Глава 23

«Какой же все-таки поросенок этот Кузьма! – сердито подумала Тамара Степановна, глядя в пустую корзину. – И как только в него влезло!» Еды с вечера осталось достаточно, чтобы позавтракать пятерым, сейчас же о ней напоминали только хлебные крошки – мальчишка втихаря слопал всё. И тут она поняла, почему он явился мокрым, – пошел пополнить запасы. И обнаружил тыквы. Злость утихла. Получается, сам того не подозревая, он всех спас. Ведь если бы после завтрака дети отправились к дереву за новой порцией еды и столкнулись бы там с монстрами… По спине побежали мурашки. «Завтрак! – напомнила себе Тамара Степановна, чтобы развеять жуткую картину, представшую перед внутренним взором. – Нужно срочно придумать, чем накормить детей». Она вспомнила о мешочке с ликоморами. Уже хотела отправиться за котом, но тут Таша, стоящая у окна, воскликнула: – Смотрите! К нам кто-то приехал! Тамара Степановна выглянула на улицу и увидела стоящую у ворот телегу. – Староста! – обрадовалась она, разглядев того, кто держал вожжи. И бросилась открывать. Ключа у нее не было, но на воротах имелся засов. Открыть его, при большом желании, можно было и снаружи, однако гость вламываться не стал, терпеливо дождался, пока она подойдет и сделает это сама. Поздоровался и радостно сообщил: – А я вам подарки привез! Тамара Степановна удивилась. Еще большее удивление вызвало то, что Старейшина приехал один. – Кузьма? Не знаю, не видел, – пожал плечами тот. – Наверное, разминулись. А что случилось? – Да тут такое!.. – всплеснула руками Тамара Степановна. И принялась рассказывать о том, какая напасть на них свалилась. С каждым мгновением лицо старейшины делалось все более озадаченным. – Как странно, – произнес он. – Должно быть, магия места чудит. У нас в деревне тыквы уже взошли, но ни во что не превратились. Я помню эти семена, они дают отличный урожай, но это самые обычные растения, разве что растут быстро. Пойдемте, глянем. Вести его прямо к бешеным тыквам Тамара Степановна не рискнула. Они поднялись в комнату, где дежурил кот, но того на месте почему-то не оказалось. Выглянув в окно, она поняла почему. И со всех ног бросилась на задний двор. Старейшина поспешил следом. – Ничего себе, – произнес он, увидев высоченный бурьян. Расспрашивать о причине удивления Тамара Степановна не стала, бросилась в заросли, желая только одного – чтобы паршивые растения или то, что ими прикидывается, не вздумали чудить. И то ли сказалось присутствие Старейшины, который шел следом, то ли трава по какой-то другой причине сменила гнев на милость, поляна появилась буквально через несколько шагов. Тамара Степановна вышла из травы… и едва не запнулась о кота, который бросился наперерез, преграждая путь. – Ничего себе, – тихо повторил Старейшина, останавливаясь рядом. Тамара Степановна и вовсе потеряла дар речи. Тыквенных монстров больше не было – поляну усеивали оранжевые ошметки, а в центре, недалеко от колодца, на куче из мякоти и обломков, доедая последний кусок, сидел Сафир, измазанный с ног до головы. Кусок тыквы с выгрызенной плотью, красовался у него на голове, подобно клоунской шапке. – Сафир, деточка… – начала было Тамара Степановна. Слова застыли в горле, стоило малышу повернуть голову, – на нее уставились горящие алым абсолютно нечеловеческие глаза. – Матерь божья, – прошептала она, – что эти монстры сделали с ребенком. – Хозяйка, – прошептала Таша, подойдя и прислонившись бочком. Тамара Степановна почувствовала, как она дрожит, и обняла ее, прижав к себе. Но не только Сафир находился перед ней на поляне. Напротив него стояла Лия. Молчала, хмурилась и чего-то ждала. – Лия, иди к нам, – позвала ее Тамара Степановна, но та даже не оглянулась. Наконец, доев свой кусок, Сафир отбросил обглоданную корку. Голодный взгляд скользнул по присутствующим и остановился на коте. Поднявшись, мальчуган заковылял к нему. – Нет, – Лия загородила ему дорогу. Малыш подался в сторону, желая ее обойти, но она снова оказалась у него на пути. – Не нравится мне все это, – тихонько произнес кот, пятясь в заросли. Как малышу удалось оказаться рядом с ним, никто не понял – один оранжевый росчерк – и тот, кто еще недавно был Сафиром, накинулся на кота, впиваясь зубами в бок. Лия кинулась к нему, пытаясь оттащить, но сущность, вселившаяся в ребенка, отшвырнула ее к колодцу. Чудом избежав удара головой о каменную стенку, девочка вскочила и бросилась обратно. Тамара Степановна и Старейшина тоже кинулись на защиту фамильяра, но малыш, измазанный тыквой, был скользкий, как кусок мыла, и оттащить его не получалось. Кот орал и выдирался, клочьями летела шерсть… – Отойдите! – Лия пробилась сквозь толпу и, ухватив Сафира за шиворот, прижала к земле. Старейшина выхватил из-за пазухи крошечную бутылочку из темного стекла, открыл и протянул ей. – Дай ему выпить, должно помочь! Лия попыталась так и сделать, но монстр в теле ребенка отшвырнул ее прочь. Подняться она не успела – отпустив кота, «ребенок» бросился уже на нее… и завизжал, отпрянув от потока воды, окатившего с головой – Что у вас тут происходит? – воскликнул Кузьма, опуская руку с пустым колодезным ведром. Словно тряпичная кукла, Сафир рухнул на тыквенные ошметки и замер. – Чего это он? Все же было нормально, когда я уходил. Ну, кроме этих… тыкв… Погодите, это что, он их так? – выпучив глаза, он воззрился на Сафира. Попятился и, поскользнувшись, шмякнулся на тыквенные останки. – Получается, он всё тут… А я… – Ты всех спас. Молодец, – Тамара Степановна подошла к неподвижно лежащему Сафиру. Осторожно пошевелила, и тот, словно проснувшись от долгого сна, открыл глаза. Теперь они были самыми обычными, человеческими, полными удивления и растерянности. Оглядев царящее вокруг безумие, малыш увидел Лию, потянулся к ней и, оказавшись у нее на руках, затих. – Я ничего не понял, – признался Кузьма, – что же тут было? – Хороший вопрос, – кивнул Старейшина. – Пока мне ясно одно – вода из колодца, как и вода в озере, убирает воздействие магии, но что-то ее изменило. Вон, и трава-защитница разрослась, и тыквы эти странные… Никогда не видел, чтобы они на людей так действовали. С землей здесь явно что-то не так, но вот что именно так ее изменило? – он огляделся вокруг. – Может, это посох? – робко произнесла Таша. – Какой посох? – цепкий взгляд Старейшины заставил ее смутиться еще сильнее. – Так, ерунда. Палка, которая в колодец упала, – ответила Тамара Степановна. – Если это тот посох, о котором я думаю, то вполне возможно, – кивнул Старейшина. – Лучше его достать. Тамара Степановна подошла к колодцу, заглянула внутрь и поежилась – темное пятно далеко внизу напоминало глаз, который смотрел на нее совсем не дружелюбно. – Надо – достанем, – отвернувшись от колодца, ответила она. – Но не сейчас, – добавила, увидев, как тяжело Лие держать уснувшего Сафира. Подошла, хотела забрать малыша, но та лишь головой покачала. Так и отправилась домой, прижимая его к себе.