Глава 38

Проснулась Тамара Степановна от знакомого, очень приятного аромата. Так пах завтрак, который она любила готовить у себя на даче – оладушки и яичница, сдобренная зеленью. «Я снова дома, какое счастье!» – подумала она, открывая глаза. – Ясного утречка, Хозяйка! – послышался нестройный, но очень радостный хор детских голосов. Перед Тамарой Степановной возникла тарелка, полная маленьких круглых лепешечек, а сбоку притулилось жареное яйцо, посыпанное укропом. Тарелку держали Таша и Лия вместе. – А вот твой любимый чай, – Кузьма протянул кружку, в которой плавал зеленый лист. – Горячий, как ты любишь. Я проверял, – сообщил фамильяр, облизнув лапу. Позади улыбающейся компании, чуть в сторонке, держа на руках малыша, стояла лисица. – Какие вы молодцы! Спасибо! – Тамара Степановна растрогалась от такой заботы. – Пойдемте лучше на кухню, поедим все вместе, – добавила она, испугавшись, что при таком завтраке на себе детишки решили сэкономить. Догадка оказалась ложной – на кухонном столе обнаружилось целое блюдо таких же лепешечек, а еще оранжевый соус в миске, оказавшийся очень вкусным, морковным. Разве что жареных яиц не было – такой чести удостоилась она одна. Остальные, купленные на ярмарке яйца по-прежнему лежали в корзинке. Она хотела поделиться своей порцией с остальными, но все дружно отказались. Завтрак прошел так же спокойно и чинно, как и ужин. На вопрос «откуда зелень» дети поведали, что укроп на грядках уже «проклюнулся». Слово это показалось Тамаре Степановне подозрительным, и она, едва поев, отправилась взглянуть на огород собственными глазами. Вопреки опасениям грядки выглядели вполне обычными. «Проклюнулся» не только укроп – нежной зеленью радовала вся делянка. Всхожесть в этом мире оказалась просто замечательная. «Ух, скоро заживем!» – подумала Тамара Степановна. Представила груженую богатым урожаем телегу… и слегка приуныла, вспомнив цены на ярмарке. Репа там продавалась очень недорого, а укроп отдавали почти даром. Чтобы наскрести на выкуп, нужно выращивать это добро в промышленных масштабах. Она окинула взглядом двор, представила, что весь он занят грядками, как наяву увидела детей, котов и себя, убивающихся на этой плантации, и поморщилась. Нет, для продажи стоило вырастить что-нибудь подороже. На ум почему-то пришел пруд с карпами. Который в свою очередь напомнил о герцоге и о долге. «Вот интересно получается, – подумала она, – деньги получила… как ее там, бывшая начальница, а отдавать мне. Несправедливо. Может, поехать в город, еще раз поговорить с судьей?» Чутье подсказывало, что это бесполезно, но верить в это не хотелось. А деньги бы пригодились и самим. «Ладно, – решила Тамара Степановна, – буду в городе, может, и зайду». Чтобы отвлечься, занялась тем, чем собиралась накануне, – устройством отдельных спален. И сразу столкнулась с проблемой – кого куда поселить. По-хорошему, нынешнюю спальню, которая примыкала к кабинету бывшей начальницы приюта, стоило оставить за собой, да и сам кабинет привести в порядок. Но выселять детей не поднималась рука – они заняли спальню первыми. Да и помещений, годных для жилья, в доме было не так уж много. «Может, стоит для начала привести в порядок дом, а уже потом расселяться?» – спросила она себя. Остальные эту идею поддержали. Было видно, что выселяться из нынешней спальни не желает никто, несмотря на тесноту. Приведение в порядок начали с первого этажа. Кухню трогать не стали – на фоне общей разрухи она выглядела неплохо, поэтому взялись за гостиную. Вычистили камин, вымыли пол и окна, оттерли от застарелой грязи древние кресла, и комната преобразилась, сразу став светлее и просторней. – Коврик бы сюда, – произнесла Тамара Степановна, глядя на потертый пол. Представила, как будет здорово устроиться всем вместе у огня… – Я сплету! – радостно воскликнула Таша. – Можно? – Конечно, – улыбнулась она. – Если тебе несложно. Сразу за гостиной находилась «Библиотека», точнее, комната для наказанных. Тамара Степановна уже хотела ее пропустить, настолько было неприятно даже проходить мимо, но потом передумала – ни к чему иметь в доме такое отвратительное место. Распахнула дверь и решительно заявила: – Ну всё! Коты, разведите во дворе костер, девочки – тащите метлу и ведра, будем убирать. Вскоре старая солома, пропитанная горем и нечистотами, сгинула в огне, вместе с ветхим стеллажом. Старые доски, закрывавшие окно, полетели наземь. Стекло, как ни странно, оказалось целым – окно заколотили не иначе как из вредности, чтобы наказанным было хуже. После нескольких смен воды пол наконец-то удалось отмыть, а вот стенам помывка не помогла – в царапины, оставленные малолетними узниками, забилась грязь, еще больше усилив гнетущее впечатление. – Покрасим! – сдаваться Тамара Степановна не собиралась. – Кузьма, чем у вас там в деревне стены красят? Сбегай, добудь все, что надо, – она протянула несколько монет, – если мало, дам еще. Пока его не было, занялись обедом – Тамара Степановна сварила овощной суп с крупой, а за неимением мяса добавила разболтанное яйцо. Получился почти привычный дачный вариант, не хватало только куриной ножки. Когда вернулся Кузьма с ведерком, известью и щетками, все дружно уселись за стол. На сдачу кот принес котомку сухарей и кочан капусты, немного погрызенный с одного бока. И то, и другое оказалось очень кстати – своя капуста обещала вырасти не скоро, а мешок с мукою был не бездонным. Из той, прошлой жизни Тамара Степановна помнила, что известь надо гасить, но как именно это делать – забыла напрочь. К счастью, известь, присланная Старостой, оказалась уже гашеная, осталось только развести, немного подождать, и можно приступать к побелке. Тамара Степановна уже подумала, что махать щетками придется самой, но желающих оказалось на удивление много – и девочки, и фамильяр, и даже Кузьма пожелали оставить свой след. Вскоре известь перекочевала на стены, а также на самих белильщиков и на пол. Отмывать пол желающих не нашлось, пришлось тянуть жребий. А потом отмывать еще и тех, кто отмывал. Спать улеглись только глубокой ночью, все, за исключением Сафира – тот под присмотром няни отбыл баиньки сразу после ужина. Тамара Степановна ожидала, что он будет тревожиться, не видя рядом старшей сестры, но тот даже и не подумал – лисица оказалась настоящей волшебницей. – Как вам няня? – спросила Тамара Степановна у девочек, когда те, отмытые и зевающие, уселись за стол, чтобы перекусить перед сном. – Она хорошая, – ответила Таша, взяв с блюда лепешку. – Не ругается и палкой не бьет. Лия кивнула. – Сафиру она нравится. – А тебе? – Тамара Степановна посмотрела на старшую девочку. – Она – лисица, – пожала плечами та. – Лисицы не могут не нравиться. – И она отлично готовит, – влез в разговор Кузьма, схватив еще одну лепешку. Фамильяр не сказал ничего, рыжий котище спал прямо за столом, уронив голову на лапы. «Ну и замечательно, – подумала Тамара Степановна. – Значит, можно смело выделять няне с детьми отдельную спальню. Вот завтра приведем в порядок детские спальни и, возможно…» Странный звук, донесшийся из холла, заставил ее замереть. Дети испуганно обернулись, глядя в темный дверной проем. Кузьма навострил уши, а фамильяр, мгновенно проснувшись, ощетинился и зашипел.