Глава 12. Сергей

Прошедшее время потом казалось Сергею не месяцем с лишним, а одним днем, растянутым, нудным, мрачным, ноябрьским днем. Сначала от дедули-разведчика он узнал о прослушке в своем кабинете, но больше всего сразило не это. – Да, за вами следят, – подтвердил опасения Сергея частный детектив. – Вы правы, Вера к этому отношения не имеет. Она случайно попала под руку агентству, которое вы просили все узнать, и ею просто-напросто воспользовались. Нельзя сказать, что следили постоянно, поэтому создавалось общее впечатление слежки, и Вера его лишь усилила. Неумно с ее стороны было так делать, но это уже другая история. Запутанная, однако не мне распутывать. – Дедуля хмыкнул и многозначительно посмотрел на Сергея. – Хуже другое. Сначала я не мог соединить воедино три момента, и теперь мне сложно вам рассказать о них в нужной последовательности… Начнем все же со слежки. Это момент первый. Я последил за вами. Недолго. Быстро вычислил машину, которая время от времени за вами ездит. Надо сказать, не постоянно. Я пробил машину по номерам. – Чья она? – спросил Сергей нетерпеливо. Дедуля с пониманием кивнул: – Это машина одного из сотрудников детективного агентства, в которое вы обращались. Когда я вам расскажу о двух других моментах, станет все понятно – картинка сложится. По своим каналам я пробил ваши дела в судах. Вы считаете, что кто-то вас специально подставляет, и вы правы. Мой человек смог узнать, что не только противоположной стороне сливали данные, и они могли строить стратегию в зависимости от вашей, но, более того, судью подкупали. Вы заметили, что все проваленные дела вел один и тот же судья? Сергей хлопнул себя ладонью по колену: вот этот момент он вообще не отследил. Чего только он не предполагал, но собрать воедино совпадающие по проваленным делам моменты, не догадался. Впрочем, на судью он не грешил даже в страшном сне. У них, конечно, бывали переговоры за закрытыми дверьми, но что бы взятки?! Это уж слишком. – Доказательств нет, – отрезал детектив. – Мы не сможем прищучить судью. Мой человек, понятно, давать показания не станет. Однако в кулуарах ходят разговоры о том, что в вашей конторе грядут большие перемены. Слишком лакомый кусок – сотрудники ведут дела весьма состоятельных людей, а они к первому попавшемуся адвокату не пойдут. Сколько у вас адвокатов? – Нас двое. Я и Влад. Остальные работают помощниками адвокатов. Есть просто юристы, которые дают первичные консультации и ведут простейшие дела. Секретари. Ну так примерно. – Кто учредители? Кому принадлежит контора? – У нас есть гендиректор. Он учредитель. Еще двоих мы не знаем – они теневые. Но мы с Владом получаем процент от прибыли конторы. Я получаю больше. А почему вы спрашиваете? – Сергей напрягся. – О теневых я узнал. Это вообще не сложно. Один из них – тот самый Феликс Эдмундович, владелец и руководитель детективного агентства. Так вот, против вас действует он и ваш друг Влад. – Но зачем?! – Сергей искренне не понимал. – Мы же в одной команде! То, что зарабатываю я, идет в общую копилку. Распределяется между учредителями, мной и Владом. – Да. Но вы же знаете, что люди жадные. Им всегда мало. В последнее время у вас стало очень много клиентов. До определенного момента ваши провалы не влияли на их лояльность, так как ваши враги боялись подставлять судью и вызывать уж совсем сильные подозрения. Поэтому вы проваливали не все подряд. Однако, полагаю, скоро грянет гром. Цель ваших врагов – убрать вас и директора. Второй теневой примет сторону победителей. Ему, точнее ей, вообще все равно – это жена Феликса. У Сергея пошла голова кругом. Несколько лет назад он уже был успешным адвокатом по семейным делам, и Влад пригласил его в открывавшуюся контору. «Там будут только толстосумы, – сообщил он. – Никаких нищебродов или случайных людей». Так же Сергею пообещали долю от прибыли с его клиентов. Позже добавили процент от общей прибыли конторы. Он расслабился и ничего не пытался поменять – с чего бы, раз все так удачно складывается. – О причинах я могу лишь догадываться, – ворвался голос дедули в его сознание. – Чаще всего, как я сказал, это обычная, банальная жадность. Хотят перераспределить доход. Вас и директора убрать совсем. Убрать силой слишком рискованно. Поэтому решили подставить. Еще пара проваленных дел, и вопрос поставят на собрании правления. Директора сместят, потому что не углядел, не проследил. А вас попросят спокойно уйти, потому что больше не справляетесь и отпугиваете клиентов не только от себя, но и от конторы в целом. – Откуда вам удалось узнать такие подробности? – спросил Сергей в надежде, что это просто слухи, не имеющие под собой твердой почвы. Детектив вздохнул и посмотрел на Сергея из-под дорогих очков, напомнив ему не бывшего разведчика, а какого-нибудь профессора. – У меня свои методы. Люди любят потрепать языком под водочку, в бане среди своих… Но главное. Я умею ставить прослушки. У меня есть записи разговоров, которые не оставляют сомнений. После того, как я узнал, кому принадлежит следившая за вами машина, я и Феликса послушал. Даже в офис не нужно проникать с современными телефонами… – дедуля усмехнулся. – Когда люди следят за кем-то, они редко предполагают, что за ними тоже может кто-то следить. Видимо, вы у них никаких подозрений не вызываете, ведь вам слили Веру. Вы наживку проглотили. Все в порядке. Кстати, о третьем моменте. Возможно, самом для вас неприятном. Сергей напрягся: куда уж неприятнее. – Слушаю, говорите. – Речь пойдет о вашей жене. Видите ли, я человек скрупулезный. Когда узнал, что в деле замешан ваш так называемый друг, то решил, на всякий случай, разведать информацию и об Ольге. Коль уж она троюродная сестра Влада, и он вас познакомил. Так вот, она ему не родственница. Кто, откуда он ее вытащил – не стал выкапывать. Если надо, сделаю. Однако, что точно уже понятно, – это их любовная связь. Они любовники, Сергей. Уверен, вам ее подсунули специально. – А если бы я не стал с ней разводиться? Разве это можно было предугадать? Кстати, и женитьбу сложно было со мной прогнозировать. Я же был заядлым холостяком. – О, друг мой, вам только кажется, что все это сложно предугадать! Друг знакомит вас с родственницей. Вы уже относитесь к ней несколько иначе, чем к незнакомке, к совершенно чужому человеку. Далее, вам приходится девушке помогать. Она даже у вас останавливается и задерживается на все более долгое время. Вы привыкаете. К тому же, неудобно перед другом, который якобы ее родственник. С разводом еще проще. Скорее всего, она бы сама подала на развод. Нашла бы к чему прицепиться. Но им очень помогла Вера. Вот уж, вообще женщина ни при чем. То есть, при чем, конечно, – дедок улыбнулся. – Но ее интерес к вам лежит в несколько иной плоскости. – Да уж… А Ольга, значит, вынюхивала дома. Эдакий засланный казачок. Нериятненько. Спасибо. Вы проделали огромную работу. Пока достаточно. Буду думать, что с этой информацией делать дальше. ***Первым делом Сергей пошел к директору конторы. Там его ждал неприятный сюрприз: с ним уже успели поговорить. – Понимаешь, Серёг, – начал бормотать директор, – не в моих интересах вступать с ними в конфронтацию. Меня обещают оставить, если я встану на их сторону. Тебя хотят вытеснить. Ты слишком много важных людей перетянул к себе. Вспомни, некоторые уходят от Влада. Скажешь: «Зависть, жадность». Да, согласен. И подлость тоже. Но есть схемы куда более крутые, чем по-доброму разойтись. Тебе планировали подсунуть дело, после которого ты бы остался гол как сокол. Ну так как ты обо всем узнал, думаю, лучшим выходом для тебя будет тихо уйти. Клиентов с собой не уводить, сотрудников не переманивать. Дела, которые сейчас ведешь, спокойно передать Владу. Можешь открыть обычную юридическую консультацию. Или отдохнуть пока. По-дружески советую, – директор понизил голос, хотя Сергей был уверен, что тихо говорить не имеет никакого смысла, – залечь на время на дно. Потом, увидят, что ты не лезешь, и забудут… Большие деньги, Серега, большие деньги… Большие клиенты… Ты не пересекайся с ними, и все устаканится. После этого разговора Сергей сразу пошел в снятый неподалеку временный офис. Он велел секретарю передать все дела Владу, написал заявление по собственному и поехал домой. Вечером ему на карту упала зарплата, проценты по закрытым делам за текущий год и даже копеечная сумма, которую он клал на счет конторы в качестве акционера. Тут же пришло сообщение от директора: «Ты все правильно сделал. Я даже сумел уговорить их перевести тебе деньги». – Хочет казаться белым и пушистым! – Сергей запустил телефоном, который успешно приземлился на диван, не долетев до стены. – На всякий пожарный. А вдруг я еще пригожусь… Он плеснул себе виски и сел за стол. – Надо набросать план действий, – сказал он себе так, как обычно говорил с клиентами: успокаивающим, но уверенным голосом. Вскоре Сергей понял, что ничего не хочет предпринимать. На него навалилась апатия. – Пусть все катится ко всем чертям, – постановил он, но тут же вспомнил про развод. – Ага, развод пусть не катится. Они получили, что хотели. Надеюсь, развод спустят на тормозах. Однако через несколько дней ему позвонила адвокат. – Сергей, они хотят вызвать для дачи показаний Веру. Даже если между вами ничего не было, она под присягой заявит, что объявила вас своим мужем, следила за вами, ходила и ездила в те же места, где бывали вы. Уверена, на вас ляжет тень в глазах судьи. А Веру будут мытарить и задавать неприятные вопросы. Вытащить ее, а вместе с ней и вас, из этой грязи будет сложно. Либо вы дадите мне право тоже валять ее в грязи. Тогда есть шанс нам с вами выйти сухими из воды. От описанной перспективы Сергея передернуло. – Я бы Веру вообще от этого оградил. Она же имеет полное право не прийти на суд. – Тогда вас точно сочтут виноватым. Сами понимаете, версия о вашей любовной связи будет муссироваться с еще большим усердием. Скорее всего, ее не докажут, если ее не было, но сомнения уже посеются. Я предлагаю пойти с Ольгой на мировую. Подписать все бумаги, выплатить ей моральный ущерб, который она запрашивает, и закрыть дело. Тогда вопрос с Верой отпадет сам. – Я подумаю, – буркнул Сергей. Он сидел и вспоминал Веру, ее крохотный мини, сиротливо стоявший на парковке. Нет, он эту странную женщину трогать не желал категорически. Сергей снова посмотрел на откопированные листочки по делу о его разводе. Выставленная Ольгой сумма была вполне подъемной. Несоизмеримой платой за год ее «мучений», но бог с ним. Он перезвонил адвокату: – Договаривайтесь. Если сможете выторговать меньшие отступные, торгуйтесь. Но я и на эти даю добро. Адвокат похвалила его за благоразумие и обещала сделать все возможное. ***Как ни странно, сумма уменьшилась в полтора раза – видимо, вражеская сторона не ожидала от суда большого успеха и решила не рисковать. Все-таки Влад был опытным адвокатом и мог предугадать сложности, которые ожидали его и Ольгу на суде. Получив развод, Сергей позвонил Вере. Но ее номер более не существовал. Мини с парковки тоже исчез. Поговорив со старшим по дому, Сергей узнал номер ее квартиры. Когда он вошел в подъезд, с консьержем как раз разговаривал коренастый мужчина, которого когда-то Сергею рекомендовали как владельца отличной авторемонтной мастерской. Сначала он тормознул, чтобы попросить у того визитку – джип неприятно начал скрежетать с правой стороны, – но потом услышал разговор. Речь шла о местообитании Веры. Две машины прибыли к дому Риты одновременно. Потом они с Верой встретились в ресторане. Чужие люди. Позже Сергей узнал, что владелец автомастерской переехал к ней. Этот странный роман закончился, не успев начаться. Сергей сдал квартиру и под Новый год уехал на старую дачу родителей, совсем не приспособленную для зимовки. Ему было плевать. Он закупил дров для печки, обосновался на первом этаже деревянного домика, который папа с мамой купили незадолго до своей смерти. «А вдруг у тебя будут детишки, – сказали они. – Друг за копейки продает. Да и нам летом будет чем заняться». Все, чем им тогда помог Сергей, – это деньгами (настоял на оплате домика) и строительством забора. Даже туалет был на улице. Каждый день он просыпался и шел разгребать снег. Завтракал. Если нужно, ехал в магазин. Готовил, убирался, читал все подряд, что попадалось под руку: какие-то книги лежали, оставленные родителями, какие-то покупал в магазине. Слушал музыку на старом кассетнике, чудом крутившем пленку на таких же старых кассетах. Смотрел передачи на пузатом телеке. Джип по-прежнему поскрипывал справа. Сердце по-прежнему постанывало слева.