из общего у нас с ним только дочь, так что не нужно строить напрасных иллюзий на его счёт, мам, – я допиваю свой чай и, сполоснув кружку, убираю ее обратно в шкафчик.

– Он для тебя мужчина, Саша, а не просто отец твоего ребенка, – спокойно произносит она, отправляя кусочек печенья себе в рот. – Ладно, иди собирайся.

Желание спорить напрочь отсутствует, и я удаляюсь в нашу с Леей спальню, чтобы приступить к сборам. Невольно обдумываю каждое сказанное мамой слово, честно признаваясь самой себе в ее правоте.

Крестовский никогда не переставал быть привлекательным для меня как мужчина. Его внутренняя энергетика как тогда, так и сейчас заставляет меня терять наработанное годами равновесие. Ему даже говорить ничего не надо, сто́ит лишь появиться на горизонте, и сердце вдруг сбивается с привычного ритма. Меня тянет к нему, и я не знаю, как с этим бороться.

Время пролетает как одно мгновение, и вот уже мы с Леей сидим в автомобиле Крестовского, который не спеша везет нас в аэропорт. На протяжении всей дороги Стас развлекает дочь разговорами, а я задумчиво смотрю в окно, гадая, чего мне ждать от этой поездки.

В здание аэропорта мы входим втроём – Стас катит два наших чемодана. Похоже, мы с дочерью летим в Италию без Крестовского. Внутренне выдыхаю – как ни крути, без этого мужчины воздух на Капри будет вполне сносным.

– Идем в зал ожидания. Совсем скоро начнется посадка, – говорит мужчина, кивая в сторону стеклянных дверей.

Лея покорно сидит на шее у Крестовского, разглядывая купол огромного здания. На ее лице царит полная гармония и любопытство, которых так не хватает мне в данную секунду.

– Мы летим втроем? – не выдерживаю я, когда Стас передает сотруднице аэропорта и свой паспорт.

– Ты бы хотела пригласить кого-то ещё? – насмешливым тоном произносит Крестовский. В последнее время всегда закрытый мужчина чересчур часто скатывался в проявление эмоций.

Наконец, объявляют посадку, и мы встаем с занимаемых мест, направляясь к автобусу, который доставит нас к самолету.

– Я просто удивлена, что ты летишь с нами. У тебя довольно много работы, – поднимаясь по трапу, небрежно бросаю я.

– Да, горячая пора, – кивает он, пропуская нас с Леей вперёд, а потом добавляет, будто извиняется: – Я не мог приходить чаще, Саша.

Разумеется, мы летим бизнес-классом. Странно, что не частным самолетом. Окинув восхищенным взглядом салон, я подхожу к нашим местам

– Тогда зачем летишь? Мы бы сами справились, – игнорируя последнюю фразу, интересуюсь я.

Устроившись на широком сидении, я поднимаю створку иллюминатора и изучаю взлетно-посадочную полосу, пока Стас поддерживает Лею в ее восторгах размерами самолета.

– А затем, что хочу увидеть момент знакомства дочери и бабушки. Я и так многое пропустил в жизни Леи – больше упускать я ничего не планирую. Близкие – самое важное, что у нас есть, правда, Саша? – обманчиво мягким тоном, пробирающим до костей, произносит Крестовский, и, не дождавшись моего ответа, переключает внимание на дочь.

По мере того, как скоростной катер приближается к прекрасному острову, на котором мне однажды удалось побывать, у меня начинают сдавать нервы. Встреча с Ириной Вячеславовной – без шуток одно из самых нервных событий, которые произошли в моей жизни в последнее время. Она не знала о существовании Леи, и я понятия не имею, какую реакцию ожидать от этого чудесного человека. Хотя внутри меня тлеет слабая надежда на то, что как женщину она сможет понять меня. Так или иначе, знакомство с внучкой даст ей бесчисленное множество позитивных эмоций, и маловероятно, что Ирина Вячеславовна будет думать о том, как бы отыграться на мне за утаивание правды о ребенке.

– Не волнуйся, Саша, – ладонь Стаса мягко опускается на мои пальцы в жесте поддержки. Кажется, ему снова удалось прочесть меня. – Мама будет очень рада встрече. Не только с внучкой.

– Я не волнуюсь, – аккуратно высвобождаю руку, чем вызываю едва заметную улыбку на лице Крестовского.

– Ты не умеешь лгать, – после небольшой паузы хрипло произносит он. – Никогда не умела.

– Стас, я бы хотела сначала оставить наши с Леей вещи в гостинице, – резко перевожу тему, не желая вести провокационные беседы.

– В гостинице? – на лице Крестовского появляется недоумение.

– Да, она находится недалеко от вашего дома, поэтому это будет по пути, – чувствую на себе пристальный взгляд Стаса, но не решаюсь повернуть голову и встретиться с его темными глазами.

– Я считал, что вы остановитесь у мамы, – в голосе слышатся давно забытые мне стальные нотки. В последнее время он был предельно корректен и вежлив, сейчас же наружу снова показывается его властная суть. – Почему гостиница, Саша? Это не имеет смысла.

– Иначе быть не может, – пожимаю плечами, наблюдая за играющей дочерью.

– Почему не посоветовалась со мной? – не унимается Крестовский.

– Потому что я взрослая женщина, умеющая принимать взвешенные самостоятельные решения, – выпаливаю на одном дыхании, радуясь, что голос при этом не дрожит, хоть и эмоции внутри меня стремительно закручиваются в бешеный водоворот.

– Ты пытаешься противостоять мне, – мужчина понижает голос. – Какой в этом смысл? Мне казалось, мы заодно.

Делаю глубокий вдох и отвожу глаза. Неужели непонятна причина, по которой, не могу жить в особняке его матери? А что если Кира решит проведать Ирину Вячеславовну и останется погостить там, скажем, на недельку-другую? Как в таком случае Стас решит сложившуюся ситуацию? Предложит пожить большой дружной семьей? Чёрт возьми, кажется, я начинаю заводиться на ровном месте, а все потому, что весь этот отпуск с самого начала пошел не по плану. Мне срочно нужно отвлечься.

– Лея! Смотри, мы уже на месте, – обращаюсь к дочери, предпочитая оставить вопрос ее отца без ответа.

– Ура! – звонко вскрикивает Лея, подбегая ко мне и ныряя в мои объятия.

А уже через пятнадцать минут черный внедорожник мчит по идеально асфальтированной трассе в место назначения. Крестовский о чем-то негромко переговаривается с водителем, до меня доносятся лишь обрывки фраз. Впрочем, мне это и неинтересно, все мои мысли посвящены предстоящей встрече.

Перевожу взгляд в окно и не могу оторваться от меняющихся незабываемых пейзажей этого острова. Как же красиво! Прошло уже три года, а я помню все так отчётливо, будто не была здесь всего неделю-другую. Невозможно передать словами то, что я чувствую в данный момент, ведь Капри значит для меня гораздо больше, чем симпатичный остров с интересной архитектурой и лазурным морем. Это то место, где я впервые в жизни в полной мере ощутила себя счастливой, вот только сейчас все иначе…

– Приехали. Пойдём, я помогу с багажом, – автомобиль останавливается около невысокого ухоженного здания и такой же территории.

– Лея, давай посмотрим на наш номер, а после поедем в гости, – оживлённо предлагаю я, открывая дверцу внедорожника.

– Да, – девочка утвердительно кивает головой.

Стас выходит из автомобиля первым, помогая выбраться сначала Лее, а затем и мне. Наши пальцы снова соприкасаются, когда Крестовский подает мне руку. Он передаёт мне дочь, а сам берет наш багаж.

– Добрый день! Рада приветствовать вас в нашем отеле, – у стойки ресепшн нас встречает приветливая девушка с улыбкой.

– Добрый день! Я бронировала на Озерову, – быстро говорю я.

– Сейчас посмотрю, – она что-то просматривает в своем компьютере, постепенно меняясь в лице. – Повторите, пожалуйста, вашу фамилию.

– Озерова Александра, – послушно повторяю я.

– Такой брони, к сожалению, нет, – с сомнением произносит администратор, продолжая смотреть в экран компьютера.

– Как нет? – гремит громкий голос Крестовского.

– Простите, видимо, произошла какая-то ошибка, – извиняющимся тоном говорит девушка.

– Хорошо, тогда нам с ребенком нужен свободный номер, – спокойно говорю я, игнорируя многозначительные взгляды в свою сторону.

– Я прошу прощения, но свободных мест нет, – с грустной улыбкой произносит администратор.

Похоже, сегодня просто не мой день, но от этого легче не становится. Сколько придётся потратить времени на поиск нового отеля – одному Богу известно, а моя дочь после перелёта вымотана донельзя.

– Саша, для вас с Леей подготовлена большая комната на втором этаже, – мужчина берёт меня под локоть и разворачивает в сторону выхода. – Не сопротивляйся. Останьтесь сегодня у мамы, отдохните, а завтра решишь вопрос с жильем, если он ещё будет актуален.

– Хорошо, – небрежно бросаю я, понимая, что выхода другого нет. – Останемся сегодня у Ирины Вячеславовны.

Тревога овладевает мной, когда мы подъезжаем к особняку Крестовских. Я прикрываю глаза и медленно считаю до десяти, после чего делаю резкий выдох. Волнение мне скрыть не удастся, потому что я нервничаю так, что трясутся колени. Никакие разговоры с самой собой, медитация и даже переключение внимания на дочь не помогают. С большой долей уверенности говорю себе, что это пройдет, сто́ит мне лишь переступить порог дома Крестовских. Но эти минуты до встречи тянутся вечность, затягивая меня в водоворот тяжелых, тревожных эмоций.

Немалых усилий мне стоит заставить себя наконец-то поднять глаза и взглянуть на то самое место, где я была по-настоящему счастлива. Величественный, но в то же время уютный дом притягивает взгляды абсолютно всех, кому посчастливилось бывать в этом районе. Я и забыла, какой этот дом огромный. И как живописно вписывается в природный ландшафт острова.

– О-о! – протягивает Лея, завороженно рассматривая через окно внедорожника особняк, который напоминает ей, вероятно, замок принцессы или один из ее домиков для кукол. – Мама, это за́мок?

– Очень похож на него, да, – киваю я, самостоятельно выбираясь из автомобиля до того, как Стас успевает предложить свою помощь в виде вытянутой ладони.

– Нравится? – с улыбкой на лице спрашивает Крестовский, подхватывая дочь на руки.

– Да. А кто здесь живёт? – прилетает встречный вопрос от Леи.

– Здесь живёт… – Стас мешкает лишь долю секунды, – Бабушка Ира.

– Бабушка? Как бабушка Люда? – малышка сосредоточенно хмурит брови.

– Именно. Как бабушка Люда.

– А почему я тогда ее никогда не видела? – такой простой вопрос дочери, так сложно на него ответить.

– Так вышло, Лея, – Стас стреляет в меня взглядом от которого мне становится не по себе. – Но теперь вы будете видеться гораздо чаще. Обещаю.

– Хорошо. Я люблю бабушек. Бабушка Люда – мамочка моей мамы.

– А бабушка Ира – моя мама.

– Правда?

– А что тебя удивляет?

– Ты очень большой, – она смеется, демонстрируя очаровательные ямочки на щечках.

– Даже у больших есть мамы, Лея, – Стас улыбается и целует малышку в нос.

Крестовский с ребенком на руках двигается к входной двери, а Лея в это время с восхищением рассматривает территорию особняка. Я же переставляю резко ставшие деревянными ноги, собираясь с мыслями. Вот этот момент и настал. Надеюсь, Стас предупредил Ирину Вячеславовну, что малышка пока не в курсе сложных отношений между нами. Понимаю, что Лея уже готова – от Стаса она в восторге, самое время сказать ей, что он – ее папа. Но я все медлю…

– Мама, мы приехали! – первым делом произносит Стас, заходя в дом.

– Я бегу, – стройная фигура женщины появляется в дверном проеме.

– Привет, мам, – первым здоровается Крестовский, а затем присоединяемся и мы с Леей.

– Здравствуйте, Ирина Вячеславовна, – говорю тихо, не представляя, чего ожидать от матери Стаса, которая когда-то была так добра ко мне.

– Саша, – она тепло улыбается, не выражая ни толики недовольства. – Как я рада, что ты снова с нами. Ты и… – она переводит взгляд на Лею. – А что это за птенчик на руках у моего сына?

В прихожей воцаряется полная тишина, и некоторое время никто из присутствующих не произносит ни слова. Ирина Вячеславовна с осторожностью, чтобы не напугать, подходит к Лее и берет ее за крохотную ручку. Дочь не отнимает свои пальчики, она внимательно изучает женщину, явно располагающую ребёнка к себе.

Я вижу в глазах бабушки любовь – такую естественную и настоящую. С первого взгляда. К маленькой девочке, которая неожиданно стала для нее родной. Она не прячет слезы счастья и радости, давая себе возможность в полной мере прочувствовать этот момент.

– Привет, малышка, – она ласково начинает диалог. – Как тебя зовут?

– Лея, – отвечает дочь.

– А меня Ира, – смахивает с щеки слезу. – Я очень рада, что ты приехала ко мне в гости.

– Вы бабушка? – с детской непосредственностью спрашивает дочка.

– Да. Бабушка.

– У вас красивый дом. Он и мой тоже, значит?

– Конечно, – Ирина Вячеславовна едва сдерживает эмоции. – На втором этаже для тебя подготовлена комната, хочешь покажу? Там есть кукольный домик и много разных игрушек.

– Хочу, – дочь начинает ерзать на руках у Стаса, и он ставит ее на пол.

– Ирина Вячеславовна, я могу чем-то помочь? – неожиданно даже для самой себя предлагаю помощь. – Пахнет просто волшебно, – отмечаю я, машинально потирая слегка вспотевшие ладони.

– Я сегодня сама вожусь на кухне. Проходите, я почти закончила, – суетится Ирина Вячеславовна, а с ее лица не сползает ослепительная улыбка. – Если тебе не сложно, пока я буду показывать Лее комнату, присмотри, пожалуйста, за пирогом.

– Пирогом? – лицо Стаса вытягивается в удивлении. – Ты готовишь пирог?

– Сынок, чему ты удивляешься? – усмехается Ирина Вячеславовна.

– Не помню, чтобы ты готовила раньше, – в голосе Крестовского слышатся все те уже удивлённые нотки.

– Не было повода, – они с Леей поднимаются по лестнице. – Да и, Стас, нужно просто прилетать чаще.

Они скрываются в холле второго этажа, оставляя нас со Стасом наедине. Недолго думая, я разворачиваюсь в сторону кухни, откуда раздаются потрясающие запахи.

– Ваша спальня та же, как и когда ты отдыхала здесь три года назад. Чувствуй себя как дома, Саша, –  Крестовский отступает на шаг назад.

– Отмена брони твоих рук дело? – задаю крутящийся все это время на языке вопрос.

– Ты меня слишком плохо знаешь, Александра, – самодовольная улыбка появляется на губах мужчины. – А если бы знала лучше, то догадалась, что я не занимаюсь подобными мелкими делами. То, что кто-то что-то напутал с твоей бронью – случайность, которая, безусловно мне на руку.